Вообще говоря, судебно-медицинские эксперты используют ректальную температуру в качестве основной температуры внутри трупа, чтобы определить время смерти.

В это время года температура тела среднестатистического человека падает в среднем на 1 градус Цельсия в час в течение 10 часов после смерти. Это самый простой метод. Конечно, я также буду использовать более точный «метод комплексных параметров».

В октябре 2012 года, в самый обычный день, после окончания работы мы как-то разговорились в офисе. Ли Чжэн внезапно спросила об одном случае, о котором я упоминал ранее, когда Ван Мэн выуживал труп из выгребной ямы. Видя, до какой степени разгорелось ее любопытство, я полушутя спросил:

– А ты уверена, что хочешь слушать?

– Уверена!

– Не боишься, что потом не сможешь ужинать?

– Не боюсь!

…Это было самое «ароматное» дело из всех наших дел, которые мы когда-либо вели вместе с судмедэкспертом Чжао при его жизни.

Стояла сухая и приятная осенняя погода, когда во второй половине дня судмедэксперта Чжао вызвал заместитель начальника управления Линь, отвечавший за уголовные расследования.

– Расследование дел, случившихся в стенах тюрьмы, находится непосредственно в ведении прокуратуры, но вы также знаете, что судмедэксперты прокуратуры – профессионалы лишь в бумажной работе. А когда дело доходит до реалий… – Директор Линь похлопал судебного медика Чжао по плечу: – Государственные правоохранительные органы – это одна семья, так что съездите туда.

Через час судебный медик Чжао вместе со мной и Ван Мэном приехали в тюрьму Наньфэн, расположенную в пригороде. В первый раз в моей жизни я был в тюрьме. Такое ощущение, что я попал в крепость. Снаружи высочайшие стены и колючая проволока вокруг, на стенах посты, усиленная охрана, строгие меры безопасности… Пройдя через толстые железные ворота, метров через десять встречаешь еще одни большие железные ворота, которые заставляют людей чувствовать себя подавленными, и даже дышать становится трудно.

Тщательно проверив наши документы, вооруженный полицейский открыл дверь магнитной карточкой и повел нас в конференц-зал. От местного кондиционера у меня волосы мгновенно встали дыбом. Температура в конференц-зале была очень низкой, народу набилось не протолкнуться, но обстановка была очень оживленной, не такой строгой и холодной, как снаружи. Судмедэксперт Чжао занял место за столом для совещаний, а мы с Ван Мэном сели в углу.

Администрация тюрьмы сообщила о результатах предварительного расследования: около 14:30 заключенный по имени Инь Чуань исчез, когда пошел в отхожее место. На входе в отхожее место есть камера видеонаблюдения, но внутри камеры нет. Во время собрания была продемонстрирована видеозапись наблюдения на входе в отхожее место.

В 14:05 внутрь вошли три человека в тюремной форме.

Через некоторое время двое заключенных вышли и стали болтать у двери.

В 14:33 эти двое заключенных снова зашли внутрь, но вскоре в панике выбежали оттуда, их движения были хаотичными. Они сообщили в тюремную полицию о том, что Инь Чуань исчез.

Я посмотрел на часы, висевшие на стене конференц-зала: 16:05, то есть все произошло совсем недавно.

Заключенный исчез в никуда в тщательно охраняемой и хорошо управляемой тюрьме. Это звучало как сюжет для сборника сказок «Тысяча и одна ночь», но исчезновение Инь Чуаня было абсолютно достоверно.

Согласно признаниям двух заключенных, они вышли после того, как помочились, некоторое время подождали снаружи, а затем вновь зашли в отхожее место, чтобы позвать Инь Чуаня, но обнаружили, что его там нет.

Администрация тюрьмы немедленно вызвала полицию для проведения обыска.

Отхожее место, о котором шла речь, отличалось от современных туалетов. Это были старомодные отверстия для сидения на корточках; несколько отверстий расположены в ряд, между ними нет перегородок.

Наблюдение за отхожим местом велось со всех сторон, тупиков не было, заключенный не мог никуда деться, даже если б ему приделали крылья; он мог лишь упасть в выгребную яму.

Тюрьма сообщила об этом инциденте по инстанциям, информация пошла наверх уровень за уровнем, и в итоге прокуратура направила людей для расследования, а также специально связалась с управлением общественной безопасности, чтобы прислали подкрепление в виде группы судебно-медицинских экспертов.

Судебный медик У из прокуратуры подошел и сказал несколько вежливых слов судмедэксперту Чжао. Это означало, что дальше нам придется изрядно потрудиться.

Судебный медик Чжао начал действовать быстро и решительно, заявив, что, поскольку это наша работа, мы должны сделать ее как можно скорее. Руководство продолжило обсуждение в конференц-зале необходимых мер, призванных решить сложившуюся проблему. А мы повернулись лицом к практической работе и понесли наше оборудование в отхожее место, где произошел инцидент. У нас были две основные задачи: первая – найти человека, если он живой, или найти его труп, если уже умер; вторая – исследовать место происшествия и выяснить, куда мог пропасть этот человек. Прошло почти три часа с тех пор, как заключенный исчез. Если он упал в выгребную яму, у него уже не было никакой возможности выжить.

Отхожее место было расположено в северо-западном углу тюрьмы, рядом с внутренней стеной; в 20 метрах от этой стены проходила вторая стена.

Сначала мы подошли к выгребной яме за стеной, которая была закрыта несколькими большими железными листами, каждый из которых в свою очередь был заперт на огромный висячий замок. Между двумя соседними железными листами оставалась щель размером с кулак.

