Проснувшись в темноте, я поначалу растерялась, ведь многие недели меня будило утреннее солнце. Сперва мне показалось, что еще ночь, но потом я почувствовала жжение в щеке и ломоту в спине и вспомнила, где нахожусь.

Рядом кто-то дышал, тихо и ровно, но я не испугалась – этот звук был хорошо знаком. Ночью Джейми прокрался обратно и уснул рядом со мной.

Может быть, его разбудила перемена моего дыхания, а может, мы просто привыкли просыпаться одновременно, но стоило мне прийти в себя, как он почти сразу встрепенулся.

– Анни?

– Я тут.

Мальчик облегченно вздохнул.

– Темнотища какая.

– Да уж.

– Думаешь, уже пора завтракать?

– Не знаю.

– Я проголодался. Давай сходим посмотрим.

Я не ответила. Джейми верно истолковал мое молчание.

– Анни, тебе не нужно тут прятаться, – серьезно произнес он. – Мы с Джаредом поговорили, и он дал слово, что больше не будет к тебе цепляться.

Я чуть не улыбнулась. «Цепляться».

– Пойдем? – Джейми нащупал мою руку.

– Ты правда этого хочешь? – тихо спросила я.

– Конечно. Все будет как раньше.

Мел? Как лучше поступить?

Не знаю. – Мелани находилась в растерянности, поскольку понимала, что не может судить объективно: ей очень хотелось увидеть Джареда.

Знаешь, это безумие.

Ты тоже хочешь его видеть, а это еще большее безумие.

– Ладно, Джейми, – согласилась я. – Но не расстраивайся, если все будет не как раньше. Если дела пойдут ужасно… в общем, не удивляйся.

– Все будет хорошо, вот увидишь.

Я покорно побрела за ним по темному туннелю. Мы вошли в большую пещеру, и я приготовилась к худшему: неизвестно, как люди поведут себя сегодня. Кто знает, о чем они говорили, пока я спала?

Огород был пуст, хотя на утреннем небе ярко светило солнце. Лучи, отраженные сотнями зеркал, мгновенно меня ослепили.

Джейми не обратил внимания на безлюдную пещеру. Его взгляд был прикован к моему лицу.

– Ох… Как ты? Сильно болит?

Я осторожно дотронулась до щеки: кровавая корка почти подсохла, малейшее прикосновение причиняло боль.

– Терпимо, – прошептала я. От вида пустой пещеры стало не по себе; хотелось говорить тише. – А где все?

Джейми пожал плечами, по-прежнему сокрушенно разглядывая мое лицо.

– Наверное, заняты, – ответил он, не понижая голоса.

Я вспомнила прошлую ночь и нахмурилась: что за тайну он скрывает?

Как думаешь, о чем он умалчивает?

Анни, я знаю не больше твоего.

Ты же человек. Воспользуйся интуицией.

Интуицией? Моя интуиция подсказывает, что мы не так хорошо знаем это место, как предполагали, – заявила Мелани.

Мы обе принялись обдумывать ее зловещие слова.

Из ведущего в кухню коридора слышались обыденные звуки трапезы. Я вздохнула с облегчением: общаться ни с кем не хотелось – если не считать болезненного желания увидеть Джареда, – однако от меня что-то пытались утаить, и безлюдные туннели внушали тревогу.

Кухня была полупуста – необычное явление для утренних часов. Однако я не обратила на это внимания: аромат, доносящийся из печи, лишил способности мыслить.

– О-о-о! – простонал Джейми. – Омлет!

Мальчик устремился вперед, я охотно последовала за ним к столу у печи. На раздаче с половником в руке стояла мамаша Люсина. Обычно еду брали сами, но раньше завтрак состоял только из хлеба.

– Час назад было гораздо вкуснее, – проговорила Люсина, обращаясь к Джейми.

– Сейчас тоже вкусно, – с жаром возразил тот. – Уже позавтракали?

– Почти все. Кажется, один поднос отнесли Доку и остальным… – Люсина осеклась и впервые мельком глянула на меня. На ее лице мелькнуло странное выражение, но тут же сменилось другим – она заметила на моем лице новые отметины.

– Много там осталось? – спросил Джейми. Его воодушевление выглядело слегка наигранным.

Люсина склонилась к печи, вытащила горячий поднос.

– А сколько ты хочешь? Тут полно.

