— Ты можешь так двигаться? — спросил Седрик.

— Я этих троих за пару секунд размотал бы, — ответил Рарни.

— Это понятно. А двигаться ты так можешь?

Мастер боя недовольно посмотрел на новичка несколько секунд, после чего лишь фыркнул и отвернулся.

— Выпендрёжник. Простой выскочка, как и все спириты.

— Не похоже, будто бы он красуется. Присмотрись внимательно. Он методично уклоняется от выпадов всё более короткими движениями. Вначале он делал отшаг, теперь просто доворачивает корпус. Мне кажется, он проверяет сам себя. А ты так и не ответил на вопрос.

— Нет, не могу. Но это не значит, что я ему проиграю.

— Да что ты заладил-то, — вздохнул Седрик. — Тебе ничего не кажется странным?

— Кроме того, что парень любит играть со слабаками?

— Да, кроме этого. Тебе не кажется, что этот неотёсанный и явно слабый спирит двигается один в один как господин Людвиг?

— Ну и? Он же его ученик.

— Ученик, а не копия.

— Копия бракованная.

— Молодость, — вздохнул Седрик. — Всё бы вам чужие достижения принижать, лишь бы не признавать чужих успехов. Лучше избавься от этой дурной привычки и приучайся смотреть на перспективу. Через год этот спирит нас обоих за пояс заткнёт. Эй, Рейн, заканчивай там.

* * *

Я прекрасно понимал, что древоглазы являются самыми слабыми хищниками на втором слое. Принцип тот же, что и везде: сильный монстр не прячется, а эти глаза на ходулях обладали завидными способностями к маскировке, вплоть до полного сокрытия эйба.

Но в первую встречу один такой меня чуть на тот свет не отправил. С тех пор много воды утекло. Были тренировки с Вжухом, тренировки с Людвигом, много боёв в ямах, я практически взял вторую ступень.

Только по эйбу я стал вдвое сильнее, а по навыкам вырос ещё больше.

Для первой проверки решил, что всё довольно неплохо. Как будто бы можно будет аккуратно заходить на второй слой глубины, если действовать с предельной осторожностью.

Услышал голос дворецкого. Пора заканчивать тесты. Правда, из моего положения нормально атаковать вообще не получалось. Три древоглаза требовали предельной концентрации. Я даже рад, что Седрик окликнул, потому что держать такой темп становилось всё труднее и труднее, а показывать, что я уже на пределе, не хотелось

Для начала надо сократить численность противников, чтобы появилось окно возможности. Четверг уже неплохо рассчитал их тактику, а может, я сам понимал последовательность и направление атак. Поэтому выбрал ту цель, которая готовилась нанести удар.

Алая молния сорвалась с пальцев, унося противника вдаль. У меня появилось примерно полсекунды для атаки. Кинжал полетел в дальнего врага, сам я сместился к оставшемуся и нанёс косой удар. Тесак буквально располовинил тварь.

Тут же с интересом решил попробовать новый фокус. Активировал зелёную молнию и наблюдал, как разряд скачет по тонкой цепи прямо в глаз монстра, в котором застрял кинжал. Через мгновение чудище уже корчилось в конвульсиях на земле.

— По ощущениям, атака получилась слабее, — признал я.

— Зато у металла действительно хорошая энергопроводимость, — возразил Четверг.

— Это ты как понял?

— Атака в принципе получилась. Значит, хорошая.

— Логично.

Накапливаю энергию. А если красной вдарить так же через цепь?

Через мгновение цепь дернуло так, что она вылетела из руки, а предплечье обожгло болью от натянувшихся ремней.

— Идиот, — констатировал Четверг.

— Не идиот, а исследователь. Просто эксперимент неудачный.

Подошёл к корчащемуся противнику, попутно обрезав пару конечностей. Скорость скоростью, но рисковать на пустом месте как-то не хотелось. Страдания второго древоглаза оборвал одним точным ударом. Третий при виде этой картины кубарем покатился куда подальше.