По распоряжению прокуратуры администрация тюрьмы прислала сотрудников, чтобы открыть крышки выгребной ямы, которая была полна темно-зеленой жижи, кишащей опарышами. На солнце летали мухи; их жужжание сопровождалось невероятной вонью от дерьма, сила и концентрация которой могла поразить кого угодно. Все – за исключением судмедэксперта Чжао, меня и Ван Мэна – отступили на несколько шагов.

По сравнению с запахом трупов запах от выгребной ямы действительно был понежнее – вероятно, потому, что дерьмо уже прошло процесс ферментации и белок почти разложился. Но тут мне ударил в нос резкий запах сероводорода, и я невольно закашлялся.

Сотрудник тюрьмы принес длинные бамбуковые шесты и стал ворошить ими в выгребной яме, а вскоре закричал:

– Там человек!

Судмедэксперт Чжао взял бамбуковый шест и несколько раз ткнул им в яму, а затем кивнул. Достал бамбуковый шест, посмотрел на пятна дерьма на нем и пришел к выводу, что глубина выгребной ямы составляет около 1,5 метров. Похоже, заключенный действительно утонул здесь.

Затем перед администрацией тюрьмы была поставлена задача по откачке фекалий. Судмедэксперт Чжао проинструктировал их уведомить нас, как только тело будет обнаружено.

Сначала мы отсмотрели отхожее место. Как уже говорилось, оно было старого типа, с отверстиями для сидения на корточках, но в нем не было такого сильного запаха мочи и дерьма, как я предполагал, и пол был очень чистый. Судебный медик Чжао, казалось, понял мои сомнения:

– В тюрьме нет недостатка в рабочей силе.

Заключенный упал в выгребную яму, так что пришлось проверить все отверстия в отхожем месте одно за другим. Они были такими же, как и пол, то есть сделаны из цемента. Измерения показали, что ширина отверстия для сидения на корточках составляла 20 сантиметров, глубина – 0,5 метра, а угол наклона – 45 градусов.

– Трудновато упасть в такое отверстие… – Ван Мэн нахмурился. – У кого, интересно знать, такая узкая задница?

Действительно, при ширине в 20 сантиметров в это отверстие не мог помещаться таз взрослого человека.

– Пролезть прямо определенно невозможно, но что, если попробовать пролезть боком? – пробормотал судмедэксперт Чжао, уставившись на отверстие. – Но лезть таким образом кажется неразумным. Кто же ходит в туалет боком?

Я ответил:

– Можно проявить инициативу и попытаться влезть, если только у тебя не застрянет голова.

Помнится, в детстве у нас в доме установили решетку из вертикальных железных прутьев для защиты от воров. Я был непослушным и часто пытался проверить, сможет ли моя голова пролезть сквозь нее. Если б она пролезала, то тело определенно смогло бы пролезть тоже. В то время я также сформулировал теорию о том, что «поворот головы означает пролезание тела».

Судебный медик Чжао кивнул:

– На данный момент нелегко проанализировать мотивацию этого человека. Давайте не будем спешить с выводами и продолжим расследование.

Вскоре мы обнаружили, что одно из отверстий в отхожем месте выглядит странно по сравнению с другими. Его внутренние стенки были скользкими, как будто их только что запачкали. На отверстии и вокруг был тонкий слой пыли. Ван Мэн обнаружил на боковой поверхности отверстия отпечатки двух ладоней. Казалось бы, в таком месте отпечатков ног должно быть больше, чем отпечатков рук.

Отпечатки ладоней были направлены пальцами наружу, а ладони обращены в сторону отверстия. Они были не параллельны и слегка направлены внутрь. Я сразу же нарисовал картинку в своем мозгу: в отверстии отхожего места болтается тело человека, руки которого вцепились в бортик отверстия.

Ван Мэн сделал несколько снимков этих отпечатков. В тот момент, когда сработала вспышка, я смутно разглядел, что на внутренней стороне стенки отверстия было нечто несколько отличающегося цвета. Быстро принесли поисковый фонарь, чтобы осмотреть стенки отверстия. На самом деле они оказались не таким гладкими, как казалось на первый взгляд. При ярком боковом освещении стали заметны многочисленные мелкие неровности и ямки. Наконец я ясно увидел, что на тех участках, которые отличались цветом, есть следы крови.

Я достал ватный тампон из чемодана-укладки для криминалистического обследования, извлек предполагаемое пятно крови и проверил его с помощью тестовой бумаги. Это действительно была человеческая кровь.

Сначала мы подумали, что тело заключенного терлось о стенку отверстия выгребной ямы во время спуска, в результате чего вытекла кровь и образовались кровавые следы. Во-вторых, на самом теле заключенного могла быть кровь, оставшаяся на стенке отверстия.

Но я сразу же подумал и о другой возможности. Если в кале заключенного была кровь, на нем также могли остаться кровавые следы. Похоже, что источник следов крови можно будет определить только после получения результатов анализа ДНК.

Ван Мэн, задерживая дыхание, продолжал поиски на стенках отверстия. Спустя время он облегченно выдохнул:

– Пожалуй, это действительно так!

Затем достал пакет с вещественными доказательствами и аккуратно положил в него материалы, собранные со стенки выгребной ямы. При этом сообщил мне, что нашел и волокна одежды.

Заглянув в отверстие, я заметил, что уровень жижи в выгребной яме постепенно понижается. Рев машины за соседней стенкой внезапно прекратился, и раздались крики:

– Учитель Чжао, он почти появился!

