– Отхлестать бы вас этой рыбой! – Андрей Евгеньевич в гневе размахивал сырым лещом. – Скинули на бедного человека! Шельмецы!

Дядушка дёрнул рукой, и хвост выскользнул из ладони. Рыба отлетела на пару метров. Страж лабиринта важно прошагал к лещу, насадил на копьё и грозно поднял над головой.

– Твою позицию я и так знаю, – Дядушка погрозил пальцем первобытному мужчине, – лишь бы копьём кого-нибудь проткнуть.

Воин ударил кулаком по груди и гордо удалился. Пару раз с опаской обернулся – на всякий случай. Остерегался не Андрея Евгеньевича, а бабушки Маши. Маргарита Ильинична была готова рвать и метать.

– Мария! Я тебя такому не учила! Я тебя так не воспитывала!

Она упёрла кулаки в бока и горой нависла над троицей. Золотые зубы блестели на солнце, а красные бусы тряслись в такт покачиванию головы.

В Костёнках ветер разносил новости быстро. Маргарита Ильинична узнала о случившемся ровно в секунду, когда байбаки доели последнюю изюмину. Как бы ни старался Данко скрыться среди холмов, она отыскала цыганёнка и настоятельно порекомендовала отдать телефоны с кошельками. О методах убеждения Машиной бабушки в селе ходили легенды. Неудивительно, что цыганёнок сразу положил украденное в оттопыренные карманы её халата и испарился, будто его и не было. Маргарита Ильинична лично вернула геодезистам вещи. Пришлые рабочие, к слову, до конца не разобрались, кто именно виноват в злоключениях. Ленка продолжила разыгрывать спектакль и доковыляла до холма под присмотром «благоухающего» рыбой мужчины в комбинезоне. Настаивала, что убегала от задиравшихся мальчишек и подвернула ногу. Захара никто не видел. Машу винить тоже не получалось: проблемы доставили Данко и байбаки.

– Бабулечка, мы музею помочь хотели! Думали спровадить чужаков… – пролепетала Маша.

– Спровадить они решили… О последствиях подумали? Помощники недоделанные!

– Мы не хотим, чтобы музей закрыли! – Ленка гордо задрала длинный нос. – Не тронет его никто. Или я не Лена Ёжикова!

– Елена, от тебя я точно такого не ожидал! Запретить бы тебе к музею подходить! – Дядушка возмущённо всплеснул руками. – Вы в эти дела носы не суйте. Не детские это вопросы.

Ленка обиженно сложила руки на груди: расставаться с музеем не собиралась и ребёнком себя не считала.

– Дядушка, но геодезисты же действительно прекратили работу.

– Сегодня прекратили, а завтра сызнова начнут! – Маргарита Ильинична была непреклонна. – Да и не с теми вы боретесь. Замерщиков наняли, они приехали, работу сделали и больше не появятся. А заказчики дома сидят. Чаи гоняют. Им до ваших потуг дела нет.

Андрей Евгеньевич охотно закивал седой головой и с уважением посмотрел на Маргариту Ильиничну.

– Того, кто хочет земли выкупить, ведром лещей не напугать. Хоть тысячу байбаков натравите – толку шиш.

– Но ведь нужен кто-то, кто помешает… – начал Захар.

Но Маргарита Ильинична прервала, гневно сверкнув глазами:

– Мария, ты наказана! Отныне из дома в школу и обратно. Никаких вылазок.

– Бабулечка, но как же Добрыня… – попыталась протестовать Маша.

– Я всё сказала. И никакого телефона. Сейчас же отдай звонилку!

Она требовательно протянула широкую ладонь.

– Ну и пожалуйста! – Маша без труда рассталась с телефоном. Но хвостик на голове уязвлённо подпрыгнул.

Маргарита Ильинична рассерженно запихнула телефон в цветастый карман, где ещё недавно лежали смартфоны и кошельки рабочих.

– Данко я самолично уши надеру. Пусть он хоть трижды тень. Оторву и выкину. А с тобой, Елена, родители разберутся. Уж я позабочусь – в красках твои подвиги опишу. Ишь, болящая нашлась. Как нога, прошла?

Ленка беспокойно переступила с ноги на ногу и втянула голову в плечи.

Захар побоялся, что и у него отнимут телефон. Но Андрей Евгеньевич лишь тяжело вздохнул и повёл племянника домой.

– И дальше ругаться будешь? – спросил Захар, когда они с Дядушкой очутились в тёмном коридоре.

– Не буду. Побранил – и хватит.

Андрей Евгеньевич щёлкнул выключателем, опёрся спиной о стену и посмотрел на Захара.

– Хитро всё же вы придумали. Ещё и с Данко договориться умудрились. Я считал, у тебя с ним нелады. Вроде как в контрах. Что вы, кстати, не поделили?

– Кроссовки, – буркнул Захар.

Дядушка хмыкнул:

– Хочешь, попрошу вернуть обувку?

– Нет уж. Пусть теперь он в них ходит.

Андрей Евгеньевич зевнул и начал устало разминать шею.

– Уморился что-то я, поспать бы…

Дядушка вновь зевнул и потёр покрасневшие глаза.

