– Элвис уговорил меня тебя отпустить, но зачем тебе домой? – удивилась Санзоку на следующий день, когда узнала о том, куда мы переместились. – Ты соскучился по родственникам?

– Все мои родственники давно мертвы, – удивительно спокойно ответил я, – но мне нужно кое-что узнать.

Принцесса была слишком увлечена Элвисом, чтобы расспрашивать меня подробно. Она просто неопределенно пожала плечами, обвив рукой шею своего возлюбленного, и произнесла:

– Можешь взять маленький шаттл! Возвращать необязательно, потому что мы тут не задержимся. У меня большие планы!

– Вообще-то, я хотел попросить кое о чем еще, – сказал я, когда она успела отвернуться к Элвису и впиться в него губами. Она не отрывалась от него дольше минуты, но землянину, это, кажется, нравилось. На его лице сияла довольная, слегка туманная улыбка, а глаза в основном блуждали по лицу и волосам принцессы.

– Проси! – великодушно бросила Санзоку.

– Мне нужны мои вещи, и кое-какие сведения от вас, принцесса.

– Дорогая, просто дай ему, что он просит, и он наконец оставит нас в покое, чтобы мы могли… – Элвис сделал какое-то необычное движение бровями, которое почему-то моментально убедило принцессу.

– Я отдам тебе вещи, но я не отдам тебе музыку. Она будет платой за сведения, которые ты хочешь получить!

– Ладно, – я пожал плечами, потому что и так давно попрощался с записями, и пока что события развивались удивительно удачно. – Откуда у вас это земное тело?

– И всего-то? – хихикнула Санзоку, – Я купила его у кинка по имени Гуриней. Найти его несложно, он все время делает ставки на сворайл. Это всё?

– Это всё, – удача улыбнулась мне, а я улыбнулся Санзоку и Элвису. – Ну, я пойду?

– Конечно! Вещи принесут тебе в каюту! Спасибо и прощай! – принцесса обняла Элвиса и впилась в него губами, мне даже показалось, что он вздрогнул от неожиданности.

Я помахал ее спине на прощание и оставил влюбленных заниматься тем, что у них получалось лучше всего – любовью.

В коридорах было пусто, пираты в основном пировали или занимались обслуживанием систем корабля. На меня снова накатило одиночество. Я очень четко осознал, что оставляю позади всех и всё, кого знаю. Сэнто ГИГА погиб, Восу-Рай пропал, Элвис влюбился. А меня ждало путешествие на родную планету, где никого родного не осталось, чтобы потом я мог отправиться на Землю, где мое присутствие и вообще существование нужно держать в строжайшем секрете. И все это ради одной довольно непростой, но очень благородной миссии, в успешность которой я, честно говоря, не очень верил. Но в моем календаре не было других планов на ближайший вечер, так что я решил, что приключение в попытке обогатиться – не такое уж плохое времяпровождение для вергилианца, которому просто позарез нужна собственная космическая станция.

В каюте меня уже удивительным образом ждала сумка, правда без записей, но с шопайстером. Я подхватил вещи и отправился к ангару, на ходу пытаясь придумать, как я буду сажать шаттл на Вергилии, при условии, что расположение твердых облаков постоянно меняется. Интересно, способен ли шаттл достаточно долго летать в атмосфере, чтобы я успел найти подходящее место для посадки? Мне ведь всего-то и нужно, что опустить шаттл на достаточное время, чтобы высадиться. Дальше я продолжу путешествие на крыльях, как и положено. Но сперва надо будет облететь планету по экватору и найти ближайшее поселение. Может быть, я даже смогу отыскать свой зенгод – племя по-вергилиански.

В ангаре меня встретил проворный сайласианец по имени Йиша, который без умолку трещал о том, как ему понравился концерт Элвиса и как вообще здорово, что земная музыка существует. Я только улыбался и кивал, пока он вел меня к посудине, которую мне великодушно даровала Санзоку. Это оказался довольно потрепанный, но надежный одноместный шлюп с отметками Сайда – относительно молодого орбитального города, известного своими банками и другими финансовыми учреждениями.

– Угнанный? – спросил я у сайласианца.

– Еще бы! – с гордостью ответил тот, – Взламывать защитные системы таких штуковин – мое хобби. У меня их тут пара десятков уже скопилась. За них неплохую цену дают на Девском Базаре, так что считай, что Санзоку сделала тебе щедрый подарок.

– Насколько щедрый? – решил уточнить я на всякий случай. Вдруг удача улыбнулась мне снова и у меня в руках уже есть первый взнос за станцию.

– Ну, станцию на него не купишь, – словно прочитав мои мысли, ответил Йиша, – Но сможешь зависнуть на Шлае достаточно долго, чтобы смыть с себя пену дней, так сказать.