Естественно, мы не могли проникнуть в выгребную яму через «очко», поэтому нам пришлось сделать крюк и зайти сзади. Мы увидели множество людей, окруживших край выгребной ямы. Я заглянул в нее. Там лежал человек – выражаясь точнее, человекообразный объект. На поверхности фекальных масс появилось что-то. Как судебный медик, я мог классифицировать это «что-то» как плечо и спину трупа.

Мертвую тишину наконец нарушил судмедэксперт Чжао:

– Сяохуэй и Ван Мэн, готовьтесь спуститься и достать его.

Люди, стоявшие вокруг, казалось, вздохнули с облегчением, а судмедэксперт Чжао продолжил:

– Попросите тюремную администрацию прислать несколько человек на помощь и принести несколько веревок покрепче.

Мы с Ван Мэном надели перчатки, изолирующие костюмы, резиновые сапоги, встали на лестницу и слезли в выгребную яму. Уровень фекальных масс доходил нам примерно до колена, на глаз глубина составляла 30 сантиметров.

Мы с Ван Мэном быстро надели на руки и ноги покойного несколько пакетов для вещественных доказательств. В этом-то и заключалась главная цель судмедэксперта Чжао, который специально отправил нас вниз, чтобы защитить тело и избежать вторичных повреждений или уничтожения вещественных доказательств в процессе подъема трупа. Сверху спустили две веревки, мы с Ван Мэном взяли по одному концу и начали обвязывать и закреплять тело. Стоя в липкой жиже, привязали веревки к груди и пояснице покойника.

Обвязав тело, я указал пальцем вверх, не в силах произнести ни слова. Люди наверху потянули веревки, мы с Ван Мэном осторожно поддавливали снизу, и тело начало поддаваться. Оно медленно поднялось со дна ямы, с него стекали фекалии.

Мы с Ван Мэном вскарабкались по лестнице. Судмедэксперт Чжао протянул руки и помог нам подняться.

В толпе людей немедленно освободилась пустая «поляна»; выражение лиц у всех можно было бы охарактеризовать как максимально отстраненное. Судебный медик У из прокуратуры, казалось, хотел подойти и пожать нам руки, но тут же убрал их, отметив лишь:

– Вы двое усердно потрудились!

Мы с Ван Мэном действительно были не в настроении разводить политесы и не смогли даже выдавить из себя три дежурных слова «нам не сложно».

Увидев труп, толпа стала высказываться наперебой в том духе, что хороший человек не стал бы прыгать в выгребную яму. Одни говорили, что это убийство, другие – что это несчастный случай, случайное падение; третьи – что это самоубийство. Обстановка стала немного сумбурной.

Судмедэксперт Чжао прижал руки к груди:

– В наши служебные обязанности не входит извлечение тела, но, когда вы двое спустились и забрали его, я наконец успокоился. Позже я отведу вас на дезинфекцию.

То, что судебный медик Чжао назвал словом «дезинфекция», думаю, из всех присутствующих было вполне понятно только Ван Мэну и мне. На самом деле это означало употребление водки.

После того как тело было извлечено, его положили плашмя на землю, сохранив при этом первоначальную позу с вытянутыми вперед руками и естественно согнутыми ногами. Весь труп был покрыт неровным слоем фекалий, из-под которых местами проглядывала серая ткань тюремной униформы.

Начинало темнеть. Судебный медик Чжао жестом велел нам с Ван Мэном снять изолирующие костюмы, вызвал по телефону машину для транспортировки трупов и начал подготавливать тело к транспортировке в анатомический кабинет для дальнейшего обследования. Судебный медик У из прокуратуры дал указание администрации тюрьмы обеспечить охрану места происшествия и предложил дождаться результатов вскрытия, чтобы обсудить дальнейшие мероприятия. Затем он посмотрел на свои наручные часы и спросил:

– Лао Чжао, доклад запланирован сегодня на десять часов; как думаете, вы успеете?

– Будем стараться изо всех сил. – Судмедэксперт Чжао на мгновение задумался. – Члены семьи подписали уведомление?

– В данный момент администрация тюрьмы беседует с членами семьи; я попрошу их передать подписанное «Уведомление о вскрытии трупа» позже. – И судебный медик У отдал соответствующее распоряжение людям, стоящим рядом с ним.

Мы тут же помчались в анатомический кабинет. По дороге я высказал свои сомнения судебному медику Чжао. Покойный, очевидно, утонул в выгребной яме; зачем нам его вскрывать?

Судмедэксперт Чжао ответил, что покойный был заключенным и место его смерти – тюрьма, поэтому причина смерти и ее характер должны быть точно установлены. Кроме того, как сотрудники экспертной службы, мы должны быть непредвзятыми – и выносить суждения, основываясь не на сиюминутной ситуации в расследовании, а на результатах осмотра места происшествия и вскрытия.

– Не думайте об этом происшествии как об обычном несчастном случае – к нему надо отнестись как к уголовному делу. Судебные медики должны делать все, что в их силах, и стремиться восстановить истину.

Слова судмедэксперта Чжао заставили меня смутно почувствовать, что сам инцидент может оказаться еще более серьезным, чем просто уголовное дело, и бремя, лежащее на моих плечах, стало еще тяжелее.

Анатомический кабинет был полон людей, включая судебного медика У из прокуратуры и его помощников, а также нескольких коллег из тюрьмы. «Уведомление о вскрытии трупа» еще не привезли, но мы не могли ждать. Сначала нужно было провести внешний осмотр тела.

