— Черт, — застонала я.

Гарри вздыхает в телефон.

— Я знаю, это чушь. Я должна была понять, что это скоро случится, и купить подписку или что-то в этом роде. Просто..., — вздыхает она. — Просто это чертовски дорого.

Я недоуменно пожимаю плечами.

— Э, все нормально. На следующей неделе Тоттенхэм играет с Ливерпулем. Мы будем готовы к этому.

Гарри хмыкает.

— Ты только посмотри на себя, любитель спорта, знающий все эти спортивные... спортивные... штучки.

Я смеюсь.

— Я знаю это только потому, что раздел Таймс, посвященный спорту, буквально лежит передо мной на барной стойке.

Она тяжело вздыхает.

— Мне очень жаль, Эли. Послушай, я могу прийти на работу сегодня вечером. Сегодня будет чертовски мало народу. Не нужно тратить время...

— Гарри, я поняла. Честно. А если серьезно, не волнуйся об этом. — Я ухмыляюсь. — Кто, черт возьми, вообще хочет смотреть бокс?

— Если не считать весь район, из-за которого сегодня вечером будет меньше народу, чем на дискотеке? Да, подруга, я не знаю.

Я хихикаю.

— Останься дома, Гарри. Проведи чертовски веселую ночь. А я буду здесь.

— Ладно, — простонала она. — Извини еще раз, Эли.

— Не стоит. Я просто напьюсь твоей выпивки и использую это время для работы над своим пониманием о работе.

Она хмыкнула.

— Пожалуйста. Бар в твоем распоряжении.

Я ухмыляюсь. На самом деле я не собираюсь пить на работе, и мы оба это знаем.

— Погоди, предложение от того горячего шикарного блондина и его суперсексуального папочки? — Она издает рычащий звук. — Примите это предложение, дамочка.

Я закатываю глаза.

— Его зовут Джейкоб Принц, и все совсем не так. Он хочет заплатить мне кучу денег, чтобы я занималась графикой, пользовательским интерфейсом и кодированием для его компании. На самом деле, он приглашает меня на торжественное мероприятие через неделю или что-то в этом роде? — Я застонала, покачав головой. — Какой-то королевский прием, полный снобов. Вот где он хочет пообщаться, представляешь?

Я хмурюсь. По крайней мере, я думаю, что он все еще хочет взять меня с собой. Или нанять меня, если уж на то пошло. Сегодня я поняла, что новость о том, что я буквально замужем за конкурентом его отца, может изменить или вовсе отменить предложение о работе — но я стараюсь не зацикливаться на этом.

Гарри начинает смеяться. Я нахмуриваю брови.

— Что?

— Ничего, Золушка, — хихикает она. — Я просто в восторге от того, что Принц хочет пригласить тебя на настоящий королевский бал.

— Ха-ха.

— Ладно, последний шанс покончить с паршивой ночью и заставить меня поработать, прежде чем я начну готовить себе коктейль.

Я смеюсь.

— Развлекайся. Я справлюсь, Гарри.

— Хорошо, хорошо. Позвони мне, если что-то случится. Люблю тебя.

Я ухмыляюсь, когда вешаю трубку и прислоняюсь к задней стойке. Медленно выдыхаю, провожая взглядом абсолютно пустой бар.

Да, сегодня здесь будет тихо, несмотря на то, что сегодня пятница. Как по команде, дверь распахивается, и внутрь просовываются два здоровенных парня с британскими флагами на шее, похожими на накидки.

— Эй! — говорит один. — У вас тут сегодня показывают бой, дорогуша?

Я качаю головой.

— Нет, извините.

Они ушли и пошли дальше по улице, даже не ответив.

Да, это будет тема сегодняшнего вечера.

Идет крупный боксерский поединок между двумя известными боксерами — один из Британии, другой из Литвы. Проблема только в том, что он доступен только в рамках какого-то очень дорогого пакета платных трансляций. Для коммерческого бара, даже такого крошечного, как Туфелька, его показ по телевидению стоит около десяти тысяч фунтов.

У Гарри на это денег нет. Отсюда и «моя мертвая ночь».

Но я стремилась не просто поднять ей настроение. Я действительно собираюсь использовать сегодняшнее время, чтобы поработать над тем, что я скажу Джейкобу о работе. То есть, понятно, что она моя. Но я все равно хочу войти туда, не выглядя при этом как неопытная.

Я наливаю себе газированной воды, когда мой телефон звенит. Я опускаю взгляд и застываю, когда вижу, что это Джулианна.

История о том, что я вышла замуж за Ноэля, распространилась около пятнадцати часов назад. Излишне говорить, что я ждала и боялась этого звонка. Оливер Принц тоже звонил мне около дюжины раз, и все звонки были игнорированы.

Джулианна звонит два раза подряд, а потом пишет смс: «Пожалуйста, возьми трубку!», после чего звонит в третий раз. Я застонала, неуверенно ответив.

— Слушай, прежде чем ты что-то скажешь...

— Это правда, не так ли? — вздыхает она.

Я закрываю глаза.

— Черт, Элла. Я в Лондоне по работе. Где твоя квартира... о, черт, ладно, я полагаю, ты у него...

Она что-то бормочет.

— Джулс...

