Прощальный ужин и проводы Мартина решили устроить в булочной. Мария разливала по чашкам горячий шоколад, какао и кофе. За ее спиной на одной из полок с декоративными тарелками стояли потешные фарфоровые крысы в деловых костюмах. У одной из статуэток была в руках фарфоровая папка, из которой выглядывали документы. Все посетители булочной восхищались такой тонкой работой.

Петька крутил в руках айфон и что-то бормотал.

– Что ты там ищешь? – заинтересовался Круглый Колян.

– Ничего не понимаю! Я сто раз щелкнул этот зеленый камень, но ни на одном фото его нет. Как будто и не было!

– Ну не было – так не было. Так и будем считать. Кстати, мы даже не знаем, куда его теперь спрятал Мартин.

– И знать не хотим! – заметила Барбарис, заканчивая вязать жилет Мартину.

– Ну как же… – заволновался Петька. – Зато у меня есть вот что!

Петька показал фотографию мадам Пэн с Мартином на коленях.

– Пенелопа Джоновна, вы тут прям как старая английская леди!

– Ой, и правда, подходит для серии портретов твоих старинных родственников! – воскликнула Барбарис.

– Фотография хорошая. А вот насчет старой я бы поспорила! – возразила мадам Пэн. – За последнее время я так набегалась, что вашего физрука обгоню!

– Кстати, что с ним? – поинтересовалась Барбарис, завязывая последний узелок на крошечном жилетике.

– Его уволили. Он не в форме, – доложил Петька. – Но мы на него не жаловались. Ну что бы мы сказали? Что он хотел быть крысиным царем?

– А то, что он издевался над слабыми учениками? – спросил муж мадам Пэн.

– Это мы и раньше говорили, нам никто не верил. Мы всем говорили, что он ненавидит детей, у него даже на страничке в фейсбуке это написано.

– Надеюсь, ваша чудесная директриса написала ему такую характеристику, что он больше не сможет работать с детьми.

– Ничего, найдет себе нового какого-нибудь «повелителя» и пристроится к нему советником.

– И все-таки я не понимаю… Как он вообще на такое решился?

– Ну вы и даете! – воскликнул Петька. – А еще кандидаты психологических наук! Вы разве не в курсе, что людьми движут комплексы? Комплексы вообще движут всем миром! Я же вам сразу сказал. Может, он проиграл когда-то важный чемпионат да и решил завладеть Вселенной, мало ли.

– Ты слышала, Пенелопа? Молодые кадры нас обгоняют! – улыбнулась Барбарис. – По-моему, не стоит даже диссертацию писать.

– Петя, ты же прекрасно знаешь, что мы никакие не кандидаты! – засмеялась мадам Пэн.

– Это не имеет значения. Я тоже пока не кандидат!

В это время Мартин вцепился в телефон Пети и потянул его к себе.

– Эй, Мартин, зачем он тебе? – удивился мальчик.

Мартин взволнованно что-то пропищал и упорно продолжал тянуть телефон.

– А-а, понял! Тебе нужна фотография с любимой мадам Пэн. Я сбегаю в «Копирку» и сделаю тебе, не волнуйся так. Да ладно, я сделаю самого маленького размера, чтобы влезла в твой рюкзак. Не кричи так, ты думаешь, я совсем болван?

Петька наклонился к Мартину и пошептался с ним о чем-то. Мария подозрительно посмотрела на младшего брата:

– Не пойму, он до сих пор понимает животных или сочиняет на ходу?

Но Петька уже подсадил Мартина на плечо Марии и фотографировал ее вдвоем с довольным Мартином.

– Он хочет показать тебя родственникам! – объяснил Петька сестре.

– Надя, твой заяц стал шоколадным, – сказал Гоша и протянул сестренке салфетку.

Зайцу уже сделали операцию по пересадке глаза, и он снова смотрел на мир собственными наивными глазами.

Гоша прокашлялся, собираясь что-то сказать. Мила взяла Гошу за руку, подбадривая его.

