Проснулся с трудом, словно выныривал из трясины.

«Валера, Валер, вставай, — ныла в голове Лерка. — Я тебя не слышу».

— Тут я, — отозвался, с силой потерев лицо руками. Стало легче. Кряхтя как столетний дед, поднялся. Точно, на книге вчера уснул, оттого, наверное, всякая ерунда и снилась. Но ведь насколько реальная ерунда?! А вдруг нет?!

Но вокруг все было привычным: грубая ткань штанов, вышивка на сарафане, перекинутом на спинку стула (Валерка сам же и перекинул), уютное покрывало, которое он встряхнул, заправляя постель, и голос Лерки в голове.

«К чародею опять тащиться, — нудела она, — опять спину гнуть, словно мало у тётки было”.

— Работать полезно, — машинально отозвался Валерка. Постепенно события странного сна бледнели, и он окунулся в рутину: умыться, заплести волосы, вдеть сережки, отжаться, увеличив количество еще на один раз. И еще на один.

Спустился на завтрак он уже вполне бодрым.

— Как спалось, барыня, — дежурно спросил Прохор, накалывая на вилку кусок мяса.

— Нормально, — слукавил парень. Спалось-то может, и нормально, а вот выспалось не очень. Но зачем об этом лишний раз говорить.

— Готовы к уроку?

Валерка покопался в голове и, к своему удивлению, осознал, что в принципе содержимое книги в целом помнит. Местами даже понимает. Поэтому он с максимально уверенным лицом кивнул.

Выехали заранее, и всё равно едва не опоздали. Валерке сердобольная Глашка еще и корзинку с пирожками и крынкой сметаны в руки зачем-то сунула. Всё равно чародей не даст времени перекусить.

— Не торопитесь, вы, Валерия, на уроки, — попенял чародей, открыв калитку. — Учебник принесла?

Валерка вернул книгу.

— Ну, рассказывай, чего поняла?!

Чародей запустил учеников во двор и, выгнав остальных, велел пройти в дом, где прислонился прям ко входной двери, показывая, что чудес не ждет. И что идти в кабинет нет необходимости, мол, он прям с порога знает, что все дураки. Валерка разозлился.

И рассказал всё, что понял. Из первой главы, а после как-то само собой получилось, что из второй. И третьей.

Но чародей не обрадовался почему-то. Потер подбородок, нахмурился и повернулся к Ваньке:

— А ты чего понял из того, что она сейчас наболтала?!

Ванька сглотнул, и замычал.

— Точно! — буркнул чародей, — совсем забыл. Он щелкнул пальцами и парень, зачем-то пощупав своё горло ответил:

— Ничего, господин!

— А почему? — спросил чародей, всё так же не повышая голоса.

— Мудрено больно!

— Вы не говорили, что надо проще, — насупился Валерка, уже понявший, что оплошал. Надо было в самом деле попроще рассказывать. Ванька-то неграмотный, сам книгу не мог прочитать.

— Я тебя не спрашивал, — и парень был вынужден признать свою неправоту еще раз. Нехорошо перебивать людей. Особенно если они стоят выше тебя по иерархической лестнице.

И тут чародей сделал совсем уж странную вещь: взмахнул руками, и в парней полетело что-то темное и страшное. Оно щелкало зубами, завывало и выглядело настолько страшно, что Валерка заорал и сделал то единственное, что мог: бросил во врага то, чем были заняты руки и приготовился идти врукопашную. Рядом орал Ванька: жалобно и несколько гнусаво.

Но неведомое зло рассеялось так же внезапно, как и возникло.

Чародей выругался и стер с лица сметану.

— Как ты мои щиты пробиваешь, — устало вздохнул он и облизнулся. На пол капнуло белым.

— Боженька, за что ты покарал меня, — закричал Ванька и пустился в пляс по комнате, задевая стол, стулья и другие предметы мебели. Штаны на парне дымились, а кое-где уже и горели. Также начал гореть и деревянный пол там, где он стоял и, испугавшись, оконфузился.

— Во двор беги, дурак, — крикнул Валерка.

Чародей пытался сделать что-то своими чародейскими силами, но колдовство против колдовства не срабатывало. Загорелась занавеска на печке.

Ванька орал и беспорядочно метался. Чему еще способствовал дым и чад, затянувший комнату. Чародей орал или колдовал, а, возможно, успешно совмещал и то и другое. Впрочем, скорее неуспешно. Огонь-то и не думал тухнуть.

Валерка метнулся, сорвал горящую штору и в пару хлопков потушил её. А после этой же тряпкой начал хлопать по остальным местам возгорания.

Ванька наконец выбежал во двор и, судя по звукам, нырнул в бочку с водой целиком. Вопли затихли, перейдя во всхлипывания.

— Это была моя любимая занавеска! — заметил чародей. — Память от бабушки.