То есть инстинкты у них есть и какое-никакое понимание ситуации тоже. На втором слое твари по-прежнему напоминают обычных живых существ, просто очень странных.

Вернулся к отряду. Иезекиль с Асмондом нашли две подходящих пещеры. Как я и предполагал, довольно высоко, ближе всего к кромке, чтобы монстры первыми могли почуять добычу.

На приманку ушло немного времени. Взял куски древоглаза и остудил их как мог. Термальные способности — не мой конёк, но даже они усилились под действием кровавых рубинов. Так что вскоре на кинжале крутился промороженный до хрустящей корочки огромный глаз.

Главное, что в нём всё ещё был эйб.

— Точно сработает? — с сомнением произнёс Асмонд.

— Саламандры при использовании способностей самонагреваются. Потом ищут прохладные места и впадают в спячку, чтобы остыть. Чем холоднее саламандра, тем больше у неё запас сил. С ледяными слизнями это работало на ура. С этим… Ну, тоже должно. Вы что, не изучали добычу, на которую охотитесь?

— Мы их убиваем, а не препарируем, — бросил Рарни. — И вполне успешно.

— Супер, рад за вас, — не стал я спорить.

Цепь с наживкой я одним махом закинул по широкой дуге прямо в пещеру. Подождал пару минут и принялся тянуть. Ничего. Второй заброс — ничего. Асмонд отслеживал через теневого хомяка и сообщал о передвижениях саламандры. Вроде как та приблизилась к выходу, но покидать убежище не рисковала.

На третий раз я подождал дольше, а когда начал тянуть, услышал недовольный рёв. Через минуту на поверхности показался сначала кусок льда, а следом и сама саламандра. Эта была моложе и меньше Франциски, которая жила под башней. Но всё равно внушительный монстр.

Однако стоило ей выбраться на поверхность, как она угодила в теневую ловушку. Тени буквально выстрелили вверх и оплели монстра, не давая тому пошевелиться. Саламандра взревела и открыла пасть, готовясь выпустить струю жидкого пламени. Почему-то в меня, хотя ловушку ставил Асмонд.

Рарни не подкачал. Одним махом закинул ей в глотку камень, который тут же взорвался, облепив пасть чем-то вязким, похожим на тесто или клей. Видно было, что тактика давно отработана, а движения у парня отточены до мелочей.

Пламени так и не было. Через несколько секунд Рарни одним точным движением вонзил клинок в шею монстра и отскочил. Из раны полилась магма. Все разошлись в стороны, дожидаясь, когда тварь истечёт кровью.

Потребовалась буквально пара минут, после чего всё было кончено.

— Да, так намного проще, — кивнул Седрик.

Я же подошёл ближе и оценил итог. Рарни ударил в стык двух каменных наростов. Судя по всему, там была важная вена или ещё что. В итоге один точный укол — и дело сделано.

— Отличный удар, — признал я.

— Эм… Спасибо, — буркнул боец.

За восемь часов мы смогли выманить ещё трёх ящериц. Иногда приходилось спускаться и закидывать наживку гораздо глубже в пещеры. Иногда даже это не помогало. Некоторые ящерицы были либо слишком трусливы, либо осторожны. А может, просто слишком старые, чтобы выползать.

Между делом приходилось ждать, чтобы Асмонд отдохнул — теневые ловушки требовали слишком много энергии. Попутно Иезекиль осушал саламандр. Вытягивал из них кровь и превращал её в концентрированные массивные камни. Их складывали в огнеупорные сумки, причём голыми руками тоже не возьмёшь, если не хочешь посмотреть на собственные кости. Только специальные перчатки из чёрной кожи, напоминающей крокодилью.

