Помните ската, распакованного Паладинами?

Так вот, он оказался биоморфом. И начал активно разделывать зверушек, шныряя в траве на бреющем полёте. Гончая тоже работала щупальцами, при этом её никто не видел, да и запах уловить было непросто.

Я понимал, что Паладинов надо забрать.

Вторая волна зверья накроет нас всех, и не факт, что каратели выдержат натиск.

Сбежав по пандусу в траву, я гаркнул:

— Руми! Отступайте, вашу мать!

Ко мне метнулся здоровенный вепрь — я выпустил ему в грудь две разрывные пули из АШ-12 и добил контрольным в голову.

Схватка с пришельцами — это полный хаос.

Мы пользовались невидимостью и не могли различать друг друга, что чревато дружеским огнём. К счастью, Хорвен видела в широком спектре, включая инфракрасный, что позволяло мне отслеживать товарищей из Супремы. При должных настройках.

Справа раздался шорох.

Я выстрелил, не раздумывая.

Промахнулся.

Саблезубый тигр в прыжке попытался свалить меня с ног и подмять, но вместо этого пролетел сквозь мою тушку, ставшую вдруг проницаемой, и мягко приземлился на все четыре лапы. У меня было несколько секунд, чтобы рассмотреть эту тварь вблизи. Поджарая, очень мускулистая, со стальными защитными накладками.

Развернуться тигр не успел.

Первый одиночный выстрел проделал нехилую дырку у него в боку, второй снёс половину черепа.

Рядом проявился отец Руми. Инквизитор лишь на секунду убрал иллюзию, чтобы я понимал, с кем разговариваю.

— Что случилось?

— Накатывает вторая волна.

Я указал рукой в нужную сторону.

Руми быстро всё понял.

И начал раздавать приказы:

— Лун, сворачивай лавочку! Риан, прикрой нас.

Степь зашевелилась.

Вездеходы пришельцев неслись прямо на нас, вражеские бойцы спрыгивали в траву и разбегались по широким дугам. В воздухе просвистел арбалетный болт. Судя по звуку, прошёл верхом.

Из первой волны никого не осталось — скат и гончая добили всех, кто мог причинить нам вред. И сейчас мне пришлось перебросить Хорвен на ящериц с арбалетами.

Лун действовал быстро, профессионально. Набрал команду на ноутбуке, и вросшие в платформу шарики начали втягивать в себя нитевидные «корни». Убрав ноутбук в багажный отсек, китаец побежал собирать шарики.

— А бросить эти штуки нельзя? — лениво поинтересовался я.

— Нельзя, — отрезал Руми.

По моему мысленному приказу Бродяга вновь перестроился: расширил ворота и пандус, вывел в «тамбур» проём от второго гаража, чтобы без задержек принять инквизиторский вездеход.

Отец Лун забросил чёрные «мячики» в багажник.

Хорвен скинула образы.

Первые мертвецы.

Шипы прекрасно пробивали черепа рептилий с арбалетами. Одному из упырей Хорвен снесла голову на бреющем полёте. Ещё одного стрелка рассёк скат. Но к нам во весь опор мчались саблезубые тигры…

Я встал в нескольких метрах от вездехода и приготовился использовать Дар.

Рядом занял позицию отец Руми.

— Что у вас за способность? — поинтересовался я.

— Сейчас узнаешь, — сквозь стиснутые зубы произнёс Паладин.

Вокруг нас взвихрилась энергия.

— Сначала я, — бросаю через плечо. — Добивайте выживших.

Перуанец кивнул.

Непрерывная циркуляция позволила мне восстановить силы, но врагов было очень много. Сейчас вся наша надежда была на быструю эвакуацию. Хорвен показала мне картинку — со всех сторон к базе несутся звери.

— Готово! — крикнул Лун, запрыгивая на заднее сиденье.

— Риан, вездеход в гараж, — распорядился Руми.

— А вы? — ирландец уже сидел за рулём, положив автомат на колени.

— Прикроем отступление, — последовал холодный ответ лидера. — Быстро!

Двери встали на места, и двигатель вездехода взревел.

Я применил Дар.

Бесплотная земля поглотила передовые группы хищников, которые с рычанием и лязгом рухнули в бездну. Ки рванулась наружу, поддерживая зону поражения.

— Сильно, — похвалил Руми.

Я смог взять под контроль участок метров на четыреста в диаметре и на двадцать в глубину. Продержал концентрацию секунд двадцать и вернул степь в исходное состояние.

Звери рассредоточились.

Трава шевелилась по размашистой дуге.

Многим удалось ускользнуть из зоны поражения, часть машин тоже уцелела. Издалека доносилась мерная поступь боевых големов. Я уже видел их рельефные туловища и зажатые в массивных лапах топоры. Многие были вооружены палицами и боевыми молотами.

Смеркалось.

Вездеход, лязгая траками, объехал нас по широкой дуге и приблизился к пандусу. Сменил гусеницы на колёса и начал карабкаться вверх под углом в тридцать градусов.

Слева, пересекая шестиугольную платформу, к нам ломанулась тройка тигров.

