С трудом отвожу взгляд от герцога, стараясь призвать на помощь всю генетическую память Мариэт и свою собственную выдержку, воспитанную при работе с заказчиками. Как же хочется кинуться на него с обвинениями и разоблачениями. Но толку-то. Перевожу взгляд на делегацию.

Четверо прибывших из восточных племён — в тёмных плащах с медными пряжками, сдержанные, с прямыми спинами и суровыми взглядами. А вот другие четверо одеты несколько иначе: яркие наряды, с бусами и нашитыми на плечи перьями, смеющиеся слишком громко и слишком вызывающе.

Они смотрят только на нас, стараясь не касаться друг друга ни взглядом, ни рукавом. Напряжение расползается по нашему уютному месту для вечеринки и ощущается почти физически, как трещина на стекле.

Герцог церемониально здоровается с делегацией и начинает провожать их за столы. Я иду вслед за ним рядом с Иарой. На ее губах застыла идеальная улыбка гостеприимной хозяйки, но походка выглядит совершенно деревянной.

— Всё будет хорошо, у нас все-таки два стола — тихо сказала я, не глядя на неё.

— Надеюсь, — ответила она.

Мы заранее разделили их на два стола — не слишком близко, но и не демонстративно далеко. Два длинных резных стола под навесом из светлой ткани. Два очага. Две группы слуг. Также есть и третий стол для герцога и его невест. Вся группа образует букву П. Нам казалось мы перестраховались, но неожиданно страховка пригодилась. И, судя по первым реакциям, идея была удачной.

— Мудрое решение, — произнесла одна из старших вождей, оглядев расстановку.

— Вы учли обычаи, — добавила другая.

Ияра чуть выдохнула. Я заметила, как поодаль стоит Сюзанна. В её взгляде скользнуло что-то тонкое, почти неуловимое. Как будто она ждет чего-то. Это мне совершенно не понравилось.

Все расселись за столы, слуги начали выносить блюда. Когда вынесли жаркое, воздух наполнился запахом пряностей и дыма. Густой мясной сок блестел в глубокой металлической чаше. Барабаны пока молчали, разговоры становились свободнее, смех громче. Я позволила себе расслабить плечи.

И в этот момент раздался сухой треск. Я завертела головой в поисках источника звука. Стол слева — тот, за которым сидели южане, — едва заметно просел. Сначала совсем чуть-чуть, я даже подумала, что мне показалось. Но эмоции на лице их главной подтверждали мои худшие опасения. Она недоуменно нахмурилась. Чаша с жарким качнулась. И вдруг одна из ножек стола подломилась.

С тяжёлым, унизительным скрипом, стол перекосился. Чаша соскользнула. Горячий сок хлынул по скатерти и начал стекать на землю. Несколько мужчин резко вскочили. Кто-то выругался. Кто-то схватился за рукоять ножа. Кажется, больше по привычке, чем в намерении начать драку. Восточные поднялись тоже.

Вся ситуация выглядит опасно. Я вижу, как стремительно бледнеет Иара. Воздух буквально зазвенел от напряжения. Если сейчас кто-то произнесёт одно неловкое слово — всё закончится самым худшим образом.

Я резко поднялась и метнулась к упавшей чаше быстрее чем успела подумать. Подняла упавшую чашу и поставила ее на пустующую часть второго стола. Потом посмотрела южан.

— Прошу прощения, — произношу, стараясь звучать уверенно. — Похоже, стол не выдержал нашего стремления всё делить пополам.

Ловлю множество настороженных и удивлённых взглядов. Провожу ладонью по треснувшей ножке.

— Даже дерево протестует.

Кто-то хмыкнул, но я не улыбаюсь.

— Вы привыкли сидеть друг напротив друга. — я перевожу взгляд с одного стола на другой. — Привыкли помнить старые обиды. Привыкли держать дистанцию.

Делаю небольшую паузу.

— Но сегодня вы гости одного дома. А дом не делится на две половины.

Тишина длится секунды. Потом самая ярко одетая женщина из южных — их главная — скептично спрашивает:

— Вы предлагаете нам сесть вместе?

— Я предлагаю вам показать, что ваше родство крепче этого дерева.

Восточная, сидящая во главе стола фыркает, но не зло, скорее удивлённо.

— Девчонка смелая.

— Девчонка права, — тихо сказал кто-то из южан.

И первым к общему столу подошла старшая из южан, остальные потянулись за ней. Восточные начали слегка тесниться чтобы всем хватило места, слуги споро начали переносить еду и тарелки. Напряжение не исчезло полностью, но атмосфера явно стала немного спокойнее.

Я еще на секунду замираю около упавшего стола, осмысливая свою находку. Ножка не треснула от старости, она была подпилена. На дереве остался свежий чистый след. Из-под ресниц смотрю на Сюзану, она ожидаемо недовольна. Доказательств недостаточно, но все внутри меня орет, что это именно она приложила сюда свою руку. Наверно продолжает считать меня конкуренткой номер один.

