Кейт Анструтер поднималась по парадной лестнице Хартли-Холла, залитой холодным утренним солнцем. Ее щеки раскраснелись, волосы растрепались. Рядом с ней вышагивал длинный, грациозный ирландский волкодав. Кейт положила руку на его массивную голову и разрешила ему продолжить патрулировать территорию. Пес убежал.

Как только Кейт вошла в дом, к ней подошел лакей, чтобы снять с нее грязные черные сапоги, пока она стояла, прислонившись к дверному косяку. Она также сняла тяжелое кожаное пальто и, не надевая чулок, прошла в гостиную, забрав у дворецкого стопку газет. За ней последовала горничная с чистыми туфлями и сменой одежды. Кейт взяла туфли, но отмахнулась от одежды, чувствуя, что горничная преувеличивает степень загрязнения ее брюк и тяжелой хлопковой блузки.

Она вошла в утреннюю гостиную, где уже горел камин и на буфете стоял завтрак. Она налила себе чашку кофе и стала листать первую газету, пока не нашла нужную статью: сообщение о смерти лорда Окема на приеме у виконта Джиллингема. Судя по всему, согласно осведомленным источникам, бедный лорд Окем скончался от эпилептического припадка. Премьер-министр и его супруга были рядом, чтобы утешить его светлость в последние минуты его жизни. Организовывались похороны.

Она открыла вторую газету, которая, как известно, была настроена менее лояльно по отношению к правящим кругам, и нашла небольшую заметку о том, что известный тори лорд Окем скончался на приеме у вигов, на котором присутствовали виг-премьер-министр и его возлюбленная супруга. Причина смерти не указывалась, но был намек на то, что его светлость мог погибнуть насильственной смертью, возможно, на дуэли, возможно, из-за радикальных политических взглядов лорда Окема.

Кейт покачала головой. Вот, значит, как. Все чисто и аккуратно. О других смертях умолчали. Она подошла к окну и стала смотреть на сад в конце осени. Она увидела двух мужчин, которых только что оставила, они продолжали обходить территорию. Один из них был старшим егерем и вооружен дробовиком с широким стволом. Кейт выставила охрану вокруг дома, чтобы перехватить полковника Хибберта, если он попытается связаться с Имоджен. Кейт была уверена в своих силах, но теперь ей нужно было переходить в наступление.

После той ужасной ночи у виконта Джиллингема она провела дома целый день. Покинув вечеринку в предрассветные часы в субботу, она забрала Имоджен из дома двоюродной сестры, где они остановились на выходные, и сразу же отправилась из Лондона в Хартли-Холл, добравшись туда на рассвете. Имоджен в гневе ушла к себе в комнату и с тех пор оттуда не выходила. Кейт провалилась в беспокойный сон от переутомления, но через несколько часов проснулась и решила заняться алхимией. Но все мысли о пробирках и пузырьках с бурлящей жидкостью разбивались о воспоминания о том ужасном звере, которым был лорд Окем.

Оборотень. Хибберт. Имоджен. Какая между ними связь — и есть ли она вообще?

Знал ли Хибберт, что лорд Окем был оборотнем? Был ли он сам оборотнем? До вечеринки все казалось ясным. Кейт не сомневалась, что сможет отшить назойливого ухажера. Но теперь нужно было строить новые планы.

В отчаянии она пошла в кабинет, где отец хранил свои записные книжки и дневники. До поздней ночи в воскресенье она просматривала многочисленные тома, посвященные его путешествиям по миру, в том числе его многочисленным наблюдениям за странными и мистическими явлениями. Она искала информацию о ликантропии и кое-что нашла. Отец сталкивался с историями о вервольфах и записывал их. Однако достоверных упоминаний о ликантропии в Британии не было.

Отец мог бы знать об этом не хуже других. Он был сэром Роландом Анструтером, великим исследователем и, возможно, самым путешествующим человеком своего времени. Если бы нужно было составить рейтинг английских мужчин прошлого века, сэр Роланд оказался бы в числе немногих, рядом с Нельсоном, Веллингтоном и Куком. Он был божеством для всей империи. Но для Кейт он был отцом. Она слышала его глубокий, раскатистый смех и чувствовала его грубую руку на своей. У него были самые добрые голубые глаза. Он мог различить пение любой птицы и узнать по следам любое животное. Он научил ее французскому и немецкому и отправил за границу, чтобы она могла применить эти знания на практике. Он позаботился о том, чтобы она умела держаться в седле, как настоящая леди, и сражаться, как настоящий джентльмен. Он был выдающимся математиком и инженером, и Кейт всегда восхищалась его аналитическим и практическим складом ума.

Она также ценила его увлечение мистицизмом, и мало кто, кроме нее, знал, насколько это было важно для него. В детстве это был способ проводить с ним время, когда он бывал дома, а во взрослой жизни, просто любопытство. Кейт посвящала много времени изучению магии и ее истории. Она увлеклась алхимией, возможно, потому, что в ней сочетались воспроизводимость научных результатов и туманная атмосфера оккультизма.

Мысли Кейт снова переключились на загадочного Саймона Арчера, как это часто случалось в последний день. Красивый и уверенный в себе, с ироничной чувствительностью джентльмена из состоятельной семьи. Кейт чувствовала в нем что-то странное, как будто он носил маску. Что-то темное, что он либо пытался скрыть, либо не осознавал. К тому же он явно совершал поступки, недоступные обычному человеку. Он поднял бильярдный стол из красного дерева, который, должно быть, весил несколько сотен фунтов. Он боролся с чудовищным оборотнем, как Кейт боролась со своим любимым псом Этельредом.

