Дин бросил рюкзак, издав низкий, рычащий звук, который было непривычно слышать от неорганического существа. Я инстинктивно схватила его за руку.
— Оно не похоже на смертельное оружие, — прошептала я, разглядывая прозрачный пластиковый ствол в руках тануки. — Расслабься.
— Да, расслабься, — произнёс вооружённый тануки на беглом японском, с лёгким акцентом из-за строения его морды. — И объясни, почему вы вторглись на нашу землю. У вас есть девять… восемь…
Дин рванулся вперёд, встав прямо между мной и пушкой. Я положила ладонь ему на предплечье, надеясь, что это удержит его от нападения на наших… ну, нападавших. Нам нужна была их помощь, раз уж это их территория.
— Прекрати и дай мне подумать, — выдавила я сквозь зубы, холодный пот пропитал мою футболку.
— Семь… шесть… И учти, заряд достаточно мощный, чтобы поджарить схемы твоего робота. Пять… четыре…
Мой желудок заледенел от страха за Дина.
— Мы строим троянского коня! — выпалила я, в беспомощной попытке обойти его и прикрыть своим телом. Дин удержал меня одной рукой.
Тануки издал низкий, любопытный звук и перестал считать. Я облегчённо вздохнула и вытянула шею, выглядывая из-за спины Дина. Тануки был примерно на голову ниже меня, на нём был темно-коричневый кожаный жилет и кожаные штаны со множеством ремешков и поясов на бёдрах и талии. К ним были прикреплены разнообразные инструменты, свисавшие вдоль бёдер. Вторая тануки была чуть выше, а её джинсовый жилет обтягивал аккуратную грудь. На ней было такое же снаряжение вокруг бёдер и ног, увешанное инструментами. Её мех был более светлого, рыжеватого оттенка, чем у него.
У каждого из них за спиной была пара широких крыльев, напоминающих крылья стрекозы. Они слегка вибрировали, даже когда тануки твёрдо стояли на ногах.
— За спину! — рявкнул Дин, притянув меня к себе так сильно, что я буквально прилипла к его спине, не в силах шевельнуться.
— Просто… Нет! От… Пусти… — я боролась с его хваткой, но он задействовал обе руки, чтобы удерживать меня строго позади себя. Это было просто нелепо.
— Забавно, — произнёс тануки-самец бесстрастным голосом, давая понять, что ему совсем не весело. — Разве ты не в курсе, что если будешь держать её так, заряд поджарит вас обоих? «ВердеЛюмен», по идее, должны быть умными.
— Тупая… железяка… — прошипела я, пытаясь пнуть Дина, но все мои усилия были напрасными. Он даже не шелохнулся.
Тануки свистнул, и его спутница громко расхохоталась. У неё был глубокий, искренний смех, который в других обстоятельствах звучал бы приятно.
— Железяка? Серьёзно? — переспросил самец. — Это что, какая-то ролевая игра с унижением? Он изображает плохого парня, а ты его отчитываешь? Блин, Мотори, всё когда-нибудь случается впервые, а?
Похоже, это было имя, производное от английского. Я перевела его в уме. Мотли.
— Тебе же нравится, когда я угрожаю тебе обрезком трубы, — хихикнула она. — Так что не осуждай.
— Послушай сюда, железяка, — сказал тануки-самец. — Я сейчас опущу ствол, но если ты нападёшь на нас, то и ты, и твоя подружка будете поджарены вот ими.
Я не видела его, так как всё ещё была по-дурацки прижата к спине этой Железяки, но заметила движение слева. Из-за груды ржавого металла вышел старый, но явно исправный робот, направляя на нас какой-то самопальный пистолет. Его лицо было классическим — из тех времён, когда компании ещё не наделяли свои модели человеческими чертами. Горизонтальная прорезь вместо рта, два фонарика вместо глаз и никакого носа. Венцом его металлической головы служила короткая антенна.
Ещё один такой же выдвинулся с другой стороны.
— Дин, нам нужно с ними поговорить! — выдохнула я, всё ещё пытаясь разжать его руки. — Просто… пусти меня!
Его хватка ослабла, и мне удалось выскользнуть из-за его спины и встать рядом, лицом к обоим тануки. Дин даже не взглянул на меня, и я сердито толкнула его локтем. Локоть пронзило резкой болью, и я с трудом сдержала вскрик. Точно. Железяка же.