– Представь, что я Кайл, – со смехом ответил он.

– Как раз наберется на порцию для Кайла. – Люсина улыбнулась одними губами, наполнила миску слегка загустевшим омлетом и передала Джейми.

А потом снова посмотрела на меня, и я поняла, что означает ее взгляд.

– Джейми, давай сядем вон там, – сказала я, увлекая его подальше от стойки.

– Разве ты не хочешь есть? – удивился мальчик.

– Нет, я… – Мне хотелось сказать «не голодна», однако желудок возмущенно заурчал.

– Анни? – Джейми глянул на меня, потом на Люсину. Та демонстративно скрестила руки на груди.

– Я хлеба поем, – пробормотала я, стараясь его увести.

– Нет. Люсина, в чем дело? – Джейми выжидающе смотрел на женщину. Та не шевельнулась. – Тогда я сам положу. – Он насупился, плотно сжал губы.

Люсина пожала плечами, оставила половник на каменном столе и удалилась, даже не оглянувшись.

– Джейми, – прошептала я, – эта еда не для меня. Джаред и остальные рисковали жизнью не ради того, чтобы я угощалась омлетом. Хлеба вполне достаточно.

– Анни, не глупи. Теперь ты живешь здесь, как и все мы. Никто же не возмущается, когда ты стираешь их одежду или печешь хлеб. Кроме того, омлет не может долго храниться. Если ты не съешь, его просто выкинут.

Все присутствовавшие сверлили меня взглядами.

– Кое-кого это вполне устроит, – сказала я совсем тихо, чтобы услышал только Джейми.

– Даже не думай. – Мальчик перескочил через стойку, наполнил миску и протянул мне. – Ты должна все съесть, – решительно произнес он.

От одного взгляда на еду рот наполнился слюной. Я отодвинула омлет и скрестила руки на груди. Джейми нахмурился.

– Ладно. – Он тоже отставил свою миску. – Раз ты не ешь, я тоже не буду. – Его желудок ответил громким ворчанием.

Пару долгих минут мы смотрели друг на друга, вдыхая запах омлета и урча животами. Краем глаза Джейми косился на еду. В конце концов я сдалась.

– Будь по-твоему. – Я придвинула к нему его миску и взяла свою. Джейми дождался, когда я отправлю в рот первый кусок. М-м, наслаждение! Остывший резиновый омлет – не самое изысканное лакомство, но на тот момент он показался мне пищей богов.

Джейми с жадностью набросился на омлет. Пришлось следить, как бы он не подавился. Сама я жевала медленнее, надеясь убедить его доесть мою порцию, когда он покончит со своей.

Наконец, слегка утолив голод, я заметила, что происходит на кухне. По идее, после долгих месяцев на скудном пайке омлет должен поднять всем настроение. Однако вокруг царило уныние, люди переговаривались шепотом. Неужели из-за вчерашнего скандала?

Я поймала на себе несколько взглядов, но остальные не обращали на меня внимания. На лицах не было ни гнева, ни вины или напряжения – только печаль и отчаяние. В дальнем углу сидела Шэрон, с бесстрастным видом поглощавшая завтрак. По ее щекам катились слезы, падали прямо в миску, но она этого даже не замечала.

– Что-то случилось с Доком? – в страхе спросила я у Джейми. Вдруг у меня просто паранойя и я тут ни при чем? Похоже, люди печальны из-за драмы, к которой я не имею отношения. Может, поэтому все и были так заняты? Произошел несчастный случай?

Джейми взглянул на Шэрон и со вздохом ответил:

– Нет, у Дока все хорошо.

– Тетя Мэгги? Она ранена?

Мальчик покачал головой.

– А где Уолтер? – шепотом спросила я. Меня терзала тревога при мысли, что с кем-то из моих соседей приключилось несчастье.

– Не знаю, но кажется, с ним все в порядке.

Только сейчас я поняла, что Джейми так же печален, как и остальные.

– Что случилось? Чем ты расстроен?

Мальчик уткнулся в миску и ничего не ответил. Я попыталась отдать ему остатки своей порции, но он так свирепо глянул на меня, что я без возражений доела все до последней крошки.

Мы отнесли миски в большую пластиковую корзину с грязной посудой. Она была заполнена, поэтому я сняла ее со стола. Не знаю, что сегодня творится в пещерах, так что лучше займусь мытьем посуды.

