— Вы выглядите уставшей. Не удалось отдохнуть после праздника? — Уоллес отложил учебник в сторону.

Она хотела усмехнуться в его любимой манере, но успела взять своё лицо под контроль. Отдохнуть? Конечно, это же так просто сделать после того, как тебе и твоим друзьям угрожают прямо во время праздника. И всё бы ничего, если бы, открыв утром глаза, она не увидела распахнутого настежь окна и быстрокарточки на подоконнике. На карточке была изображена Мила и одна из жён драконов. Они обменивались конвертами.

Само по себе изображение ничего за собой не несло. Но они бы и не стали первым же подтверждением демонстрировать ей свои главные улики. Её крайне беспокоило будущее подруг. Если она сама морально готова вернуться на ферму и превратиться в служанку для своих родственников, то её подруги — нет.

Достать сыворотку было невообразимо сложной задачей. С самого пробуждения она ломала голову, думая, как поступить в этой ситуации. Она даже не могла поделиться этой угрозой ни с кем. Валисия и представить себе не могла разговора с Милой и Шикарией. Ей казалось, что они разорвут с ней дружеские отношения. При условии, что они поймут, что она знает правду. Никто бы не захотел поделиться подобным даже с близким другом.

— Просто в моей комнате очень дует из окна, — соврала она с самым честным лицом. — Когда моя соседка рядом, помещение быстро нагревается. А когда я одна, то мне кажется, что на улице намного теплее.

Он нахмурился, услышав её ответ. Ей было очень не по душе это его внезапное внимание. Но шанс позаниматься языками с капитаном, который знал их все в идеале, выпадал не каждому. Самое главное, что это занятие было индивидуальным. Немногие преподаватели могли похвастаться подобными знаниями. Поэтому, несмотря на недосып, усталость и тревожность, Валисия впитывала каждое произнесённое слово. За такой шанс она готова была лично помыть полы во всех казармах.

— Это неправильно, что в комнатах наших студентов неподобающие условия для проживания. Во-первых, обучение очень дорого стоит. Во-вторых, вы — это будущее нашей страны. Я подумаю над этим вопросом чуть позже, а теперь прочитайте вот это, — он пальцем указал на абзац в учебнике.

Она с удовольствием выполнила поставленную задачу. Ещё на общем занятии Валисия заметила в нём дар преподавателя. Его сложно было назвать терпимым учителем. Он был жёстким и требовательным, но разве это не главные качества для того, кто должен вложить новые знания в чужие головы? Пусть ей было неприятна его манера речи, меньше знаний в его голове от этого не становилось. У него был свой подход, пусть и очень странный.

Уоллес провёл с ней целых четыре часа, вместо пары обещанных. Она не ожидала, что это продлится так долго. Из его уст Валисия ни разу не услышала похвалы. Лишь бесконечные поправки. Раз за разом он заставлял её повторять одно и тоже, пока результат не начинал удовлетворять его. Она чувствовала эйфорию и бесконечный восторг, ведь так подробно её ошибки с ней ещё никто не разбирал.

Даже одна такая встреча принесла ей немало пользы. Но то, что он сказал ей в конце занятия, подвергло её в настоящий шок.

— Завтра в это же самое время. Не опаздывайте. Нас с вами ждёт много работы. Ваш язык неповоротлив, нужно его приручить, — он поправил манжеты на рубашке и покосился на часы.

— Но… Я не понимаю… — она нахмурилась.

— Чего вы не понимаете? — он недоумённо вздёрнул бровь. — Ни один язык не даётся вам хотя бы на сносном уровне. До экзаменов всего полтора года. Или вам не нужна помощь? Я не уверен, что даже со мной у вас получится нагнать остальных.

Она поперхнулась, услышав это. На что он намекал?

— Конечно, она мне нужна, — Валисия замялась. — Но ваше время стоит очень дорого, чтобы тратить его на одну единственную студентку.

— Позвольте мне самому решать, на что тратить время, а на что нет, — он резко отодвинул стул. — Ситуация в мире накаляется, мы остро нуждаемся в грамотных дипломатах. Ваш опыт, полученный во время первого обучения, кажется мне невероятно ценным. Я хочу, чтобы вы получили эту должность. Этой информации достаточно для вашего спокойствия? — он поднял брови вверх.