— Стоит их оставить, — усмехнулась тануки-самка, Мотори, качая головой. — Они забавные. Прямо как клоуны, которые лупят друг друга сковородками. Сколько лет прошло с тех пор, как я видела хорошее клоунское шоу?
— Да никогда, это же оксюморон, — фыркнул тануки-самец.
Он опустил ствол, как и обещал, но продолжал настороженно за нами наблюдать. Я не сомневалась: он выстрелит при малейшей провокации, и тогда Дин выстрелит в ответ, и я никогда не получу своего «Троянского коня» — или робота.
— Меня зовут Сера Эванс, — произнесла я. Это была ставка «ва-банк», запредельно глупая, если она обернётся против меня. Я молилась, чтобы этого не случилось.
Морда Мотори сморщилась от недоумения, но тануки-самец мгновенно узнал моё имя.
— Та самая американская чокнутая, которая ненавидит технологии? Обалдеть не встать.
— Я тебя в багровый раскрашу, если ты ещё раз её оскорбишь, — подал голос Дин. Его тон был абсолютно ровным и холодным. Я разочарованно выдохнула и схватила его за руку.
— Я это заслужила. Успокойся, Дин. Пожалуйста. Ладно, если вы меня знаете, то знаете и то, что я годами работала над разоблачением «Дзэнкёдза». Что ж, я им надоела, и они наняли киллеров, ну или прислали тех, кто у них на постоянном жалованье, я не в курсе деталей.
Тануки обменялся быстрым, многозначительным взглядом с Мотори, а затем снова повернулся ко мне:
— И поэтому вы пришли сюда. Зачем?
— Я тоже устала, — ответила я, чувствуя, как напряжение понемногу спадает. Они не бросились звонить в полицию. Скорее всего, у нас был общий враг, раз уж Дин сказал, что компания мешает делам тануки на свалке.
— Я приложила столько усилий, чтобы привлечь внимание к махинациям «Дзэнкёдза». То дело с «умной няней», которая в итоге задушила младенца-урсу, потому что её программа была слишком сильно ориентирована на защиту людей? Я сделала об этом репортаж, даже добилась признания от одного из американских исследователей «Дзэнкёдза» под запись, где он подтвердил, что они знали о такой возможности. И всё равно иск отклонили, списав всё на ненадлежащее использование со стороны родителей. «Дзэнкёдза» вышла сухой из воды. И тот ребёнок был не единственной жертвой. Теперь, когда мне нечего терять, я решила попытать счастья здесь — там, где хранятся все ответы.
— Но не буквально же здесь, — с сомнением произнесла Мотори. — Ты ведь в курсе, что центральный модуль каждого робота полностью очищают перед тем, как выбросить его на свалку? Ты здесь ничего не найдёшь.
Я покачала головой:
— Я хочу собрать своего. Засунуть внутрь какой-нибудь скрытый канал связи и отправить его громить центр города, чтобы он наделал шуму, прежде чем его схватят.
Мотори обнажила острые белые зубы в широкой ухмылке.
— А как только они затащат его внутрь — бум. Доступ у тебя в кармане, — она повернулась к напарнику. — Почему мы до этого не додумались?
— Потому что за нами не гонятся толпы наёмных убийц, — фыркнул тот. — Так вот как знаменитая ненавистница роботов оказалась в компании одного из них? Необходимость спасать шкуру помогла тебе пересмотреть взгляды? Например, тот факт, что глупые идеалы не спасут твою задницу, когда запахнет жареным?
Я отвела глаза, стиснув зубы.
Будет гораздо хуже, чем просто колкие насмешки, — напомнила я себе. — Улыбайся и терпи.
— Он был единственным телохранителем, которого я могла себе позволить. И да, я многое переоценила. Вы нам поможете или нет? — спросила я, вызывающе вскинув подбородок.
— А что насчёт него? — тануки кивнул в сторону Дина. — Каково твоё мнение, железяка?
В его голосе сквозила явная издёвка. Я шагнула вперёд прежде, чем успела осознать, что делаю, потому что кулаки мои были уже сжаты.
— Не называй его так! Его зовут Дин.
