Глава 9

Эсмира

На палубе бушевал шторм насилия. Из темного, сырого чрева корабля Эсмира ухмылялась, вслушиваясь во всё это: топот сапог по дереву, лязг стали, резкий треск выстрелов.

Она дернула петли камеры, прикрученные к деревянным балкам, но те не поддались. Сирена внутри неё бесновалась. Эсмира не должна была гнить здесь, пока наверху мужчины проливают кровь. Она вывернула запястья; кандалы впились в кожу, уже стертую в кровь от попыток освободиться.

Тень мелькнула в свете фонаря, висевшего на стене и раскачивавшегося вместе с кораблем. Послышался шелест крыльев, а затем — легчайший топот сапог по ступеням, ведущим вниз, в тюремный блок.

Джек. Слава богам.

— Не думала же ты, что я оставлю тебя здесь гнить, красавица? — он шагнул в тусклое сияние фонаря.

— Сиськи Калипсо, ну наконец-то, — прорычала она, вцепляясь пальцами в решетку и глядя на его невыносимую ухмылку.

В темноте сверкнули его зубы; он покрутил ключом на пальце, а его золотые глаза светились от веселья.

— Нужно же было дать тебе немного попотеть, — он пожал плечами. — Это закаляет характер.

— Отпирай чертову дверь, пока я не «закалила характер», выцарапав тебе глаза.

С тихим смешком он вставил самый большой заржавевший ключ в замок и провернул его до щелчка.

— Нашел их у него на столе в кабинете, — признался он.

Дверь камеры со стоном отворилась, и она тут же сунула руки ему под нос.

— Быстрее! — вскрикнула она, отчаянно желая избавиться от оков и вернуть магию.

Глаза Джека вспыхнули, и он снова принялся перебирать ключи, вставляя их в скважину один за другим, пока, наконец, не раздался заветный щелчок, и кандалы с громким лязгом не упали на пол.

В тот миг, когда они соскользнули с её запястий, она резко вдохнула: сила хлынула в неё потоком. Она пронеслась по венам, как яростный разряд молнии, начавшись в груди и взорвавшись на кончиках когтей. Эсмира вцепилась в ржавые прутья, чтобы удержаться на ногах — мощь едва не сбила её с ног. Джек наблюдал за ней с тревогой в глазах. Таким она его еще не видела — по крайней мере, по отношению к ней.

— Как ты сказала это называется? Велсинит? — он нахмурился, произнося слово, и прищурился, глядя на странный, похожий на камень металл.

— Да, — ответила она, подбирая кандалы с пола. — И они отправляются с нами.

Они не успели сделать и шага к лестнице, как помещение взорвалось.

БУМ.

Пушечное ядро прошило обшивку, впуская в трюм щепки, искры и клубы дыма. Взрывной волной их отбросило назад; оба тела влетели в клетку, а пол под ними прогнулся. Корабль застонал: «Ночной Призрак» рвал его на части, и сквозь пробоину хлынула вода.

— Теперь отсюда только один путь, красавица! — крикнул он, перекрывая шум воды.

— Я уже на шаг впереди, — она запустила руку в складки платья и протянула ему пергамент, украденный из кабинета Дрэвина. — Это может быть ответом на все наши вопросы. Доставь на наш корабль, но не отдавай Сайрусу. Придержи её у себя, пока я не вернусь. Понял?

Джек издал раздраженный вздох, но в итоге кивнул.

— Убирайся отсюда, пока еще можешь, — приказала она с угрожающей певучестью в голосе, а её глаза вспыхнули ледяным светом.

— Увидимся на той стороне, — Джек подмигнул и обратился в сову, крепко сжимая пергамент когтями. Несколько взмахов пернатых крыльев — и он уже летел вверх по лестнице, скрывшись из виду.

Эсмира постояла в тишине несколько мгновений, давая ему время выбраться с нижних уровней, а затем шагнула в воду, разлившуюся у дверей камеры.

Она потянулась к своей силе, приветствуя её возвращение: ногти удлинились, превращаясь в когти, между пальцами натянулись перепонки, а погруженная во тьму камера залилась бирюзовым сиянием. Она резко втянула носом воздух; соленый привкус моря прекрасно обжигал легкие, пока магия откликалась на её зов.

И тогда корабль начал содрогаться.