После Виктора и Лёши Анна решила, что дальше так нельзя. Не потому что внезапно стала сильнее, а потому что устала жить сразу в трёх состояниях: дома — жена, в офисе — женщина с опущенными глазами, в телефоне — та, которая ждёт чужих сообщений сильнее, чем должна.

За ужином Дмитрий что-то рассказывал про работу, про новый проект, про начальника, который опять всё затягивает. Анна слушала, кивала и старалась быть обычной.

— Ты тихая сегодня, — сказал он.

— Устала.

— На работе завал?

— Немного.

Он посмотрел на неё внимательнее.

— Ты в последнее время всё время где-то не здесь.

Анна взяла чашку обеими руками.

— Просто много всего.

— Из-за нового начальника?

— Почему сразу из-за него?

— Не знаю. Ты его слишком часто упоминаешь.

Анна усмехнулась, но не очень естественно.

— Потому что он мой начальник, Дим.

— Я не обвиняю, — мягко сказал он. — Просто спрашиваю.

Она подняла на него глаза.

— А если я скажу, что просто устала от себя, это считается ответом?

Дмитрий помолчал, потом кивнул.

— Считается. Но мне это не нравится.

— Мне тоже.

Он протянул руку через стол и накрыл её пальцы своей ладонью.

— Ань, ты мне скажешь, если что-то не так?

Она чуть не рассмеялась от этой страшной, почти невыносимой простоты.

— Скажу.

Это была ложь. Спокойная, короткая, уже привычная.

Позже Дмитрий заснул быстро. Он всегда засыпал быстрее её, особенно в те вечера, когда день был тяжёлым. Анна лежала рядом, слушала его дыхание и смотрела в темноту.

Телефон лежал экраном вниз на тумбочке. Она не брала его в руки почти час, как будто этим могла что-то себе доказать. Потом всё-таки не выдержала. От Лёши было два сообщения.

«Ты пропала».

«Опять пытаешься быть хорошей?»

Она закрыла чат. Почти сразу открылся рабочий. Последнее сообщение от Виктора было сухим и обычным: «Завтра в 10:00 зайдите с обновлённой таблицей». Но Анна слишком хорошо помнила его голос, чтобы поверить в эту деловитость.

Она вдруг поняла, что не хочет ни телевизора, ни еды, ни тишины в комнате. Ей хотелось только спрятаться от самой себя, и она ушла в ванную, включила горячую воду, бросила в неё пену и долго смотрела, как белые хлопья растворяются, поднимаясь мягким облаком.

Она забралась в воду медленно, почти с благодарностью. Горячая ванна обняла её тело, пена легла на грудь и плечи, волосы намокли у висков, а кожа сразу стала слишком чувствительной. Анна закрыла глаза и сказала себе, что просто полежит десять минут, выдохнет, успокоится и выйдет уже нормальной.

«Я до сих пор чувствую запах твоей киски на своих пальцах. Сладкая, мокрая, такая вкусная. Когда я снова смогу тебя вылизывать?»

Анна громко выдохнула. Сердце заколотилось чаще. Горячая волна прошла по всему телу, а соски мгновенно затвердели, поднявшись над поверхностью воды.

Рука сама скользнула под воду, по мягкому животу вниз, и легла между широко раздвинутых бёдер. Пальцы сразу почувствовали жар и обильную влагу — даже после душа и ванны киска оставалась предательски мокрой.

Анна провела двумя пальцами по набухшим половым губам, медленно размазывая влагу, и тихонько застонала. Клитор был уже сильно увеличен и болезненно чувствителен. Стоило слегка коснуться его, как по телу пробежала острая сладкая дрожь. Она прижала два пальца к клитору и начала медленно, круговыми движениями ласкать себя.

— М-м-м… — вырвался у неё низкий, дрожащий стон.

Ноги сами собой ещё шире разъехались в стороны, ступни упёрлись в края ванны. Анна полностью отдалась ощущениям: горячая вода ласкала кожу, пальцы всё быстрее тёрли клитор, а в голове уже крутились самые пошлые картинки.

Телефон снова завибрировал.

Алексей:«Ты сейчас трогаешь себя, да? Признайся.»

Виктор: «Если бы я сейчас был рядом, я бы заставил тебя кончить три раза подряд, прежде чем разрешил бы мне войти.»

Анна громко застонала и засунула два пальца глубоко в себя, начиная медленно трахать свою киску. Вода громко плескалась в такт её движениям.

Виктор: «В следующий раз я свяжу тебе руки и заставлю сосать мой член, пока Лёша будет трахать тебя сзади.»

От последнего сообщения Анну словно ударило током. Она громко застонала и засунула два пальца глубоко в себя. Вода громко плескалась.

Она начала трахать себя пальцами — сначала медленно, потом всё быстрее и жёстче. Второй рукой она сильно мяла свою большую мокрую грудь, щипала сосок, представляя, что это делает Виктор.

В голове крутились самые грязные картинки:

Как Алексей грубо берёт её сзади, шлёпая по попе… Как Виктор стоит перед ней и заставляет глубоко сосать… Как оба они одновременно входят в неё — один спереди, второй сзади…

— Блядь… — прошептала она дрожащим голосом.

Анна добавила третий палец и начала яростно долбить свою киску, почти до боли. Вода выплёскивалась из ванны на пол. Она уже не сдерживала стоны — они вырывались громко и отчаянно.

— Да… пожалуйста… ебите меня вдвоём… — шептала она в пустоту, полностью отдавшись фантазиям. — Хочу оба члена… хочу, чтобы вы меня разделили…

Оргазм начал собираться внутри неё тяжёлой, горячей волной. Анна согнула ноги в коленях, приподняла таз над водой и начала быстро-быстро тереть клитор тремя пальцами, одновременно трахая себя пальцами второй руки.

— Я кончаю… сейчас… а-а-а-хх!

Тело выгнулось дугой. Сильнейший оргазм пронзил её насквозь. Киска сильно сжалась вокруг пальцев, ноги задрожали, из горла вырвался громкий, протяжный стон. Она кончала долго и очень обильно — горячие соки смешались с водой в ванне.

Даже после пика она продолжала медленно водить пальцами по клитору, продлевая сладкие судороги.

Когда всё закончилось, Анна обессиленно откинулась назад, тяжело дыша. Пена почти полностью разошлась. Её большое тело лежало в воде, грудь тяжело вздымалась, а по щекам снова текли слёзы — теперь уже от стыда и понимания, насколько глубоко она провалилась.

Телефон снова загорелся.

Алексей«Ты сейчас трогаешь себя, да?»

Анна посмотрела на экран и горько усмехнулась сквозь слёзы.

Она уже даже не пыталась врать самой себе.

Она выключила экран, встала и долго стояла под прохладной водой. За дверью спальни спал Дмитрий. Обычный, родной, ни в чём не виноватый.

Перед тем как лечь к нему, Анна ещё несколько секунд постояла в темноте рядом с кроватью. Потом осторожно забралась под одеяло и легла на самый край.

— Ань? — сонно пробормотал Дмитрий. — Ты долго.

— В душе была.

Он на ощупь нашёл её руку и сжал пальцы.

— Иди ближе.

Анна придвинулась и закрыла глаза. Ничего не закончилось. Вот что было хуже всего.