— Конечно, вы в праве самостоятельно распоряжаться своим временем. И я очень благодарна, что вы решили потратить его на моё обучение. Могу ли я как-нибудь вас отблагодарить? — она переплела пальцы перед собой.

— Войдите в пятёрку лучших. Большего я от вас не жду, — он поднялся со стула. — Завтра в два, не опаздывайте, — Уоллес направился к двери.

— Благодарю вас, капитан Уоллес. Я сделаю всё возможное, чтобы не подвести вас, — она поднялась следом за ним.

Он проигнорировал её благодарность и покинул аудиторию. В ней сразу стало холодно. Она даже не обратила внимания на то, что он всё это время обогревал помещение своим природным теплом. Валисия поёжилась и укуталась в свою тёплую накидку, которая всё занятие пролежала на свободном стуле за ненадобностью.

Она не хотела возвращаться в комнату, поэтому медленно побрела в теплицы. В них всегда было тепло. И безопасно. В академии практически не было учеников, все разъехались по домам. На краткое мгновение она представила, что это её собственное убежище. Ставшим привычным движением, она зажгла горелку и поставила на нее колбу с водой. Шикария попросила её подкармливать и поливать её подопечных, ведь преподавателям не было никакого дела до творений студентов.

Рука нашарила первый попавшийся мешочек с засушенными листьями. Она насыпала их прямо в колбу, стремясь заварить более крепкий напиток. Но что-то в этих листьях было не так.

— Какого… — она заглянула в колбу и сразу отпрянула.

В листьях копошились личинки, которых точно не могло быть внутри мешочка. Она перебрала все мешочки и в каждом из них кто-то шевелился. Валисия, морщась от отвращения, скидала все мешочки в мусорную корзину.

Чая ей больше не хотелось. Решив хотя бы полить растения, она подошла к окну. Шикария разместила все растения в соответствии с их основными потребностями. Дрожащая рука сама собой потянулась ко рту, когда она подошла к горшкам. Всё было уничтожено. Земля будто попала под воздействие ядовитых веществ. Из каждого горшка торчали пакетики с остатками растений и подписи.

«Подкормка собственной кровью», «Скрещивание запрещённых видов», «Плотоядное растение, питающееся исключительно человечиной» — эти и ещё десяток других надписей можно было увидеть на записках. Она похолодела и огляделась. Внутри теплиц стояла мёртвая тишина. Не было слышно абсолютно ничего. Валисия лихорадочно соображала, что ей со всем этим нужно сделать. Она надеялась, что это ещё никто не успел увидеть. Прошлым днём, по крайней мере, тут ничего не было.

Её руки дрожали, но действовали уверенно. Облачившись в длинные перчатки, она перебрала все горшки, избавляясь от улик и отравленной земли. Валисия перебрала каждый ящичек и шкафчик, принадлежащий Шикарии. Ей было неприятно это делать. Подруга, скорее всего, обиделась бы на подобное вторжение, но она старалась для её же блага.

Помимо личинок, пакетиков и записок, ей удалось найти ещё несколько склеенных расчётов. Почерк подруги легко угадывался. Она явно своими руками разорвала эти листы и избавилась от них. Как они всё это нашли? Давно ли они следили за ней и её подругами? По коже пробежала очередная волна мурашек. Но расслабляться было нельзя.

Стараясь предугадать действия врага, она проверила растения и шкафчики остальных студентов. Ей показалось, что за этот вечер она стала разбираться в ботанике намного лучше — так много пришлось прочитать документов. Она сразу отметила, что растения остальных студентов, были менее активны. Они не пытались нападать, спокойно тянулись к тазикам с водой и подкормкой. Творения же Шикарии требовали постоянного слежения и ухода. Они готовы были уничтожить друг друга просто так. Страшно было даже представить, что они устроили бы за подкормку.

Валисия вышла во внутренний дворик. Там, естественно, никого не было. Она нашла железную бочку, в которой часто жгли отходы, и сбросила туда все улики. Не думая ни о чём, она разожгла в ней огонь. От него жутко воняло чем-то едким, глаза мгновенно заслезились. Валисия прикрыла лицо шалью и отошла от огня на несколько шагов. Услышав шорох, она резко развернулась, но никого не увидела.

Она стояла на улице, пока костёр не потух самостоятельно. Сверху она засыпала всё растворителем Шикарии. Он прекрасно уничтожал мелкие частицы практически бесследно. Валисия оттащила бочку в самый тёмный угол и дополнительно засыпала внутрь щедрый слой песка.

