Министр поднялся из-за стола, подошел вплотную:

– Не стоит благодарности. Если что, звони мне напрямую, Ярослав.

Случилось так, что наследник первым набрал новопризнанного родственника.

– Учти, полковник серьезно отнесся к вызову. Отпуск взял, тренируется.

– Ну, запись моего поединка с мутантом и другие похождения на Арене есть в открытом доступе.

– Понял. Как служба?

– Есть странности. Сообщу письменным рапортом, когда разберусь.

Во время разговора странность стояла рядом, среди густого соснового леса, в десяти шагах от секретной военной базы. Редчайшее явление: г’торх не пытался убить Артема, а пробовал договориться.

Во время его увещеваний небольшой двухмоторный самолет, размерами и видом похожий на DС3 верхнего мира, завершил последний разворот и выпустил шасси, скрываясь за деревьями. Уланов, летавший дома и на реактивных, и на военно-транспортном турбовинтовом Ан26, не мог надивиться бесшумности паролета.

– Не я принимаю такие решения.

– Нам это известно, господин капитан. Мы надеемся, вы сможете правильно донести нашу инициативу до уполномоченных лиц.

– Сколько времени нужно?

– Я говорил уже – год.

– Это желаемое. А минимально необходимое? Ну, чтобы набрать контракты, от которых нельзя отказаться, продать акции завода.

Здоровущий мутант бойцовой породы, такого же роста, но в полтора раза шире Артема, напряженно засопел, потом схватился за мобильник. Г’торхи – ни разу не интеллектуалы, однако для бизнеса, где важны бойцовские качества, а маркетологов, аналитиков и прочую интеллигенцию не проблема нанять, самое то. К сожалению для стоящей рядом с офицером особи, два года назад их семья рискнула выкупить контрольный пакет акций дирижаблестроительной компании. Тогда в Америке началась добыча гелия благодаря контрабандно привезенным из верхнего мира частям охладительной установки. Их дела шли отлично, пока считалось, что цеппелины и магические устройства – единственные аппараты для полета в мире, где нет двигателей внутреннего сгорания и реактивных турбин. Понятно, что отсутствие аэродромной инфраструктуры не позволит авиации одним плевком перебить рынок воздушных перевозок. Дирижабли привычны, освоены, причальные мачты и запасы газового топлива для их машин есть практически везде. Но вброс рекламной информации, что самолеты начнут завоевывать небо, обвалит котировки акций. Поэтому бугай суетится не зря.

– Девя… хотя бы восемь месяцев. Если все акции кинуть на биржу, они также рухнут в цене.

– Полагаю, это возможно, хотя, как я говорил, не мне решать. И цифра, предложенная вами, несколько не соответствует. Вы, надеюсь, понимаете. Сейчас контрольный пакет «Эир Индастриз» весит полмиллиарда в пересчете на рубли. Если ролик с записью пробных стартов паролета выложить в Сеть, за сколько вы продадите свою долю?

– Миллионов за триста.

– Я думаю – не больше сотни. Так что с вас, уважаемый, требуется не банальная взятка, а взвешенное коммерческое предложение. Перезвоните мне завтра.

Оставив мутанта воевать с калькулятором и собственной жадностью, Артем вернулся на базу и набрал короткий рапорт. Он настаивал на принятии предложения и отсрочке на восемь месяцев начала демонстраций самолета. В конце концов, освоение серийного выпуска, подготовка взлетно-посадочных полос, переучивание прибывшего сверху летного состава на управление паролетом займут куда большее время. А чтобы недружественным г’торхам жизнь медом не казалась, что мешает выложить в сеть ролик про паровой вариант Trаvеl Аir 2000? Одновременно за их деньги строить первые аэродромы. Допустим, у мускулистых ребят не отобьются средства, вложенные в дирижабли, это, в конце концов, их горе.

Артем нажал Еntеr, отправляя донесение. Зацепили слова о том, что кому надо мутанты уже платили, чтобы информация о паролетах раньше времени не расплылась. Кривицкому? С его гибели полтора года прошло, и расследование тупо зависло из-за отсутствия санкции на жесткие действия в Крымском Татарстане. Высокая политика, мать ее.

По соседству опять хлопанье винтов. Безымянный пока аппарат, в документах просто «Модель 3бис», снова поднялся в воздух. Пусть здесь немного людей, но, чтобы скрыть полеты, испытания надо проводить над Карским морем. Тоже не дело, заклинанием левитации владеет не так много магов. Летчики не в их числе. Поэтому, господа синтетические личности, полную конфиденциальность обеспечить нельзя.

Проведав базу подводных лодок и устроив нагоняй местным особистам, Артем убыл в Москву. Дело с неправильным охранником князя нужно завершить.

