Она продолжала сидеть за рулем, а в животе у нее метался и жалил рой ледяных пчел. И она застыла от этих укусов. От растущего беспокойства. Долго смотрела на дом, и ощущение только усиливалось.

Она ехала сюда, чувствуя в себе силу, непоколебимую решимость. Но как только увидела машины, припаркованные на свернувшейся подъездной дорожке, вся эта решимость вытекла из нее, как будто из слива выдернули пробку.

Она спрашивала себя: не сошла ли с ума, раз решила приехать? Раз задумала то, что задумала.

Она посмотрела на чемодан, лежавший на пассажирском сиденье.

«Ты можешь это сделать. Ты это сделаешь. Ты не сумасшедшая. Они сумасшедшие».

Наклонившись, она расстегнула застежки чемодана и распахнула крышку, выставляя напоказ содержимое. В основном одежду, плюс смертоносную черную змею в виде 9-миллиметрового пистолета.

«Нет, на самом деле это ты сумасшедшая».

Даже если это было отчасти правдой, думала она, то лишь благодаря им, благодаря картам, которые ей выпали. Те переменные она не контролировала. А нынешнюю ситуацию – да. Или, по крайней мере, исправляла ее единственным способом, которым, как она считала, могла.

«Ты не сумасшедшая. Ты поступаешь правильно».

– Он этого заслуживает.

Она вытащила из чемодана пистолет и сунула в карман куртки. У кармана была металлическая кнопка, которую она на всякий случай застегнула. Затем закрыла чемодан. Вытащила ключ из зажигания. Схватила чемодан за ручку и, глубоко вздохнув, вышла из машины и направилась ко входу в летний дом своих родителей.