Получилось ли у неё уничтожить все улики, что ей решили продемонстрировать? Или она умудрилась что-то не заметить? Одежда липла к коже от пота. Голова раскалывалась от химикатов. До рассвета оставалось всего несколько часов, ей ужасно хотелось спать, но адреналин не отпускал её. Сердце бешено стучало в груди, в голове роились беспокойные мысли. Она приняла решение каждый вечер проверять теплицы.

Еле передвигая ногами, она добралась до своей комнаты. Валисия зажгла все свечи и в очередной раз нахмурилась. В комнате произошли изменения. На её постели лежало несколько дополнительных тёплых одеял, которых ещё утром на ней не было. На окне появилось три дополнительных замка, плюс по всему периметру его кто-то утеплил. Над оконным проёмом нависал длинный деревянный карниз. На нём болтались две тёмные плотные шторы.

— И зачем я только пожаловалась, — она застонала.

Была лишь одна причина, по которой всё это могло оказаться в её комнате именно в этот вечер. Она сомневалась, что капитан был столь добр и внимателен ко всем студенткам-дипломатам из-за их потенциальной значимости. Валисия сняла с себя одежду и обтёрлась влажной тканью. От неё нестерпимо пахло костром, химикатами, удобрениями и чем-то ещё, что она так и не смогла определить.

Новые одеяла она перебросила на кровать Милы, а сама залезла под своё привычное тонкое одеяло. В комнате не было так холодно, как она рассказывала на занятии. Да даже в этом случае всё это утепление было перебором. Валисия в очередной раз не потушила свечи и уснула при свете. Засыпать в кромёшной темноте в одиночестве у неё не получалось.

Проснулась она из-за того, что начала задыхаться. Открыв глаза, она увидела, как прямо над ней полыхает огонь. Инстинктивно прикрыв голову, она резким движением скатилась с кровати. Едкий дым не давал ей возможности ни вдохнуть воздух, ни нормально открыть глаза. Практически на ощупь добравшись до раковины, она набрала в таз воды и попыталась потушить огонь. Но этого было недостаточно.

Второй раз за сутки ей пришлось столкнуться с открытым огнём. Первый хотя бы был контролируемым. Она могла в любой момент потушить его и не дать разгореться дальше. Этот же был намного опаснее. Не зря огонь считается самой непокорной стихией на земле. Даже драконы не могут полностью подчинить его. Он горит так, как считает нужным, что бы вы ни пытались сделать. Поэтому если он сам не желает этого, его практически невозможно было потушить.

Кашляя, она снова двинулась вперёд. Валисия с нечеловеческой скоростью отодвинула кровати и тумбы с важными вещами от окна. Она сама удивлялась своей внезапно появившейся силе. Адреналин снял с неё все блоки. После чего она попыталась затушить огонь ещё раз с помощью одеял.

Стёкла разлетелись вдребезги, впуская в комнату холодный обжигающий воздух. Огонь, почувствовав подкормку, заполыхал ещё сильнее. В дыму Валисия разглядела высокий силуэт. Кто-то вырвал новый карниз голыми руками и выбросил его в окно вместе с пылающими шторами.

Её отпихнули в сторону. Она услышала звук льющейся воды и треск рвущейся ткани. Кто-то прижал к её лицу мокрую тряпку и потянул вниз, заставляя сесть. Потом этот неизвестный спаситель принялся тушить остатки пожара. Валисия забилась в угол и попыталась взять себя в руки. Глаза слезились, всё тело в ужасе тряслось. Адреналин отступал. Горло раздирал неудержимый кашель.

В комнате, наконец, стало темно. Но даже в потёмках отчётливо виднелся дым. Валисия не могла заставить себя подняться с места. Кто-то потянул её вверх, и она подчинилась, оказавшись в чьих-то руках. Валисия чувствовала себя настоящим ничтожеством, которое не может потушить небольшой пожар, чтобы спасти собственную жизнь.

Отвращение к самой себе растекалось в её груди. Она так хотела стать независимой, научиться отвечать за свою жизнь самостоятельно и вот при первой же проблеме её выносит из пожара на руках какой-то незнакомый мужчина.