– Мадам Пэн, – начал Гоша. – Ой, извините, Пенелопа Джоновна, я бы хотел брать у вас уроки английского. Я как раз нашел для себя подработку и смогу сам оплачивать обучение. С оценками у меня сейчас все нормально, так что я буду успевать.

– И прекрасно, Гоша, правильное решение! Думаю, твои родители вскоре изменят о тебе мнение. Иначе и быть не может! – улыбнулась мадам Пэн.

За стеклом витрины носились кошки. Они выгоняли оставшихся крыс, в который раз спасая от них город.

– Кошки – народные герои! – сказала Милена.

– И некоторые благородные крысы – тоже! – добавил Круглый Колян.

– Сейчас народные герои – дворники. Смотрите, их во всех новостях показывают! – включила «Новости» Барбарис.

«Администрация города приняла решение поставить памятник дворникам в каждом районе. Сейчас это очень почетная профессия, крайне необходимая в наше время. Между тем дворники от памятников скромно отказались, только просили повысить зарплату».

– Ну что ж, дорогой Мартин. Пора прощаться! – подняла бокал с шоколадом мадам Пэн.

Мартин поднял свой крошечный бокальчик от кукольного сервиза и что-то произнес.

– Я буду скучать по вашей манной каше! – перевел Петька, который почему-то не потерял своего переводческого дара.

– И только? – спросила мадам Пэн.

– И еще по пшенной! – добавил Петька, прислушиваясь к Мартину.

– Ах ты шутник! Я тоже буду скучать по тебе, мой хвостатый дружок!

Петька испуганно оглядел себя.

– Да я не тебе! – засмеялась мадам Пэн.

– Крысу, что ли, себе завести? – всхлипнула Барбарис, надевая на Мартина красный вязаный жилет. – Людвиг, ты не против?

Людвиг что-то ответил. Вроде бы согласился. Мадам Пэн покосилась на кота, но тот категорически замотал головой и чихнул, демонстрируя, что у него аллергия на крыс.

– Петька, что же ты молчишь? Что сказал Людвиг?

Петя пожал плечами:

– Он просто лает. Я его не понимаю.

– Ой! – спохватилась мадам Пэн. – Мы опоздаем на поезд!

Мартин пригладил новенький жилет, запрыгнул на плечо мадам Пэн и грустно посмотрел на Марию. Булочная принцесса мягко поцеловала его в нос на прощанье.

Как только за любимыми посетителями закрылась дверь, Мария открыла кассу и обомлела. В боковых ячейках лежали мелкие драгоценные камни, а в середине – ожерелье с небольшими рубинами.

– Милый друг. И когда только успел? – растрогалась Маша.

Она оглядела стены булочной и представила, как здесь все переделает, когда станет хозяйкой настоящего кафе.

Проводник, стоящий на перроне, вот уже минут десять с недоумением разглядывал странную компанию. Вроде приличные люди… Пожилые тетушки и большая пожилая собака. Проводник искренне не понимал, кого они провожают и кому машут руками. Билетов они не предъявляли, пассажиров не сопровождали. Наконец он не выдержал и подошел к ним.

– Извините, но там же никого нет! – вежливо сказал проводник, указывая на окно вагона.

Барбарис всхлипнула и промокнула глаза платком. Мадам Пэн улыбалась пустому окну и продолжала махать рукой. Вдобавок пес встал на задние лапы, ткнулся мордой в стекло и заскулил. Мартин осторожно высунулся и прижал нос к стеклу. В рюкзачке у него лежал Змейкин глаз и несколько очень ценных фотографий. Дедушка Финдус может спокойно разгуливать в своем фисташковом лесу и гордиться внуком.

– Мы… мы… тренируемся! – ответила мадам Пэн проводнику и добавила еле слышно: – Мадам Пэн и ее крыс!

Проводник поднял брови.

– Понимаю… – пробурчал он, пожал плечами и пошел к вагону.