Взгляд сайласианца заволокло мечтательной дымкой, а потом он хлопнул по корпусу шлюпа и с улыбкой сказал:

– Он настроен на автоматическое возвращение на корабль. Просто дай указание автопилоту, когда приземлишься. А, чуть не забыл!

Мой проводник покопался в небольшом мешочке на поясе, выудил какой-то коричневый предмет, похожий на засушенный палец, и протянул его мне.

– Что это? – спросил я, осторожно прикасаясь к предмету, – Подарок?

– Это ключ от шлюпа, – широко улыбнулся сайласианец, – Палец владельца, почти целиковый! – с гордостью добавил он.

– Спасибо, – промолвил я, гадая, в чем же на самом деле состоит «взлом защитных систем таких штуковин», о котором говорил Йиша.

– Просто прикладываешь к центральной панели, и всё, пара пустяков. Когда будешь отправлять обратно, положи его на сидение, чтобы он тоже вернулся. Этот работает значительно лучше остальных семи, так что было бы очень обидно его потерять, – Йиша подмигнул мне двумя из трех глаз, хлопнул меня по плечу и ушел, бросив на прощание, – Рад был знакомству! Удачной посадки! Не забудь вернуть палец!

Я постоял немного, разглядывая в руках экзотический ключ от космического корабля, гадая, сколько все-таки осталось пальцев у его владельца. Не найдя ответа на этот вопрос, я решил, что пора отправляться. Фонарь кабины открылся сразу, как только палец владельца коснулся внешней сенсорной панели. Я закинул сумку в отделение для багажа и услышал за спиной топот и запыхавшееся дыхание.

– Погоди! – взмыленный Элвис облокотился на шлюп, чтобы перевести дыхание. – Постой…

– Что, ты уже бежишь от Санзоку? Так быстро?

– Да, то есть, нет… Короче, я сбежал на минутку, чтобы попрощаться с тобой и кое-что тебе отдать. – Элвис снял с плеча сумку Восу-Рая, – Держи, это твое. И спасибо за все, что ты для меня сделал. Там в сумке еще кое-что важное, сам разберешься, не буду объяснять, Санзоку меня отпустила совсем ненадолго.

– Любовь зовет? – улыбнулся я.

– Ага, – Элвис расплылся в улыбке, которую демонстрируют земные школьники мужского пола при упоминании любого эвфемизма, обозначающего женскую грудь или совокупление. – Но я хочу кое о чем тебя попросить.

– Проси. Чем смогу, помогу.

– Не сбегай. Ты не имеешь права сейчас прятаться.

– Прятаться? – Элвис застал меня врасплох.

– Ты решил вернуться домой, хотя должен был бы отправиться на Землю. Тебя просила Псай, Ан и остальные. И если на Ана мне наплевать, то вот о Псай стоит побеспокоиться. У нее проблемы посерьезней, чем падение качества азариевого сока. Ей очень нужна музыка, Ксандар.

– Элвис, ты о чем? Что с Псай? – я был знаком с Псай давно, слова Элвиса меня слегка напугали. – Что вообще может произойти с орбитальным городом.

– В религиозном районе произошло землетрясение из-за того, что рабочие, обслуживающие установки сейсмического контроля, впали в депрессию. Короче, ей нужна твоя помощь, как никогда. И прямо сейчас решается вопрос: станешь ли ты легендарным вергилианцем, который отправился в рискованное путешествие, чтобы спасти даму в беде, потому что Псай все-таки дама, или сбежишь, спрячешься и станешь легендарным трусом!

– Я не собирался сбегать, Элвис, – совершенно честно признался я, – я на Вергилию не прятаться прилетел.

– Зачем тогда? Ты же аэль, Каскад для тебя всегда открыт. Прыг-скок, и ты на Земле, разве это не…

– Элвис, я не аэль, – перебил я его, – я сбежал раньше, чем меня посвятили. И я вернулся, чтобы пройти посвящение, если это еще возможно.

– А… – Элвис сначала как-то сдулся, а потом вдруг просиял, – Фуф, ну тогда я спокоен! А то я подумал, что ты испугался и решил сбежать.

– Ну, если честно, мне страшно. Я не был на Вергилии несколько тысяч циклов. Все, кого я знал, уже очень давно умерли. Очень давно, Элвис, прямо очень. И если обо мне и осталась какая-то память, то она явно не самая позитивная, я же должен был помогать своему зенгоду, но вместо этого сбежал. Без меня они остались не в очень приятном положении. Отец наверняка был в бешенстве. Но если я не пройду обряд посвящения, то и на Землю попасть не смогу. А в том, что мне теперь придется туда отправиться, у меня сомнений нет, не переживай. Прятаться на Вергилии я не буду, хотя это действительно довольно заманчивая идея.

– Черт побери, а был уверен, что ты решил дать деру, как напуганный задрик. Думал, как тебя отговорить, хотел тебе рассказать про Вегас, чтобы тебе любопытно стало.