— Я вам свою подарю, хотите?

— У тебя такой нет, — скорбно возвестил мужчина. — Давно хотел выкинуть эту тряпку, но всё руки никак не доходили.

— Всегда пожалуйста, — кивнул Валерка и зачем-то встряхнул обгоревшую тряпку. В воздух поднялась волна сажи. Пришлось пару раз чихнуть.

— Полы мыть ты уже умеешь, — крикнул чародей, выходя во двор. — Чтоб к моему возвращению тут было чисто.

— Полы я и до вас мыть умел, — пробурчал парень, но понял, что уборки не избежать. Причем, кажется, генеральной, уж больно они умудрились насвинячить.

«Сам виноват, — бубнила Лерка. — Зачем он в нас страшным кинул? Что за учеба такая, где только и делаешь, что полы моешь?»

— Согласен, — пробубнил Валерка, с натугой таща ведро воды. — Пока в чародействе мы продвинулись не сильно. Но зато я теперь знаю шесть способов нарезания сырья для траволечения. Нам на фарме такого не давали.

«И чем нам это колдовать поможет?»

— Пока ничем, — Валерка убедился, что вода в ведре холодная, ключевая, и полы ей нифига не отмываются. Только грязь еще сильнее размазалась.

«Надо на печке нагреть», — предложила девчонка.

— Хорошая мысль, — согласился парень и подошел к печке.

У Валерки был небольшой опыт растапливания печки. В деревне у бабушки была печка. Конечно, по малолетству Валерке топить её не разрешали, но в целом технологию он знал. Так что смело принялся за дело.

— Что ты, дура, делаешь? — раздалось от двери.

Валерка повернулся. Там стоял свежеотмытый чародей. С мокрых волос стекала вода, рубаха на груди распахнута и натянута на мокрое тело, так что местами прилипла. Он стоял босиком, и Валерка помимо воли задержал взгляд на босых ногах. Мужских волосатых ногах.

Валерку бросило в жар. В животе запульсировало. А голову как-то странно повело.

— Блин, — протянул он и зачем-то посмотрел на полено в своей руке. — Кажется, опять отравился. Чот меня тошнит. И в груди тесно.

— Отравления, милочка, чтоб вы знали, не так проявляется.

— Да?! Ну, на лихорадку еще похоже, при ротовирусе я бы тут блевала дальше, чем вижу.

Валерка отвел взгляд от чародея и вновь посмотрел на полено.

— У тебя дурость девичья проявляется, — чародей подошел и, отобрав полено, закинул его в корзинку к остальным. — Зачем ты пожар хотела устроить?

— Я? — насупился парень. — Я вообще-то тут убираю последствия оного. А устроили его как раз вы!

— И где этот придурок?

Валерка огляделся, но в комнате кроме них двоих никого не было.

— Тут только мы с вами, — констатировал он очевидное. — Вы мне воды не нагреете? Раз уж с печкой что-то не так. А то пол не могу отмыть холодной водой. И нет ли у вас мыла?

— Мыть полы мылом? — всплеснул руками чародей, отчего рубашка натянулась еще сильнее. Валерка обратил внимание, что у чародея, оказывается, довольно накачанные руки, хотя до этого в камзоле он выглядел хилым. Да и грудные мышцы тоже развиты. Видать, он раньше был не дурак и врукопашную подраться. А может, и сейчас может.

«Хм… — подала голос Лерка. — А он ничего так, смотри, какая задница!»

Чародей как раз повернулся к печке и задницу стало видно особенно хорошо. Обтянутая мокрыми штанами, она выглядела поджаро. Никаких накачанных булок, столь модных в тренажёрках.

— Задница как задница, — не согласился парень.

— Какая еще задница? — повернулся чародей. — Песком пошоркай вначале, после водой сполосни. Господи, где были мои мозги, когда я согласился на это?!

Чародей закончил складывать поленья в корзинку и взмахом руки подогрел воду, после чего, отпустив еще пару замечаний на тему умственной неполноценности своей ученицы, ушел в другую комнату.

— Надеюсь, тебе надо немного времени, чтобы помыть пол, — ехидно заметил он. Дверь захлопнулась, и Валерка не успел придумать остроумный ответ.

«Я передумала, — согласилась девчонка. — Действительно, у сына купца задница лучше!»

— Аааа! — заорал Валерка и пнул ведро. — Как вы меня все достали!

Пнул недостаточно сильно, так что только ушиб ногу, а вода плеснулась через край и потекла, размазывая грязь дальше.

«Давай уйдем? — предложила девка. — Пусть сам свои полы моет, а у нас дома слуги, тепло, дел по горло. Пусть Ваньку учит?!»

Валерка задумался. Уйти? Почему нет.

— Нет уж, — сказал после минутной паузы. — Десантники не сдаются! И назад не поворачивают!

