Хорошо одетая женщина не должна была бы так поздно бродить в одиночестве по краю Дьявольского акра в Вестминстере, если только у нее не было на то веской причины. У этой женщины она была, но не совсем обычного рода. Она была очень высокой, ростом явно выше шести футов, с распущенными светлыми волосами. Взгляд ее был устремлен вперед, а глаза напоминали ледники. На ней был плащ, который развевался при ходьбе и скрывал ее фигуру, позволяя воображению дорисовывать ее облик. Плащ ничуть не умалял ее внушительных размеров, а походка делала ее еще более величественной: она шла широко и размеренно, как солдат. Она была словно ожившая валькирия, несомненно, красивая женщина, но ее рост и сила затмевали ее яркие черты.

Она остановилась на людном перекрестке, чтобы сориентироваться. Все эти лачуги казались ей одинаковыми. Группа оборванцев толпилась у ближайшего костра. Они с изумлением уставились на статную женщину.

— Заблудились, дорогуша? — спросил один из них, вызвав смех у своих приятелей.

Не глядя на них, женщина спросила:

— Я ищу клуб "Булвар".

Мужчина с щербатой улыбкой подошел к ней, осмелев от насмешек своих товарищей.

— Он прямо за углом. Вы туда направляетесь, чтобы с кем-то встретиться? — Она пошла дальше, но мужчина забежал вперед и преградил ей путь. — Погодите-ка. Куда вы так торопитесь? — Его лоснящаяся от жира макушка оказалась на уровне ее подбородка, когда он попятился, чтобы не отставать. — Ого, да вы немаленькая.

Несколько его приятелей отошли от костра и встали у нее за спиной. Взгляд женщины слегка изменился, но она продолжила идти. Главный из них протянул руку и коснулся ее локтя.

— Погодите-ка, зачем так грубо? Я просто предлагаю вам немного заработать, пока вы не добрались до "Булвара".

Ее плащ затрепетал. Послышался хруст ломающихся костей. Мужчина закричал и отшатнулся от нее, его рука была согнута под неестественным углом.

Один из преследовавших ее мужчин бросился вперед, и женщина развернулась к нему. Он понял, что никто из его друзей не пришел на помощь, и остановился. Рука женщины метнулась вперед, как гадюка. Сильные пальцы схватили его за воротник поношенного пальто. Она подняла мужчину в воздух и швырнула его на фонарный столб. Мужчина захрипел, не в силах закричать.

Женщина ударила его о железный столб еще раз. Он забился в ее хватке. Голова мужчины дважды ударилась о столб, потом еще раз. Его приятели попятились, не веря своим глазам, пока женщина избивала их друга до крови. Наконец она подняла его одной рукой над головой и швырнула на тротуар. Он застонал и свернулся в клубок, вокруг его головы растекалась лужа крови. Она развернулась и пошла в прежнем направлении, не обращая внимания на изумленную толпу, которая наблюдала за ней с улицы и из окон. Никто не пытался ее остановить.

За углом, как и было обещано, находился клуб "Булвар". Это было обветшалое здание в стиле Реставрации, которое, возможно, когда-то было величественным, но быстро пришло в упадок, как и весь район. Она поднялась на обваливающееся крыльцо и толкнула входную дверь.

На улице не было швейцара, который мог бы ее остановить. Внутри не было дворецкого, который мог бы ее встретить. Там было только грязное фойе и лестница, ведущая на второй этаж. Она заметила гостиную рядом с прихожей, и несколько пар глаз лениво повернулись в ее сторону, а затем широко раскрылись от удивления. Она направилась к двери в гостиную, и глаза присутствующих раскрылись еще шире.

Она окинула взглядом гостиную с ее мерцающими лампами, обвисшими обоями, обшарпанной мебелью и такими же обшарпанными мужчинами. Как правило, это были старики в поношенной одежде, вышедшей из моды лет десять назад. Эта комната, набитая отбросами высшего общества, могла бы сойти за гостиную в стиле Регентства.

Она объявила:

— Мне нужен полковник Бойлан Хибберт.

Мужчины опустили газеты и принялись раскуривать трубки. Женщине быстро надоели их растерянные взгляды, и она переключилась на ближайшего к ней мужчину. Он сидел в обшарпанном кресле у камина. Он был одет для ужина, но на ногах у него были тапочки с протертыми большими пальцами. Его седые волосы поредели, и он явно не брился несколько дней.

Она спросила его:

— Вы знаете полковника Хибберта? Где его комната?

Старик покрутил головой, размышляя или демонстрируя старческую забывчивость. Он вынул трубку изо рта.

— Он живет в седьмой комнате, это третья дверь направо, если подниматься по лестнице. Однако, — добавил он, когда женщина собралась уходить, — кажется, у него сейчас гость. Я с радостью поднимусь и передам ему, что вы пришли.

