— И это то, ради чего тебя притащили? — посмотрел на меня грандлорд. — Какое разочарование.

Мы стояли друг напротив друга. Оба в одних штанах, у меня на руку намотаны ремни крепежей и цепь, ладонь холодит Риис. Противник наконец обратил внимание на моё оружие и лишь недовольно покачал головой.

— Какой позор. Так осквернить наследие Унабриса.

— Позор — это ты, а Унабрис сам благословил меня на это оружие.

— Ещё и лжец.

— Скоро узнаем.

Несмотря на правила, Сильдус отказался от боевого артефакта ради демонстрации превосходства. В его положении это, наверное, даже правильно. Никто бы не понял, сражайся он против рыцаря или даже сына в полную силу.

Первым делом меня будто бы волной накрыло. Воздух стал гуще, а само пространство более вязким. Я выставил биополе на максимум, борясь с аурой Тотального Контроля грандлорда, но это слабо помогало. Дышать стало легче, но не более.

Тут же в голове поселились голоса, приказывающие мне пасть на колени и вскрыть себе горло. Изначально была мысль сделать вид, что он может на меня влиять, затем подловить говнюка на ошибке… Но это было настолько… смешно.

— Голоса в голове? — выгнул я бровь. — Ты даже не представляешь, насколько это на меня не работает.

Мысленно приказал Четвергу отрубить шум, и голоса тут же стихли. Да, в этом шёпоте было что-то властное, проникающее в душу, что вкупе с видом грозного грандлорда могло произвести эффект. Но я слишком хорошо освоил навык гипноза, слишком ценил свою свободу воли и слишком привык к непрошеным приказам. Думаю, даже без тренировок Сильды я бы с этим справился.

А следом пришла ментальная атака. И вот с таким я столкнулся впервые. То, что пыталась изобразить Сильда, даже отдалённо не походило на удар её отца. В глазах моментально потемнело, тело повело, огромных усилий стоило просто не упасть.

— Сфокусированный импульс энергии, — сообщил Четверг. — По сути он атакует через своё биополе, от такой атаки нельзя увернуться.

Следом за первой волной пошла вторая, затем третья, а потом они слились в череду ментальных ударов. Но с каждой секундой держаться становилось проще. Четверг анализировал импульсы и перестраивал биополе под них, пока не получилось достичь полной непроницаемости.

Я тряхнул головой и понял, что стою на одном колене. Сильдус уже шёл, чтобы добить меня, но на середине пути остановился. Он тоже почувствовал, что что-то не так.

Я выпрямился и посмотрел ему в глаза.

— Твоя надменность тебя погубит. Это была твоя лучшая возможность победить.

— Будут ещё, — бросил он. — Так уж и быть, дам дочери поиграться. Можешь нападать.

Меня упрашивать не надо. Я и сам собирался. Выбросил Риис прямой, незамысловатой, предсказуемой атакой. Сильдус отклонил корпус, при этом его тело словно бы покрылось чёрным дымом, а затем соткалось из него обратно. То есть складывалось ощущение, будто его тело на мгновение стало бесплотным, а затем обрело форму снова, но уже чуть в стороне.

Но я понимал, что это нечто вроде естественной способности, вроде моего Взрыва Энергии. Очень сильно дезориентирует, но при этом Сильдусу всё равно пришлось отклонять корпус, чтобы не попасть под атаку.

Я продолжал бить. Риис рассекал воздух, я держал дистанцию, чтобы не попасть под удар сам, атаковал методично, холодно, с чётким расчётом. Каждый выпад, каждое уклонение — это информация о противнике. Чем дольше длится бой, тем выше мои шансы.

Сильдуса я невольно сравнивал с Людвигом. Тот же стиль, та же манера, те же приёмы. Но Сильдус был лучше во всём. Быстрее, точнее, расчётливее.

Он ни разу не перехватил оружие, хотя у него было много возможностей для этого. Может, что-то знал, может, просто на опыте не прикасался к проводящему металлу.

Через минуту такого темпа я вышел на скорость атак, опережающую возможности моего тела — спасибо зельям. Банально, я уже сам не всегда мог отследить собственные движения, но вот противнику это не доставляло никаких неудобств.