«Ну и ладно».

— Сказал чародейкой буду, значит, буду!

Валерка решительно закатал рукава и принялся за полы. С теплой водой дело пошло быстрее, и спустя некоторое время он с гордостью оглядел отмытую кухню. Сбегал поменял воду в ведре и протер еще раз, уже холодной водой. Не стучаться же к чародею опять с просьбой нагреть. Он что-то сегодня особенно не в духе.

Но на второй раз уже и холодной отмылось. Только руки замерзли.

— А где еще один?

Валерка оглянулся, едва сдержавшись, чтоб не перекреститься. Уж больно внезапно подкрался чародей.

— А вы ему что поручили? Там, наверное, и обретается?

— Поручил? — чародей почесал голову и задумался. — Кажется, ничего я еще ему не поручал. Так, кстати… эээ… тебя же тоже надо чем-то полезным занять?! Вон в углу кладовки стоят мешки с фасолью. Перебери их, разделив на красную и белую, а то некрасиво, когда она вместе в котле булькает.

Валерка оглянулся на мешки и оторопел. Мешки стояли ему по пояс и было их навскидку пяток или чуть больше.

— Потом, — чародей почесал голову, — вдруг быстро управишься, то посади семь кустов роз в палисаднике.

— Ээээ…

— Понятия не имею, где ты их возьмешь, придумай что-нибудь, — отмахнулся чародей на невысказанный вопрос. — Потом прополи грядки, впрочем, это лучше нет, повыдергиваешь еще чего, я тебя знаю. Помой окна, побели на кухне, натри полы воском, намели кофе на седьмицу и….

— КОФЕ? — Валера услышал заветное слово. — У ВАС ТУТ ЕСТЬ КОФЕ???

Чародей умолк.

— И вы молчите?

— Тьфу, дура! — сплюнул он на свежевымытый пол, но сейчас Валерка был готов даже такое кощунство простить за чашку божественного напитка.

— Стоять, — жестко произнес он, вцепляясь ему в подол рубахи. — Где кофе? Где вы его берете? Сколько стоит? Мне надо!

— Уйди, блаженная, — попытался избавиться от внезапного клеща чародей, но не тут-то было. Валеркин организм (то есть технически Леркин) почувствовал настоятельную потребность в этом волшебном напитке.

— Вначале кофе, потом переберу вам хоть все мешки!

— Вот дурная, — чародей воздел руки к потолку, посмотрел на него, потом перевел взгляд на парня и ответил. — Вон, в нижнем ящике буфета стоит мешок. На седьмицу — это примерно вот столько…

Но парень отцепился так же резво и кинулся к буфету, открыл дверку, и, вцепившись в мешок, блаженно замер, практически сунув внутрь нос.

— Сколько он стоит? Где можно купить? Продайте мне?

— Да в лавке пряностей продается, рубль за фунт…

«Дорого», — возмутилась Лерка.

— Нормально! Отсыплю фунт? Прохор заплатит, а то я деньги не взяла с собой.

Чародей явно хотел возмутиться, но посмотрел на бледное лицо и горящие глаза и только рукой махнул.

— И мне свари кружку, — велел. — Я пока пойду этого погорельца озадачу. А то как-то не справедливо распределён фронт работ, а я вообще люблю справедливость.

Но Валерка не слушал, все его мысли были о кофе.

Молоть пришлось путем перетирания в ступке. Мельницы у чародея не оказалось. Или он не дал из вредности, но судя по тому, как он удивился этому вопросу, у него в самом деле не было. О процессе приготовления кофе Валерка тоже знал не так чтобы много, поэтому чародею опять пришлось спасать ситуацию.

— Вначале надо обжарить, — командовал он, удобно устроившись на стуле и руководя процессом. — Теперь перетри в ступке, теперь в джезву, поставь на спиртовку, не топить же печь ради чашки.

— Дальше мне всё понятно, — отозвался парень, с нетерпением приплясывая и вдыхая полной грудью.

«Фу, — заметила Лерка, — горько!»

— Ммм… — простонал Валерка и сделал еще один глоток, — Вы же отсыплете мне фунт? Есть весы?

Чародей махнул рукой.

— Тогда начнешь с кофе, — махнул рукой. — вон в ту банку ссыпать смолотый, мешок потом завяжи плотно, чтоб не выдыхался. И не вздумай филонить! Эти задания на сегодня, а не на неделю!

— Это вы так пошутили?

Но чародей с мерзкой ухмылкой покачал головой и скрылся в кабинете, плотно притворив дверь.

— Пейте кофе, — громко сказал парень закрытой двери, — делайте глупости энергичнее.

«Чтобы выполнить эти задания, нам не хватит времени, — заметила Лерка очевидное. — Что будем делать? У тебя есть идеи?»

