Магнамурс вел плененных музыкой детей, как тот крысолов, что играл на дудочке. Дети шли за ним послушно, не отставая ни на шаг.

Сначала к этой процессии подскочил Людвиг. Он обнюхивал детей и беспокойно лаял, стараясь заглушить колдовскую музыку. Пока дети переходили через дорогу вслед за Магнамурсом, Людвиг бежал рядом, хватая то одного, то другого за одежду зубами. Но те, зачарованные, шли и шли, с безучастным видом, словно механические куклы. Последним плыл по воздуху Гоша, вытянув шею вперед и безвольно свесив лапы и хвост. Сколько ни подпрыгивал Людвиг, достать его не смог.

Перейдя на другую сторону улицы, Магнамурс продолжал свое шествие. Людвиг не отставал. Здесь подоспели мадам Пэн и Барбарис.

– Смотри-ка, наших бойцов завербовали враги! – удивилась мадам Пэн.

– Даже мой пес понимает, что дети зачарованы! – сказала Барбарис.

Подруги бежали вдоль цепочки, кричали, тормошили детей, но все было бесполезно. Дети шагали как во сне.

Замыкал шествие физрук, который вел Марию за руку. Она не сопротивлялась и сделала знак мадам Пэн, чтобы та не вмешивалась. Мария боялась, что Магнамурс, разозлившись, может навредить детям еще больше.

– Знать бы, куда этот крысиный повелитель их ведет! – воскликнула мадам Пэн. – Он идет не в сторону реки, как было в легенде… Значит, детей он не утопит.

– Это успокаивает. Мне прямо сразу легче стало! – съязвила Барбарис.

– Придется идти за ними, другого выхода нет. Ох, в последнее время я столько бегаю, что позабыла про свои больные ноги. По-моему, они уже и болеть перестали.

– Надеюсь, ты взяла свой заветный блокнот, чернокнижница! – сказала Барбарис.

– К сожалению, мои мелкие хулиганские заговоры бессильны против проклятой флейты. Мы имеем дело с настоящей магией.

– Ага! Значит, ты уже пробовала колдовать! – воскликнула Барбарис и ткнула подругу в бок: – Ой, смотри, кто идет!

Навстречу им твердым солидным шагом шла директриса гимназии. За ней маячила бледная Елена Михайловна.

Похоже, директриса уже свыклась со своим хвостом, и он ей нисколько не мешал. Новая прическа удачно прикрывала уши. Директриса удивленно остановилась перед заколдованным отрядом. Она требовательно спросила громким, хорошо натренированным на собраниях директорским голосом:

– Здравствуйте, дети! У вас что, сегодня культурное мероприятие?

Магнамурс, немного сбившийся с мелодии, собрался проскользнуть мимо, но директриса схватила его под локоть:

– Извините, а вы откуда? Вы сотрудничаете с нашей школой? Я вас не помню!

Магнамурс даже споткнулся от неожиданности и остановился. Борьба со школьной администрацией пока не входила в его планы. Он ее не предусмот-рел. Дети послушно стояли за его спиной. Музыка прервалась.

Школьники широко распахнули глаза и уставились на директрису. Они словно только что проснулись, но никак не могли сосредоточиться и не понимали, что происходит. Будто их родители разбудили рано утром и говорят, что пора в школу, а они твердо уверены, что сегодня воскресенье и – никакой школы!

Директриса удивленно оглядела детей:

– А поздороваться вы не хотите? Вы какие-то рассеянные сегодня. Это музыка на вас так действует, да?

Не получив ответа, директриса присмотрелась и воскликнула:

– Аркадий Аплеевич! Вы уже выздоровели? А почему вы не в школе-то? Занятия никто не отменял.

Учитель физкультуры молчал, переминаясь с ноги на ногу.

– Я вас спрашиваю… Кстати, с выздоровлением! У вас что, какое-то физкультурное мероприятие? Почему вы не обозначили его в плане по воспитательной работе? Я его не утверждала!

– Нет, не утверждали, – выдавил из себя физрук, ослабив хватку и разжав пальцы, держащие Марию.

Маша сразу отскочила в сторону, потирая запястье.

– Ну и что это за странная инициатива? – продолжала допытываться директриса. – Во время, предназначенное для учебы, мы отвечаем за детей головой! Головой, слышите? Вы что, хотите, чтобы головы полетели? То есть чтобы я вас уволила? А я уволю!