После кратких приветствий под пристальными взглядами всех присутствующих и безостановочной видеосъемкой несколькими камерами во всех направлениях мы приступили к работе по осмотру трупа. Заключенный умер в тюрьме. Это дело должно быть тщательно расследовано, и все придавали ему большое значение.

Во время вскрытия у меня вдруг возникло ощущение, что за мной наблюдают, и я слегка напрягся.

Труп на столе для препарирования был покрыт фекалиями и личинками, из прожекторов бестеневых ламп струился ровный желто-белый свет. Я взял водопроводную трубу, включил форсунку и отрегулировал подачу воды на минимум, стараясь, чтобы фекалии, смытые водой, не выплеснулись за пределы анатомического стола. Я тщательно мыл тело, и постепенно начала проступать одежда покойного. После того как Ван Мэн сделал снимок, я первым делом осмотрел ее. Покойный был полностью одет, ткань в области груди и ягодиц была несколько изношена.

В карманах одежды покойного были обнаружены несколько кусков железной проволоки разной толщины, согнутой определенным образом. Мы на время отложили их в сторону и занялись телом.

Поскольку трупное окоченение уже наступило, потребовалось некоторое усилие, чтобы раздеть труп. К счастью, на покойном был только один слой одежды, а под ним – черные трусы.

Покойный оказался очень худым; можно было легко разглядеть выступающие передние верхние ости подвздошных костей, вдавленный живот, ключицы и ребра.

– Слишком худой… – Ван Мэн покачал головой.

Я достал полотенце, вытер лицо покойника и удалил фекалии из его носа и ушей. Перед нами наконец предстало лицо покойного. Хотя у него были короткие волосы и заметная лысина, это никак не сказывалось на его красивом лице. Тонкие брови, узкие веки, высокая переносица, тонкие губы, угловатое лицо – настоящий красавец.

– Да это же Инь Чуань! – уверенно сказал сотрудник тюрьмы.

Я достал линейку и измерил труп. Рост покойного был 170 сантиметров, что было меньше, чем казалось визуально – возможно, потому что он был слишком худым.

Я специально измерил размеры головы покойного: фронтальная проекция 15,3 сантиметра, сагиттальная проекция – 18,3 сантиметра. Такая голова могла пролезть через «очко» отхожего места шириной 20 сантиметров. Соответствие с теорией «поворота головы и тела» и возможность попадания в выгребную яму через отверстие подтверждалось данными.

После удаления грязи труп стал выглядеть очень «посвежевшим», и когда я прикасался к нему рукой, то смутно ощущал его низкую температуру.

Прошло всего четыре или пять часов с исчезновения покойного. Трупные пятна были расположены на груди и животе; это указывает на то, что умерший находился в положении лежа. Это соответствовало состоянию тела на момент его обнаружения и подтверждало, что тело не перемещалось. Цвет трупных пятен у умершего был светлый; трупное окоченение средней интенсивности, локализованное во всех крупных суставах; роговица прозрачная, но при ближайшем рассмотрении можно было обнаружить небольшое количество белых пятен. Различные признаки указывали на то, что время смерти умершего составляло от 4 до 6 часов.

Для трупов с коротким временем наступления смерти также могут быть использованы некоторые специальные методы исследования – например, измерение температуры трупа или определение содержания ионов калия в стекловидной жидкости. Под температурой трупа понимается температура тела человека после его смерти. Из-за прекращения обмена веществ тепло больше не вырабатывается, а первоначальное тепло трупа непрерывно рассеивается, так что температура трупа постепенно падает до температуры окружающей среды или ниже; это называется посмертным охлаждением.

К факторам, влияющим на посмертное охлаждение трупа, в основном относятся внешние факторы окружающей среды и факторы самого трупа. Внешними факторами окружающей среды являются в основном температура и влажность, а факторами самого трупа – в основном возраст, упитанность, причина смерти и так далее.

Стоит отметить, что при некоторых особых причинах смерти, таких как внезапная смерть, сепсис, солнечный удар, тепловой удар, механическая асфиксия, черепно-мозговая травма, столбняк, отравление, сопровождающееся сильными судорогами перед смертью, и тому подобное, температура тела умершего снижается медленно, а у некоторых даже повышается в течение длительного времени. На короткий промежуток времени она может превысить 37 градусов по Цельсию, а иногда даже достигает 45 градусов. Вообще говоря, судебные медики используют ректальную температуру в качестве основной температуры внутри трупа, чтобы определить время смерти.

В это время года температура тела среднестатистического человека падает в среднем на 1 градус Цельсия в час в течение 10 часов после смерти. Это самый простой метод. Конечно, я также буду использовать более точный «метод комплексных параметров».

Сначала точно измеряют ректальную температуру, а затем, используя столбчатую диаграмму ректальной температуры и таблицу корректирующих параметров, учитывающих влажность окружающей среды, температуру, вес умершего, одежду и так далее, получают более объективное и уточенное значение.

Я достал специальный термометр для измерения температуры тела трупов и приготовился измерить ректальную температуру трупа. В соответствии с правилами термометр вводится в задний проход на 15 сантиметров и как можно дальше от задней стенки малого таза, чтобы избежать ошибок, вызванных низкой температурой в малом тазу.

Через несколько минут я достал термометр, но когда собрался снять показания, то обнаружил, что на термометре много вязкой жидкости, смешанной с несколькими мазками красного цвета. Однако, похоже, это никак не повлияло на полученные значения. Я повернулся и посмотрел на настенные часы, которые показывали 18:51.

