Дикие груши, из-за их крошечного размера и убийственно дурного вкуса, прозвали во Франции «грушами страдания» (poires d’angoisse). Однако в Версале, в саду, выращивают груши для наслаждения. Здесь растут пятьсот грушевых деревьев, лучшие из которых обычно плодоносят в январе, – это королевский фаворит, сорт под названием Bon Chrétien d’Hiver – «зимний добрый христианин». Плоды очень крупные – с вросшим кончиком цветка, с глубоко утопленным глазком, – кожица у них бледно-желтая, с алым румянцем на том боку, которого касались солнечные лучи. Этот сорт известен своей хрупкой, с легким ароматом, почти полупрозрачной мякотью, истекающей сладким соком, – он наполняет рот, как только вы вонзаете в плод зубы. Здешний садовник, Жан-Батист де Ла Кинтини, говорит, что, когда груша созрела, ее шейка становится податливой на ощупь и слегка пахнет влажной розой.

Но в эту зиму груш не дождались: они замерзли, превратившись в твердое золото. На ветвях грушевых деревьев сидят стаи воронов и клюют плоды. Они сделались сказочными фруктами, этакой висящей на ветках несбыточностью. Что бы вы отдали за то, чтобы отведать такую грушу?