Внезапно Валеру привлек шум во дворе, так что он вышел быстрым уверенным шагом.

— Пожар, — кричал какой-то босой малец, лохматый и чумазый. — Слобода соседняя горит! Помогайте, люди добрые!

Валера кивнул:

— Далеко?

— Да не, добрая женщина, и пары верст не будет.

Валера кивнул своим мужикам во дворе:

— Бегите, соседям надо помогать! Сильно горит-то?

— Сильно, людей бы побольше, добрая женщина.

— Ну, сколько есть, — Валера кивнул Прохору. — Пусть бегут. Повозка все равно одна только, хотя пара человек могут лошадей взять.

Прохор кинулся организовывать спасательную бригаду. Люди организовались быстро, и часть ускакала на конях, часть побежала так, с ведрами и тазами.

— Не нравится мне это, — буркнул Прохор. — Душа не на месте.

— Что-то часто у вас тут пожары, — поморщился парень. — Никогда такого не было.

— Ваша правда, — вздохнул мужчина. — Но соседям надо помогать. Сегодня ты им, завтра они тебе. Но вот волнуюсь я что-то. Кто у нас там в той стороне? Митины? Чему у них там гореть сильно?

Валерка тоже задумался.

— Есть еще ведра? — спросил он.

— Да есть, как не быть.

— Тогда приготовьте. Как бы они нам самим не понадобились. Хотя я надеюсь, что вы зря паникуете. У нас тут уже три пожара было.

— И все с нападением.

Прохор перекрестился, помянул Бога милосердного и ушел отдавать оставшимся людям распоряжения.

Валерка вернулся в дом, хотел в кабинет подняться, да только Лерка была права. Чрезмерное усердие тоже не есть хорошо, так что пошел к Аглае. Вот у неё-то и застал его новый крик:

— Пожар, постройки горят, быстрее!

— Что там происходит?

— Сидите тут, — схватила его за рукав женщина. — Люди знают, что делать, без вас разберутся. А ну как вы пострадаете? Тут на вас всё держится!

— Какая-то неверная позиция, — ответил парень, но тут спор угас сам собой, потому что стекло разбилось и в него полез какой-то бородатый мужик.

— Совсем уже, — буркнул Валера, подскочил к окну и, схватив первое попавшееся под руку, приголубил мужика чем-то рогатым и длинным. Тот выпал обратно. Валера высунулся наружу и убедился, что больше никого нет.

— Это что за такое? — машинально спросил он.

— Ухват, барыня, — отозвалась Аглая, перестав визжать. — Что же это творится, прости Господи?!

— Берите что-нибудь потяжелее и бейте всех, кто в окно полезет, — распорядился он. — Или со мной пойдешь? А, впрочем, лучше готовьте всякие средства перевязочные и к детям идите. Они, конечно, на втором этаже, но мало ли. Собирайте сумку, я подожду.

Выглянул в коридор, заметил Глашку и втянул в комнату.

— Помоги шкаф к окну подтащить!

Аглая тоже бросилась помогать, и втроем они перетащили тяжелый шкаф, в котором что-то звенело и булькало. Пару раз раздался хруст, и Валерка очень сильно надеялся, что хрустят не его колени или спина.

— Теперь поднимаемся к детям, — скомандовал он. — Ибо здесь мы сделали всё, что могли. Аглая, ты сумку взяла? Бинты там есть? Лекарства? Спирт?

— Всё как есть собрала, барыня, не извольте сомневаться!

— Бледная ты какая-то, вдруг волнуешься, переживаешь?

— Каменная вы, — выдохнула Глашка. — Не все воины такие спокойные, как вы. Словно не барыня, а герой древности какой!

— Скажешь тоже, — отмахнулся Валерка. — Не ссыте, девки, в прошлый раз отбились, и в этот всё хорошо будет.

Так, подбадривая друг друга, они добежали до второго этажа. У детей как раз были занятия, и в классе нашелся еще и отец Владимир, который с трудом успокаивал детей. Девчонки рыдали, размазывая сопли рукавами, а мальчишки кто как: кто тоже развел сырость, а кто наоборот, рвался идти сражаться и всех там победить. Священник пока справлялся с паствой, но было видно, что еще чуть-чуть, и ситуация может выйти из-под контроля.

— Вот, — Валерка кивнул женщинам. — Дети, надо их осмотреть и успокоить.

Аглая уже взяла себя в руки и, опустив сумку на ближайший стол, принялась за дело. На столе в углу стоял кувшин с водой, кружки и какие-то печеньки, так что некоторую часть детей удалось нейтрализовать простыми действиями.