– Хм? – Судмедэксперт Чжао, склонив голову, внимательно посмотрел на термометр; выражение его лица постепенно становилось серьезным. Через некоторое время он поднял голову и сказал мне: – Проверь задний проход.

Я с усилием раздвинул трупу ноги, обнажил задний проход и тщательно осмотрел его. Там оказалось много рваных ран, как старых, так и свежих. Что касается такого рода травм, то сначала я подумал, что у покойного, возможно, долгое время был запор. Когда густой и твердый кал проходит через задний проход, он может порвать анальный сфинктер.

– Принеси анальный тампон.

Я взглянул на судмедэксперта Чжао, и тот многозначительно кивнул.

Дабы гарантировать, что процесс осмотра не приведет к вторичному загрязнению важных материалов, я просто сразу собрал все материалы, которые могли быть извлечены, включая ногти, мазки из полости рта, мазки из сосков и даже с полового члена. Затем проткнул шприцем глазные яблоки покойного с обеих сторон и извлек около 2 мл стекловидной жидкости. Стекловидное тело в меньшей степени подвержено воздействию внешнего мира, его нелегко загрязнить или испортить. Это хороший контрольный материал для химического обследования трупов.

Согласно исследованиям, взаимосвязь между изменениями внутреннего состава стекловидного тела и ДНС (давностью наступления смерти) относительно стабильна, особенно концентрация ионов калия в стекловидной жидкости в значительной степени положительно коррелирует с ДНС, и время после смерти может быть рассчитано в соответствии с уравнением.

Как судебный медик, имеющий специальное образование, я перепробовал все методы тестирования, какие только смог придумать. Сделав это, я начал внимательнее рассматривать лежащий передо мной труп.

В целом у погибшего были явные признаки удушья. Весьма вероятно, что он утонул в выгребной яме, но это отличалось от обычного утопления. На этот раз жидкость представляла собой смесь кала и мочи.

Хотя на поверхности тела не были обнаружены смертельные повреждения, однако повреждений вообще было очень много. На обеих сторонах груди покойного имелись шелушащиеся ссадины, и было очевидно, что это прижизненная реакция живого организма. Я нажал на обе области повреждений и сказал судебному врачу Чжао:

– Судя по направлению повреждения, усилие должно было приходиться снизу вверх, и ребра, похоже, сломаны.

Перевернув труп, мы увидели множество параллельных вертикальных кровоподтеков на ягодицах. Очевидно, это тоже была прижизненная реакция организма. Аналогично, направление силы должно было быть снизу вверх.

Ссадины на коже в двух этих местах напомнили мне о следах крови, обнаруженных на стенке отверстия в отхожем месте. Если будет установлено, что предполагаемые следы крови принадлежат покойному, мы в принципе сможем сделать вывод, что тот попал в выгребную яму при жизни, а не был брошен в нее после смерти.

Кроме того, у покойного было много застарелых подкожных кровоизлияний на руках и спине. Поскольку это не было смертельными травмами, никто не обратил на них особого внимания. А вот несколько параллельных шрамов на левом запястье жертвы привлекли мое внимание. Они были похожи на следы от ударов ножом, но шрамы были беспорядочными, и каждый из них был неровным.

Следы от ножа чаще встречаются у самоубийц. Может быть, он когда-то резал себе запястье? Я взглянул на судмедэксперта Чжао, но тот молчал.

Чтобы помочь Ван Мэну снять отпечатки пальцев с покойного, я взял его кисти. У пострадавшего были царапины на тыльной стороне обеих кистей. Кроме того, на ладони правой руки была круглая ранка, похожая на укол иглы. Я вдруг вспомнил о железных проволоках в кармане пострадавшего.

Ван Мэн некоторое время внимательно рассматривал отпечатки пальцев, затем кивнул:

– Это те же отпечатки, что и на краю отверстия в отхожем месте.

Иногда все складывается удачно. Как только я закончил читать формуляр на вскрытие, нам доставили «Уведомление о вскрытии трупа». Судмедэксперт Чжао взял его и убедился в том, что члены семьи покойного его подписали.

Пока он надевал перчатки, я приготовил скальпель и приступил к работе.

В соответствии с общепринятыми анатомическими процедурами, сначала были вскрыты грудная клетка и брюшная полость жертвы, и было обнаружено, что 5-е и 6-е ребра с правой стороны сломаны. Кости на сломанных концах были острыми, а в тканях имелось кровотечение, указывающее на то, что эти переломы свежие. Поскольку на поверхности тела имелись кожные ссадины, соответствующие переломам, мы посчитали, что переломы ребер могли образоваться в результате сдавливания или ушиба. Конечно, было нельзя полностью исключать, что они были вызваны ударом.

Сделали разрез вдоль реберного хряща, удалили переднее ребро и грудину. На поверхности правого легкого обнаружилось небольшое отверстие, а в правой грудной полости – небольшое количество крови. Зачерпнули ее ложкой и отмерили – 100 миллилитров. Местоположение разрыва в правом легком соответствовало местоположению перелома ребра; очевидно, что отломанный конец проткнул легкое.

В обоих легких было много точек кровоизлияния. Вскрыли перикард; в стенках сердца также обнаружились точки кровоизлияния. Это был явный признак удушья.

Вскрыли стенку желудка. Его содержимое уже полностью опорожнилось. Разрезали двенадцатиперстную кишку и обнаружили, что в ней осталось небольшое количество пищи. Предположительно смерть наступила через 2–3 часа после приема пищи. В тюрьме едят строго по распорядку, в 12 часов, поэтому смерть наступила в период с 14 до 15 часов, что в основном соответствовало предыдущим данным.