В здоровенном цирке Арены, открытом для болельщиков в связи с запретом на магию в поединке, зрительские места стоили больших денег, однако дуэлянт умудрился затянуть туда обеих родственниц – кузину Милославу, сменившую монашескую униформу сестры Эрики на нейтральный неброский костюм, и тетку с Воробьевых гор. Условия боя – до смерти, но если полковник действительно победит, лучшую реанимационную бригаду не найти.

Маги Арены обрабатывали Артема минут сорок. Он чувствовал себя препарируемой лягушкой, отдавшись на волю рукам, копающимся у него в биополе. Раньше ему просто вешали амулет-блокиратор. В этот раз попросили снять маскировку ауры, после чего главный инспектор присвистнул, и за дело взялась целая бригада. Они не только разрушили набор чар, которые капитан носил постоянно, но поставили простое и действенное заклинание – при любом обращении к запасам маны поединщик получает шоковый удар. Теоретически, конечно, диким напряжением воли можно перетерпеть боль, не свалиться в беспамятство и своей магией разрушить чужую волшбу. Но времени на это нужно – вагон. Не менее двух с половиной секунд. Противник успеет разорвать тебя на мелкие нераспознаваемые кусочки. Да и сканеры моментом засекут нарушение правил боя, за которое предусмотрено наказание вплоть до смертной казни.

Оставшиеся полчаса Артем затратил на разминку, разогревая мышцы и прогоняя домашние заготовки, придуманные против бойца экстра-класса. Стиль рукопашного боя здесь сильно отличается от привычных наверху карате-кунфу. Нет ударов в прыжке, блокирования ногой кулачных ударов и прочих эффектных, но бесполезных в реальной схватке трюков. Отсутствие кимоно или самбистской борцовой куртки исключает использование приемов, связанных с захватом за пояс или одежду. Нет перчаток, поэтому удары пальцами в глаза, в горло и прочие уязвимые точки – сколько угодно. Никаких ограничений в смертельной схватке, хоть плюй в лицо и кусай зубами за причинное место. Правило одно – в круг войдут двое, покинуть его должен один. В крайнем случае победителя вынесут, но живого. Если оба пришли к инвалидности, не сумев замочить противника, – позор обоим.

Артем вышел на Арену. Круг тридцати метров в диаметре, вертикальная гладкая стенка трех метров высотой, чтобы выбитые зубы не долетали до зрителей, вторая дверь с противоположной стороны. Место, чтобы победить или умереть.

Он закрыл глаза. От наращиваемых за столько лет способностей осталось лишь магическое зрение. У Шафарнянского оно наверняка не хуже. Поэтому – отключаем.

По аналогии с компьютером боец вышел из операционной системы «техномагия» и запустил другую, о которой знает не больше трех сотен людей на Руси, а остальные, даже узнав бы, не поверили.

Магия Рода, более древняя, чем могучий Источник среди Тайной Москвы, забурлила вокруг ступней. Артем почувствовал, как из-под фундамента знания, чуть ли не из мантии или ядра планеты, к нему потянулись невидимые нити. Тетка уверена – объяснить научно этот тип волшбы нельзя. Сестра Эрика предполагает, что магоны Рода работают в частотном диапазоне, не подвластном существующим ныне приборам. Не важно. Главное, маги и сканеры Арены, а также свернувшееся на темени заклинание ничего не способны засечь. Статическая энергия не видна постороннему взору, укрытая за мощной аурой Уланова, похожей на солнечный круг в ясный день.

Комментатор начал очередное шоу, представляя первого поединщика. Потом минут пять ушло на презентацию княжеского бодигарда. Артем активировал Око Рода, аналог магического зрения, доступного всем местным магам и магоскопам. Щит Рода, источник здравия Рода и десяток подобных формул ворожбы, для которых не нужна банка накопителя в кармане или перекачанный маной собственный резервуар. Силовые линии пронизывают Арену, черпай – не хочу. Нужна мелочь – уникальные способности, известные лишь у некоторых потомков основателей рода Милославских и отдельных избранных.

Теперь главное. Артем провел короткую ревизию активированных ворожебных средств. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы люди вокруг догадались о них. Поэтому – тотальный контроль и крайне дозированное применение. В противном случае Шафарнянскому проще умереть от инфаркта сразу на входе в Арену. Да и боевое применение у ворожбы крайне ограниченное. В бою они как использованные не по назначению кухонный нож и бензопила. Зато очень эффективная бензопила.

Вот и соперник. Магия тоже блокирована, но… он уже не человек. Точнее, не совсем человек. Тридцать лет упорной работы над телом и нервной системой при помощи самых мощных тайных чар сделали свое дело. Фантастическая сила, невероятная скорость реакции. В честном бою с ним и г’торху придется несладко. Но Артем не собирался баловаться благородством. Задача не спортивная, сугубо утилитарная, потому все средства хороши. Полковник уже разок отправил его в клиническую смерть. Просто ответная любезность, а как повезет с реанимацией – большой вопрос.