Джейми пошел со мной. Он держался настороже, и мне это не понравилось. В случае чего я не позволю ему стать моим защитником. Впрочем, когда мы обогнули большое поле, нам повстречался мой привычный телохранитель.

Иэн с ног до головы был покрыт светло-коричневой грязью, потемневшей от пота. Бурые потеки на лице не скрывали усталости. Он выглядел столь же подавленным, как и остальные. Цвет грязи отличался от красноватой пещерной пыли. Значит, Иэн выходил наружу.

– Вот вы где. – Он торопливо подошел к нам, подхватил меня под локоть и повел за собой. – Давай-ка спрячемся здесь на минутку.

Иэн потащил меня в узкий туннель, ведущий к восточному полю, где почти дозрела кукуруза. Мы не стали заходить далеко, просто укрылись в темноте, чтобы нас не увидели с главной площади. Рука Джейми мягко легла мне на плечо.

Через полминуты в большой пещере раздались голоса, приглушенные и печальные. Собеседники прошли мимо расщелины, в которой мы спрятались: это были Джаред и Кайл. Мелани воспряла, а мой контроль несколько ослаб из-за тревоги. Нам обеим отчаянно хотелось увидеть лицо Джареда. К счастью, Иэн нас удержал.

– …ничего не выйдет. Сколько он ни пытался, все зря, – говорил Джаред.

– Он думал, в этот раз получится. Сам понимаешь, если добьется успеха, результат все окупит, – возразил Кайл.

– «Если», – фыркнул Джаред. – Хорошо, что мы нашли бренди. Такими темпами Док к вечеру прикончит весь ящик.

– Он скоро вырубится. – Голос Кайла постепенно стихал. – Вот если бы Шэрон… – Больше я ничего не разобрала.

Иэн выждал еще несколько минут и наконец выпустил мою руку.

– Джаред обещал, – пробурчал Джейми.

– А Кайл – нет, – ответил Иэн.

Они вышли из укрытия. Я медленно последовала за ними, не понимая, что происходит.

Наконец Иэн заметил мою ношу.

– Потом помоешь, – сказал он мне. – Пусть они искупаются и вернутся к своим делам.

Я хотела спросить, где он так перепачкался, но Иэн, как и Джейми, скорее всего, уйдет от ответа. Я задумчиво вгляделась в туннель, ведущий к реке.

Иэн издал возмущенный возглас. Я испуганно посмотрела на него, однако сразу поняла, в чем дело. Он потянулся к моему подбородку. Я отшатнулась.

– Мне больно на тебя смотреть. – Судя по голосу, Иэну и правда нехорошо. – Если бы я отправился с ними на вылазку, а не остался, то мог бы оказаться в числе твоих обидчиков…

Я покачала головой:

– Пустяки.

– Вовсе не пустяки! – проговорил Иэн и обратился к Джейми: – Тебе пора на занятия. Чем быстрее мы вернемся к обычной жизни, тем лучше.

– Шэрон сегодня будет злая как черт, – простонал Джейми.

Иэн ухмыльнулся:

– Прими удар на себя, парень. Я тебе не завидую.

Мальчик вздохнул и пнул землю:

– Присмотри за Анни.

– Хорошо.

Джейми побрел прочь, поминутно оглядываясь, и вскоре скрылся в туннеле.

– Давай-ка сюда. – Иэн взялся за корзину с посудой.

– Мне не тяжело.

– Не идти же с пустыми руками, пока ты тащишь такую тяжесть. – Он ухмыльнулся. – Побуду галантным кавалером. Пойдем посидим где-нибудь в укромном уголке, пока горизонт не очистится.

Встревоженная словами Иэна, я последовала за ним. Галантный кавалер? У меня?

Иэн направился прямиком к кукурузному полю и углубился в него, ступая по проходу между стеблями. Я брела следом. Наконец он остановился, поставил корзину с посудой и растянулся на земле.

– Да уж, уголок укромный. – Я уселась рядом. – А как же работа?

– Ты слишком много работаешь, Анни. И единственная не берешь выходные.

– Надо же мне чем-то заниматься, – промямлила я.

– Сегодня у всех выходной, отдохни и ты.

Я удивленно на него взглянула. Свет, отражающийся от зеркал, отбрасывал двойные тени, похожие на полоски зебры. Под слоем грязи бледное лицо Иэна выглядело усталым.