— Скука, — произнёс он.

В следующее мгновение грандлорд появился прямо передо мной с занесённой лапой. Не рукой, а именно лапой. Кожа от локтя до кончиков пальцев потемнела, раздулась и покрылась алыми, кровавыми прожилками. Когти больше походили на серпы. И я даже не мог понять, что это: кость или окаменевшая кровь.

От рассечения ушёл, скользнув вбок. Сильдус тут же оказался передо мной и нанёс новый удар. Уворот. Повторить.

Грандлорду не требовались рывки, ему не нужно было входить в стойку или делать шаг для сокращения дистанции. Его скорость была такова, что он просто перемещался в пространстве и каждый раз оказывался вплотную, как быстро бы я ни пытался разорвать дистанцию.

Он бил, я уклонялся на каких-то запредельных рефлексах, бил в ответ, но раз за разом его уже не было в том месте. Он был везде одновременно, удары сыпались со всех сторон. Я не мог предсказать ни один из них, оставалось лишь реагировать в моменте.

Даже под зельями разница между нами была подобна пропасти. Со стороны казалось, что две смазанных тени рикошетом бьются по куполу, носясь из стороны в сторону, но я видел, что это скорее игра в кошки-мышки.

Кинетической волной я ударил наугад. В самый случайный момент, практически в случайное направление, на котором мог появиться Сильдус. Попал.

Мощь способности сейчас от той же Огненной Саламандры оставила бы один скелет, но Сильдус лишь на мгновение покачнулся. И то скорее больше от неожиданности. Но момент я не упустил и метнул Риис. Теперь уже противнику пришлось импровизировать.

Он отбил кинжал когтистой лапой, сместился ко мне и нанёс удар, от которого я никак не мог увернуться. Только и успел крутануть корпус, иначе бы остался без сердца. Сильдус пробил меня насквозь голой рукой. Я слышал, как трещали ломаемые рёбра, как от левого легкого остаются ошмётки.

Это был мой шанс. Хватаю ублюдка за локоть, правой ладонью бью в грудь. Зелёная вспышка. Ничего.

Сильдус презрительно отшвыривает меня куда-то под барьер, отряхивает руку. Я же вижу, как кожа на его груди отваливается, а под ней появляется нечто чёрное. Человеческий облик — просто ещё один слой брони. Зелёная молния ударила в защиту, так и не достигнув цели.

— Так на это был расчёт? — усмехнулся он. — Сильду ждёт очень долгий разговор.

Он сгибает руку в локте, а моё тело буквально поднимает в воздух. Магия крови. Я уже видел это, когда Иезекиль взял под контроль тело Асмонда. Сейчас Сильдус делает то же самое со мной. Через мою кровь на его когтях он контролирует всё моё тело.

Только вот он не собирается играться со мной или пытаться допросить. По глазам вижу, что ему противно возиться со мной. Он не лгал, его действительно воротит от запаха моей крови. Какие мы привереды — синтетику, значит, не любим. Всё натуральное нам подавай.

— Босс… — вмешался Четверг.

Да, да, сосредоточиться. Почувствовать свою кровь, всю, а не только ту, что ещё осталась в теле. Поймать эйб, увидеть чужую волю, берущую под контроль мою суть. Определить связь. Со своей стороны Четверг работал чисто по эйбу, определяя энергетические потоки, связывающие меня и ту часть, что сейчас осталась на лапе Сильдуса.

Когда всё было готово, Четверг разорвал связь. Просто изменил кодировку на микросекунду и вернул обратно. Но этого хватило, чтобы контакт оборвался. И всё случилось как раз вовремя. Сильдус щёлкнул когтями, и я буквально почувствовал, как моё тело готово взорваться, разлетевшись ровным слоем по площади.

Упал на ноги и выдохнул. Бурлящая кровь внутри моего тела успокоилась, подчиняясь моей воле. Глянул на рёбра и увидел, как огромная дыра затягивается прямо на глазах. Да благословит Бездушный местных алхимиков.