«Ему бы выспаться, отдохнуть без переживаний», – подумал Захар.

– Дядушка, ты ложись поспи. В музей же сегодня больше не надо?

Андрей Евгеньевич покачал головой. Переобулся в старые тапки и стал подниматься по деревянной лестнице в спальню. Обернулся на полпути и с улыбкой сказал племяннику:

– Захарка, я ценю заботу о музее. Даже не ожидал, откровенно говоря. Но ты в дела эти не лезь. Не твоя то печаль. Дружи тут, гуляй, в проекте участвуй, если хочешь. А с выкупом земель мы уж сами как-нибудь справимся.

Дядушка продолжил подниматься, опираясь на стёртые от времени перила. Захар смотрел ему вслед и сгорал от стыда. Не о музее он заботился и даже не о Дядушке. Просто стремился насолить Серёге Плотникову.

– Вот бы кто-то помог всё разрулить! – прошептал он, когда Андрей Евгеньевич скрылся в комнате.

Ночью зарокотала гроза. Раскаты грома оглушили Костёнки. Молнии освещали холмы. Захар плохо спал: мешала непогода на улице и в голове.

К утру всё стихло. Только лужи да пуще прежнего раскисшая земля напоминали о ненастье.

Уведомление разбудило, украв целый час сна.

«Быстро беги к лабиринту!» – писала Ленка.

– Что могло случиться у этого дурацкого лабиринта? Первобытные стражи брейк-данс станцевали? – возмутился Захар.

Но всё же собрался и вышел из дома. Колокольчик настороженно звякнул вслед. Идти недалеко – холм лабиринта находился практически за домом Дядушки.

На привычном месте у подножия холма виднелись пятеро воинов в шкурах. Но Ленки нигде не было. Захар посмотрел по сторонам – пусто. Достал телефон и набрал Ленкин номер. Гудки, гудки.

Прислушался. Показалось, откуда-то доносится мелодия. Захар пошёл на звук. Поднялся к самому лабиринту. Ленку не нашёл. Зато на одном из камней разглядел женскую фигуру. Широкоплечая, с длинной чёрной косой, в синей с полоской юбке и телогрейке с опушкой, с винтовкой за спиной, она сидела, вытянув крепкие ноги в сапогах, и поигрывала ножом. Подбрасывала, ловила на лету и резко втыкала в размякшую землю.

Захар следил за движениями будто загипнотизированный. Вверх-вниз, вверх-вниз. Сам не понял, как приблизился к сидящей. Опомнился, мотнул головой, обернулся на стражей: те стояли с опущенными копьями и женщине не мешали. Сомнений не оставалось: перед ним тень.

Вдруг она замахнулась и метнула нож. Прокрутившись в воздухе, нож угодил точно в сердцевину растущего у лабиринта цветка сон-травы.

Захар вздрогнул от неожиданности.

– Не пужайся. Тебя не проткну.

Она окинула Захара колючим взглядом смоляных глаз и встала, чтобы забрать кинжал. Вытянула руку. Через несколько секунд над зелёным холмом появился ястреб и медленно опустился ей на плечо.

– Давай познакомимся, читатель теней, – ухмыльнувшись, сказала женщина. – Варварой меня зовут.

Разбойница звонко рассмеялась. Вторя ей, ястреб бросил боевой клич.

Варвара приблизилась. Наклонилась. Захар отпрянул. Он даже не мог понять, что больше пугало: кинжал у Варвары в руках или мощные когти и клюв ястреба. Если бы птица раскрыла крылья, задела бы перьями лицо Захара.

– Интересно мне знать, почему ты вдруг решил лабиринт защитить? Неужто за нас, теней, переживаешь?

Захар поёжился: глаза-угольки разбойницы обжигали. Она смотрела на него и будто в душу заглядывала.

Вдруг её губы дёрнулись.

– Нет. Не о нас ты думаешь. Другая забота тебя одолела. – Варвара покачала головой. – Плохой нынче читатель теней попался.

Варвара повернулась к стражам лабиринта.

– Понапрасну надежду таите. Чужак он вам. Засланный казачок, – с издёвкой бросила она.

Первобытные воины переглянулись. Один попытался поднять копьё. Но тот, что в львиной шкуре, остановил его жестом.

– Отдай девчонке её диковинку. Я позаимствовала давеча. – Варвара достала из кармана юбки Ленкин телефон. – Давно нам с тобой надо было повстречаться. Да ты один не появляешься.

Захар забрал телефон. Подумал: когда успела выкрасть? Неужели во время вчерашнего переполоха? Не видел он разбойницу нигде.

Варвара продолжала прожигать Захара глазами. Ему хотелось как можно скорее уйти с этого холма. Не видеть ни тень с кинжалом в руке, ни птицу её, перебирающую когтистыми ногами на плече. Но Захар всё же не отвёл взгляд. Упрямо вздёрнул голову, постарался придать голосу спокойную интонацию.

– И как? Знакомство оправдало ожидания?

– Ничего интересного не увидела, – равнодушно ответила тень. Развернулась и зашагала вниз по холму. Ястреб расправил крылья и поднялся в небо.