Бодигард начал с жесткого прямого удара ногой, добавив два прямых руками, и резко разорвал дистанцию. Артем принял их на пресс и предплечья. Враг знает манеру старого Уланова, до реконструкции мозгов. Пусть думает, что его уровень не изменился.

Неторопливое кружение. Вторым заходом полковник сделал обманное движение ногой, будто пробовал подсечку, тут же молниеносная тройка руками, удар коленом и выход на завершающий локтем в голову. Даже вычислив атаку Оком Рода по растекающимся в теле врага нервным импульсам и непроизвольным движениям, Артем едва устоял на ногах, убрав переносицу буквально в миллиметре от локтя, просвистевшего чуть ли не со сверхзвуковой скоростью.

Что там вопят трибуны? Не довольны, что не атакую? Извините, ребята, здесь не шоу, а борьба за жизнь. Не до театральных эффектов и показушных нападений.

Третий бросок Шафарнянского. Пара ударов ногами, сближение, связка руками и коленом, потом захват за запястье и бросок. В кости предплечья брызнула сила, укрепляя их до состояния легированной стали, иначе рука выше кисти хрустнула бы, как сухая ветка. Артем упал на спину, откатился, когда пятка полковника опустилась на то место, где миг назад была голова капитана.

Снова оба в стойке. Шафарнянский нападает чуть с меньшим темпом. Не устал, но понимает, что выдохнется быстрее, чем уходящий от быстрого боя соперник. Затем резкий выпад, нечеловеческая мельница ударов рук, ног, головы. Артем ушел с линии атаки, однако последний боковой, силой не менее тонны, влетел-таки в голову, и боец выпал из реальности.

Он обнаружил себя в стойке и недоуменно глядящего полковника напротив. Трибуны взревели. Кто управлял телом в секунду беспамятства, некий Автопилот Рода? Потом разберемся. Используя секундное замешательство врага, Артем сильно попал ему ребром стопы по колену. Так, нарушение подвижности – половина успеха, если только сверхъестественная регенерация княжеского бодигарда не залечит его вмиг. Поэтому, не мешкая, удар, обмен ударами и блоками, в момент максимального сближения короткий ментальный импульс в мозг, затем сокрушающий прямой в солнечное сплетение, усиленный энергией, струящейся из-под пола.

Он подхватил падающего полковника ладонями за щеки, буквально прижался к нему лицом. Со стороны, наверно, выглядело как поцелуй взасос. Высший пилотаж – это не убийство с помощью магии человека, лишенного ее в данный промежуток времени, а способность синхронно активировать сразу две ворожбы, Купол Рода и Упряжь Рода.

– Артур, кто приказал тебе убить меня четыре года назад?

Лишенное защит полуобморочное состояние княжеского телохранителя позволило бы взять его разум под контроль даже армейскому магу шестого уровня.

– Воевода Вяземский…

Ах, как интересно потолковать бы с тобой по душам. Увы, не в присутствии двух тысяч зрителей и двух десятков телекамер. Даже непрохождение звука при их коротком диалоге может показаться подозрительным. Артем резким движением свернул шею Шафарнянскому, затем рванул за голову вверх, гарантированно разрывая спинной мозг. Реанимация может курить и не торопиться.

Зал взорвался овацией. В тысячах спортивных баров Тайной Москвы, наверно, то же самое. Извечная радость черни, когда выходец из низов побеждает знатную шишку. Знали бы они про генофонд своего кумира…

Уланов позволил снять блокировку магии. Силой Рода он мог снести ее одним щелчком, но смущать людей нет смысла.

К раздевалке пробились журналисты, вопросы посыпались со всех сторон. Артем ответил на несколько безобидных реплик, потом вычленил фразу о предсмертных объятиях с полковником, сделал страшные глаза, кинул легкое пугающее заклятие и зловеще просипел:

– Я выпил его душу!

Репортеры, чуть не обделавшись, кинулись врассыпную.

Вымывшись и переодевшись, победитель проскользнул мимо поклонников и отправился к месту встречи с двумя болельщицами.

– Ярослав, зачем ты так рисковал? – шепнула Эрика. – Я едва тебя подхватила, когда ты пропустил боковой.

– Спасибо, сестра. Зато чистота победы не вызывает сомнений и пересудов.

– А о чем ты с ним так долго беседовал?

– Подкалываешь? Спросил – зачем он меня пытался тогда грохнуть. Говорит – Вяземский велел.

– Вот оно что. – Монахиня провела рукой по его непослушным стриженым волосам. – Значит, заговор не ограничивался моим бедным братом. Неужели он допустил, чтобы его использовали втемную?

– Не знаю. Я подозревал, что интрига гораздо сложнее. И совсем не уверен, что Вяземский – верхняя фигура в цепочке. Над ним начальник СБ и сам князь. Им так просто мозги не промыть и не свернуть шею.