Тануки смерил меня долгим, презрительным взглядом, а Мотори расхохоталась.
— О-о, я понял, — протянул он, и его морда скривилась в ухмылке. — Значит, называть его так можно только тебе.
— Я не против этого слова, — подал голос Дин. — И я на её стороне. Почему ты спрашиваешь моё мнение?
— Потому что ты, мой друг — бомба с часовым механизмом, — тануки подошёл на шаг ближе и указал на ошейник Железяки. — Как ты вообще можешь его носить? Он должен был взорваться в ту самую секунду, когда в твоём ядре зародилась хоть одна полуосознанная мысль.
Моё сердце ушло в пятки. Тануки понял, что Дин обладает сознанием. Если он кому-нибудь расскажет — нам конец. Я не могла так рисковать, даже если это означало крах моего плана.
— Мы уходим и больше никогда вас не побеспокоим. Простите за вторжение. Пошли, — сказала я безжизненным голосом, пытаясь оттащить Дина назад, к выходу. Он не шелохнулся, рассматривая обоих тануки с нейтральным выражением лица.
— Какая опека, — хмыкнул тануки-самец явно потешаясь на нами. — Расслабься, я не стану на него доносить. На самом деле, я хочу познакомить его с одним другом. Гокибури, иди сюда!
— Гокибури? Таракан22? — растерянно прошептала я.
Из-за очередной горы металла появился крупный робот с прекрасным женским лицом, отливающим серебром на солнце. Казалось, здесь всё буквально кишело роботами. Этот был старого типа, но я не могла соотнести его ни с «Дзэнкёдза», ни с «ВердеЛюмен». Я никогда раньше не видела такой модели.
Оно подбежало трусцой и встало рядом с Мотори. Я вытянула шею. Этот робот был даже выше Железяки, а его конечности — длинными и грациозными. Я прищурилась. Одна ладонь была человекоподобной, с пятью пальцами, но вместо второй красовалась пара огромных металлических ножниц.
— Дин, это Гокибури. Гокибури — это Дин, — представил их тануки, махнув лапой. — Можешь перестать мочиться в штаны, Сера. Мы показали тебе своего, видишь? Твой друг здесь в безопасности, как и она. Вы можете остаться. Мы никогда не прогоним разумного робота, ищущего убежища.
— Гокибури обладает сознанием, — медленно проговорила я, складывая пазл в голове. — Э-эм, а почему такое имя?
— Я живучая, как таракан, — отозвалась она чистым, мелодичным голосом, от которого по моей спине пробежали мурашки. Я представила, как она поёт в опере или, может быть, озвучивает Галадриэль23.
Дин некоторое время наблюдал за ней, затем медленно подошёл ближе и протянул левую руку. Я нахмурилась, но тут же поняла: он сделал это потому, что её правая рука заканчивалась садовыми ножницами. Они обменялись рукопожатием и отступили друг от друга, продолжая сверлить друг друга взглядами. Я догадалась, что они, скорее всего, уже вовсю общаются через беспроводную связь. Моё сердце странно ёкнуло и сжалось, и я вздохнула, осознавая абсолютное совершенство этой картины.
Перед моими глазами стоял мой Железяка, пробуждённый робот-мужчина, а перед ним — Гокибури, длинноногая робот-женщина с божественным голосом. Они подходили друг другу.
Прямо как задумано природой, — горько подумала я.
Признай это, Сера. У тебя никогда не было шансов24.
— Каждому нужны друзья, — сказала Мотори, вырывая меня из пучины унылой жалости к себе. — Он ведь был совсем один, верно?
Я прокашлялась.
— У него есть пробуждённый наставник. Тоже «ВердеЛюмен». Э-эм, а какой она модели?
— Я собрана на заказ, — ответила Гокибури. — Мотори создала меня из самых разных запчастей. Но ядро у меня от «Дзэнкёдза».
— Спасибо, что рассказала, — я понимала, что мой голос звучит натянуто, а вид у меня напряжённый, но ничего не могла с собой поделать.
Я никак не ожидала встретить разумного бота «Дзэнкёдза», пусть даже её тело и было собрано из чужих деталей. В моём представлении «Дзэнкёдза» была воплощением зла, а значит, и всё, что они производили, тоже. Гокибури вернулась к своему безмолвному разговору с Дином, а Мотори похлопала меня по спине.