Отец Руми повернул голову, реагируя на движение, и зверей скомкало чудовищной невидимой силой. Раздался отвратительный хлипкий хруст. Во все стороны брызнула кровь. Бесформенные комки плоти рухнули на пористую поверхность.

— Ты подключён к биоморфу? — внезапно решил уточнить Руми.

Скрывать что-либо не имело смысла.

Я работал в открытую.

— Да.

— Что ты видишь?

— Их слишком много. Ещё и големы идут.

— Принял.

Из травы с рёвом выпрыгнул вепрь.

Я расстрелял его из АШ-12.

Инквизитор покосился на автомат с лёгкой завистью, но ничего не сказал. Уговор есть уговор. К тому же, я спасаю шкуры дорогих товарищей из Супремы… Которые видели достаточно, чтобы выдвинуть меня на редактирование судьбы. В теории.

Мы начали быстро отходить к пандусу.

Бродяга по мысленному каналу сообщил, что инквизиторы загнали убертачку в гараж и сейчас выбираются в общий тамбур.

Я отозвал Хорвен.

Скат-биомех, заложив крутой вираж, подрезал очередное животное, промчавшись у того под пузом и, расшвыривая капли крови, поехал к воротам.

Бродяга со стороны был похож на исполинский гриб.

В «ножке» гриба зияло квадратное отверстие с высунутым металлическим «языком».

Прыгнувшего на нас тигра Руми отшвырнул кинетическим ударом. Зверь, кувыркаясь, отлетел на добрую сотню метров и упал в траву. Второго тигра инквизитор скосил очередью из автомата. Я двумя точными выстрелами уложил вепря, огибающего опору домоморфа.

Марширующие големы были заметны невооружённым глазом.

К нам неслась добрая дюжина тварей. Все рассыпались, чтобы не попасть под кинетические или бесплотные удары.

Раздались тихие хлопки — это подчинённые Руми открыли огонь на поражение. Пули косили траву, вгрызались в мускулистые тела хищников, без труда прошивали броневые пластины.

Мы начали подниматься по пандусу с выключенными иллюзионами.

Отцы перестали стрелять.

Руми снёс одним ударом ещё парочку врагов, а я выстрелом в голову уложил в траву шустрого вепря. Не теряя времени, мы забежали в тамбур. Проём затянулся.

— Набрать высоту, — приказал я. — Пятьсот метров.

— Даже так? — удивился Руми.

Я не ответил.

Бродяга сменил конфигурацию, выполнил мой приказ и лёг в дрейф на указанной высоте.

Пока все участники банкета собирались в гостиной, я наблюдал за действиями врагов через прозрачный пол изменённого тамбура. С высоты птичьего полёта было видно, как базу берут в кольцо. Росчерки в рыжем разнотравье показывали траектории перемещения хищников. Прямо круги на полях… Точнее, спирали и дуги.

— Двадцать километров на юг, — приказал я. — Через многомерность.

Перехода никто не заметил.

Слишком ничтожное расстояние.

Когда я вошёл в гостиную, там уже собрались Джан, Байт Мусаев, Добрый Эх, Маро и трое инквизиторов. Я, не стесняясь, прислонил автомат к креслу, и лишь затем опустил туда свой зад.

— Итак, — я осмотрел Паладинов, — вы успели решить свои дела? Можно ли считать нашу сделку завершённой?

У меня с самого начала имелось дурное предчувствие. Я вообще не люблю соваться туда, где применяются неизвестные технологии. К сожалению, в этом мире такого навалом. К фактору непредсказуемости в виде наследия Предтеч добавились ещё непонятные пришельцы, с которыми вошли в альянс наши враги. Всё это могло бы выглядеть как вторжение, если бы не торчащие из-за угла уши Кима Ступера.

— Мы сняли историю перемещений с платформы, — сказал отец Руми. — Но не успели выяснить, куда ведёт этот портал. Кроме того, остаются и другие вопросы.

— Это какие? — вкрадчиво поинтересовался я.

Направление мысли Паладина нравилось мне всё меньше.

— Начнём с того, — взялся перечислять перуанец, — что в Монголию невозможно прыгнуть. Любая попытка телепортации приводит к тому, что прыгун исчезает.

— Стоп, — не выдержал Добрый Эх. — Что вы хотите сказать? Отклоняющие линии отклоняют. И точка. Телепортирующийся человек будет снесён в сторону, но это не смертельно… в большинстве случаев.

Ну, да.

Если одарённый не сиганёт в пропасть или кратер вулкана.

— Речь не идёт об отклонении, — взгляд Руми стал жёстким. — Мы предполагаем, что огромная площадь накрыта неким… полем. Сейчас я сообщу вам одну вещь, о которой говорить не должен. Супрема предприняла попытку отправить в Монголию разведывательный самолёт, который пересёк Тихий океан и на большой скорости подлетел к аномальной зоне. Этот самолёт исчез. Мы проследили его маршрут до самой границы Монголии. Отправили в Небесный Край своих людей. Нам не удалось отыскать ни обломков, ни останков тел. Вообще ничего.

— И что это поле делает, по-вашему? — задал я следующий логичный вопрос. — Оно и телепатическую связь блокирует?