Сильдус же на это лишь недовольно цокнул языком и покачал головой. А затем атаковал. Но на этот раз я использовал все доступные мне мощности, разгоняя сознание и тело. Сильдус бил, промахивался, смещался, бил снова. Но не успевал. Я всё это уже видел, осознал, переварил и встроил в боевой модуль. Мне все эти атаки были понятны.

Он не выпускал крылья, не обращался полностью, потому что не хотел биться в полную силу против какого-то бледноэйбового со свалки. Гордыня — вот его суть.

А в этой человеческой форме он здорово ограничивал себя, сейчас он бил на пределе своих возможностей.

И поэтому я перешёл в контратаку. Кинжал полетел вперёд, а я полетел следом. Моё тело словно бы устремлялось за цепью, а цепь стала жить своей жизнью. Я так много тренировался, столько приёмов выучил, столько видел… Но только сейчас, на текущем пике, под всеми усилениями и эликсирами я получил возможность раскрыть весь потенциал своего оружия.

Моя энергия улетала чудовищными объёмами, я вышел на свой предел, и этого хватило, чтобы чуть-чуть потеснить грандлорда, который до сих пор отказывался верить, что ему придётся драться в полную силу.

Но когда он уклонился от очередного жала, увернулся от алой молнии и буквально налетел на мой кулак, ему пришлось биться всерьёз. Я видел его лицо, видел эту гримасу ярости, безумия и неверия. Но оставался спокойным. Даже когда за его спиной появилось два тёмных крыла.

Инициатива была на моей стороне, и я не собирался её отпускать. За это время я успел попасть несколько раз, нанеся несколько царапин, ударов и даже один раз задел алой молнией. Магическая атака нанесла ощутимый урон, но у ублюдка слишком много слоёв защиты, чтобы говорить о чём-то серьёзном.

Сильдус взорвался скоростью. Ни о каком моём успехе больше не шло и речи. Скорее интуитивно я понимал информацию, которую хотел донести до меня Четверг. Противник перешёл в иную фазу, а я уже достиг своего предела.

Холодный разум, сухой расчёт. В этот момент на мгновение я поверил, что действительно являюсь не человеком, а искусственно созданной машиной.

Ресурсы организма израсходованы на семьдесят процентов, продолжать бой в таком темпе я смогу ещё две с половиной минуты. Но любая экономия приведёт к мгновенной потере инициативы. Исход — смерть.

И я просто вышел за свои пределы. Там, где мне не хватало возможности, я брал техникой. Мои движения достигли идеала, максимума эффективности, ничего лишнего, только строгий функционал. И этот бой стал выглядеть просто красиво.

Эйб не имеет значения. Разница в эйбе не имеет значения. Важно лишь сражаться идеально.

Риис начал петь, а я — исполнять Танец Унабриса. То, что я раньше не мог повторить физически, сейчас стало возможным, пусть и на короткие две с половиной минуты. Но я видел неподдельное удивление в глазах Сильдуса.

Конечно, он узнал родовую технику, которую уже давно, по рассказам Людвига, никто не мог исполнить в роду Бланшт. Они могли лишь стремиться к идеалу и жить этим стремлением.

А тут какой-то безродный ублюдок со свалки, неполноценный, слабый, живущий только за счёт заёмной силы, делает то, что считается невозможным. Потому что это невозможно для обычного спирита, хоть тёмного, хоть светлого. Но для меня и Четверга, действующих в полной синергии, это всего лишь процесс.

Я давно перестал различать стены купола, давно забыл про то, что за ним находятся сотни зрителей, забыл обо всём. Была лишь цель, до которой я пытался дотянуться.

«Боевой Модуль „Нюхай Мой Длинный Бурзум“ — эффективность сто семнадцать процентов. Название модуля удалено. Можно выбрать новое название».

Мысль промелькнула и исчезла. Я продолжал давить и атаковать. К сожалению, Сильдус уже раскрыл крылья, и теперь достать его было просто невозможно. А ведь это даже не его финальная форма, лишь переходная.

В какой-то момент он всё же вышел из оцепенения и наконец-то посмотрел на меня иным взглядом. Как на врага. Полноценного, достойного, такого, которого нужно воспринимать всерьёз.