Когда у директрисы появлялась аудитория, то она могла разойтись не на шутку. И сейчас она вдохновилась тем, что две странные, но, по всей видимости, умные пожилые женщины, а также дети, а также случайные прохожие прислушиваются к ней.

Физкультурник, вместо того чтобы рассмеяться ей в лицо или сказать что-то колкое, опустил голову. У тайного советника была явная проблема – страх перед начальством.

Магнамурс удивленно смотрел на своего напарника и советника, черствого, коварного и жестокого. Но помощник злодея и двух слов не мог связать в ответ директрисе.

Дети тем временем пришли в себя и стали напряженно вспоминать, как они здесь оказались.

Тут директриса заметила крысенка, болтающегося в воздухе. Она отмахнулась от него, как от мухи, чтобы не мешал разговаривать. Крысенок шлепнулся на землю, тоже очнулся и огляделся. Милена ловко подхватила его и посадила на плечо.

– Так что у вас сегодня за мероприятие, Аркадий Аплеевич? Строевой шаг под музыку?

Физрук открыл рот, силясь что-то придумать, но сразу же захлопнул его и только заскрипел зубами.

Тут директриса заметила краем глаза, что Магнамурс тайком поднес к губам флейту и выдул первые звуки. Дети снова замерли и покачнулись.

Директриса тяжелым военным шагом подошла к Магнамурсу, выхватила флейту и погрозила повелителю пальцем.

– Директора музыкой не перебьешь! – заявила она.

Затем эта строгая женщина вернулась к своему подчиненному – физруку.

– Знаете, что я вам скажу, Аркадий Аплеевич? – помахала она флейтой у него перед носом. – Эта дудка не имеет никакого отношения к спорту! Музыка – это не спорт! А спорт – это не музыка!

– Золотые слова! – жизнерадостно подхватила Барбарис и подмигнула мадам Пэн.

– Я восхищаюсь этой женщиной! – сказала мадам Пэн, утирая слезы от смеха.

– Да! – продолжала директриса. – И на все есть план! Да! Подписанный и утвержденный у директора школы, у меня, между прочим!

Она еще немного помахала «дудкой», повертела в руках и вручила Пете, который механически взял ее.

– Передайте инструмент музыканту, – велела директриса.

Магнамурс раскрыл рот, физкультурник подался вперед, чтобы перехватить музыкальное оружие. В это время Мария подтолкнула впереди стоящих детей и крикнула:

– Бегите!

Дети медленно обернулись, как будто слух возвращался к ним постепенно.

Мадам Пэн и Барбарис тоже тормошили детей, а Людвиг разразился угрожающим лаем. Дети бросились врассыпную. Петька с волшебной флейтой мчался быстрее всех. Милена со своей живой ношей бежала осторожно.

– Ты же говорил, что людишками легко управлять! – с укоризной вскричал Магнамурс и толкнул своего советника в бок. – Ты же хвалился, что они у тебя все в кулаке!

Магнамурс и советник отступили и перешли на другую сторону дороги.

– Ах вот в чем был смысл этой затеи! – понимающе улыбнулась директриса. – Так это спортивная эстафета?

Она одобрительно покачала головой и обратилась к бывшим учительницам, которые радостно смотрели на нее.

– Неужели я буду теперь учить крыс? Да… Как меняется время! Ну что ж, воспитательный процесс – он во все времена…

Мадам Пэн и Барбарис расхохотались и принялись крепко обнимать ее. Это было непросто: женщина была широкоплечей, большегрудой и высоченной.

– Да вы даже не представляете, что вы сейчас сделали! – скакали они вокруг нее, утирая слезы радости. – Вы просто гений!

– Ну ладно, ладно. Что вы! Это же обязанность руководства – держать все под контролем! – с честной улыбкой проговорила директриса.

Мадам Пэн и Барбарис побежали домой, слегка подпрыгивая, а Людвиг носился вокруг них, виляя хвостом.

– Да, да, понимаю, – проговорила директриса, глядя им вслед. – Объятия очень полезны в психологическом плане. К тому же стабилизируют кровяное давление!

Она посмотрела на чистое небо, глубоко вдохнула весенний воздух широкой грудью и произнесла:

– Ах, хорошо!