Женщина бросила на мужчину презрительный взгляд через плечо. Когда она повернулась к лестнице, то услышала, как он пробормотал:

— Нарушитель. Надо ужесточить правила для членов клуба.

Женщина поднялась по скрипучей лестнице. Голоса становились все громче, в них звучали споры и страсть. Она услышала смех и плач. Табачный дым смешивался с угольным газом и даже с запахом опиума. Этот сладковатый запах стал сильнее, когда она подошла к двери и постучала в нее кулаком.

Дверь распахнулась, и на пороге появился полковник Хибберт в потрепанном смокинге, с ярким дхоти, или индийским кушаком, повязанным вокруг талии, и босиком. В зубах он сжимал трубку с длинным чубуком. Его глаза были красными и полузакрытыми.

Валькирия протиснулась мимо него в комнату, а Хибберт, не сводя с нее затуманенного взгляда, последовал за ней. Комната была сплошь серой, пол, стены, постельное белье. Одна тусклая лампа отбрасывала дрожащие тени. Хибберт медленно закрыл дверь и прислонился к ней, улыбнувшись так, что когда-то эта улыбка могла бы показаться очаровательной.

— Гретта, — Хибберт неуклюже поклонился, — добро пожаловать в мой дом. Я только что поставил чайник. Не хотите ли чего-нибудь выпить?

Она оглядела убогую обстановку и фыркнула:

— Далеко ты пал, Хибберт.

Мужчина весело фыркнул:

— Я обнаружил, что в приличных клубах больше не рады видеть мужчин, ведущих светский образ жизни. Стоит прикончить пару никчемных шлюшек в Калькутте, и вот ты уже не в моде.

Гретта равнодушно хмыкнула, не проявив интереса к его злоключениям.

— Она здесь?

— Она пришла, когда я свистнул. — Полковник указал трубкой на другую дверь и похотливо ухмыльнулся. — Она в постели.

— И ты сделал всё, как я просила?

— Я дал ей дозу эликсира. И, полагаю, мне причитается вознаграждение. Хотя я бы с радостью оказал эту услугу бесплатно. — В опиумном дурмане промелькнуло предвкушение.

Гретта достала из-под плаща синюю бутылочку и бросила её Хибберту.

Он уставился на стеклянный флакон со смесью облегчения и вожделения.

— Уверяю вас, Гретта, милая мисс Анструтер сделает всё, о чём я попрошу, и она уже сделала. — Хибберт с притворной скромностью взглянул на высокую блондинку. О, прости меня, моя милая, за мою грубую мужскую прямоту. — Затем он усмехнулся. — Хотя чего мне бояться? Мы оба искушённые люди, не так ли, герр Альдфатер? — Он ухмыльнулся своей шутке, особенно учитывая раздражённый взгляд, которым его одарила Гретта. Он рухнул в кресло, прижимая к себе бутылку. Опиум. Джентльмен никогда не повернётся к вам спиной.

— Полковник Хибберт, ни ваш детский юмор, ни ваша помощь мне больше не нужны.

Сидя в своём грязном кресле, Хибберт затянулся трубкой, вяло прислушиваясь к тому, что говорит женщина.

— Ой? Очень жаль. Она мне нравилась. Но ничего не поделаешь. Что мне делать дальше?

— Ничего.

— Что ж, тогда я бы хотел, чтобы мне предоставили более комфортные условия. Здесь нет уединения, необходимого для того, чтобы мужчина мог предаваться… определённым занятиям.

Гретта изучающе посмотрела на этого долговязого негодяя.

— Нет.

— Что нет?

— Вам не предоставят более комфортные условия. И никаких определённых занятий для вас не будет.

— Послушай, старая перечница, я отдаю тебе эту Анструтерскую чипсу. Она уже готова. Я ведь заслужил что-то, не так ли?

— Ты заслуживаешь того, чтобы тебя убили и съели.

Хибберт неодобрительно ухмыльнулся, глядя в чашу своей дымящейся трубки. Его голос был невнятным из-за наркотика.

— Я не потерплю, чтобы меня ели в моём собственном доме.

Женщина подошла к его креслу и потянулась к нему. Комнату наполнил ужасающий вопль. Из пола вырвались ярко-жёлтые тени, жуткие полупрозрачные фигуры с пальцами и костлявыми лицами, искажёнными в муке. Тени сомкнулись вокруг женщины, и на её лице впервые отразилось удивление. Она размахивала сильными руками, пока эти призрачные твари терзали её. Её голова моталась из стороны в сторону, на щеках появились алые рубцы. Светлые волосы разметались, длинные пряди вырвались из причёски. С гневным криком она бросилась к двери, прикрывая лицо рукой. Жёлтые духи не последовали за ней. Они зависли по периметру круга, издавая странный хихикающий звук. Затем они рассеялись, как утренний туман на рассвете, и исчезли в полу.