И на этом мои успехи завершились. Он контратаковал. Наплевав на раны, на попадания, на кровь. Пробился сквозь шквал атак, изуродовавших его тело, и нанёс удары в ответ. Мы сцепились в клинче. Боли не было, понимание патовости ситуации я отгонял.

Зелёные вспышки сменялись алыми, кровь то красная, то чёрная, цепь то звенит, то чавкает. Из меня выдирали куски, с Сильдуса слетала шелуха человечности. Два монстра столкнулись в битве насмерть.

Некуда бежать, негде прятаться, нет вариантов и опций. Бьёмся до конца — он или я.

Осознание пришло яркой вспышкой, когда я отстранённо наблюдал за чередующимися искрами молний. В какой-то момент бой превратился в такую кашу, что уже никто не мог разобрать, что происходит. Но кое-что случилось.

Сильдус разорвал дистанцию и остановился. Через мгновение он буквально захлебнулся собственной кровью, откашлялся и посмотрел на меня.

Мы оба еле стояли. Пара секунд передышки, а подо мной уже целая лужа. Тело регенерировало ненормальными темпами, но сил от этого больше не становилось. А ведь будет ещё одна фаза, когда Сильдус полностью обратится, выпустив всю свою мощь. Если до этого вообще дойдёт.

Я не думал, что будет настолько плохо. Да, наверное, на третьем ранге были бы шансы, но четвёртый… Это что-то запредельное. Будь у меня хоть малейший выбор, я бы послал Сильду с её щедрым предложением ещё тогда, в трактире на окраине столицы.

Но выбора на самом деле не было. Это они загнали меня в угол. И именно безвыходность ситуации даёт мне шанс.

— Признаю, — прохрипел грандлорд. — Сильда меня удивила.

Обидно. Вообще-то это я тебе кровь пустил.

Пробившееся чувство раскололо барьер хладнокровия. В тот же момент в груди начала закипать ярость.

— Ой-ей… — подал голос Четверг. — Босс, я не смогу помочь тебе с тем, что ты задумал.

— Знаю. С этим я справлюсь сам.

— У тебя одна попытка. Это предел.

Я выбросил руку вверх. Молча, без всяких слов. Четыре секунды перерыва были роскошью, но они закончились.

Цепь взлетела в небо широкими кольцами, крепежи слетели, и на мгновение я остался без оружия вовсе. Тело прокрутилось вокруг оси, пятка бьёт в кинжал, арена наполняется звоном, Риис летит в рожу Сильдуса, но тот легко уклоняется.

Скачок. Пять метров за спиной противника, кинжал приближается ко мне, удар, клинок меняет траекторию. Скачок, схватить цепь, дернуть на себя, скачок, удар, скачок, рывок. Звон.

Я носился по арене, меняя траекторию оружия. Рикошеты от земли, от купола, от моих ударов — траектории невообразимые для законов физики и даже для того, кто может говорить с оружием. Но если смешать все правила в кучу, то можно изобрести новое.

От момента, когда я подбросил цепь, до завершения манёвра прошло две секунды реального времени. Грандлорд стоял на месте, растворившись в облаке чёрного дыма. Просто отдыхал и переводил дух. Ни одна моя атака ни под каким углом не достигла цели. Наоборот, он успел ещё больше восстановить силы.

Момент был рассчитан идеально, спасибо Четвергу — он отработал все мощности, что получил. Я вышел из скачка, схватил одной рукой кинжал, другой — ремни. Именно в этот момент в этой точке пространства они оказались рядом. Начало и конец. Змей укусил свой хвост.

Скачок, натяжение. Цепь свистит и сжимается. Грандлорд осознал, что всё это время я не пытался попасть в него, а просто раскидывал сеть вокруг. Но было поздно. Ловушка схлопнулась, алая молния сорвалась с левой руки, зелёная прошла по цепи с правой.

Звук был похож на лопнувший воздушный шарик. Когда вспышка рассеялась, все увидели алый кокон в центре площади. Он был плотно скован цепями, которые тянулись ко мне. Кинжал воткнут в камень по самую рукоять, ремни плотно намотаны вокруг него, так что оба конца натянуты до предела.