— У меня всегда есть идеи, — признался парень. — Но они обычно дурацкие. Вот, например, этот список мне напомнил список у золушки. Не уверен, что всё так и было, но какую-то крупу она точно перебирала. И розы вроде были…

«И что делать?»

— Ты задаешь извечный вопрос, который волнует умы людей много столетий. Я вижу несколько вариантов решений. Первое: начать делать по списку. Собственно, я уже начал, — пока Валерка разговаривал с внутренним голосом, он в самом деле начал выполнять задания. И начал, разумеется, с кофе.

Отсыпал себе в карман ровно фунт. Рубашка здорово отяжелела, но ни про какие мешки с чародеем оговорено не было, соваться к нему в кабинет Валерка посчитал лишним, поэтому отсыпал по-простому в карман. Благо карманы у него теперь везде были знатными.

Потом перетер в ступке примерно столько, сколько показал чародей и ссыпал куда велено. А вот у мешков замешкался.

«Да мы тут надолго», — кисло подтвердила девчонка.

— Мы тут навсегда, — согласился Валерка. — Самое время звать фею-крестную на помощь!

«Что?»

— Если не предполагать, что наш учитель окончательно выжил из ума, что в принципе вполне возможно, но не точно, то давай на минутку представим, что эти задания можно выполнить?

«Ничего не поняла, но продолжай».

— Зачем нам дали такие задания? Чтобы что? Мы же чародейству тут учимся, а не мелкую моторику развиваем?

«Не знаю, что это значит, но думаю, что ты прав!»

— Значит, это задание надо сделать, используя полученные знания!

«Но у нас нет знаний?!»

— Ну да, — согласился парень, опять прокрутив в голове содержание книги. — Или есть, но мы о них не знаем. Я, например, могу своим зрением посмотреть мешки.

Парень серьезно уставился на мешки и честно добавил:

— Вижу, что в них фасоль. Она двух цветов. И перемешана.

Лерка даже не стала упражняться в остроумии, только вздохнула.

— Есть еще вариант, что чародей к вечеру устанет от нашего присутствия и сам выгонит, — предположил парень и, развязав первый мешок, убедился, что зрение не подвело.

«Так он не больно-то себя нашим обучением утруждает. Запрется у себя в кабинете на неделю и забудет, что мы ему тут мешаем!»

— Он может, — согласился парень и опять пошерудил в мешке.

«Что будем делать?»

Валерка пожал плечами. Посмотрел на мешки. Повернул голову и посмотрел под другим углом. Ничего не изменилось. Кстати, мешков оказалось семь. Прямо магическое число какое-то.

— Так, погоди, — кивнул он своим мыслям. У меня есть зрение. Я могу видеть. Так?

Лерка кивнула.

— Книга была про травки?! Вернусь, честное слово, фарму пересдам!

«Про травки», — согласилась девчонка.

— Но перебрать я должен фасоль? А про фасоль в книге точно ничего не было?!

Лерка задумалась и после отрицательно покачала головой.

— Значит, дело в зрении, так? Других вводных у нас нет.

«Ничего не понятно, но звучит здраво».

— Значит, если я могу видеть то, что есть внутри на самом деле, то я могу сделать так, чтобы люди видели то, чего нет?! Вопрос — как?

«Ничего не понятно, но у меня нет других идей».

— Возьмем за рабочую версию, — решил парень и принялся гипнотизировать взглядом мешки. Те, однако, как стояли, так и продолжили стоять и меняться не собирались.

Валерка для пробы развязал горловину еще одного и прихватил пару образцов, попутно отметив, что красная фасоль по размеру была мельче белой.

— Хм…, — от пристального взгляда содержимое мешка и не думало меняться. Он перевел взгляд немного вбок и заставил себя посмотреть рассеянно. Фасоль осталась лежать.

«Может, надо не смотреть, а, ну не знаю, руками помахать?» — заботливо уточнила девчонка.

— Зачем?

«Чародей иногда машет».

— Он, наверное, специальные пассы руками делает. А мы их все равно не знаем.

«Ну, не знаю тогда, — Лерка растерянно перебежала от левого уха к правому. — Надо сверху морок накинуть!»

— Сверху накинуть, — протянул Валерка. — Морок. А ты — голова!

«А то!»

— Только вот как это сделать? — пробормотал он себе под нос. Но решил действовать от обратного тому, что он же умел. Уставился на мешки тем «особым» зрением, увидел содержимое, а потом представил в своей голове, словно вяжет одеяло, как это делала его бабушка, как накрывает этим одеялом мешки, и как будто под тем одеялом три мешка становятся с фасолью красной, а четыре с белой. Спицы в невидимых бабушкиных руках так и мелькали, но, когда одеяло оказалось законченным, парень устал. Даже вспотел с непривычной умственной деятельности.

А тут и во дворе забухали в ворота.