Ужин в доме Стерлингов – настоящее событие. Сперва Сафире было некомфортно, она не знала, как себя вести и каковы правила этикета для такого случая, но потом посмотрела на Эйдена и сразу почувствовала себя на своем месте. Он источал твердость и уверенность.

Поначалу семья Эйдена немного ошеломила Сафиру, но все оказались очень приятными людьми. Дженевив – само очарование, а Эммелин Сафира уже успела полюбить. Дедушка Эйдена был настоящим весельчаком, а Олли – той еще уморой. Родители Эйдена были добрыми людьми, да и остальные родственники тоже казались замечательными.

Сафира видела, что Эйден обожает свою семью, но все же заметила, что он готов ехать домой. Поэтому после ужина, когда все собрались продолжить беседы за зеленым чаем, она спросила, не затруднит ли его отвезти ее домой, потому что ей открывать кафе рано утром.

– Конечно. – Эйден вздохнул с облегчением. Сафира улыбнулась, а он, видимо, заподозрил, что она обратилась с этой просьбой ради него, и в уголках его глаз собрались морщинки. – Спасибо, Сафира.

У Сафиры по спине побежали мурашки. Было что-то интимное в том, как он произносил ее имя, будто смаковал его. Она задумалась, что бы еще он мог вкусить, будь у него такая возможность…

Конечно, нельзя думать об этом в окружении его семьи! Сафира мысленно отругала себя.

Они попрощались, а Эйден закутал ее в шаль и задержал руки на плечах. Она чувствовала мозоли на его ладонях через ткань и страстно желала ощутить их на своей обнаженной коже.

Все вели себя так, будто у них с Эйденом было свидание, и хотя Сафира знала, что это не так, все равно жаждала узнать, чем может закончиться этот вечер.

Они вышли из особняка в тихую ночь, и Эйден глубоко вздохнул. Когда Сафира посмотрела на его лицо, залитое лунным светом, на тени на шее, ей расхотелось идти домой. Она хотела, чтобы этот вечер продлился еще немного.

– Позвоню смотрителям и велю привести Искорку, – сказал Эйден.

– А ты не мог бы показать мне окрестности? – спросила Сафира. – Я хочу посмотреть на драконов.

– Конечно, – ответил он и отставил локоть.

Сафира взяла его под руку, и он повел ее по территории поместья. Сафира поразилась, как величественно особняк выглядел со стороны. Его окружала красивая территория, ухоженная и обустроенная по всему холму, но больше всего ей хотелось увидеть драконов.

Когда они подошли к загонам, у нее отвисла челюсть от удивления. Во-первых, загоны оказались огромными, вдвое больше, чем она ожидала. А во-вторых, Сафира еще никогда не видела так много драконов разом. Некоторые отдыхали в своих вольерах, другие играли в поле, а несколько летали над ними.

Все драконы были базальтовой породы, их чешуя мерцала полуночной чернотой, а глаза были потрясающего фиолетового цвета. Они были великолепны.

Базальтовая порода – самая престижная, даже Сафира об этом знала. А это означало, что Стерлинги – одна из самых влиятельных и богатых дракканских семей, если не самая влиятельная, раз отец Эйдена состоял в Драконьем совете.

Внезапно Сафира почувствовала себя не в своей стихии, ее охватила неуверенность. Это совершенно иной мир, к которому она не привыкла, а Эйден родился и вырос в нем.

Дело не только в богатстве, а в привилегиях многих поколений, во власти и драконах – в том, что ей никогда не оценить, не понять и к чему ни за что не приобщиться.

Сафира взглянула на смотрителей, которые ухаживали за драконами. Пускай они работали с драконами, они просто прислуга. Да и она, по сути, просто прислуга в своем кафе.

Эти драконята никогда не будут ей принадлежать. Она была ниже по статусу, чем дракканские семьи, чем Эйден, и этого не изменить.

Ее размышления прервал смотритель, подошедший с Искоркой, который спал у него на руках. Сафира была рада его видеть и благодарна за то, что он принес драконенка им с Эйденом.

– Поедем домой? – спросил Эйден, подав ей руку.

Сафира вспомнила, как потянулась к его руке под столом и поняла, что он тоже искал ее руку. Как крепко держал ее, отчего она почувствовала опору. Шум вокруг нее стих, и остались только они вдвоем.

Сафира взяла его руку и улыбнулась.

– Поехали.

Они пошли к машине Эйдена, и смотритель усадил Искорку на заднее сиденье. Эйден повез Сафиру домой, медленно петляя по холмам. Она смотрела в окно, наслаждаясь прекрасным вечером, каким бы ошеломляющим он ни был.

Все были очень добры к ней. Когда она только вошла и увидела, какой роскошный у Стерлингов дом, то испугалась, что они не одобрят ее, но этот страх развеялся в первые же мгновения.

Влиться в его семью оказалось легко и просто. За столом собралось так много людей, что всех и не запомнить, но ей нравилось видеть Эйдена в кругу родных. Пускай Эйдену было немного не по себе, он все равно чувствовал себя комфортно с ними.

И казалось, что ему стало так же комфортно с ней. Сафира внимательно следила за малейшими переменами в его поведении: в какие моменты он беспокоился, в какие становился более расслабленным. Она смотрела на него весь вечер, замечая, когда он был излишне взбудоражен, а когда успокаивался.

Ей нравилось наблюдать за ним. Даже сейчас она не сводила с него глаз, пока он вел машину. Эйден снял пиджак и закатал рукава рубашки, открыв предплечья.

Опустил одну руку на руль, а другую – на рычаг переключения передач. У него были длинные изящные пальцы, как у пианиста или хирурга. Перстень на левой руке блестел в лунном свете, который озарял и его лицо, пока они ехали мимо деревьев.