Конечно, это был всего лишь приблизительный вывод. У нас еще будут посмертные анализы стекловидного тела, но эти два результата их анализов придут не так быстро.

Рассекли кожу на голове трупа. Под ней оказались множественные гематомы. Похоже, они не были свежими. Череп цел, никаких повреждений. После трепанации черепа не было обнаружено никакого кровотечения или повреждения мозговой ткани.

Наконец была рассечена шея. Подъязычная кость осталась целой. Разрезали трахею – и обнаружили, что на ее внутренней стенке скопилось много желто-коричневой жидкости и зернистых частиц. После тщательной идентификации было установлено, что это фекальные воды из выгребной ямы. Такой же состав был обнаружен в надгортаннике и верхней части пищевода.

После завершения анатомического исследования были взяты кровь, стенки желудка и другие материалы для анализа.

Было еще рано. Судебный медик Чжао отклонил приглашение представителей прокуратуры и тюрьмы подкрепиться. Сначала он отправился в муниципальное управление для проверки, а затем пригласил нас с Ван Мэном на ужин, но на полпути развернулся.

– Я боюсь, что вашу одежду теперь уже невозможно отстирать. Мы – сотрудники технического отдела, поэтому в любой ситуации должны вести себя как можно более пристойно.

Судебный медик Чжао купил мне и Ван Мэну по новому комплекту подходящей одежды, заставив нас прослезиться от благодарности.

Сначала мы вернулись в филиал, чтобы принять душ, переодеться и поужинать в ресторане с хого, расположенном рядом со входом в наш филиал полицейского управления. Нельзя сказать, что судебный медик Чжао не выполнил своего обещания – он предложил нам с Ван Мэном пройти «дезинфекцию».

После инцидента с выгребной ямой у меня пропал аппетит, поэтому я взял немного овощного тофу и сварил его. Ван Мэн же оказался гораздо круче меня. Он по очереди набивал рот говядиной, бараниной и морепродуктами, как будто ничто в этом мире не могло повлиять на его аппетит.

После ужина мы сели в автомобиль, который вел Ван Мэн; еще не было и десяти часов, как мы уже прибыли в тюрьму. Конференц-зал был ярко освещен; за столом для совещаний было полно народу. Пустовали только три места – было очевидно, что они были приготовлены для нас.

После того как мы уселись, официально началось слушание дела. Администрация тюрьмы кратко описала ситуацию с Инь Чуанем и сообщила о ходе расследования инцидента. Хотя показания двух заключенных в целом совпадали и не противоречили друг другу, однако ничего ценного сказано ими не было.

Инь Чуань, пол мужской, 26 лет, был приговорен к 15 годам тюремного заключения за изнасилование и переведен в эту тюрьму три месяца назад. Вел он себя хорошо и соблюдал дисциплину.

Вначале в тюрьме подозревали, что Инь Чуаня убили двое заключенных, которые вместе с ним ходили в туалет. В конце концов, они были последними, кто контактировал с ним. Однако записи видеонаблюдения показали, что эти двое вышли из туалета вскоре после того, как зашли туда, и, по-видимому, у них не было времени совершить преступление. Поэтому следующая версия заключалась в том, что Инь Чуань упал в выгребную яму случайно. Но вероятность того, что взрослый человек случайно упадет в узкое отверстие отхожего места, была слишком мала. Таким образом, в тюрьме предположили, что Инь Чуань, скорее всего, покончил с собой – и нашли множество доказательств этого.

Тюрьма регулярно и в установленное время проводит медицинские осмотры заключенных. Некоторое время назад было обнаружено, что вес Инь Чуаня неуклонно снижается. Было проведено детальное обследование, но никаких заболеваний не обнаружили.

Однако во время недавнего медицинского осмотра врач обнаружил, что у Инь Чуаня травма на запястье; предположительно, это было покушение на самоубийство или членовредительство. Инь Чуань отказался признать, что он пытался совершить подобные действия, заявив, что случайно поцарапал запястье во время работы. У сотрудников тюрьмы имелись подозрения, но возможность разобраться не представилась.

Поскольку вес Инь Чуаня все время снижался, администрация тюрьмы заподозрила, что он объявил голодовку, и позже стала давать ему дополнительное питание, но эффект от этой меры был неочевиден. Тюрьма специально направила психиатра для проведения психологической консультации с Инь Чуанем. По словам психиатра, тот находился как под большим стрессом, так и в состоянии повышенной тревожности, а также, вероятно, имел склонность к членовредительству или даже суициду.

Короче говоря, у Инь Чуаня были следы членовредительства, его вес снижался, он находился в состоянии стресса и был склонен к самоубийству. Эти обстоятельства виделись достаточными, дабы доказать, что у него был мотив для самоубийства.

Что касается того, почему он решил покончить с собой в туалете, то тюремное начальство поняло это так: в других частях тюрьмы установлен надзор, и покончить с собой непросто, поэтому он решил сделать это в туалете, который не фиксируется камерами видеонаблюдения. Конечно, пока нет результатов вскрытия, все это были только предположения.

В конференц-зале постепенно воцарилась тишина. Судебный медик Чжао откашлялся и представил результаты вскрытия.

Предварительной причиной смерти была асфиксия, поскольку в трахее и пищеводе покойного были обнаружены фекалии, а признаки удушья были очевидны по всему телу. Первоначально предполагалось, что смерть наступила через 2–3 часа после приема пищи, что также соответствовало 28-й минуте съемки на месте происшествия.