— По-видимому, да, — серьёзно кивнул Руми. — На этот вопрос пусть лучше ответит мой коллега, отец Лун.

Я перевёл взгляд на китайца.

— Эффекты гипотетического поля многочисленны, — задумчиво проговорил азиат. — Прыгуны и летательные аппараты уничтожаются. Люди и машины, двигающиеся по земле, проходят беспрепятственно. Вероятно, поле настроено на быстродвижущиеся объекты, но мы не можем утверждать это наверняка. Телепатия возможна внутри аномалии. При этом, как мы удостоверились, любые каналы извне перекрываются. Также есть сведения о попытке Пекина нанести геоудар, не пересекая опасную границу. Удалённо.

— И насколько это… реально? — опешила Джан.

— Реально, — заверил Лун. — У императора есть сильный геомант, перешагнувший далеко за третий ранг. Одарённый с чудовищной силой крови. В теории он мог вызвать землетрясение, и толчки докатились бы до самого Улан-Батора.

— И? — поторопил я.

— А ничего, — отец Руми хмыкнул. — Кинетическое воздействие было погашено.

— Пока мы можем с уверенностью утверждать лишь одно, — провозгласил отец Лун. — В аномалию можно проникнуть через иные измерения. На домоморфе.

— Не поверю, что Супрема не обзавелась подобными артефактами, — заметил я.

— Можете не верить, — Лун пожал плечами. — Но у нас ничего подобного нет. По слухам, есть у кого-то из Кормчих. В любом случае, они не спешат это афишировать.

— И что же вы не успели выяснить? — спросил я.

— Ровно три вещи, — отозвался Руми. — Чем генерируется поле и как его отключить. Куда ведут порталы. Из какого мира и с какими целями прибыли эти существа.

— А в ваших информаториумах про них не написано? — уточнил я.

— Боюсь, что нет, — вздохнул отец Лун.

— Вернёмся к нашему договору, — я продолжил гнуть свою линию. — Вы что-то искали, час прошёл, я вас забрал. Что ещё от меня требуется?

— Переброска к следующей базе, — ответил Руми. — На сей раз мы попытаемся включить портал и переместиться куда-нибудь.

— Всё?

— Мы подозреваем, — добавил командир Паладинов, — что вы, барон, ведёте разведку в чьих-то интересах. Быть может, по поручению одного из российских кланов. Так вот. Мы бы хотели тоже получить от вас данные, затрагивающие стратегическую сферу. Всё, что поможет нам разобраться с этим… вторжением.

— И я не буду вас ждать, вытаскивать из очередной передряги?

— Нет, — покачал головой Руми.

Самоотверженность этого человека меня поразила.

Паладин мог попасть через портал куда угодно, и не обязательно на Землю. Он мог погибнуть страшной смертью. Никогда не вернуться к прежней жизни. И всё же, он твёрдо рассчитывал выполнить свой долг до конца.

— Хорошо, — сдался я. — Но вы должны предоставить гарантии. Кто узнает о выполнении сделки, если никто из вашей группы не вернётся в Супрему?

— Мы вынуждены будем переместиться за пределы Монголии, — ответил Руми. — Я свяжусь со своим руководством в Супреме. Кроме того, у вас сохранятся слепки этого разговора, барон.

— Итак, я подвожу вашу троицу к следующей базе, и мы квиты.

— Всё так.

— По рукам.

Следующий перегон Бродяги вывел нас на территорию РИ. Домоморф материализовался высоко в небе, над уже знакомым степным ландшафтом. Сумерки перетекли в полноценный вечер. Небо потемнело, в просветах между тучами загорелись первые звёзды. Бродяга ослабил защиту и позволил отцу Руми переговорить с телепатом из Ордена Паладинов. Как только план действий был одобрен, я попросил домоморфа отыскать объект, идентичный базе, с которой мы едва унесли ноги. Понятия не имею, как мой вездесущий друг вычисляет нужные локации, но он никогда не ошибается. Органы восприятия домоморфов и в сравнение не идут ни с какими радарами.

— Прибудем на место через три с половиной минуты, — отрапортовал Бродяга.

— Выполняй, — приказал я.

Тьма сгустилась до такой степени, что в степи можно было различить лишь посадочные огни платформы да заградительные — на вершинах этажерок.

Инквизиторов я высадил в двух километрах от базы.

— Что ж, удачи, — пожелал я Паладинам на прощание. — Вы не такие уж плохие ребята. Но если прибежите меня арестовывать за отступничество — всех перебью. Так и запомните.

— Не прибежим, — хмыкнул Руми. — Сделка в силе.

Инквизиторская убертачка выкатилась из гаража, отрастила гусеницы и устремилась через степь к своей цели. Каратели даже не скрывались — пёрли напролом.

Я ещё раз пролетел над этажерками и убедился в том, что остались лишь единицы зверей. Основная толпа отправилась в набег на землю русскую. Отведать, как говорится, силушки богатырской.

— Бродяга, возвращаемся к изначальному плану. Общий сбор в гараже.

У меня своя программа исследований.

С блэкджеком и британцами.