Я вздыхаю и начинаю следовать к своему месту, когда замечаю внимательный взгляд герцога. Не нравится мне его внимание. Очень жаль, что пришлось так активно участвовать, но мне так не хотелось, чтобы расстроилась Иара. Кстати, о ней. Когда я сажусь на свое место, она смотрит на меня так, будто узнала заново. В ее глазах абсолютный восторг.

— Это будет легендарный прием — говорю тихо, слегка ей улыбаясь.

Она только кивает, будто не находя слов для ответа.

К вечеру костры разожгли по кругу. Небо медленно густеет, наполняясь фиолетовыми тенями Столы ещё уставлены блюдами — запечённое мясо с дымком, острые травы, тёплый хлеб, чаши с пряным вином. Разговоры текут спокойно, с редкими смешками, с мерным гулом голосов. Верховные юга и востока сидят не в тени мужчин. Наоборот: их плечи расправлены, подбородки чуть приподняты. Мужчины по бокам — воины, советники — скорее поддерживают, чем задают тон.

Хоть южные и восточные сидят за одним столом, но пока они общаются исключительно внутри своих делегаций или напрямую с герцогом. Периодически замечаю, как верховные нет-нет, да и посмотрят друг на друга. В их глазах нет враждебности, но до дружелюбия и одобрения еще далеко.

Иара едва заметно стучит костяшкой пальца по столу. Музыканты реагируют молниеносно. Первый удар барабанов звучит глухо. Второй уже громче. Третий ощущается как вызов, от которого невозможно отказаться. Струнные подхватывают пружинящий ритм. Разговоры за столом затихают, саарины поворачивают головы к музыкантам.

Южная верховная — высокая, статная женщина с тяжёлыми золотыми кольцами в волосах — с легкой улыбкой, медленно ставит кубок на стол. Не спеша она расправляет плечи и медленно поднимается из-за стола.

В ее движениях намного больше власти, чем в любых приказах. Все взгляды сейчас прикованы только к ней. Она выходит ближе к центральной жаровне, в которой полыхает огонь. Ее движения напоминают выпады в бою. Их не назвать плавными, но в них столько силы, энергии и грациозности, что невозможно отвести взгляд.

Музыка набирает обороты и верховная начинает танец. Короткие, пружинящие шаги, быстрые повороты корпуса, работа плечами и бёдрами — это не выглядит соблазнительным, но завораживает. Она сама сейчас похожа на пламя огня, около которого стремительно двигается.

Остальные южане подбадривают ее выкриками и свистом и тоже медленно поднимаются со своих мест. Они идут к ней, образовывая небольшой полукруг. В этот момент южная верховная резко разворачивается к делегации восточных и, глядя прямо в глаза их лидеру, делает четкий и прямой выпад. Словно пересекая невидимую черту. Южане за ее спиной взрываются подбадривающими криками и улюлюканьем.

Восточная усмехается и также медленно поднимается из-за стола. Она двигается иначе: её шаги шире, более скользящие, с плавным разворотом рук. Если юг — это искра, то восток — ветер. Они сошлись в центре, окруженные своими воинами. Один из них ударят ладонями в такт музыке. Другие подхватывают. Звуки хлопков ложатся на ритм барабанов

С нашего стола первой вскакивает Иара.

— О, это будет весело, — бросает она и, не спрашивая, тянет меня за собой.

Я успеваю заметить брезгливо поджатые губы остальных невест. Особенно недовольными выглядят Сюзана и Марианна. А вот во взгляде Изольды виднеется интерес. Все кроме невест следуют примеру Иары, круг формируется сам собой.

Южная и восточная верховные двигаются вокруг друг друга, шаг — ответ, поворот — контрвыпад. Ни одна не уступает. И вдруг в круг со смехом влетает Иара. Она добавила в движения больше гибкости, больше игры. Круг взрывается одобрением. Постепенно воины и советники сааринов начинают выходить по очереди. Я стою завороженная происходящим. Хлопаю в такт и покачиваюсь в ритме музыки. Вдруг передо мной появляется огромная мужская рука. Один из воинов протягивает ее мне с улыбкой. Я смотрю в нерешительности. Совсем не знаю этого танца, не понимаю как двигаться.

— Смелая девчонка боится? — кричит кто-то из круга.

Переступая через свой страх, вкладываю руку в его ладонь и шагаю в круг. Он тут же слегка отталкивает меня придавая движение и заставляя тело вливаться в ритм. Я немного растеряно пытаюсь повторить их фигуры, но чувствую себя скованно. Воин делает мне знак — плечо вниз, шаг шире, поворот. Я повторяю за ним снова и снова. Вскоре меня наполняют ощущения легкости и свободы. Ритм пронизывает все мое существо, а тело будто двигается само собой.

Счастливо хохочу от переполняющих чувств. Краем глаза замечаю Иару, которая сошлась в шуточном танце-поединке с Тиреном. Мне так легко и свободно, что я закрываю глаза буквально растворяюсь в этом ритме, в чувстве собственной силы и необузданной энергии.

Делаю еще поворот, открываю глаза и замираю. Прямо напротив меня стоит Кайрен. Он не улыбается. В его взгляде я читаю то же напряжение, что отдаётся в моем теле вместе с ритмом барабанов. Он делает шаг вперед, музыка ударяет громче.