Перед тем как отправиться в город, мы заехали в особняк матери Нейта, чтобы оставить Натали. Девочка расставалась со мной неохотно, просила погулять с ней в парке и рассказать об устройстве артефактов. Люси и Изи добрались до дома со своей грозной матушкой на другом сейр-мобиле. И я была этому искренне рада. В противном случае я бы предпочла добираться до департамента хоть пешком, хоть ползком, но только не вместе с этой женщиной.

И вот пару часов спустя сейр-мобиль мягко скользил по мостовой в сторону центральной площади. Я устроилась в кресле напротив «жениха» и спряталась за книгой по артефакторике, как за щитом. Впрочем, пальцы упрямо дрожали на страницах.

Нейт, будто и не замечая моего малодушного укрытия, спокойным движением поднял ширму. Глухой щелчок, и водитель больше не мог услышать ничего из салона.

- Прости за матушку, - сказал он ровно, как будто произносил рутинный отчет. - Порой мне кажется, что я все же приемный сын. Честное слово.

Я медленно выглянула из-за книги, стараясь выглядеть естественно.

- Хорошо тебя понимаю, у меня тоже подозрения, что меня в семью подкинули в младенчестве.

- Да мы точно родственные души, - Нейт усмехнулся. – На самом деле, не припомню, когда матушка в последний раз закатывала такой скандал.

 - Если бы ты не вышел в набедренной повязке, возможно, скандал был бы чуть меньше и влетело бы только мне.

Он вскинул бровь, при этом уголки его губ привычно дрогнули.

- Думаешь, дело в набедренной повязке? Уверен, даже если бы я явился при полном параде, она все равно обвинила бы нас в моральном разложении. Но я умолчу о том факте, что я родился спустя пять месяцев после свадьбы матери и отца.

Я не удержалась от усмешки, закрыла книгу.

- Так вот оно что! Что ж, я заранее сочувствую твоей будущей супруге. Твоя мать ее прожует и даже не подавится.

Он наклонился чуть ближе и тихо сказал:

- Тогда, мне похоже, стоит держаться подальше от брачных планов. Ради спасения моей невесты.

От его взгляда у меня предательски перехватило дыхание. И в этот момент сейр-мобиль плавно остановился, спасая меня от собственного смущения.

Нейт поспешно вышел первым, затем подал мне руку:

- Ну что, готова?

Я вложила свою ладонь в его, понимая, что не очень-то я и готова.

- Надеюсь, Тео не додумался спалить весь твой департамент, чтобы скрыть от меня бумаги, - пробормотала я.

- Знаешь, хорошо было бы, если бы он попытался, - серьезно кивнул Нейт. - Тогда бы его сразу засадили за решетку. Идем!

Мы направились к унылому серому зданию департамента стражей, в зеркальных окнах которого бликовал солнечный свет.

Холл внутри встретил нас запахом пыли и старых бумаг. Казалось, изо всех углов веяло унынием. По пути Нейт коротко здоровался с стражами. Одни почтительно склоняли головы, другие почему-то шарахались в сторону.

- Почти пришли в обитель уныния и склеп из бумаг, — проговорил Нейт. — Как видишь, никакого пожара, увы…

Мы свернули в приемную. Помещение оказалось строгим и душным. Здесь был небольшой стол, заваленный бумагами, за которым сидела женщина-секретарь с идеально собранной прической и непроницаемым выражением лица.

А рядом со столом стоял дядя Хэйрэм. Непривычно взволнованный, с торчащими в разные стороны волосами и в помятом костюме, будто он и не переодевался со вчерашнего дня. В одной руке у него был блокнот, а в другой измученный носовой платочек, которым он активно промакивал лоб.

Увидев нас, он расправил плечи, пытаясь придать себе внушительный вид:

- А вот и вы! Я жду вас с самого утра! – в голосе дяди была какая-то нервозность. – Мне сообщили, что вы затребовали копию завещания из ратуши… Так вот я должен убедиться, что в бумагах все верно и не было подмены.