На поверхности тела погибшего обнаружили множество повреждений, но ни одно из них не было смертельным. Конкретный механизм повреждения должен быть определен после получения результатов анализов.

Предполагается, что кольцевое повреждение ладони было нанесено специальными инструментами. В сочетании с железной проволокой, найденной в кармане одежды покойного, это могло быть повреждение, вызванное именно ею.

Кроме того, у жертвы имелся застарелый параллельный шрам на левом запястье, который, предположительно, был порезом; инструмент должен был быть неострым, так как шрам был неглубоким и недостаточно прямым.

– Шрамы на запястьях также могли быть нанесены железной проволокой, а в карманах покойного были найдены два отрезка железной проволоки.

Слова судмедэксперта Чжао звучали не вполне убедительно, и в конференц-зале поднялся шум. В тюрьмах заключенные должны работать, и естественно, что у них имеется доступ к железной проволоке. Теперь, похоже, все практически уверились в том, что Инь Чуань покончил с собой, – дескать, даже предполагаемые орудия доступны, и они находились в одежде покойного.

Дело, казалось бы, было ясным: у Инь Чуаня не получилось перерезать себе запястье, и он вместо этого прыгнул в выгребную яму, чтобы найти свою смерть.

После этого судебный медик Чжао задал вопрос: часто ли Инь Чуань подвергался побоям? Они могли бы привести его к самоубийству.

Атмосфера в конференц-зале внезапно стала очень напряженной. Администрация тюрьмы заявила, что в сложившейся ситуации будет проведено дополнительное расследование. Они представили ситуацию таким образом, что в тюрьме Наньфэн абсолютно отсутствует такое явление, как избиения заключенных полицией, между заключенными происходит очень мало драк, а блатных, подавляющих других заключенных, подобно тому, как это изображается в фильмах и телевизионных сериалах, вообще не существует. Конечно, трудно избежать издевательств одних заключенных над другими, но, вообще говоря, ни один зэк не будет переть на рожон и совершать преступления, потому что, как только будут обнаружены серьезные нарушения, они сразу же будут строго пресекаться, и это будет неприятно.

Более того, иногда из-за одного зачинщика со всех обитателей тюремной камеры списываются баллы. Самое важное для заключенных – перековаться в тюрьме; на практике это означает не что иное, как зарабатывать баллы, чтобы смягчить наказание. И если кто-то разрушает чужие надежды, то можно себе представить результат этого.

Я знал, что тюремные надзиратели обычно очень суровы, но и они не могут пристально следить за заключенными все время, поэтому некоторые упущения неизбежны.

Затем Ван Мэн представил результаты расследования на месте происшествия. Отпечатки пальцев и ладоней на стенках отверстия выгребной ямы были оставлены Инь Чуанем, а волокна одежды на внутренней стенке отверстия соответствовали тюремной робе; это указывало на то, что Инь Чуань попал в выгребную яму из такого отверстия.

Ван Мэн упомянул об отрезках железной проволоки, найденных в одежде покойного. Эти отрезки были согнуты в определенную форму и очень подходили для отпирания замков. Было рекомендовано, чтобы администрация тюрьмы выяснила, обладал ли Инь Чуань навыками взломщика.

Судебный медик У из прокуратуры внезапно спросил:

– Не многовато ли двадцати восьми минут для того, чтобы заключенный сходил в туалет?

На самом деле в глубине души меня тоже мучил такой вопрос. В тюрьме должны быть строгие правила, касающиеся времени посещения заключенными туалета. Заключенный пробыл в туалете 28 минут, не вызвав подозрений у тюремного персонала.

В тюрьме объяснили, что Инь Чуань страдал запорами и не мог ходить в туалет в установленные сроки, из-за чего его часто ругали.

Позже при медицинском осмотре было обнаружено, что Инь Чуань становился все худее и худее. Тюремный врач специально проинструктировал его усилить свое питание и разрешил продлить время посещения туалета. Так что Инь Чуаню приходилось каждый раз почти полчаса проводить в отхожем месте, и все к этому привыкли.

Поскольку результаты многих проверок с нашей стороны еще не были получены, а в тюрьме было много дел, требующих дальнейшего расследования, прокуратура решила провести завтра еще одно заседание, которое назначили на 17:00.

Рано утром следующего дня я помчался в филиал управления, чтобы разобраться со вчерашним результатом вскрытия и рассчитать температуру тела комплексным методом.

Вскоре из физико-химической лаборатории муниципального управления пришли известия о том, что была рассчитана концентрация ионов калия в стекловидном теле покойного, и выводы, сделанные на основе комплексных параметров ДНС и температуры трупа, рассчитанных по формуле, были в высшей степени согласованы. Основываясь на температуре трупа и содержании стекловидной жидкости в трупе, было подсчитано, что с момента смерти Инь Чуаня прошло около четырех с половиной часов. Поскольку время вскрытия было 18:51, то Инь Чуань умер около 14:21. Заключенные втроем зашли в туалет в 14:05, он умер через 16 минут после этого, а через 12 минут после его смерти, в 14:33, двое других заключенных обнаружили, что тот исчез.

В анальном мазке Инь Чуаня не было обнаружено состава ДНК других людей. В предполагаемых следах крови на стене отверстия отхожего места были обнаружены компоненты ДНК покойного; это доказывало, что ссадины на теле покойного образовались в результате трения о стенку отверстия.