Гретта присела на корточки, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя. Её голубые глаза сверлили худого мужчину, из-за которого она едва не упала в обморок. Она медленно встала и отряхнула одежду. Теперь она увидела, что кресло Хибберта стоит в центре магического круга, начертанного мелом на деревянном полу. Она взглянула на дверь в спальню.

— О, там то же самое, — мужчина ухмыльнулся с елейным превосходством. — Мисс Анструтер лежит в центре другого круга. Подойди к ней, и мои мерзкие фамильяры содрали бы с вас кожу. Что только сделало бы вас еще более мужеподобной, чем вы есть. — Он усмехнулся своей шутке.

— Что за игру ты затеял, Хибберт? — голос Гретты дрожал от сдерживаемого гнева.

— Это не игра. Я хочу получить то, что мне причитается. Я не обязан отдавать вам мисс Анструтер. Я могу просто наслаждаться ею еще несколько дней, а потом использовать ее части в своих магических ритуалах. Это немного ослабит мой аппетит к мести Анструтерам.

Гретта напряглась. На ее шее вздулись вены, а сухожилия натянулись. Она начала дрожать.

Мужчина заерзал в кресле, но голос его звучал ровно.

— Твои уловки меня не пугают, Гретта. Здесь я главный. Ты играешь с магом, который учился своему ремеслу на Темном Востоке. Что ты можешь ему противопоставить?

Бледная кожа женщины внезапно потемнела. Ее спина сгорбилась, а под плащом проступили мощные мышцы. Пальцы скрючились и почернели, на их кончиках появились когти. Голова Гретты увеличилась, светлые волосы стали угольно-черными и, казалось, слились с густым мехом, покрывшим все ее тело. Ее рот раскрылся, а белые зубы стали еще крупнее. Она сбросила туфли, и ее когтистые ступни остались босыми.

Она сбросила тяжелый плащ и встряхнулась. Остатки одежды соскользнули с ее гигантского тела. Огромный оборотень стоял, разинув пасть. Он тяжело опустился на четвереньки и вонзил когти в пол. Его почерневшие губы задрожали от рычания.

Мужчина подтянул ноги к креслу и уставился на существо безумным взглядом. Он указал на него трубкой.

— А ну-ка, Гретта, прекрати этот шум. Ты не сможешь проникнуть в мой круг, даже в таком обличье.

— Не смогу? — прорычала она и бросилась на него.

Хибберт вскрикнул и выронил бутылку с опиумом, которая разбилась вдребезги. Тут же появились желтые тени и окутали огромного зверя. Она выгнулась, словно ударилась о стену. Но тут же рванула вперед, вырывая когтями куски дерева из пола. Жуткие желтые призраки завыли и принялись терзать ее голову и спину. Их руки, от которых шел пар, оставили кровавые полосы на ее волосатой плоти. Но Гретта продолжала приближаться к маленькому человечку в кресле. Тени ревели, словно от адской боли, продолжая кружить вокруг нее и терзать ее. Несмотря на жестокие раны, которые они ей наносили, с каждым ее шагом тени отступали.

Свирепый взгляд Гретты не отрывался от перепуганного Хибберта. Она придвинулась к нему на расстояние фута и оскалила зубы. Кончик ее огромного языка высунулся изо рта и лизнул его лицо. Мужчина закричал и бросился бежать. Как только он покинул круг, тени исчезли, а Гретта рухнула на пустое кресло.

Хибберт успел сделать три шага, прежде чем огромная лапа схватила его за спину. Он едва успел вскрикнуть, как его спина разверзлась, забрызгав все вокруг кровью. Одно плечо с рукой упало на пол, а остальная часть тела, покачиваясь, как пьяная, сделала несколько шагов назад и рухнула на землю.

Гретта ударила по неподвижному телу. Она принюхалась, но почувствовала лишь запах смерти. Она издала звериный рык, похожий на смех.

Двумя широкими шагами она добралась до двери в спальню и распахнула ее. Она заглянула в комнату. Грязные занавески колыхались на холодном ветру.

— Будь он проклят! — выругалась Гретта.

Огромный оборотень подошел к пустой кровати, рядом с которой было открытое окно. На полу был нарисован второй меловой круг, но после смерти Хибберта он утратил свою силу. Постельное белье было смято, и Гретта почувствовала запах недавнего присутствия человека. Женщины. Запах шел от кровати к окну и дальше, на улицу.

Девушки Анструтер нигде не было.

Гретта услышала осторожные голоса за дверью, но побоялась постучать или открыть ее. Она подобрала свой плащ и осмотрела отвратительные, кровоточащие раны на руках, ногах и туловище. Больно, но они заживут. Она подошла к окну и глубоко вдохнула. Там, среди окутанных дымом крыш и темных переулков, чувствовался слабый запах девушки.

Гретта распахнула плащ и выпрыгнула в холодную ночь.