В коридоре кто-то в панике бегал. Валисия слегка приоткрыла глаза и чуть не дёрнулась. Как она умудрилась оказаться на руках капитана Уоллеса? Как он попал в её комнату через окно, которое находилось на высоте шестнадцати метров? Возможно ли, что это он был тем недоброжелателем, который решил действовать через чужие руки?

Он не обращал на неё никакого внимания. Его лицо не выражало ни капли беспокойства. Лишь в золотых глазах плескалась злость. Он смотрел куда-то в сторону. Валисия попыталась найти причину его злости.

К ним спешила комендант. Она явно была сильно напугана, но вряд ли сильнее, чем Валисия. Уоллес яростно сдвинул брови, его лицо напряглось. Комендант резко остановилась и даже умудрилась сделать несколько шагов назад.

— Приказа вешать шторы я вам не давал! — отчеканил он каждое слово. — Шторы в академии не просто так под запретом! Я разочарован в вас и в ваших действиях. Как вы вообще до такого додумались?! — Валисия почувствовала жар, исходящий от него.

Коммендант съёжилась под его взглядом. Она попыталась выпрямиться, но глаза всё ещё смотрели строго в пол. Валисии ещё не приходилось видеть её такой.

— Прошу прощения, этого больше не повторится, — ответила она едва слышно.

Валисия зашевелилась, намекая, что готова идти сама, но лишь почувствовала, как окрепла его хватка.

— Осмотреть все комнаты, устранить потенциальные очаги возгорания. Вам просто повезло, что мой солдат дежурил неподалёку и успел заметить самое начало возгорания. Всех студентов завтра утром переселить в казармы до конца каникул. Вы можете запросить моих солдат вам в помощь. Необходимо всё проветрить и вымыть каждую поверхность. Все окна утеплить негорючими материалами. Сменить подсвечники на более глубокие. Свечи должны стоять в них устойчиво. Студентку Валисию и её соседку переселить в другую комнату. Всю одежду и постельное бельё отправить в прачечную, личные вещи в нетронутом виде после проветривания переместить в новую комнату. Вы всё запомнили?! — он будто раздавал приказы солдатам.

Но перед ним стояла взрослая хрупкая женщина. Ей сложно было сопротивляться его натиску. Она явно была готова расплакаться от его тона.

— Да, капитан Уоллес, будет исполнено, — она свела руки за спиной и опустила голову вперёд ещё ниже.

— Я лично прослежу за тем, как вы исполните эти задачи.

Он направился к выходу из общежития. Валисия протестующе зашевелилась, пытаясь освободиться.

— Капитан Уоллес, не нужно меня уносить, мне есть где переночевать, — соврала она. — Завтра я с остальными прибуду в казармы. Благодарю вас за помощь.

Она выгнулась в его руках, но свободы не получила. В этот момент она чувствовала себя тряпичной куклой, которой снова распоряжались так, как считали нужным.

— Отставить. До утра осталось немного времени. В казарме для вас найдётся отдельное помещение. Там вас никто не тронет, — он был чересчур серьёзен.

Валисия понимала, что сейчас спорить с ним на эту тему бесполезно. Он явно был настроен на то, чтобы лично отвести её в казармы прямо сейчас. Она попыталась вернуть себе хотя бы частичную независимость.

— Прошу вас, дайте мне хотя бы возможность идти на своих ногах.

— Нет, — отрезал он и покачал головой.

Вдруг она почувствовала жгучий стыд. Щёки мгновенно запылали, сердце застучало чаще. Глаза заметались по телу, стыдясь внешнего вида.

— Капитан… Я в одной ночной рубашке… Могу ли я хотя бы вернуться и взять свою одежду?

Задумавшись, он остановился и наконец-то опустил её на пол. Валисия возликовала. Но радость была короткой. Уоллес снял с себя чёрно-золотистый камзол, заставил Валисию надеть его и ловкими движениями застегнул все пуговицы. Камзол легко мог сойти за платье, настолько огромным он оказался. Уоллес снова поднял её на руки и быстрыми шагами продолжил путь в сторону казарм.

Дорога пролетела незаметно. Она не привыкла перемещаться так быстро, поэтому у неё слегка кружилась голова. Или она кружилась из-за потрясения и пожара? Ответа на этот вопрос у неё не было. Солдаты повернулись к ним спинами, когда они показались в казармах. Уоллес и на них не обратил никакого внимания, следуя по только ему известному маршруту.