Сафира все больше понимала, что Эйден не ворчун и не зануда, а просто застенчивый и нервный. Затворник. Ему не нравилось бывать среди толпы, но нравилась Сафира.

По крайней мере, ей так казалось. Но, может, в ней говорил оптимизм.

Они приехали к ее дому, и Эйден припарковался у входа.

– Я провожу тебя до двери. – Он отстегнул ремень безопасности.

– Спасибо.

Когда они вышли из машины, Искорка так и спал на заднем сиденье, и Эйден заблокировал двери, хотя сейчас ему ничто не угрожало. Мейн-стрит пустовала, все магазины закрылись, а жители разошлись по домам. Улица выглядела как с открытки или как пейзаж в снежном шаре.

Они подошли к боковой двери и остановились перед ней.

– Спасибо, что позволил пойти с тобой. – Сафира повернулась к Эйдену. На каблуках ей не приходилось так сильно запрокидывать голову и нравилось быть с ним лицом к лицу, смотреть в его темные глаза.

– Спасибо, что пришла, – ответил он. – Уверен, у тебя уже голова раскалывается.

– Нет, мне понравилось! – У нее на глаза навернулись слезы. – Было здорово. В моей жизни сейчас такого нет, так что было… замечательно.

– Эй. – Эйден нахмурился. – У тебя есть Искорка и… – Он замешкался, и у нее замерло сердце. – И я, – добавил он. – Вместе мы справимся, верно?

Сердце воспарило. Она улыбнулась и подошла поцеловать его в щеку.

– Спасибо, – прошептала она. От прикосновения ее охватило желание, и она поспешила отстраниться, пока не увлеклась.

Но Эйден не торопился уходить.

– Хочешь зайти? – спросила она, тоже не желая прощаться. – Может, выпить чая?

Он слегка прищурился, будто она прочла его мысли.

– Да, – ответил он. – Только заберу Искорку.

Эйден сходил за спящим драконенком, и Сафира впустила его в кафе, а затем включила светильники возле кресел и камина. Было приятно остаться втроем, хотя Искорка так и спал. Будто они маленькая семья.

Но это опасные мысли, которые ей не стоило допускать.

А подумав о семье, Сафира задалась вопросом, каково было расти в такой большой, как у Стерлингов.

– Ты прав, голова побаливает. – Сафира улыбнулась и стала заваривать зеленый чай. – Но ничего страшного.

Когда чай был готов, а Искорку положили в лежак, они с Эйденом устроились в креслах. Поскольку в кафе было пусто и весь день шел дождь, стало прохладно, поэтому Эйден поспешил развести огонь. Сафира наблюдала, как двигались мышцы в его плечах, когда он укладывал поленья, как проворно работали его пальцы, когда чиркнул спичкой. Тусклое свечение пламени согрело пространство.

– Моя семья шумная и навязчивая, но в самый раз для такого, как Дэнни, который всегда дурачился и забавлялся. – Эйден устроился в мягком кресле, а Сафира подала ему чай. – У него было полно двоюродных сестер и братьев, с которыми можно играть, тети и дяди. Он всегда был в окружении людей, ненавидел одиночество. – Эйден тихо рассмеялся. – А я – его противоположность. Я всегда прятался в поисках тишины и покоя.

– Я росла совсем иначе, – призналась Сафира, согревая ладони о чашку с чаем. – У меня была только Нани-Ма, всегда были только мы вдвоем. – Она задумалась. – Мне кажется, меня зачали случайно, – тихо сказала Сафира. – Сомневаюсь, что должна была появиться на свет.

Казалось, Эйден возмущен. Он помолчал мгновение, нахмурив брови.

– Никакая ты не случайность, Сафира, – тихо возразил он. – Ты – сбывшаяся мечта.

Она почувствовала, как вспыхнули щеки. Улыбнулась ему в надежде, что он знал, как сильно она ценила его слова. Они продолжили беседу, пока Сафира не допила чай. Она отставила чашку, чувствуя себя расслабленной после долгого дня.

Сафира зевнула, Эйден тоже поставил чашку и встал.

– Тебе нужно отдохнуть, – сказал он, подхватив Искорку одной рукой.

– Пожалуй, хорошая мысль, – согласилась она, хотя ей нравилось проводить с ним время. Сафира сопроводила Эйдена до двери, и он замешкался.

– Можешь приходить на ужин с моей семьей, когда захочешь, – сказал он, слегка смутившись. – Я не уверен, что тебе захочется, но если вдруг – то предложение всегда в силе.

– С удовольствием. – Она широко улыбнулась. – Еще раз спасибо.

– Спокойной ночи, Сафира. – Он наклонился и поцеловал ее в щеку. От ощущения его губ на коже у нее по спине побежали мурашки.

Сафира почувствовала его щетину, когда он не спешил отстраняться, наслаждаясь прикосновением. Она закрыла глаза, слушая его прерывистое дыхание. Ее сердце громко колотилось в груди, кровь стучала в ушах.

У нее ослабли колени, и она пошатнулась. Эйден придержал ее за талию свободной рукой, помогая сохранить равновесие. Сафира вся напряглась.

Ее платье было из тонкого шелка, и она почувствовала прикосновение его пальцев на талии. Все ее тело затрепетало.

Она подошла ближе, но между ними был Искорка, которого Эйден держал в другой руке. Драконенок зашипел, прищурив глаза. Он разозлился, что его разбудили, и сердито смотрел на обоих.

Момент был упущен.

Сафира улыбнулась и отступила назад.

– Доброй ночи, – прошептала она.

Эйден судорожно сглотнул, и его глаза потемнели.

– Доброй ночи, – хрипло ответил он.