- Не-ейт! Она опять взяла мои ленты! – до меня донесся девичий возмущенный вопль. - Скажи ей, чтобы вернула!

Следом раздался другой голос, обиженно-невинный:

- Это были мои ленты!

Втянула носом воздух, моргнула, пытаясь понять, где нахожусь и почему мне так холодно. И тут же пришло осознание. Я уснула за письменным столом!

На столешнице разложенные инструменты, рунические пластины, схемы и пара недособранных артефактов. Рядом лежала моя сумка, чуть дальше исписанные листы со схемами.

На спинке стула висело парадное голубое платье, аккуратно развешанное, а на мне было старое платье, единственное, что было на мне перед походом на прием в ратушу.

Голова гудела, будто в ней марширующий оркестр устроил репетицию парада в честь дня Искры.

- Ней-ейт! Скажи ей! - голос за дверью стал громче, настойчивее, и прежде чем я успела хоть как-то прийти в себя, дверь распахнулась.

В комнату буквально ввалилась Люси с растрепанными волосами, в пижаме и с выражением величайшей вселенской несправедливости на лице.

Она уже готова была выдать целую речь, но, увидев меня, застыла посреди комнаты, округлив глаза:

- Ой!

Я подскочила на ноги, стараясь выглядеть бодрой.

- И тебе доброе утро, Люси, -  я выпалила, приглаживая выбившиеся пряди.

Девочка вспыхнула до кончиков ушей.

- Я… я не знала, что ты здесь! Я не хотела… - она запнулась, заметно смущенная, и бросила взгляд на постель: - А где Нейт?

Теперь настал мой черед краснеть.

- Нейт? Он…

- Я здесь, - раздался запыхавшийся знакомый голос из коридора.

В проеме появился мой «жених». В одной руке чемодан, в другой стопка с какими-то бумагами. Пиджак небрежно распахнут, светлые волосы растрепаны. Вид у него был уставший, но при этом - до невозможности уверенный.

- Что у вас тут опять стряслось, пока меня не было? - он окинул комнату быстрым взглядом.

- Ничего! - выпалила Люси. - Просто… я не знала, что твоя невеста уже ночует у нас.

- Это не то, о чем ты подумала, - поспешно сказала я, чувствуя себя совершенно не в своей тарелке.

- Люси,  - спокойно сказал Нейт, ставя чемодан у стены, - не суй свой любопытный нос не в свои дела.

- Это не я! - обиделась Люси, скрестив руки на груди. - Утреннюю газету лучше посмотри! Там много чего про вас пишут!

- Газету? - переспросила я, и сердце неприятно дрогнуло.

Разумеется, пресса отреагировала на столь знаменательное событие города. Тем более, что Трейр, да и мой братец, наверняка подогревали интерес!

Нейт заметил, как я побледнела, и усмехнулся.

- Опять читаешь желтую прессу? Иди собирайся, Люси. Нужно навестить матушку.

- Иду! - буркнула она и выскользнула за дверь, бросив в мою сторону заинтересованный взгляд.

Как только ее шаги стихли, Нейт перевел взгляд на меня.

Он стоял у двери, высокий, чуть растрёпанный, с усталым, но внимательным взглядом. И в этом спокойствии было что-то, от чего сердце сделало кульбит.

- Я привез твои вещи, - он кивнул на чемодан. - Возвращаться в квартиру тебе теперь небезопасно. После вчерашнего… - он запнулся, но по его лицу я поняла: дело не только в Тенекраде.

- Ты вообще спала? – он взъерошил волосы свободной рукой.

- Немного, но прямо на столе, - я потерла глаза.

Нейт прищурился, уголки губ дрогнули.

- Моя кровать настолько неудобна?

- Что? Нет, я просто… увлеклась. Делала защитные артефакты. И продумывала вопросы к нотариусу. - Вздохнула, запихивая выбившуюся прядь за ухо. - А ты спал?

- Видимо, столько же, сколько и ты, - ответил он с легкой усмешкой. - Продуктивная ночь.

- Очень, -  буркнула я, стараясь не смотреть на него слишком долго.

Он подошёл ближе, и воздух между нами словно сгустился, стал теплее.

- А что там с газетой? Ты уже видел? - спросила я, делая шаг в сторону, чтобы скрыть смущение.

- Видел, - Он чуть наклонил голову, и в глазах блеснуло что-то озорное. - Как всегда, много лжи, сплетен и громких заголовков. Зато наша фотография вышла весьма эффектной.

Он протянул мне свежий номер газеты. Желтоватая бумага ещё хранила запах типографской краски.

Первой бросилось в глаза изображение.

На снимке я и Нейт, в зале ратуши. Он держит меня за талию, я смеюсь, а наши взгляды направлены друг на друга. Всё вокруг размыто, расплывалось. Будто нас и правда не существовало никого, кроме нас двоих.

Следом перевела взгляд на заголовок:

«Беременность или расчет? Помолвка столичного сердцееда с бунтаркой Вейрен повергла в шок светское общество!»