Сильно полегчавшие туши стаскивали в одну кучу — их тоже заберём с собой. Мясо всегда нужно, а вот застывшие магмовые наросты, служившие монстрам бронёй, Седрик оббивал своим боевым молотом. Из них вытягивали эйб, а сам камень оставляли — он становился хрупким и бесполезным материалом. Но если эйб не вытаскивать, то можно продать жителям Птичьего Удела, они из него дома строят. Теперь понятно, откуда так много чёрного камня.

Сегодня заказов на него не было, поэтому не собирали.

Один раз только была осечка, когда нам попалась крупная и крайне голодная саламандра, сумевшая выбраться из теневой ловушки. Так ещё и вовремя захлопнула пасть, когда Рарни попытался забросить ей липкую бомбу.

С этой тварью пришлось повозиться. В итоге мы её просто изрубили. Тесак оказался довольно неплох, хоть до полной напитки эйбом ему было ещё очень далеко. Рарни действовал точно, нанося выверенные удары в уязвимые точки. Я рубил на авось. Иногда удавалось ранить, иногда нет, учитывая крепкую шкуру, но что мог — сделал. Седрик же просто лупил тварь по башке молотом. И это оказалось самым эффективным.

Пару раз нас поджарило, но Иезекиль прикрыл всех кровавыми щитами. Асмонду досталось больше всего, хоть он был единственным, кто не принимал участие в драке и вообще стоял дальше всех. В этом и оказалась проблема: Иезекиль просто не сумел до него дотянуться, чтобы дать щит.

Но у отряда всё было предусмотрено, так что два бутылька, и разведчик как новенький. Будет через недельку.

Пятую саламандру искали дольше всего. Пытались выманить кого-нибудь с густозаселенных пещер, но там твари не велись на приманку. Наверное, сработало бы, будь это жирный слизень, который не просто холодный, а сам источает ледяную ауру. А так нет.

В итоге пошли вдоль кромки, надеясь на удачу. После такого рейда лезть в пещеры по старинке уже никто не хотел. Как я понял из разговоров, рейды на Лавовое Плато всегда заканчивались одинаково: множественными ожогами и неделей реабилитации. Потери среди опытных дайверов были крайне редкими, но были. А вот чтобы кто-то вернулся без единого ожога — такое случалось ещё реже.

В итоге Седрик сказал, что не стоит гневить Логос, и четырёх туш хватит. Оказывается, план на отряд был вообще три, просто род Бланшт не мог себе позволить выполнить лишь норму, поэтому всегда старался добывать по пять-шесть.

Но так как с ними был новичок, можно было сделать скидку. Да и тот факт, что отряд практически не пострадал, давал сильную прибавку к репутации.

— Надо бы тебе с нами в Громовое Ущелье сходить, — произнёс Асмонд мечтательно. — Может, и там чего умного подскажешь.

— А лучше в Топи, — внезапно произнёс Рарни. — Вот уж где точно дому не помешает помощь.

— Топи на третьем слое, — произнёс Седрик. — Господину Рейну туда нельзя. Пока что. Да и Трясинные Кобры слишком опасны даже для опытных ветеранов.

— Да я так, — смутился Рарни. — Просто разговор поддержать.

— Чую эйб, — внезапно произнёс Иезекиль. — Пещера под нами.

Мы остановились, бросив туши. Честно говоря, тащить даже дохлую и высушенную ящерицу оказалось неимоверно трудной задачей. А так как Седрик на правах командира подобной рутиной не заморачивался, то тащить пришлось нам. Мне выдали одну тушу, Рарни тащил две, Иезекиль с Асмондом — одну на двоих.

— Саламандра? — спросил Седрик.

— Нет, кто-то из наших.

— Хм… Это уже участок Дабларов. Не думаю, что им нужна наша помощь.

— Эйб странно себя ведёт, — произнёс Иезекиль, дёргая головой, словно принюхиваясь.

— Я ничего не ощущаю, — сообщил Асмонд. — Эйб есть, правда. Но я не ощущаю спиритов.

Седрик нахмурился, после чего они с Рарни переглянулись и молча кивнули.