— Ладно, оставайся на месте. Я приду...

— Джулс, меня там нет.

Она выдыхает.

— Ладно, где ты? Я еду к тебе.

Я вздрагиваю, медленно втягивая воздух. Джулиана не знает, что я живу в дерьмовой квартире. Она не знает, что я практически без гроша в кармане и работаю барменом в дерьмовом баре. И я сохраняю это в тайне, потому что... что? Гордость?

Я закатываю глаза.

К черту.

— Ручка есть? — тихонько бормочу я. — Я дам тебе адрес.

Я хмурюсь.

— И Джулс?

— Да?

— Я обещаю ответить на все твои вопросы, когда ты приедешь.

Она фыркнула.

— В общем-то, у меня есть только один вопрос.

— Поверь мне, когда ты приедешь, у тебя их будет гораздо больше, чем один.

— Вау.

Джулианна моргает, выглядя ошеломленной, и откидывается на спинку своего барного стула. Она подносит водку с содовой к губам и делает большой глоток, прежде чем выдохнуть и снова посмотреть на меня.

— Я имею в виду... черт, Элла.

Я широко развожу руками, пожимая плечами с кривой улыбкой.

— Ну, думаю, это примерно вводит тебя в курс дела?

Я рассказала ей все. То есть, по крайней мере, почти все. Я опустила информацию о Лео, потому что никому, кроме меня, не нужно об этом беспокоиться.

Она улыбается мне, протягивает руку через барную стойку, чтобы взять мою руку и сжать ее.

— Это очень серьезно, — мягко говорит она и снова сжимает мою руку.

— Я... в порядке.

— Боже, Элла, если бы тебе нужны были деньги...

— Мне не нужны подачки.

Я не хотела, чтобы это прозвучало так резко, как прозвучало, и тут же вздрогнула.

— Черт, прости, я не это имела в виду.

Она качает головой.

— Нет, это не проблема. И я не имела в виду, что тебе нужна благотворительность или что-то в этом роде. Просто... я здесь.

Я улыбаюсь ей.

— Я знаю. — Я вздыхаю. — Слушай, просто... все нормально. Действительно.

Она выдыхает.

— Значит, ты действительно замужем.

Я застонала.

— Я действительно замужем.

— За Ноэлем Рэнсомом.

Я беззаботно пожимаю плечами. Но внутри что-то пылает и обжигает. Что-то охватывает меня, заставляя сжиматься, когда я вспоминаю, как он заставлял меня стонать и содрогаться.

Как он трахал меня.

Как он морочит мне голову, заставляя жаждать его прикосновений и губ.

Но также и то, как все это каким-то образом стало гораздо большим, чем просто секс с Ноэлем.

Я дрожу.

Намного большим.

Она вздыхает.

— Ну, по крайней мере, это все только для видимости, чтобы навести порядок в зале заседаний...

Ее глаза сужаются, а затем внезапно брови приподнимаются. Мгновенно, без всяких сомнений, я понимаю, что она видит, о чем свидетельствует выражение на моем лице.

— Боже мой, подожди... Ты же не спишь...

— Ты вышла замуж за своего учителя, Джулс.

Она хмыкнула.

— Туше. Слушай, я не осуждаю, честно. Я имею в виду..., — она усмехается. — Этот мужчина — просто секс в костюме, признаю.

Мое лицо краснеет. Она ловит это и усмехается.

— Я имею в виду, вы ведь трахаетесь, верно?

Мое лицо пылает еще жарче, когда я съеживаюсь от ее ухмылки. Я отворачиваюсь, закатывая глаза.

Джулианна заливисто смеется.

— О, это большое «да»! — Она смеется, чокаясь своим бокалом с моим через барную стойку. — Ну и черт с ним. Пойми это, девочка. Я рада за тебя. И, кроме того, не похоже, что они с твоей мамой состояли в законном браке...

— Это был исключительно деловая сделка, чтобы поддержать ее финансы после смерти моего отца.

Она пожимает плечами.

— Вот видишь? И... и что?

Она слегка нахмуривает брови.

— Что?

— Нет, просто..., — ее губы кривятся. — Он..., — она поднимает на меня глаза. — Властный?

— Он мудак.

Джулиана смеется.

— Ну, по крайней мере, мы не ходим вокруг да около.

Я ухмыляюсь и вздыхаю, качая головой.

— То есть он такой... Он властный, но... — Я краснею.

Но мне это нравится. И я жажду этого.

— Он... Я не знаю. Это трудно выразить словами.

Джулиана откидывается назад, с любопытством смотрит на меня, на ее губах играет небольшая улыбка.

Я хмурюсь.

— Что?

— Нет, ничего, просто...

Она усмехается.

— Что? — простонала я.

— Просто иногда, не имея возможности выразить это словами, ты понимаешь, что это что-то хорошее, — тихо говорит она. — Поверь мне.

Мы сидим в тишине в течение секунды, пока я позволяю этому молчанию заполнить все внутри. Потом дверь в заведение распахивается, наверное, уже в третий раз с тех пор, как она сюда пришла.

— Эй! У вас тут бой...

— Нет! — Мы обе одновременно взвизгнули, отправив перепуганного фаната бокса бежать обратно в ночь, а потом разразились хохотом.