– Судя по твоему виду, ты работал.

Его глаза посерьезнели.

– А сейчас отдыхаю.

– Джейми не говорит, что происходит.

– И я не скажу. – Иэн вздохнул. – Ни к чему тебе знать.

Я уставилась на красно-коричневую почву. Неприятно засосало под ложечкой. Нет ничего хуже неведения. Хотя, наверное, мне просто не хватает воображения.

– Нечестно задавать вопросы, когда я не ответил на твой, – после недолгого молчания произнес Иэн, – но можно все-таки спрошу?

Я обрадовалась возможности отвлечься.

– Конечно.

Иэн продолжил не сразу. Я взглянула на него, пытаясь найти причину его сомнений. Он разглядывал свои перепачканные руки.

– Знаю, ты не умеешь лгать, – тихо проговорил он. – И поверю любому твоему ответу. – Я ждала. Он не сводил глаз со своих ладоней. – Сперва я не принял слова Джеба всерьез, но они с Доком убеждены… Анни? – Он поднял глаза. – Она еще там, с тобой? Та девушка, в чьем теле ты находишься?

Это уже не совсем тайна – Джеб и Джейми знают правду. В любом случае Иэну я доверяла: он не откроет ее тем, кто желает мне смерти.

– Да. Мелани еще здесь.

Он медленно кивнул:

– Каково вам – тебе и ей?

– Трудно… для нас обеих. Поначалу я отдала бы все на свете, только бы она исчезла. А теперь… привыкла. – Я криво улыбнулась. – Всегда есть с кем поговорить. Мелани приходится гораздо тяжелее: она заперта у меня в голове, как в тюрьме. Но лучше находиться в плену, чем исчезнуть насовсем.

– Я и не знал, что существует выбор.

– Сперва его не было, а потом люди догадались, что происходит, и начали сопротивляться. Наверное, дело в знании: те, кто понимал, что их ждет, боролись, в отличие от тех, кого застали врасплох.

– Значит, если меня схватят?.. – Глаза Иэна свирепо сверкнули.

– Вряд ли ты исчезнешь. Правда, сейчас многое изменилось. Взрослых больше не используют в качестве носителей. От них слишком много проблем. – Я грустно усмехнулась. – Как у меня – я размякла, начала сочувствовать хозяйке тела, сбилась с пути…

Иэн погрузился в размышления, задумчиво глядя то на меня, то на кукурузные стебли, то в пространство.

– И как со мной поступят, если поймают? – наконец спросил он.

– Думаю, все равно проведут внедрение, чтобы получить информацию. Вероятно, в тебя подсадят Искателя. – Иэна передернуло. – Но как носителя использовать не станут. Независимо от того, получат они нужные сведения или нет, тебя… утилизируют.

Слова давались мне с трудом, к горлу подкатила тошнота. Странно – обычно меня воротило от явлений из мира людей, однако раньше я не пыталась взглянуть на вещи глазами носителя: не было необходимости. Если тело функционирует неправильно, от него быстро и безболезненно избавлялись, как от неисправного автомобиля. Какой смысл его хранить? Тело признавалось непригодным не только из-за физических недостатков, но также из-за особенностей психики: пагубные привычки, склонность к насилию, нездоровые желания – такие неизлечимые состояния делают носителя опасным для окружающих. И, естественно, если разум слишком силен, – аномалия, свойственная только этой планете.

Теперь, глядя в глаза Иэна, я отчетливо поняла: нельзя относиться к непокорности духа как к недостатку. Такой подход отвратителен.

– А если схватят тебя? – спросил он.

– Если поймут, кто я… если меня до сих пор ищут… – Я вспомнила об Искательнице и содрогнулась. – Меня извлекут и переместят в нового носителя, молодого и податливого. Будут надеяться, что я вновь стану собой. Возможно, отправят на другую планету, подальше от дурного влияния.

– А ты сможешь вновь стать собой?

Я взглянула Иэну в глаза.

– Я – это я. Я не растворилась в Мелани. Даже в теле Медведя или Цветка я буду чувствовать себя точно так же.

– А тебя не… утилизируют?

– С Душами так не поступают. У нас нет смертной казни, да и других наказаний. Ради моего спасения сделают все возможное. Я всегда думала, что так и надо, а теперь, глядя на себя, сомневаюсь. Наверное, было бы правильно меня утилизировать. Я ведь предательница.

