Коридор тянется длинной тёмной кишкой, уходящей в полумрак. Здесь пахнет холодным камнем и воском. И мне вдруг становится по-настоящему жутко. Иду медленно, почти прижимаясь к стене и стараясь не шуметь. Всхлипы доносятся из одной из боковых ниш — там, где стены образуют углубление между декоративными колоннами. Подхожу ближе и чувствую, будто кто-то невидимый сжимает мои внутренности в кулак. Воздуха не хватает. С судорожным выдохом делаю шаг вперёд.

Мерзавец-торговец удерживает Изольду за поднятые вверх запястья, буквально распластывая по стене. Второй рукой он зажимает ей рот. Платье сбито, ткань смята, ленты развязаны. Изольда пытается вырваться, но он выше, тяжелее, увереннее. Её глаза расширены от ужаса, дыхание вырывается с тихими всхлипами, плечи дрожат. Она трепыхается, как рыба, выброшенная на берег. На секунду ей удается освободиться от огромной ладони.

— Нет… — просяще всхлипывает она.

— Тише, — мгновенно шипит он и снова зажимает ей рот. — Не устраивай сцен.

Кровь в висках начинает стучать громче барабанов вчерашнего вечера.

— Равиль! — мой голос разрезает коридор. Я почти кричу, надеясь, что меня услышит кто-то еще. — Что здесь происходит?

Он медленно поворачивает голову. Руку с её запястий не убирает. Изольда снова глухо всхлипывает.

— Во-первых, — произносит он холодно, — моё имя Рауль, миледи.

Он говорит это так спокойно, будто сообщает мне цену за товар на рынке.

— Во-вторых, — продолжает он с легкой, почти ленивой улыбкой, — леди не возражает. Она просто… смущена.

Изольда отчаянно мотает головой, но звуков больше не издает. Мне кажется еще немного и она упадет в обморок. Бедная девочка.

— Отойдите от неё. Сейчас же.

Я стараюсь звучать грозно. Но сама слышу, как дрожит голос. Горло перехватывает спазмом, ладони холодеют.

Он смотрит на меня с лёгким любопытством — словно разглядывает неожиданную помеху. Затем чуть ослабляет хватку, позволяя Изольде опустить руки, но не отпуская их полностью. Одним движением задвигает её себе за спину. Теперь я вижу только его лицо и край её бледного плеча.

— Вам лучше уйти, — произносит он мягко. — Это частное дело. Влияние вашей семьи не распространяется на делегацию Союза.

Я слышу в его голосе неприкрытую угрозу.

— К тому же, — добавляет он, чуть склоняясь к Изольде, — для девушки в её положении это весьма выгодное знакомство. Ей довольно сильно повезло. Мое предложение — лучшее на что, это милая леди может рассчитывать.

Что-то горячее поднимается у меня в груди. Не страх. Ярость.

— Равиль, — произношу я нарочито отчётливо, — отпустите её.

Его глаза холодеют.

— Рауль, — поправляет он уже без улыбки.

— Мне всё равно. Отпустите. Её.

Он делает шаг ко мне, всё ещё удерживая Изольду.

— Вы не понимаете, с кем говорите. Союз не любит, когда ему мешают. Слухи распространяются быстрее кораблей, миледи. Особенно если их направить. Я могу сделать так, что о ней… — он усмехается, — или о вас будут говорить по всей Эстравии.

Изольда снова пытается вырваться. И в этот момент за моей спиной раздаётся мужской голос:

— Господин Вентаро, вы позорите наш Союз.

Я резко оборачиваюсь и невольно отступаю. Позади стоит Иара. В её руке откуда-то появился короткий сааринский клинок, лезвие которого тускло блеснуло в свете настенных светильников. Рядом с ней — высокий молодой мужчина в тёмном камзоле. В отличие от остальных делегатов, он одет сдержанно, почти строго. На его лице холодное, собранное выражение.

— Господин Дарио Сольвейг, — почти выплевывает Рауль.

Дарио подходит ближе, закрывая меня собой. На мое плечо ложится рука Иары, унимая начавшуюся в теле дрожь.

