Глава 4

Я дома. Сегодня братик не пошел в садик, так как мы поедем к тете Любе. Сейчас заберу его от бабушки, и мы с ним поедим. В холодильнике есть макароны, разогрею их и залью яйцом — это будет вкусно. И ещё сладкий чай. Если мы поедем сегодня к тёте Любе, значит, скоро придёт мама. Раньше чем всегда, на работе она пробудет до обеда, потом отпросится. Я переодеваю братика и переодеваюсь сама. Вот и мама.

— Готовы?

— Да!

Мне нравятся наши поездки. Братику, думаю, тоже.

Идем до остановки, нужный автобус подъехал почти сразу. Ехать до тети Любы примерно 35–40 минут. Приехали. Она живет в девятиэтажном доме, на третьем этаже. Помню свое первое впечатление от увиденного. Адрес тети Любы маме кто-то дал на работе, хотя сначала, по-моему, телефон. Мама договорилась о встрече, и мы втроем пришли к ней в гости. Хотя слово "гости" совсем не подходящее: дальше прихожей и кухни мы никогда не проходим. Поэтому я даже не знаю, сколько комнат у нее в квартире. И тогда, в первый раз, все было точно так же. Мы прошли на кухню. При входе на нее стояли три табурета, мы сели на них. Потом тетя Люба взяла ковшик с водой, поставила его на огонь, а сверху — другой, поменьше, с воском. Над тарелкой с водой она стала читать какое-то заклинание — это я потом поняла, что молитву. Она всегда читала ее по бумаге, а после переворачивала написанным вниз, чтобы не было видно этих слов. Затем она сказала садиться нам по одному на табурет возле нее и выливала горячий воск над нашими головами в ту заговоренную воду. После этой процедуры мы рассматривали уже застывший воск и по его очертаниям пытались разглядеть что-то важное. Или вообще что-то разглядеть.

Моя мама всегда видела там что-то ужасное и неприятное: например, папину любовницу, ее профиль, которая хочет его увести, или свою подругу, вернее, коллегу по работе, которая завидует ей и всей нашей семье. А я видела то птичку (крылышко, клювик), то облачко или какую-нибудь травку. Но взрослым было виднее.

Так мы все по очереди проходили этот ритуал. Дальше прощались, и мама клала на кухонный стол денежку. Так, деликатно, невзначай, будто и не тете Любе вовсе она предназначалась. Тетя Люба слегка кивала или улыбалась, и, в принципе, все. Снова остановка — и домой.

Но вот в чем была приятность: с самого начала, как объяснила тетя Люба, этот процесс очень ответственный, и после него с нас будет уходить весь негатив. И вот в это время нужно расслабиться: если хочешь — смейся, хочешь — поспи, поешь и так далее. Поэтому можно было все это дело обставить таким образом, чтобы и маме было приятно в первую очередь, ну и самой получить немного положительных эмоций.

Ну, например, возвращались мы обратно домой от тети Любы, я смеюсь с братиком, улыбаюсь, мы с ним даже покружиться немного можем. Весело же! А мама думает: "Негатив уходит", и тоже от этого в радости большой. Еще бы, ведь это все проделки разных шлюх и сволочей не будут действовать!

И еще одна важная деталь: раз все плохое сходит с нас, то, соответственно, вернется все этим самым шлюхам и сволочам, завистникам, плохим людям, желающим нам зла. Как тут не радоваться!

К этой самой тете Любе мы ходим примерно три раза в месяц, а то и больше. Тут главное — придерживаться четкой схемы, поэтому надо ходить к ней минимум три раза. Мы обычно идем по понедельникам, средам и пятницам. Если случай тяжелый, то две недели подряд. А тяжелые случаи в нашей семье — не редкость. Проклятые любовницы все никак не отстанут от нас! Я их, правда, ненавижу, всех!

А еще, тоже примерно раз в месяц, тетя Люба снимает с нас сглаз. Она наговаривает на воду в стакане, потом кидает в нее соль, хлеб и зажженные спички, обтирает нас этой водой и дает немного пригубить.

Больше всего моей маме нравится, когда тетя Люба ей гадает на картах. Тогда она подсаживается к ней за кухонный стол и внимательно ловит каждое ее слово. Но за сглаз и гадание нужно доплачивать отдельно, поэтому мама не всегда может позволить себе такую роскошь. Итак за очищение воском сумма выходит немаленькая. Тем более тетя Люба говорит, что ей сложно нас очищать, она потом очень болеет и страдает. Бывало, что, выплескивая воду в раковину на кухне, она придерживается за ее край. Наверное, она может упасть в глубокий обморок прямо здесь! Она, кстати, так и говорила нам, что однажды ей вызывали скорую. Мама твердо убеждена, что без тети Любы мы бы давно все загнулись. Это правда, негатива на нас очень много.

Вот и сегодня у нас очередной визит к тете Любе.

— Здравствуйте, — она отворила дверь, — проходите на кухню.

У тети Любы очки с толстыми стеклами, за ними ее глазки кажутся совсем маленькими. Она небольшого роста и полненькая. Я никогда не видела ее в яркой одежде, она чаще всего в чем-то сером или в темных оттенках.

Мама, как всегда, в предвкушении важного момента.

— Тетя Люба, вот снова к вам, — у мамы страдальческий вид. — Опять творится черт знает что у нас! Вся надежда на вас.

Тетя Люба при этих словах кивает головой, и лицо ее при этом очень грустное. Она все понимает.

Вообще-то моя мама очень любит, когда ей гадают на картах. Во дворе у бабули одна женщина делает иногда расклады, и мама при первой возможности обращается к ней. Мама и сама умеет гадать, себе она гадает часто.

К ней тоже иногда приходит ее коллега по работе, и они с ней шушукаются о чем-то секретно. Но я все равно все слышу. Я приношу им чай, они не очень-то обращают на меня внимание. У коллеги проблема с мужем.