А еще был его спутник, который то выглядел ленивым франтом, то превращался в небритого уличного торговца. Очень странно. Не говоря уже о том, что этот парень мог добывать огонь голыми руками.

Кейт гадала, что за люди эти двое, но теперь, когда в это прохладное воскресное утро взошло солнце, ей нужно было действовать. Она стояла у камина, когда услышала, как открылась дверь.

— Хогарт, — тепло поприветствовала его Кейт, — я как раз собиралась послать за тобой.

Он был высоким мужчиной, ростом выше шести футов, и под ливреей скрывалась его потрясающая мускулатура. Кейт брала у него уроки бокса, тайком, чтобы не шокировать других слуг, и знала, что он сложен так же хорошо, как любой мужчина, которого она видела в майке, а таких, надо признать, было немного. Он не был красавцем, но производил мрачноватое впечатление. У него были темные и спокойные глаза. Она ни разу не видела его растерянным.

— Завтра я еду в Лондон. — Теперь, когда ожидание закончилось и у нее появился план действий, у Кейт проснулся аппетит. Она взяла тарелку, отогнала Хогарта, который хотел ей помочь, и начала накладывать себе яичницу с сосисками.

— Да, мисс Кейт. Мне пойти с вами?

— Я бы хотела, чтобы ты поехал. — Она села и принялась жадно есть. — Пора разобраться с полковником Хиббертом. Я хочу узнать о нем побольше. Те немногие расспросы, которые я провела после того, как он начал приставать к Имоджен несколько недель назад, не принесли мне ничего нового. Я намерена вывести его на чистую воду.

— Но вы же сами сказали, что он связан с лордом Окемом, который является ликантропом, — невозмутимо напомнил ей Хогарт. — Был ликантропом. С ним нужно разбираться не по-обычному. Ваш отец просил меня позаботиться о вас и вашей сестре. Предоставьте это мне.

Кейт посмотрела в его темные глаза. Он не выказал никаких эмоций, разве что предложил налить ей еще кофе, что он и сделал.

— Я не собираюсь его убивать. — Она рассмеялась, нарезая колбасу. — Нет, Хогарт. По крайней мере, до тех пор, пока я не узнаю, с чем именно мы имеем дело. Я сделаю всё, что в моих законных силах, чтобы разоблачить и уничтожить этого негодяя, если он действительно всего лишь негодяй. Если я смогу выдворить его из страны, я это сделаю. Но я понятия не имею, какое отношение он имеет к лорду Окему. Это могло быть простым совпадением. Мне нужно это выяснить, прежде чем предпринимать какие-либо действия.

Хогарт стоял у окна, заложив руки за спину.

— Я понимаю.

Раздался стук в дверь, и вошла миссис Толберт, седовласая экономка. Она была явно расстроена. Кейт выпрямилась, ожидая, что ей сообщат о приезде Хибберта в поместье.

— Мисс Кейт, — экономка немного пришла в себя, — горничная мисс Имоджен только что сообщила мне тревожные новости.

— Что случилось, миссис Толберт? — Кейт с трудом сохраняла спокойствие.

— Мисс Имоджен пропала.

— Пропала? Куда пропала? — Кейт вскочила со стула.

— Не знаю, мисс. Одна из её дорожных сумок исчезла, и кое-что из одежды тоже.

Кейт почувствовала, как Хогарт положил руку ей на плечо, и ударила ладонью по тиковому столу.

— Чёрт возьми!

Миссис Толберт сказала:

— Одной лошади мисс Имоджен нет в конюшне. Я уверена, что горничная ни в чём не виновата, мисс.

Кейт махнула рукой.

— Сейчас мне всё равно, кто ей помог. Спасибо, миссис Толберт. Приготовьте мне сменную одежду. — Экономка вышла, а Кейт повернулась к Хогарту, немного успокоившись при виде его невозмутимого лица. — Хогарт, мы едем в Лондон. Я уверена, что она отправилась к полковнику Хибберту. Приготовьте почтовую карету.

— Да, мисс. Однако, учитывая, что проблема с оборотнем всё ещё не решена, я предлагаю обратиться за дополнительной помощью. Вы упомянули двух джентльменов из нашей компании. Возможно, они смогут вам помочь.

Кейт с сомнением покачала головой.

— Я ничего не знаю об этих двоих. Один из них использовал какую-то маскировку, чтобы выдать себя за сэра Томаса Вулфолка. Второго звали Саймон Арчер.

Это застало Хогарта врасплох.

— Саймон Арчер? — повторил он, как будто это имя было ему знакомо.

Кейт посмотрела на своего слугу.

— Вы его знаете?

— Я слышал о нем, — уточнил он. — Он джентльмен особого склада.

Кейт не поняла, имеет ли Хогарт в виду социальное положение этого человека или что-то другое. Она покачала головой.

— Это семейное дело.

— Мисс, вы знаете, что полковник Хибберт, человек с темными намерениями, и в его распоряжении могут быть темные силы. Я предлагаю вам посоветоваться по этому вопросу с мистером Арчером.

Кейт не могла отрицать, что думала о том же, хотя, возможно, из другого, более личного любопытства. Саймон Арчер, как и его друг, обладал немалой властью. Похоже, это были первые настоящие маги, с которыми она столкнулась, если не считать дневников и писем ее отца. Если Арчер заслуживает доверия, было бы полезно заручиться его поддержкой. Она заметила спокойную уверенность на лице Хогарта.

— Хорошо. Стоит попытаться с ним связаться.

— Да, мисс. Отличная идея.

Кейт направилась к двери, загадочно улыбаясь.