— Спускаемся, надо проверить. Если отряд Дабларов ранен, нужно будет оказать им помощь. Рейн, держи.

Он протянул мне склянку с алой жидкостью. Чем-то похоже на лечебное зелье, но более густое.

— Если что-то начнётся, пей. Кровь Бездушного поднимет твою боевую мощь на иной уровень. Эффект будет действовать пару часов.

— Откат сильный? — спросил я, хотя и так знал ответ. Иной уровень, это примерно три-четыре дня адских страданий.

— Откат ты переживёшь в Гнезде под присмотром опытных целителей. А вот до Гнезда ещё надо живым добраться, так что в случае чего пей, не думай.

Я кивнул, спрятав склянку в карман. Оружие на изготовку, концентрация на пределе — начали спуск.

Вход в пещеру вполне обычный, никаких следов саламандр. Если и был бой с тварями, то где-то в глубине.

— Я не ощущаю опасности, — произнёс Асмонд.

— А вот я ощущаю, — прорычал Седрик. — Не расслабляемся.

— Кровью пахнет, — кивнул Рарни.

Пещера оказалась довольно глубокой. Извилистая сеть туннелей, по которым приходилось местами пробираться пригнувшись. А ещё я без светляков практически ничего не видел, так что моментально отбил себе колени, локти и плечи.

Вскоре мы вышли в пещеру с высоким сводом, изрытую мелкими норами. Отличное место для саламандр, чтобы остывать, как раз хорошая вентиляция для отвода тепла. И саламандры тут были, правда дохлые. Я всё же зажёг несколько светлячков и тут же поморщился от увиденной картины.

Пятеро дайверов лежали мёртвыми среди туш саламандр. Сперва могло показаться, что они погибли в бою с монстрами: их тела и экипировка сильно обожжены. Но чем больше я вглядывался, тем отчётливее видел, что здесь что-то не так.

Саламандры уже высохли. То есть их убили и успели выкачать магматическую кровь. Тогда что убило спиритов? Другие саламандры? Выглядело так, будто битва произошла давно, часы назад.

— Колотые раны, — произнёс Асмонд, разглядывая одно из тел. — Суки. Бонуоллы!

— Тише, парень, — произнёс Седрик.

— А что тише? Кто ещё это мог быть? Зассали напасть на Питера на открытой местности, потому что знали, что он один их размотает. Ударили в спину, в замкнутом пространстве, когда отряд только закончил битву.

— Без доказательств это просто очень опасные обвинения, — с горечью в голосе произнёс Седрик. — В глубине нет духов-хранителей, чтобы нас рассудить.

— Поэтому они и напали, — стоял на своём разведчик. — Люпен, эта трусливая крыса… Даже у крысы больше чести!

— Асмонд, — чуть строже произнёс Седрик. — Не забывайся.

— Он прав, — тихо произнёс Рарни. — Все знают, кто за этим стоит. Всё слишком очевидно.

— Нужны доказательства. На родовом совете это наше слово против слова Бонуоллов. Это ничего не значит. Осмотрите тела. Осмотрите пещеру, ищите.

— Убить наследного лорда, — покачал головой Рарни. — В спину, во время вылазки в глубину. В какие времена нам приходится жить. Как дом Реборн до такого докатился?

— Ты ещё не начинай, — прошипел дворецкий.

Я же просто стоял в сторонке и разглядывал сложившуюся картину. Питер Даблар, наследный лорд рода Даблар. Жизнерадостный и крайне учтивый паренёк, с которым я познакомился буквально сегодня. Сейчас лежал тут обгоревшим до неузнаваемости. Я даже не мог понять, кто из пятерых был именно он.

Эйб оставили, окаменелую кровь забрали, не тронули только тела и артефакты, чтобы никто не поймал с поличным. И тогда убивший их отряд сможет предоставить кровь ящериц в качестве доказательств, что они просто охотились. Может, и пару туш с собой прихватили даже. Не железное алиби, но без весомых улик и этого хватит. Ух, весёлые заварушки в доме Реборн творятся.