Две молнии, обе ударили в защиту. Не пробили.

— Это всё? — насмешливо спросил Сильдус. — Неплохо. Для слабака.

Скачок на противоположную часть арены. Сильдус медленно оборачивается, дышит глубоко, ровно. Я видел, как все его раны исчезают буквально на глазах. Словно и не было никакой схватки. Разве что его немного потряхивает от моего последнего залпа, но эффект явно недостаточный. За мной же остаётся отчётливый алый след. Я уже на пределе. Почти все.

Плевать. Стойка крепости, максимальная концентрация, левая рука к животу ладонью вверх, правая рука к груди ладонью вниз. Символично, ведь это универсальный жест странников. Демонстрация мирных намерений.

Но мы не в глубине, а я нихрена не мирный.

Алая молния хорошо пробивает защиту, но практически не наносит ублюдку урон. Зелёная молния нанесёт колоссальные повреждения существу подобной силы, но не способна преодолеть барьеры. Мне нужны обе молнии. Но не одновременно, а вместе.

В той мешанине боя я на мгновение увидел то, что мне нужно. И как затем Сильдус харкал кровью. Он так и не понял, что произошло, а вот я осознал. Всё было очевидно.

Картина в храме Бездушного. Первобог поражает тёмного отступника и сбрасывает его в Бездну. А в руках у него Солнечное Копьё. То самое, о котором когда-то говорила Сильда. Очень давно. И сейчас оно мне нужно.

Я никак не мог связать две разных молнии воедино, потому что их энергии противоположны. Быстрая и агрессивная, медленная и проникающая. Надо было просто изменить подход.

Сосредоточиться на ядре, дать импульс, высвободить всё без остатка, но разделить на два протока. Левая рука покрывается зелёными всполохами. Правая рука сыплет алыми искрами. И обе энергии тянутся друг к другу. Молнии сталкиваются в центре и образуют нечто новое.

Я видел глаза Сильдуса. И прекрасно разглядел момент, как в них появляется ужас. Древний, первобытный, явно берущий своё начало в истоках его крови.

Он делает то, что должен. Рвётся вперёд, чтобы убить меня одним ударом, натягивается цепь, трещит металл, но момент потерян.

Передо мной медленно появляется сфера. Красные молнии смешиваются с зелёными, и из них рождается ослепительно-жёлтый шар. Подобный маленькому искрящему солнцу.

Сильдус понимает, что уже слишком поздно. Бежать некуда, убить меня он уже не успел.

— Не верю, — шепчет он одними губами.

В одно мгновение его тело трансформируется в чёрное чудовище, самое массивное и внушительное, что мне доводилось видеть в этом месте. Огромные чёрные крылья накрывают его, запирая в кокон. Поверх этого появляется Багряная Завеса из крови, которая тут же застывает, превращая фигуру в обсидиановое изваяние. Поверх появляется еще один слой, ярко-алый, перетекающий, наполненный энергией.

А я жду. Жду, когда ядро отдаст последние крохи, когда тело выжмет всё до капли. Шар в моих руках продолжал расти, из него то и дело вырывались оранжевые искры, от попадания которых даже невероятный барьер начинает вибрировать и покрываться рябью.

Шаровая молния достигла размеров перезрелого арбуза, мне было физически больно удерживать эту мощь. И когда перед глазами не осталось иных цветов, кроме ослепительно-жёлтого, я метнул Солнечное Копьё.

Ровно в цель. В тёмного спирита четвёртой ступени, укутанного во все имевшиеся в его арсенале слои защиты.

Я не видел попадания, потому что на мгновение ослеп и оглох. Меня отбросило в купол и оглушило.

А когда смог прийти в себя, то увидел Сильдуса. Он всё ещё был жив. Сидел на коленях, руки болтаются, голова свисает. Вокруг валяются обломки кокона, всё залито тёмным, одно крыло порвано, другое кусками валяется рядом.

Я медленно встал и побрёл в центр арены. Купол вокруг продолжал ходить ходуном, словно мыльный пузырь, на который подул ветер. Я шёл без сил, без энергии, без каких-либо мыслей. Я сделал всё, что мог, а дальше будь что будет. Я хорошо разыграл эту партию.