Иэн поджал губы.

– Скорее беженка. Ты же не предала своих, просто покинула их общество.

Мы снова замолчали. Мне очень хотелось ему верить. Я обдумала его слова, пытаясь убедить себя, что все-таки беженка, а не предательница.

Иэн шумно вздохнул. Я вздрогнула.

– Когда Док протрезвеет, покажем ему твою щеку. – Он взял меня за подбородок – на сей раз я не отшатнулась, – повернул мое лицо вбок, осматривая рану.

– Ничего страшного. Выглядит хуже, чем на самом деле.

– Надеюсь… вид, конечно, ужасный. – Иэн вздохнул, потянулся. – Думаю, хватит прятаться. Кайл, наверное, уже помылся и дрыхнет. Помочь тебе с посудой?

Иэн настоял, чтобы мы отправились не к ручью, а в темную купальню, где меня никто не заметит. На пологом берегу черного водоема я драила миски, а мой нежданный друг и защитник счистил с себя грязь, оставшуюся после его таинственных утренних занятий, а потом помог домыть оставшуюся посуду.

Когда мы закончили, Иэн сопроводил меня на кухню, где уже начинался обед. В меню появились новые продукты: ломтики мягкого белого хлеба, пластинки сыра чеддер, кружки ярко-розовой колбасы. Люди уплетали деликатесы, однако в понурых плечах и угрюмых лицах по-прежнему сквозила печаль.

Джейми ждал меня на нашем обычном месте. Перед ним стояли две горки бутербродов, но он не притрагивался к еде, будто ждал меня. Иэн удивленно глянул на мальчика, однако ничего не сказал.

Вот упрямец! Я усмехнулась и откусила кусок бутерброда. Джейми тут же впился зубами в свой. Иэн вернулся со своей порцией, и мы молча принялись за трапезу. Еда была такой вкусной, что отвлекаться на разговоры совсем не хотелось.

Я осилила два бутерброда, а Иэн и Джейми съели столько, что потом стонали от боли. Иэн выглядел так, будто вот-вот упадет в обморок: ему с трудом удавалось держать глаза открытыми.

– Возвращайся в класс, парень, – обратился он к Джейми.

Мальчик оценивающе взглянул на него.

– Может, я лучше подежурю…

– Иди на урок, – поспешно проговорила я. Сегодня ему лучше находиться на безопасном расстоянии.

– Увидимся позже, ладно? Не беспокойся… ни о чем.

– Идет. – Краткий ответ легче скроет ложь. А может, во мне снова проснулся сарказм.

Едва Джейми ушел, я повернулась к разомлевшему Иэну.

– Иди отдохни. Со мной все будет в порядке – посижу в каком-нибудь неприметном месте. На кукурузном поле, например.

– Где ты вчера спала? – Он бросил на меня неожиданно проницательный взгляд из-под полуприкрытых век.

– А что?

– Я могу там поспать, рядом с тобой.

Мы разговаривали очень тихо. Никто не обращал на нас внимания.

– Ты не можешь постоянно за мной присматривать.

– Спорим?

Я обреченно пожала плечами:

– Я вернулась обратно… в нору. Где меня держали в самом начале.

Иэн нахмурился; ему это не понравилось. Однако он встал и направился в сторону кладовой. На главной площади было людно; люди работали в огороде, угрюмо глядя в землю.

В темном туннеле я снова попыталась воззвать к здравому смыслу:

– Иэн, к чему все это? Чем дольше я остаюсь в живых, тем больнее будет Джейми, когда меня убьют. Разве не лучше для него, если…

– Анни, ты ошибаешься. Мы же не звери. Далеко не все желают твоей смерти.

– Тебя я зверем не считаю, – тихо проговорила я.

– Спасибо. Если бы и считала, я бы тебя не винил.

На этом наш разговор прервался: за поворотом показался тусклый голубоватый свет.

– Ш-ш-ш, – выдохнул Иэн. – Подожди здесь.

Он оставил меня на месте, а сам решительно двинулся вперед и скрылся за углом.

– Джаред? – с притворным удивлением воскликнул он.

Сердце сжалось – скорее от боли, чем от страха.

– Я знаю, эта тварь с тобой, – ответил Джаред. Он говорил громко, чтобы услышали все, кто находится в коридоре, до главной площади. – Выходи, не прячься, – жестко, насмешливо проговорил он.