— Откройте эту дверь, пожалуйста, — он кивнул вперёд.

Валисия потянулась к большой деревянной резной ручке и потянула на себя. Она послушно отворилась, впуская их. Уоллес зашёл внутрь и ногой захлопнул за собой дверь.

Только в этой комнате он поставил её на ноги, которые сразу же утонули в мягком ворсистом ковре. Не горело ни одной свечи и в комнате было прохладно. Она обхватила себя руками и призывно посмотрела на него.

Уоллес подошёл к дальней стене и зажёг газовый рожок. Редко какие личные помещения могли похвастаться подобным богатством. Он зажёг ещё несколько и развёл в камине огонь. Она попятилась, стихия пока что приносила ей только негативные эмоции. Сейчас она предпочла бы мёрзнуть в темноте.

— Комнату нужно согреть, — он взял в руки большую грелку, и она засветилась вместе с его ладонями. — Тут вы найдёте всё необходимое. Одежду доставят завтра к вечеру после стирки. Сейчас она вся пропахла гарью, — он подошёл к кровати и положил под одеяло грелку. — В шкафу есть одежда, можете брать любую на смену. Пока ваши вещи не доставили, не советую выходить из комнаты. Еду вам будут приносить женщины, чтобы не смущать вас. Если кто-то или что-то потребуется, постучите в дверь, там будет стоять часовой. Он поможет вам, — Уоллес выжидающе смотрел на неё.

На мгновение в его глазах мелькнуло беспокойство. Валисия не очень быстро нашлась с ответом.

— Я… Спасибо, капитан Уоллес, я очень вам благодарна. Но не стоило, честное слово.

— Я сам решаю, что мне стоит делать, а что нет. И вам советую поступать также. Доброй ночи, Валисия.

Не дожидаясь ответа, он вышел из комнаты. Она подбежала к двери и сразу же закрыла её на большую щеколду, которая далась ей с трудом. Возможно, в этой комнате она была в большей безопасности, чем в своей. Но среди её вещей могли быть очередные подброшенные и незамеченные улики. Ведь явно пожар начался неспроста. Возле штор не было ни одной свечи. Она волновалась, что кто-нибудь сможет их найти, но усталость не дала ей раздумывать над побегом.

Валисия забралась под одеяло и удивилась, насколько под ним было тепло. Он держал грелку в руках буквально… Минуту? И она нагрелась так сильно… Валисия вздрогнула, думая о мощи, скрывающейся под кожей драконов. Она изучала их организмы и особенности поведения целых тринадцать лет, но почти все знания были лишь теоретическими. Преподаватели вели себя иначе, поэтому применить свои знания на них было невозможно.

Слишком насыщенный день всё никак не хотел заканчиваться. Её до сих пор била мелкая дрожь, как бы она не пыталась успокоиться. Капитан Уоллес пугал её не меньше тех, кто угрожал Шикарии и Миле. Почему он так себя вёл? Как он так быстро оказался в её комнате? Почему вообще решил вмешаться и потушить огонь в комнате простой студентки? На эти вопросы едва ли ей удастся найти ответы самостоятельно.

Валисия, не снимая камзола, укуталась в мягкое одеяло и уставилась в огонь. Уснуть после такого потрясения было слишком сложной задачей, но вот поразмышлять всласть — для этого время было самым подходящим. Мог ли Уоллес быть причастен к последним событиям? По крайней мере, он точно легко мог проникнуть в её комнату. Как и в любую другую.

Но почему тогда он спас её? Поджёг, а потом сам же устранил очаг возгорания? Это выглядело нелогичным. Но когда действия злодеев поддавались простой логике? Капитан не выходил у неё из головы. Можно ли было ему доверять? Ей нравилось учиться у него, но, может, так он только ослаблял её бдительность.

Да и его появление на ярмарке было слишком неожиданным. И своевременным. Они как раз успели озвучить свои угрозы, добились от неё согласия на сотрудничество. И тут появился он, разогнав их одним предложением. Среди ниршахцев явно были драконы. Несколько драконов легко могли справиться с одиночкой.

Валисия смотрела на балдахин. За окном задребезжала тонкая полоска рассвета. Усталость вернулась к ней в полной мере. Глаза закрывались, несмотря на внутренние протесты. Она сделала ещё одну попытку проснуться, но мозг насильно отключил её от действительности.