Из руки медленно прорастал клинок. Магия крови откликнулась, когда больше ничего не осталось. Как и говорила Сильда.

Я подошёл к Сильдусу вплотную и положил алое лезвие ему на плечо. Если у него есть силы, если я ошибся и Солнечное Копьё оказалось не таким уж ультимативным оружием против тёмных спиритов, то сейчас я умру.

Секунда, другая, третья. Ничего не происходило. Это победа.

— Сдавайся, — произнёс я. — Признай поражение, уступи власть. Ты проиграл.

— Не убьёшь меня? — послышался шёпот.

— Крови ты понюхал. А убивать тебя я и не собирался. Ты мне нахрен не сдался, я тебя вообще не знаю практически. Дай слово, что не станешь мстить, и катись отсюда.

Сильдус медленно запрокинул голову и посмотрел мне в глаза. Его кожа постепенно светлела, так что сейчас я смотрел на человека. Старого, уставшего, на лице которого отпечатался невообразимый груз. Но он улыбался.

Я видел, как по его телу продолжали бегать жёлтые искры, доставляя этому древнему существу невыносимую боль. Но он продолжал улыбаться.

— Нет, — выдохнул он с облегчением. — Если она смогла одолеть меня, то и с домом Реборн справится лучше.

Он схватился за мой клинок и дернул в сторону. Голова грандлорда отделилась от тела, упала и покатилась к моим ногам. Остановилась. Сильдус смотрел в небо невидящим взглядом, а улыбка так и отпечаталась на его лице.

— Идиот, — прошептал я, развеяв клинок. — Но принципиальный. Уважаю твой выбор. Катись с миром к своему богу.

Барьер пошёл волнами, истончился и исчез вовсе. На плечи тут же обрушилась тишина. Я же спокойно поднял цепь и начал её сматывать. По центральной площади Верхнего Гнезда прошелся оглушающий звон.

Когда клинок наконец-то оказался в моих руках, я посмотрел на лица присутствующих. Мда, такой гаммы эмоций я на этих рожах ещё ни разу не видел. Тёмные готовы меня растерзать прямо тут, но не понимают, можно ли и как. Форсайтовцы смотрят со странной смесью любопытства и алчности. И только Лунолакс Альфа продолжает скалиться с тотальным безразличием.

Поднял руку, обводя Реборнов кинжалом.

— Отличный момент, чтобы спалить всё дотла, — вот первое, что произнёс Четверг. — Жги, босс.

— Дом Реборн! — произнёс я громко. В наступившей тишине мой голос эхом разносился по всей площади. — Ваш грандлорд мёртв. Я убил его на ваших глазах. Не потому что я был сильнее. Не потому что он старый и слабый. Я снёс ему голову… потому что это было предначертано форсайтом!

По рядам местных прошла волна шепотков. Изумление, непонимание, негодование. Но я только начал.

— Вы, тёмные твари, не в курсе. Но я пришёл, чтобы просветить вас, — я раскинул руки в стороны. — Ваш мир больше не будет прежним. В Логос пришёл Спаситель! Он явился ко мне во сне в образе темнокожего юноши. Он назвал себя Чадом. И сообщил, что я был избран ключами форсайта. Избран, чтобы донести до вас новую истину. Моя победа была предначертана.

А вот теперь зашевелились и рыцари за спиной. Да, слушайте, ублюдки. Вы ничего не понимаете в том, что происходит. Но ещё больше не понимаете, откуда я знаю такие подробности. И вы захотите выяснить это. Уже хотите. Ваши главные, кто в курсе, хотят особенно сильно. Я чувствую ваше желание, оно буквально жжёт мне спину.

— Спаситель сказал, что ключи предсказали свершение великого замысла. Ключи предрекли мою победу, и это лишь начало. Возрадуйтесь! Потому что даже таким тёмным тварям, как вы, нашлось в нём место. Вы, вампиры, отродья Бездушного, проклятые тёмные спириты, наконец-то получили шанс стать частью великого. Склонитесь перед форсайтом! На колени перед спасителем! Ваша судьба записана в ключах, ваша участь предрешена великим замыслом! Всё — форсайт!