— Что предлагаете, отче? — спросил Валерка.

— Оборону лучше держать тут, — отозвался священник. — Забаррикадировать двери, окна и отсидеться. Господь милосерден, мужики вернутся и выстоим.

— А если нет? — тихо спросил парень. — Святой отец, пусть женщины баррикадируют дверь, а мы с вами оборону организовывать пойдем. Больше некому, — и, усмехнувшись, добавил: — Никто кроме нас!

— Хороший девиз, мне нравится.

— А мы? — рядом со священником столпились пацаны.

Тот присел на корточки и серьезно взглянул в глаза заводиле:

— Кто-то должен остаться охранять женщин и девочек, — перевел взгляд на остальных. — В крепости всегда остаются защитники, я же вам рассказывал. Возьмите кочергу, ты вот табурет себе по руке выбери. Великий герой Илья сражался лавкой, но для ваших рук лавка будет тяжеловата. Займите оборону у двери и окон.

— Хорошо, — кивнул Микола. — Мы всё сделаем, как вы велели.

Валерка со священником вышли и убедились, что к дверям опять подтащили что-то тяжелое.

— Куда мы?

— Вниз, — кивнул парень. — Только подождите, я попробую мороки на нас наложить. У меня, правда, так себе получается, хотя чародей хвалил.

— Вовремя вы это искусство познали, — одобрил священник. — Всякое, что в воле Господа, во благо, коль для дел добрых используется.

Валерка помахал руками, как чародей указывал, но иллюзия плыла и сползала.

— Щас! — он пару раз встряхнул кистями и призвал бабушку. Бабушка застучала спицами.

— Не волнуйся, Валерия, коль не получится ничего, то не страшно. Порой знаниям, дабы усвоиться, время требуется, — подбодрил священник. Бабушка нахмурилась, словно говоря: не получится? У неё??!

Этот морок получился. Правда, при движении сбоил. Словно рябью по воде, вот вроде есть, а тут прорехами пошло.

— Лучше не выходит, — вздохнул Валерка. — Надо будет у чародея спросить, как на движущиеся предметы накладывать. И нет ли заклинания невидимости какого.

— Сам я, увы, не в силах оценить мастерство, — повинился священник, — но любая защита лучше, чем ничего.

— Пойдемте, — вздохнул Валерка. — Как на себя чары накладывать, я тем более не знаю. Но зато у меня есть дубина. Почти копье!

— По пути раздобуду себе оружие по руке, — решил священник. — Хоть Господь и милосерден и призывает не вершить зла, да защищать родных — дозволено!

Возле лестницы священник прихватил бронзовую статуэтку и довольно крякнул, подкинув и поймав своё новое оружие.

— Годно!

Вот на лестнице они и встретили первых нападавших. Три лохматых мужика самой немытой наружности явно не за солью по-соседски заскочили. Положение у защитников усадьбы оказалось более выигрышным, так что священник принял первый удар мечом от мужика на статуэтку, а Валерка из-за его широкой спины ловко ткнул ухватом в живот второму. Вышло внезапно довольно сильно.

— Ах ты, гнида, получай, — выдохнул священник. — Умрешь без покаяния!

Третий разбойник, опознав священника, замешкался.

— Благословите, — ляпнул машинально.

— Вот тебе благословение! — возмутился отец Владимир и опустил ему на голову своё оружие. То соскочило, получилось в ухо, но тоже вышло неплохо, потому что мужик упал, оглушенный. Валерка еще раз ткнул во второго, метил в голову, попал в нос, правда, этот удар оказался не слишком силен, только кровь и брызнула.

— Ааааа, — заорал мужик, но очередной удар священника отправил и этого разбойника в нокаут.

— Прости, Господи! — перекрестился священник, перешагивая через поверженных врагов. — Отпусти грехи этим заблудшим овцам так, как я их прощаю.

— Да вроде дышат, — потыкал в одного ухватом Валерка. — А вы, святой отец, даёте!

Священник ничего не ответил, но приосанился.

Далеко уйти не получилось, следующие разбойники встретились на середине лестничного пролета. Но этих оказалось двое, и священник легко вырубил одного, пока Валерка бил куда придется ухватом. Получилось пару раз ловко по ногам, и потом красиво в грудь, так что второго можно было записать на свой счет. Мужик покачнулся, потерял равновесие и упал с лестницы, пару раз приложившись головой в полете. Да так внизу и затих.

Священник опять отпустил им грехи и даже перекрестил врагов, себя и до кучи Валерку.