– Спасибо, что верил в меня, – я выдавил улыбку, хотя тюбик с улыбками и так уже был выжат досуха. – Береги свою принцессу и придумай ей еще новых песен.

– Не обижайся, Ксандар, – Элвис виновато улыбнулся и раскрыл руки для объятий, – Я вас инопланетян не очень хорошо понимаю, хотя и очень люблю, и ценю. Может быть, пора перестать думать о вас земными категориями. Ну, иди ко мне, мой птенчик, – с этими словами землянин сам шагнул ко мне и обнял меня с силой, которую вполне можно ожидать от человека в здоровом клонированном теле.

– Ты мне крылья сломаешь! – проскрипел я.

Элвис отпустил меня и сделал шаг назад.

– Как только ты покинешь корабль, мы прыгнем из этой системы. Санзоку собирается отправиться к Великому Синтезатору с твоей музыкой. Она хочет пополнить флот после стычки с The Perfect Drug. Так что, я не знаю, увидимся ли мы когда-то или нет…

– Увидимся, Король! – Элвис жутко любил, когда его так называли.

– Очень на это надеюсь! Ну, давай, лети уже, а то я все-таки расплачусь!

Я не стал проверять, насколько эта угроза была реальной, и тут же запрыгнул в кабину. Прежде, чем я успел закрыть фонарь, Элвис крикнул:

– До свидания, аллигатор, пока, крокодил!

Я махнул ему рукой и приложил засушенный палец бывшего владельца к панели управления. Прозрачный колпак опустился на свое место, стартовое поле Candy Gun подхватило мой шлюп и потянуло его к пусковому тоннелю.

Диспетчер подключился к моей частоте и скороговоркой проговорил всю необходимую информацию, которая испарилась из памяти ровно в тот момент, когда я вылетел из пиратского флагмана в космос и увидел перед собой сияющую в свете звезды Радунте родную Вергилию.

Планета ничуть не изменилась за тысячи циклов нашей разлуки, но у меня все равно перехватило дыхание от захватывающего и грандиозного зрелища. Маленький, практически захолустный мирок на внешнем краю внешнего кольца, в системе с желтым карликом и всего тремя планетами, лишь одна из которых обитаема. Но именно этот клочок космоса я мог называть домом.

На восточной стороне Вергилии был день, который мчался на запад, отодвигая линию терминатора и открывая все новые и новые облачные равнины, горы, каньоны, долины и плоскогорья. Вся жизнь сосредоточилась на этих облаках, которые были тем тверже, чем выше в атмосфере находились. Здесь прошло мое детство и юность, и отсюда я сбежал на гелланском исследовательском корабле, когда он зашел в систему и высадил небольшую команду для короткого отдыха.

Я попросил автопилот войти в атмосферу и облететь планету по экватору, но сразу после спуска в плотные слои я понял, что удача на моей стороне. Прямо подо мной раскинулось идеальное место для посадки: ровная, достаточно широкая полоса безупречного цвета старой кости – верный признак того, что облако максимально твердое. Я приказал автопилоту снижаться и посадить корабль, но по мере того, как мы приближались, я заметил, что площадка вовсе не пуста. На ней было раскидано множество темных точек. Когда мы подлетели еще ближе, я понял, что это не точки, а тысячи вергилианцев, стоящих небольшими группами. Судя по всему, они заметили мое приближение и быстро освободили центр площадки.

Мое эмоциональное сердце заколотилось от неопределенности. Что я им скажу? Как представлюсь? Ксандар Бо, сбежавший аэль? Ксандар Бо из семьи Бо, которая существовала три тысячи циклов назад? Ксандар Бо, сын Вирхета и Мабери Бо? Пока я ломал голову над самопрезентацией, корабль благополучно сел и отключился. Колпак отъехал в сторону, и я стал машинально выбираться наружу.

– Почему все эти вергилианцы вообще здесь собрались? – наконец подумал я. – Может, у них какой-то праздник? Кват побери, я даже не помню, какой сегодня день по нашему календарю.

Оказавшись на твердой поверхности облака, я поднял руки и расправил крылья в приветственном жесте.

– Всем привет! – произнес я на родном танда. – Меня зовут…

– Ксандар Бо! Ксандар Бо! – раздалось со всех сторон. – Ты вернулся!

– Он вернулся!

– Это он! Это Ксандар Бо!

Мне навстречу шагнул высокий старый вергилианец, которого я, кажется, когда-то знал. Он протянул ко мне руки и крылья, словно отгораживая меня от тех, кто стоял за его спиной. Глядя ему в глаза, я почувствовал, как все три моих сердца перестали биться на мгновение. И на еще одно. Потом еще на одно. И еще на одно. И еще. И еще, а затем эмоциональное сердце все-таки очнулось и подсказало, что делать. Я открыл рот, но вергилианец меня опередил.

– С возвращением домой, сын, – сказал Вирхет Бо, мой отец. – Я тебя ждал.