Я увидел. Ярость. Ненависть. Жажду крови. Растерянность сменилась решимостью. А Сильдус не врал — эти гандоны агрятся на слово на букву «В», словно бешеные.

— Вперёд, вампирские отродья, падите ниц, возрадуйтесь своей судьбе! — продолжал орать и улыбаться я. — Примите форсайт. Откройтесь форсайту. Только в нем есть для вас место, проклятые отпрыски Бездушного. Форсайт милостив к вам, он примет вас такими, какие вы есть.

В голове открыто ржал Четверг. Мне, к сожалению, приходилось держать маску одухотворения великим неизбежным.

Первыми среагировали рыцари церкви, которые спустились на арену. Шестеро взяли меня в кольцо, схватили под руки, один заткнул рот латной перчаткой. Вперёд вышел служитель в мантии, расшитой золотом.

Под недовольный гул всего цвета дома Реборн он примирительно поднял руки, демонстрируя открытые ладони.

— Граждане дома Реборн, — начал увещевать он. — Произошла какая-то ошибка, уверяю вас, мы со всем разберёмся. Я гарантирую, что этот юноша…

Я улыбался, разглядывая разъярённую толпу. Все эти аристократы, традиции, пышные платья, зонтики, костюмы и фраки. Одухотворённые лица, преисполненные чувством собственной значимости и гордости за своих предков.

Сейчас на меня скалились тысячи клыков, когти впивались в каменные перила, тысячи глаз наполнены кровью. И против всей этой толпы выступал какой-то старик-церковник, а меня уже надежно упаковали и уводили с поля рыцари Форсайта.

Мельком поймал взгляд Андора. Тот даже привстал со своего кресла во время моей речи. И сейчас он смотрел на меня с крайне задумчивым лицом. Хм, ему совсем не идёт.

Я подмигнул Альфе Лунолакса. И тот моментально расплылся в хищном оскале. Лицо просветлело, он оглядел толпу и посмотрел на старика, пытавшегося всех успокоить.

Нашёл взглядом Сильду. Она смотрела на меня, на своих соплеменников, на церковников, на тело отца. Девушка была растеряна. Да, всё пошло не по её плану, а по моему. Она явно соображает, просчитывает риски, прикидывает варианты, строит в голове новые планы, анализирует и взвешивает.

А не надо. Не надо ничего из этого сейчас. Сейчас надо действовать, потому что иного момента не будет.

На мгновение мы с Сильдой встретились взглядами. И я видел муки выбора на её лице.

Давай, девочка. Докажи, что ты действительно веришь в то, за что боролась. Я дал тебе лишь первую искру, но не мне суждено раздуть это пламя. Давай.

Но она медлила. Медлила настолько, что вот-вот станет поздно. Да, она придёт к нужному выводу, но старик продолжает увещевать, его слышат и слушают. С каждым мгновением искра угасает. Неужели я напрасно проливал тут свою кровь? И не только свою. Не тормози, Сильда.

Прошло время планов, пришло время действий! Так действуй!

Тишина. Нарушаемая только медовым голосом епископа.

Внезапно звук сменяется на хрип. Смотрю туда и вижу, как с копья, пробившего грудь старика, стекает алая кровь. С копья, которое больше похоже на огромное шило. Поднимаю взгляд и ищу.

У кого хватило яиц? Людвиг? Седрик?

И наконец вижу того, кто метнул. Рарни. Молодец, парень. С таким молодым поколением у дома Реборн точно есть шанс.

Перевожу взгляд на Сильду. Как раз вовремя. Отсюда вижу, как девушка вздыхает, смирившись с судьбой. А следом за её спиной появляются тонкие изящные крылья, госпожа Бланшт взлетает над толпой. И я слышу её голос, преисполненный гордости и стали:

— Дом Реборн никогда не встанет на колени! За кровь грандлорда! За моего отца! Убить их!

Центральная площадь Гнезда взрывается воплями ярости и праведного гнева. А я просто стою и начинаю хохотать на пару с Четвергом.

Понеслась! Гори! Ярко!