— Союз заключает договоры, — спокойно говорит Дарио. — А не силой удерживает женщин в коридорах.

Рауль фыркает.

— Как драматично.

— Я видел достаточно, — перебивает Дарио. — Отойдите от леди.

Несколько секунд тянутся мучительно медленно. Я слышу собственное дыхание, чувствую тяжесть ладони Иары на плече — твёрдую, поддерживающую. Рауль смотрит на нас по очереди. Потом резко отпускает Изольду и делает шаг к Дарио. Тот даже не отступает. Его пальцы сжимаются в кулаки.

— Вы пожалеете об этом, — тихо бросает он, проходя мимо. — И вы тоже, миледи.

— Равиль, — холодно произношу я, — не забудьте поправить галстук.

Он замирает на мгновение, затем оборачивается. В его взгляде ненависть. Но он ничего не отвечает и уходит по коридору. Я выдыхаю, чувствуя, как все тело становится ватным.

— Леди, вы в порядке? — Дарио подходит немного ближе к Изольде, в его голосе звучит тревога.

— Он… он сказал, что если я буду сопротивляться, он… — её голос срывается в рыдания, она практически падает к нему в объятия.

— Всё уже закончилось. Вас никто больше не тронет. — тихо говорит Дарио. Его рука нерешительно опускается ей на макушку.

Я вопросительно смотрю на Иару.

— Дарио нормальный мужик — тихо говорит она, верно понимая мое беспокойство — Не все купцы такие, как этот червяк.

Я киваю. Изольда всё ещё дрожит. Возвращаться в зал ей явно нельзя. Мы находим её личную помощницу и передаём Изольду буквально из рук в руки. Только когда она немного успокаивается, позволяем себе уйти.

Когда мы возвращаемся, музыка всё ещё играет. Смех, звон бокалов, блеск драгоценностей — словно в тёмном коридоре ничего не произошло. За столом Орделла сразу замечает отсутствие Изольды и Рауля. Но лицо её резко меняется, когда на их места садятся Иара и Дарио. Её губы кривятся, стоит ей встретиться взглядом с последним.

— А где господин Вентаро? — спрашивает она с натянутой улыбкой.

— Господин Равиль… простите, Вентаро решил покинуть нас раньше, — отвечаю я ровно — Срочные дела. Кажется, связанные с репутацией.

Орделла сверлит меня взглядом.

— А леди Изольда умчалась по делам вместе с ним? — говорит она с издевкой.

— Вздор. — не выдерживает Иара — Изольда переволновалась, она в своих покоях вместе со служанками.

Орделла поджимает губы и демонстративно отворачивается к соседям за столом, натужно пытаясь завести беседу. Теперь настал мой черед довольно улыбаться: провалились твои хитрые планы, тетка. Я с интересом поворачиваюсь к Дарио.

— Дарио, я вижу вы нашли общий язык с Иарой — улыбаюсь радушно — Она прекрасно разбирается в людях, поэтому вы мне заранее симпатичны. Расскажите, чем занимаетесь.

Дарио улыбается светлой почти детской улыбкой. Его лицо в этот момент преображается. От суровости не остается и следа, теперь он больше напоминает задорного мальчишку с каштановыми вихрами и легкими веснушками на лице.

Он рассказывает о гильдии торговых кораблей, о рейсах через штормовые проливы, о нападениях пиратов, которые ему доводилось отбивать. Иара восторженно называет его воином — только морским. Дарио смущённо смеётся, но не отрицает.

За разговором время летит незаметно. Вечер, который казался пресным и идеально выверенным, наконец становится интересным. Музыка постепенно стихает. Распорядительница отбора поднимается со своего места, призывая нас ко вниманию.

— Уважаемые гости, — её голос разносится по залу. — Сегодняшний приём стал достойной точкой нашего второго испытания. Мы увидели не только блеск и роскошь, но и умение выстраивать союзы.

Мой взгляд невольно находит Кайрена. Он смотрит прямо на меня, в его взгляде я считываю напряжение. Может все-таки удастся вылететь?

— Пришло время объявить имена тех, кто продолжит участие в отборе. — продолжает Ровелла.