На второй презентации Добрыня произвёл фурор. Мамонт со странным амулетом на шее в виде обмотанного верёвкой минерала шагал по сцене, по кивку археолога поднимал ноги, тряс головой и ушами, трубил, высоко подняв хобот. Захар стоял так, чтобы Добрыня не потерял его в толпе. Но всё же постарался забиться в угол: разорванная футболка, разбитая голова и царапины на руках привлекали внимание зевак.

Данные из украденных бумаг невозможно восстановить за короткий срок. Но благодаря Добрыне это и не понадобилось. Он сам явился и наглядным пособием, и лучшим доказательством необходимости сохранения лабиринта.

– Ай да робот! – слышалось с одной стороны зала.

Зрители спешили сделать снимки с мамонтёнком. Ведь выявилось ещё одно свойство камня: владеющая им тень отображалась на видео и фотографиях.

– Ничего себе разработка! – доносилось с другой. – Подвиньтесь-ка. Я тоже видео хочу записать.

– Требуем показать раскопки! – летело из центра.

Андрей Евгеньевич с готовностью прыгающего на добычу пещерного льва отвечал на вопросы и обещал провести гостей на доисторические стоянки. Но к фотографиям всё же относился настороженно.

– Куда вы так лезете! Ухандокаете мамонта! – ругался Дядушка, когда бизнесмен в чёрном деловом костюме чуть ли не оседлал зверя. – Вам стульев не хватает, чтобы себя усадить?

Мужчина покачал головой и отошёл в сторону.

– Надо же, какой удивительный у вас экспонат! – похвалил таинственный Пётр Иванович. Он приблизился к Дядушке и Захару. С любопытством окинул Добрыню взглядом. – Раскройте секрет: откуда такой взялся?

– Не могу, – развёл руками Андрей Евгеньевич, – музейная тайна.

– Первобытные люди с копьями и казачка с шашкой тоже музейная тайна? – с ухмылкой спросил Пётр Иванович. – Я позволил себе побродить по залам в одиночестве, пока все презентацию слушали. И увидел в окно презанятнейшее представление…

Дядушка от удивления открыл рот. Захар настороженно покосился на собеседника.

– Попозже музейные тайны обсудим. Ты пока, парень, в себя приди.

Пётр Иванович протянул руку. Захар, ничего не понимая, её пожал.

Тем временем жюри конкурса проектов посовещалось и вынесло решение: победу присудить Захару с девочками.

– А вы видели проекты наших учащихся? – возникла на виду у всех Анна Петровна. – Школьники Костёнок всегда рады помочь и музею, и раскопкам.

Она повела гостей в фойе. Там были выставлены проекты конкурса. Анна Петровна гордилась: победил проект её класса. И как победил: спас выступление археологов! Она, конечно, понимала: Захар, Маша и Ленка мамонтёнка не своими руками сделали. Но считала, что победителей не судят.

– Мамонта вызвал Елисеев – это раз, – сказала она, услышав от кого-то, что Добрыня на стендах не представлен. – Камень тоже Елисеев нашёл – это два. И придумал, каким образом использовать во благо науки, – это уже три.

– Четыре будет? – буркнул глава администрации села. Презентация и проекты изрядно потрепали ему нервы.

– У Елисеева хороший английский – это четыре, – отрезала Кастрюля и ушла фотографироваться с мамонтёнком.

Из толпы раздался крик. Взгляды устремились на мужчину в деловом костюме, ещё недавно пытавшегося залезть на Добрыню. Теперь он бежал через зал, ловко маневрируя между гостями. Опускал пониже пиджак, чтобы прикрыть дырку на штанах. За ним, с куском чёрной ткани между выпирающими дереводробительными зубами, мчался бобр Ерёма.

– Опять этот зверь! Уберите от меня сумасшедшее животное! – голосил пострадавший.

Ерёма скакал, энергично перебирая перепончатыми лапами. Его хвост стучал по полу, как мухобойка, а длинная колючая шерсть встала дыбом. Бобр гнал визитёра вплоть до выхода из музея. Потом выплюнул кусок ткани и удалился в кабинет Андрея Евгеньевича – перемалывать ненужные, по мнению самого Ерёмы, бумаги.

– Это тот крендель, что на экскурсию ко мне приезжал. – Андрей Евгеньевич наконец узнал мужчину. – На него тогда тоже Ерёма набросился. Во дела… Может, правда у человека интерес к науке? – Ага, конечно. К земле музея у него интерес. Лишь бы выкупить здесь всё подешевле, – хмыкнул Захар.

– Теперь-то ему не удастся. Уже несколько этих, как бишь там их… – Дядушка, посмеиваясь, почесал седые вихры, – инвесторóв к нам обратились. Чтобы музей развивать, раскопки продолжать. С этой поддержкой мы точно под охрану государства попадём как объект исторической важности. Пётр Иванович этот, опять же, музеем заинтересовался. Обещал к нам в гости зайти.

Выступление закончилось. Учёные, бизнесмены, приглашённые зрители разошлись. Остались только Андрей Евгеньевич, Захар с Машей и Ленкой и Добрыня.

– Ну что, молодёжь, поздравляю с победой. Прямо-таки выцарапали её в последний момент.

Они стояли в фойе и рассматривали работы школьного конкурса.

– На что приз-то потратите? Ну, Захарку я знаю. Он гитару себе прикупит. А вы, девчата?

Ленка заявила, что купит сапборд.

– Давно хочу такую доску. Буду по реке рассекать.

Дядушка кивнул.

– А ты, Мария, что возьмёшь?

– Я ещё не думала, – призналась Маша. – Вы наш первоначальный-то проект видели? – Она махнула рукой в сторону большого плаката с фотографиями учёных. – Там и мама есть, и вы, и Валерий Михайлович. И Лена даже!

– И я? Ты и меня туда занесла?

Ленка радостно поскакала к стенду.

– Ты же тоже здесь работаешь, – пожала плечами Маша. – Я всех включила. Зря, что ли, мы столько всё это собирали?

Захар тоже подошёл к проекту. Увидел улыбающегося сквозь бороду старого сторожа, Дядушку с костями в руках, Василису Петровну, мечтательно смотрящую вдаль, смеющуюся Ленку с глазами-щёлочками и многих других археологов и сотрудников музея, бывших и настоящих. Целая эпоха развернулась на одном плакате.

– Тебя тоже сюда надо прилепить, Добрыня. – Маша погладила мамонтёнка. В ответ он провёл хоботом по щеке с белым пятнышком.

– Ничего себе работа! Чья это?

Захар указал на проект рядом: немалых размеров диорама Костёнок и территории вокруг с древними стоянками, меловыми скалами, лабиринтом, музеем. Каждая мелкая деталь тщательно вылеплена, проработана, прокрашена. Даже байбаки и микроскопические змейки нашли на нём место. – Скелетики-амулетики! Даже холмы в правильном порядке указаны! – воскликнула Ленка. – Не только холмы. Все дома, все деревья, – похвалила Маша.

– Это какой же труд! Сергей, похоже, и днём и ночью макет гондобил, – послышался из-за спины ребят голос Дядушки.

Они резко обернулись.

– Кто? – выкрикнули хором.

– Сергей Плотников. – Дядушка ткнул пальцем в номер проекта. – Цифра четырнадцать соответствует его фамилии в списке участников. Я проверял.

Захар и девочки удивлённо переглянулись.