Дальше они бежали по усадьбе, и Валерка думал, зачем ему такой огромный дом? Столько комнат, из которых постоянно лезли всё новые нападающие. Морок давно слетел со священника, он пару раз пропускал удары, и один раз его даже зацепили мечом.

— Может, меч по руке подберете? — предложил Валерка в минутную передышку.

— Мечом легко убить, — покачал головой отец Владимир. — Моё же оружие оставляет возможность выжить, осознать грехи свои и встать на путь исправления. Мертвые же лишены такого.

— Логично, — Валерка перехватил ухват, который с каждым пройденным шагом становился всё тяжелее и тяжелее. Ему казалось, что они обороняются уже вечность, но за окнами еще даже не стемнело. Хотя, может быть, так казалось из-за зарева пожара. Ибо пожар и в самом деле был. Стелился дым, который порой оказывался на руку им самим, позволяя подкрасться к разбойникам сзади и вырубить их без особых потерь.

— Не угорели бы дети, — покачал головой священник. — Пора заканчивать этот бой.

— Согласен, — кивнул парень и вытер пот со лба. Тело Лерки было слабо приспособлено для великих битв. Впрочем, Валерка в очередной раз пообещал себе и ей, что тело они приведут в порядок.

«Не надо», — выдохнула испуганная девчонка.

— Надо, Лер, надо. Видишь, жизнь какая, — не согласился Валерка.

Наконец они пробились во двор.

Там тоже было активно: кто-то орал, кто-то дрался, были слышны звуки ударов, горели постройки, но на саму усадьбу огонь пока не перекинулся. Мимо Валерки пробежала девка с тазиком воды, и её уважительно пропустили вначале свои, а потом и разбойник посторонился.

— Ух, весело тут у вас, можно к вам на огонек? — раздался голос с неба, и Валерка задрал голову. Над усадьбой повис Горыныч. Он лениво махал крыльями и с интересом обозревал творящийся беспредел.

— И тебе привет, — поорал в ответ Валера. — Можешь помочь?

В ответ Горыныч повернулся задницей и выдал мощную струю в огонь. Пламя притихло, хотя и окончательно не потухло.

— Могу еще насрать сверху, — любезно предложил дракон. — Просто пиво во мне кончилось.

— Слетай, попей водички на реке? — проорал Валерка, но Горыныч вместо этого спланировал и дохнул огнем в сторону разбойников. Те заорали и побежали. Хорошо, что не в усадьбу, а наоборот, на выход.

— Валим, — заорал кто-то из разбойников, и они резво устремились на выход. Кто-то перемахнул забор, остальные просто бросились врассыпную.

— Не так быстро, ребята, — Горыныч метким плевком попал в одного, отчего тот кубарем покатился по дорожке. Второго он зацепил хвостом, когда поворачивался, и, кажется, это как раз вышло случайно. Третьему подпалил задницу и захлопал лапами.

Народ, пользуясь тем, что разбойники практически кончились, бросились тушить огонь.

— Вяжите тех, кто не разбежался, — велел Валерка и присел прям на крыльцо. Ухват стал внезапно неподъемным, и он его аккуратно прислонил рядом.

— Выглядишь ты так себе, — заметил Горыныч, сев на задницу прям в середине двора. Люди уважительно обходили его по широкой дуге.

— Чувствую примерно так же, — признался парень. — Кстати, я смотрю, ты хвост отрастил?

— У тебя там кровь.

Валерка опустил глаза и уставился на руки. На правой красовался длинный и кривой порез. Наверное, меч с ухвата соскользнул, когда парень отмахивался.

— Надо Аглаю найти, чтоб перевязала, — устало заметил он и не двинулся с места. — А ты тут какими судьбами? Спасибо за помощь. Я — твоя должница!

— Запомню, — серьезно кивнул дракон. — А я мимо пролетал. Обожаю вечером перед сном пивка попить. А сегодня так и подраться получилось. Считай, вдвойне повезло.

— Обращайся, — Валерка вытянул ноги и прислонился к перилам. — У меня часто такого рода веселье. Слишком часто.

— Барыня, за стрельцами изволите послать? — наклонился к нему Прохор. — Али сами казним? Иль за чародеем послать?

Валерка подумал, что чародея тут только не хватает. Да и чем бы он уже помог? Разбойников повязали, а если кто и уцелел в недрах усадьбы, так вернувшиеся мужики, прихватив дубье, отправились искать выживших супостатов, и Валерка последним не завидовал.

— Стрельцов зови, — решил он. — Может, заодно узнаем имя заказчика. Кто-то же их нанял?! И еще, Прохор, а почему у нас до сих пор нет никакого оружия? Я имею в виду огнестрельного?