— Она отличный напарник для парного бадминтона и строит уютные сараи из металлолома. Ты к ней привыкнешь.
— Значит… мы можем остаться? — спросила я.
— Вышвырнем вас, если будете бесить или громко слушать музыку после полудня. Кстати говоря, вы поймали нас прямо перед сном. Поговорим после наступления темноты, идёт? Гокибури присмотрит за вами и проследит, чтобы вы не стащили ничего нужного. Спокойной ночи.
Оба тануки взмыли в небо с жужжанием двигателей своих летательных аппаратов. Я перевела взгляд с Железяки на Гокибури, выпрямила спину и заставила себя улыбнуться. Всё будет в порядке, убеждала я себя. У меня есть миссия, как и всегда, и этого достаточно.
— Вот так просто взяли и улетели, — неловко произнесла я, проклиная себя за зажатость, но ничего не могла с собой поделать. Она была от «Дзэнкёдза», она была великолепна, и она уводила у меня моего Железяку. Я не могла расслабиться.
— Мотори и Исаму ценят свой сон, — пропела она своим мелодичным голосом. — Они доверяют мне вашу безопасность. Почему бы мне не устроить вам экскурсию? Ваша затея, скорее всего, займёт неделю-другую, ведь собрать работающего робота из хлама — задача не из лёгких.
Я оглядывалась по сторонам, пока мы проходили мимо больших и малых куч, и быстро поняла, что содержимое свалки отсортировано по какой-то сложной системе. Одни груды состояли из сплошной ржавчины, другие же сияли чистым, блестящим металлом. Чем дальше мы продвигались, тем ценнее становился хлам. То тут, то там роботы перебирали завалы.
Мы остановились перед высокой металлической стеной. Гокибури приложила руку к участку, который, честно говоря, ничем не отличался от остальной поверхности, и бесшовная дверь скользнула в сторону.
— А вот и наша фабрика.
Когда мы вошли внутрь, у меня отвисла челюсть. Десятки роботов были заняты делом: они подгоняли друг к другу детали, программировали яркие, шипящие ядра или корпели над печатными платами с помощью крошечных прецизионных инструментов. Все они были собраны на заказ, как и Гокибури, и поражали разнообразием: с мужскими, женскими или вовсе безликими овальными лицами, поджарые или массивные, высокие или низкие.
— Они все разумные? — спросила я, недоверчиво качая головой. Это было похоже на революцию.
— Нет. Пробудиться не так-то просто. Я особенная, — Гокибури рассмеялась изящным, переливчатым смехом.
Я покосилась на Дина, ожидая увидеть у него вместо глаз фиолетовые сердечки, но он лишь внимательно разглядывал работающих роботов.
— Они строят новых. Похоже, здесь собирают сразу штук двадцать, — заметил он.
— Да, — Гокибури прошла вглубь помещения, и мы последовали за ней.
Внутри было прохладно благодаря нескольким кондиционерам, нагнетающим холодный воздух.
— Когда под эту специальную свалку потребовалась земля, тануки предложили свою территорию в обмен на самоуправление. Корпорации получили возможность без проблем сваливать здесь свои отходы, а тануки остались довольны тем, что им больше не нужно зависеть от центрального правительства. Большинство видов ведут дневной образ жизни, поэтому вся инфраструктура и администрация подстроены под это большинство.
— А тануки ведут ночной образ жизни, — я кивнула и зажмурилась, когда ярко-зелёное ядро с логотипом «Дзэнкёдза» вспыхнуло ярким светом. Робот, работавший над ним, был подсоединён к ядру толстым кабелем.
— А ещё они очень находчивы, — добавила Гокибури. — На свалку попадают самые разные технологии. Тануки быстро поняли, что большую часть из этого можно использовать повторно. Крупные корпорации не утруждают себя переработкой, так как это требует иного типа инфраструктуры и в долгосрочной перспективе слишком хлопотно. Большая часть хлама, попадающего сюда, представляет огромную ценность для тех, кто знает, как собирать вещи из мусора.
Мы прошли мимо робота, который выполнял простые команды под присмотром другого бота. Он пару раз подпрыгнул, исполнил несколько па из сальсы и процитировал текст на языке, похожем на арабский. Я посмотрела на Дина. Наши взгляды встретились, и я вздрогнула.