Сотрудники физико-химической лаборатории также сообщили нам важную новость: в ходе проведенных исследований в крови покойного были обнаружены компоненты метана и сероводорода, которые показали, что Инь Чуань при жизни вдыхал токсичные газы. В выгребных ямах выделяются токсичные газы, такие как метан, аммиак и сероводород, и они также смертельны.

Я сообщил судебному врачу Чжао о результатах. Поставив чашку с чаем на стол, он погрузился в размышления. Спустя продолжительное время поднялся со стула:

– Давайте еще раз отправимся на место происшествия. Все может оказаться сложнее, чем мы думали.

Без лишних слов мы немедленно связались с тюрьмой, чтобы организовать проведение повторного обследования места происшествия.

Во время этого осмотра Ван Мэн обнаружил на навесном замке крышки выгребной ямы отпечатки пальцев, испачканных каловой водой. Я очень хорошо помню, что все люди в тюрьме во время операции были в перчатках; эти отпечатки, очевидно, оставили не они. Ван Мэн сравнил отпечатки пальцев на замке, и оказалось, что они принадлежали покойному Инь Чуаню. Кроме того, на нижней части навесного замка имелось множество свежих царапин, похоже, нанесенных металлическим предметом. После осмотра там были обнаружены следы металла, совпавшие по составу с железной проволокой, которую нашли в карманах Инь Чуаня. Это доказывало, что тот, видимо, пытался открыть замок выгребной ямы железной проволокой после того, как прыгнул в нее.

– Неужели это попытка побега из тюрьмы? – Мы с Ван Мэном переглянулись. Судмедэксперт Чжао кивнул.

Однако за выгребной ямой имелась еще одна высокая стена. Может быть, Инь Чуань собирался выбраться из выгребной ямы, а затем как-то перепрыгнуть через нее?

Второе совещание, посвященное слушанию дела, началось в срок. В ходе расследования, проведенного администрацией тюрьмы, было установлено, что Инь Чуань вообще не обладал навыками отпирания замков, но его сокамерник по имени Мао Сань был мастером в этом деле. И, согласно результатам расследования, этот Мао Сань и Инь Чуань были очень близки. Мао Сань, 35 лет, хорошо владел техникой отпирания замков. Это была его четвертая отсидка за кражу.

Мы доложили о нашем предположении о попытке Инь Чуаня открыть замок выгребной ямы железной проволокой. Все сошлись во мнении, что вероятность того, что он, скорее всего, собирался сбежать, была очень высока, а Мао Сань, вероятно, был сообщником и оказывал техническую поддержку Инь Чуаню.

Появлялось все больше и больше новых улик. Мы связали их воедино, и последние минуты жизни Инь Чуаня становились для нас все яснее и яснее.

Инь Чуань пытался покончить с собой, перерезав себе вены железной проволокой, но позже решил рискнуть и сбежать. Чтобы получить возможность пролезть сквозь отверстие отхожего места, он сел на диету и длительное время терял вес. Он также заручился помощью заключенного Мао Саня и приобрел навыки открывания замков.

Выбрав время, когда заключенные редко ходят в туалет, и взяв с собой заранее приготовленную проволоку, Инь Чуань пошел справить нужду. Увидев, что двое заключенных ушли, он быстро прыгнул в отверстие отхожего места, держась руками за бортик отверстия и оставив на нем отпечатки пальцев.

Несмотря на худощавую форму тела, ягодицы и ребра все же столкнулись с некоторыми препятствиями, что привело к возникновению большой силы трения при прохождении через яму, а также оставило волокна одежды и небольшое количество следов крови на стенке ямы; ребра были сдавлены, что привело к переломам.

После того как Инь Чуань прыгнул в выгребную яму, он протянул руку вдоль щели в крышке выгребной ямы, нащупал висячий замок и попытался отпереть его железной проволокой. По какой-то причине замок не открылся, а он поранил ладонь.

В выгребной яме скопилось много ядовитых газов, Инь Чуань постепенно потерял сознание, упал в выгребную яму, вдохнул большое количество дерьма, задохнулся и опустился на дно.

Кажется, все встало на свои места. Но у нас все еще оставался вопрос: почему Мао Сань, этот тертый калач, не сказал Инь Чуаню, что за дверью туалета есть еще одна стена? Почему он не сказал, что, даже если тот выползет из выгребной ямы, его, скорее всего, встретит пуля?

Расследование было еще не закончено. Наше внимание привлекли две вещи. Во-первых, распорядок работы ассенизаторов. Их автомобиль приезжает в тюрьму для откачивания каловых масс в определенный день каждого месяца и совершает две перевозки в день. В промежутках между двумя перевозками крышка выгребной ямы всегда открыта. При обычных обстоятельствах он прибывает в тюрьму около двух часов дня, но в день инцидента не прибыл из-за случайного дорожного происшествия. Инь Чуань, возможно, знал, в какой конкретно день приедут ассенизаторы. Безуспешно пытаясь отпереть крышку выгребной ямы, он отравился ядовитыми газами, ожидая, пока ассенизаторы откроют ее, – то есть просто не дождался их.

Другой аспект касался Мао Саня. У него была девятилетняя дочь, которая подверглась насилию. Вполне возможно предположить, какое у Мао Саня сложилось впечатление о заключенном, совершившем сексуальное насилие. Возможно, Мао Сань таким образом наказал Инь Чуаня. В таком случае все умопостроения кажутся логичными.

Но Мао Сань, естественно, не признался бы в том, что помогал Инь Чуаню сбежать из тюрьмы, не говоря уже о его убийстве. Домыслы могут быть только домыслами, а убедительных доказательств не хватало. В конце концов инцидент с побегом постепенно был забыт.