— Луки, стрелы есть, — отозвался управляющий. — Да вы не приказывали вооружать луками никого. С ними в доме и не развернуться.

Путем наводящих вопросов Валерке удалось выяснить, что порох тут был. Царь фейерверки любил устраивать, порох купцы иноземные привозили, а что огнестрельного оружия тут не было, он и в прошлый раз выяснил уже. На медведя ходили с собаками да рогатиной, как дедами было заповедано, дичь били стрелами или из арбалета на худой конец.

— Повезло, что у них тоже не было арбалетов, — заметил парень. — Ладно, напомни мне завтра, как от чародея вернусь, заняться ружьями. Я не то чтоб спец в этом, но простое ружье, думаю, получить сможем. Пусть оба Ивана заедут, или мы к ним?! Организуешь, ладно?

— Тебе бы прилечь, — участливо заметил Горыныч, — выглядишь ты — краше в гроб кладут.

— Спасибо, — кивнул парень, — ты — настоящий друг!

— А то, — кивнул дракон. — Кто как не друг тебе правду-то скажет. Кстати, ты, как подруга, не угостишь пивком, что я так бездарно растратил на твой сарай?

— Оно было уже переработанное, — возмутился Валерка. — И я что-то не уверена, что у нас тут вообще пиво есть. Мы вроде не варим.

— Плохая подруга, — попенял дракон. — Ладно, полечу тогда домой голодным и непитым. И трезвым.

Валерка рассмеялся.

— Щас, спрошу на кухне, чего у нас есть, покормим спасителя нашего.

Валерка повернулся, и Прохор тут же наклонился, готовый слушать распоряжения и, главное, выполнять их. Покивал, что всё понял и отрядил какого-то пацана на поиски съестного.

— Слушай, Горыныч, — произнес Валера, — наше знакомство с тобой не удалось, я знаю. Но спасибо тебе, прям по-братски спасибо!

— Ладно, с-с-сестра, — кивнул ящер. — Я и сам виноват. Но не очень сильно. А ты мне вообще хвост оторвала и сожрала, как только не стыдно! А еще девочка!

— Я еще и заработала на нем, — усмехнулся Валерка. — Эти деньги мне сейчас очень пригодятся. Хозяйство поднимать. А ты быстро хвост обратно отрастил!

— Это не повод так глумиться над волшебным созданием!

— Ладно, — Валерка первым протянул руку. — Я больше не буду.

Горынычу с поклонами поднесли стопку пирогов и пригнали блеющего барашка. Манька как раз собиралась сегодня похлебкой всех баловать, но решили, что спасителю нужнее.

Валерка посидел еще на крыльце, после извинился и, попрощавшись, отправился на поиски повитухи. Адреналин спал, и рука заболела.

Попасть на приём к специалисту удалось только через час. Раненых было много, и Валерка не стал ломиться вперед. Тихонько сам нашел спирт, промыл и перевязал как сумел. Но разрез оказался длинным и довольно глубоким. Тут надо было шить, а отвлекать повитуху было стыдно. Другим досталось сильнее.

Пока ждал, его два раза покормили, пару раз он разнял стихийно вспыхнувшие драки и один раз даже накричал на Глашку, которая пыталась поставить явно разбитый сервиз в буфет.

— Жалко же, — всхлипнула она. — Фарфор заморский! Может, склеить получится?

— Выбрось, — устало заметил успокоившийся Валерка. — Посуда бьется к счастью. Мы тут сегодня как минимум на выигрыш в лотерею намолотили.

Глашка всхлипнула и прижала остатки сервиза к груди.

— Я тогда заберу?!

— Целую посуду оставь, попьем чаи пока из разносортицы. А сервиз после с оказией новый справим.

Тут и Валеркина очередь к повитухе подошла, и он прошел в отведенную ей комнату.

— Шить надо, — заметила уставшая женщина. — Потерпите? У меня отвар кончился, или подождите, пока я новый сварю.

— Потерплю, — отмахнулся парень. И так бедная женщина с ног валится, а помощников у неё толком как не было, так и нет. Валерка честно хотел помочь, но из рук всё падало, и его выгнали. Перевязывать было кому, выполнять тяжелую работу тоже, а шить он не мог, руки дрожали от усталости.

Вытерпел неприятную процедуру, послушно выпил отвар от воспаления и отправился спать.

Но сон не шел, он долго ворочался, слушал Леркино нытье и жалобы на жизнь. А после провалился в какую-то серую вязкую темноту.

* * *

Снилась ему палата, деловитые врачи и медсестра Артём Андреевич. Но к нему никто не подходил, и он просто рассматривал потолок.