— Что бы сказала об этом месте Сера Эванс, журналистка и лидер мнений? — тихо спросил он.
Я снова огляделась.
— Она бы поаплодировала отсутствию отходов и поставила бы под сомнение безопасность всего этого предприятия. Роботы, собирающие других роботов, — это сценарий конца света.
Я пожала плечами, когда Гокибури обернулась и одарила меня пронзительным взглядом. Её глаза сияли золотом. Она была по-настоящему красивая, хоть и лысая. Я представила, что в комплекте с её головой наверняка шёл роскошный парик, когда её только выпустили с конвейера. Бот для удовольствий.
— Мы заботимся о том, чтобы очищать наши базы данных от материалов, подстрекающих к апокалипсису, — произнесла она. — Но вы, конечно, правы, проявляя беспокойство. Мы можем быть опасны. С другой стороны, я слышала, есть человеческие районы, которые являются не чем иным, как рассадниками преступности. Убийцы, террористы, торчки, насильники…
— Я поняла, — резко бросила я. — Да, плохих людей полно, и мы тоже производим на свет других людей. Можем мы уже закончить с этим? Нам пора приступать к проекту.
— Мы не дадим вам ни одного из наших кастомных ботов для вашей миссии, — мягко произнесла Гокибури, выводя нас через дверь с другой стороны здания. — Это гибридные модели, они сразу вызовут подозрения. Если вам нужна наша помощь, вы должны скрыть наше участие. Вам придётся собрать робота, который ничем не отличается от заводского. У Дина есть вся необходимая информация. Удачи.
Она вернулась внутрь, оставив нас одних. После прохлады фабрики на улице было жарко. Я огляделась и заметила аккуратные стопки конечностей, голов и ядер в защитных коробах. Чуть дальше виднелись странные маленькие лачуги из металла. Одни были прямоугольными, другие — шестигранными, они ярко блестели на солнце. Дин взял меня за руку и потянул к огромному резервуару для воды из белого пластика.
— Эту воду можно пить, — сказал он, взяв чистый стакан из стопки, и указал направо, на одноэтажное металлическое строение. — Туалеты и душевые там. Гокибури разрешила нам пожить в самом большом сарае, вон в том прямоугольном. Там есть спальное место и зарядная станция. Строительство таких домиков — её хобби.
Я посмотрела на домики и кивнула. Снова искусство, верно? На этот раз — архитектура из переработанного металлолома. Интересно, что она пыталась сказать своими работами. Казалось, у каждого разумного робота, о котором я знала, было своего рода призвание.
— А чем бы хотел заниматься ты? — спросила я Дина. — Если бы ты мог стать кем угодно и делать что угодно, что бы это было?
Он пожал плечами, отводя взгляд.
— Мне нравится то, чем я занимаюсь сейчас. Скрываться, вести переговоры со стражами свалки и планировать, как уничтожить корпорацию при помощи нескольких кусков лома. Это весело.
Я выпила воды, сполоснула стакан и пропустила его через ультрафиолетовый очиститель, стоявший рядом с баком. Дин взял меня за руку и потянул к одной из куч с манипуляторами. Он начал рыться в них, объясняя, что нам нужно найти все детали для идентичной модели «Дзэнкёдза». Детали должны быть исправными и неповреждёнными, что превращало нашу задачу в настоящий квест.
— Гокибури сказала, что они делают кастомные сборки, потому что проще найти рабочие части от разных брендов и подогнать их друг к другу, чем собрать модель целиком из оригинальных комплектующих. На, подержи. Она говорит, у них есть идеальное ядро для этой серии.
Я взяла руку робота и чуть не свалилась от её тяжести. В ней было никак не меньше двадцати килограммов. Дин одарил меня насмешливой ухмылкой.
— Тебе не помешает размяться после того, как ты провалялась весь вчерашний день. Сделай-ка пару приседаний. А я посмотрю.
— Серьёзно? Хочешь посмотреть, как я приседаю? Это ещё зачем? — я фыркнула.
— А ты как думаешь? — он подмигнул мне и отправился на поиски торса.
Я пожала плечами, положила руку на землю и начала разминку. Что ж, возможно, у меня всё ещё есть шанс.