— Напоминаю, — вставил Четверг. — Мы в глубине, а в кармане у нас Путеводная Звезда. И я, кажется, даже видел пространственные искажения в районе гор.

— Думаешь, пора сваливать с этой вечеринки?

— Просто как вариант. Сейчас для этого оптимальные условия.

— Мне кажется, ещё слишком рано. По многим причинам. В конце концов, мы ещё даже ничего не сожгли.

— Мои нервные клетки не в счёт?

— У тебя их нет.

— О чём и речь.

— Хах. Знаешь, в твоих словах есть доля логики.

— Эти пещеры имеют довольно разветвлённую сеть. Радиус поиска разведчика — порядка двухсот метров, как я посчитал. Мы легко сможем уйти от его теневых тушканчиков, если будем действовать грамотно.

— Следы ведут туда! — прервал мой внутренний диалог голос Асмонда.

— Не вижу никаких следов, — произнёс я.

— Эйб. Мои крыски чуют эйб в той стороне. Можем нагнать.

Я посмотрел на один из выходов из пещеры, на который указывал разведчик. Убийцы ушли куда-то вглубь. Возможно, они вообще оказались тут, войдя через другой отнорок. И вполне могли точно так же и выйти. С другой стороны… Кое-что в этой ситуации явно не складывалось.

— Я пас, — поднял я руки кверху, делая шаг назад.

— Рейн, — обернулся Седрик.

— Я тут подумал, ну его нафиг. Ваш дом, вы и разбирайтесь. Без обид, Седрик, но ты правильно сказал тогда. Я ещё не выбрал сторону. И вот сейчас я выбираю свою и просто сваливаю.

— Боюсь, я не могу тебе этого позволить.

— И что ты сделаешь? Как я понимаю, телепортироваться ты можешь лишь в пределах Гнезда, верно? Если не вообще в пределах одной башни. Мы в глубине. Здесь я странник. А ты всего лишь дворецкий.

— Рейн, давай ты не будешь делать глупостей.

Поздно. Потому что я уже отступил во тьму туннеля. Светлячки на мгновение моргнули, а затем взорвались яркими вспышками, ослепив отряд. Еще одно улучшение, благодаря кровавым рубинам.

Чем лучше ты видишь в кромешной тьме, тем хуже переносишь яркий свет. Простая истина, сработавшая безотказно и в этот раз.

Седрик действительно не мог телепортироваться, иначе бы уже продемонстрировал это в бою с саламандрой, и Асмонд не получил бы ожогов. Но дворецкий всё равно оставался чертовски быстрым ублюдком, несмотря на внушительную комплекцию.

Поэтому он первым влетел в туннель за мной. Ровно в то мгновение, как десяток камней взорвались, заполонив проход клеящим веществом.

— Мои бомбы! — воскликнул Рарни. — Ублюдок!

— Не зевай, боец! — задорно крикнул я.

А сам при этом уже вовсю нёсся вперёд по туннелю. Двести метров, говоришь? Я выиграл немного времени. Мне даже не нужно было обгонять их всех, мне требовалось оторваться лишь от Асмонда, а я был гораздо быстрее него.

У меня было примерно десять секунд форы, чтобы разорвать дистанцию, а там уже поминай как звали.

И мне даже кажется, что у меня это получилось. По крайней мере я нёсся по грёбаным туннелям не меньше пяти минут на полной скорости. Удача закончилась ровно в тот момент, когда я пересек очень длинный туннель и вылетел в глухую пещеру, из которой не было другого выхода.

— Вот знал же, что Логос проявит свою стандартную милость, — пробурчал я.

Обернулся. Звуки шагов приближались, значит, Седрик уже вошёл в туннель и скоро будет здесь. И ладно бы только он. Но с ним будет ещё мастер ближнего боя Рарни. И мастер магии Иезекиль.

— Исследователя кусок, — пробубнил Четверг.

— От исследователя слышу.