– Кто такая Ищейка в черном? Почему она продолжает поиски? – Оглушительный крик Джареда эхом отразился от стен.

Я закрыла голову руками, ожидая удара.

– Э… Джаред, – тихо проговорил Иэн. – Может, я попробую?

– Отвали!

Послышался скрежет; Иэн попытался протиснуться ко мне в камеру.

– Разве не видишь? Она от страха говорить не может. Оставь ее в покое на секун…

Что-то царапнуло по полу, раздался глухой стук. Я выглянула сквозь пальцы: Иэн исчез, Джаред стоял ко мне спиной.

Иэн сплюнул, выругался.

– Второй раз уже, – прорычал он. Похоже, удар предназначался мне, а достался ему.

– Сейчас получишь и в третий. – Джаред поднял лампу. После долгой тьмы в норе стало светло как днем. Он пристально вгляделся в мое лицо и четко, раздельно произнес: – Кто. Эта. Ищейка.

Я опустила руки, посмотрела в его безжалостные глаза. Нехорошо получается: из-за моего молчания пострадал другой, пусть даже тот, кто пытался меня убить. Какая-то неправильная пытка.

Джаред несколько смягчился.

– Бить я тебя не хочу, – тихо произнес он, – но мне нужен ответ.

Почему не сказать ему? Вопрос не касается тайны, которую я обязана оберегать как зеницу ока.

– Говори. – В жестком взгляде сквозили отчаяние и тоска.

Струсила ли я? Хотелось бы верить, что страх боли взял верх, однако истинная причина, по которой я заговорила, оказалась куда более жалкой.

Мне хотелось сделать приятное человеку, который ненавидит меня всем сердцем.

– Искательница, – хрипло проскрежетала я. После долгого молчания голос плохо повиновался.

– Это и так ясно, – нетерпеливо перебил Джаред.

–Не просто Искательница. Моя Искательница.

– Что значит «твоя»?

– Она прикреплена ко мне, следует за мной. Это из-за нее… – У меня чуть не вырвалось слово, означающее нашу смерть. Я чуть не сказала «мы» – чистую правду, которую он сочтет грязной ложью. Решит, будто я пытаюсь играть на его чувствах. Не поверит, что его сокровенное желание осуществилось. Увидит перед собой опасную лгунью, глядящую на него глазами возлюбленной.

– Из-за нее?..

– Из-за нее я сбежала, – выдохнула я. – Из-за нее пришла сюда.

Не совсем правда, но и не совсем ложь.

Джаред изумленно смотрел на меня, осмысливая услышанное. Иэн снова заглянул в нору; ярко-синие глаза широко распахнуты, на бледных губах алеет кровь.

– Сбежала от Ищейки? Ты же одна из них! – Джаред мучительно пытался взять себя в руки, чтобы продолжить допрос. – Почему она тебя преследует? Что ей нужно?

Я сглотнула; звук получился неестественно громким.

– Она ищет тебя. И Джейми.

Его лицо ожесточилось.

– И ты пыталась привести ее сюда?

Я помотала головой.

– Нет… Я не хотела… – Как же объяснить? Он никогда не примет правду.

– Чего не хотела?

– Докладывать ей. Я ее недолюбливаю.

Джаред растерянно моргнул.

– Разве вам не полагается любить друг друга?

– Полагается, – признала я, краснея от стыда.

– Кому ты рассказала об этом месте? – спросил Иэн через плечо Джареда. Тот нахмурился, не отрывая взгляда от моего лица.

– Никому… я увидела линии. В альбоме. Начертила их и показала рисунок Искательнице. Мы не знали, что они означают. Она по-прежнему думает, что это карта. – Меня будто прорвало. Я старалась произносить слова помедленнее, боясь проговориться.

– Как это ты не знала, что они означают? Ты же здесь. – Джаред занес руку для удара, но сдержался.

– У меня… были трудности… с памятью… ее памятью. Я не понимала… не могла добраться до воспоминаний… там стояла глухая стена… Поэтому ко мне прикрепили Искательницу. Она ждала, когда я разблокирую остальное. – Зачем, зачем я это сказала?

Иэн и Джаред переглянулись. Они никогда не слышали ничего подобного. У них не было оснований мне доверять, но отчаянно хотелось верить, что я говорю правду. Очень хотелось. И это их пугало.

– Значит, тебе удалось получить доступ к моей хижине? – резко спросил Джаред.

– Ненадолго.

– И ты рассказала Искательнице?

– Нет.

– Почему?

– Потому что… когда я смогла вспомнить… мне уже не хотелось ей рассказывать.

Иэн вытаращил глаза еще сильнее.

Голос Джареда изменился, стал вкрадчивым, почти нежным. Лучше бы он кричал.

– А почему тебе не хотелось рассказывать?

Я стиснула зубы. Это не самый главный секрет, который нужно хранить во что бы то ни стало, но отвечать я не стану даже под пытками. Моя решимость молчать вызвана не столько инстинктом самосохранения, сколько жалкой, глупой гордостью. Я не буду признаваться в любви мужчине, который меня презирает.

Джаред посмотрел мне в глаза, увидел, что ответа придется добиваться силой, и отступился. Наверное, решил вернуться к этой теме позже, приберечь до конца допроса (если я к тому времени буду в состоянии говорить).

– Почему ты не смогла добраться до некоторых воспоминаний? Это… нормально?

Опасно, очень опасно. Впервые в жизни я решилась на ложь.

– Она упала с большой высоты. Тело было повреждено.

Лгать я не умею. Оба сразу расслышали фальшь: Джаред склонил голову набок, Иэн вздернул черную бровь.

– Почему же эта Ищейка не прекратила поиски? – подал голос Иэн.

На меня вдруг навалилась усталость. Они будут допрашивать меня всю ночь. Рано или поздно я совершу ошибку. Я прислонилась к стене и закрыла глаза.

– Не знаю. Она не такая, как другие Души. Она… неприятная.

Иэн удивленно хохотнул.

– А ты… такая, как другие Души? – спросил Джаред.

Я открыла глаза, утомленно взглянула на него. Что за глупый вопрос? Я зажмурилась, спрятала лицо в колени, закрыла голову руками.

То ли Джаред понял, что больше ничего не добьется, то ли сам устал от неудобной позы. Он подхватил лампу, вылез из камеры и со стоном потянулся.

– Неожиданно, – прошептал Иэн.

– Явно врет, – отозвался Джаред. Я едва разбирала слова. Наверное, они не знали, что до меня доносится их разговор. – Не понимаю, чего она хочет. В чем пытается нас убедить?

– Вряд ли она лгала. Разве только один раз. Заметил?

– Думаю, это часть игры.

– Джаред, ты когда-нибудь видел, чтобы паразиты врали? Конечно, если не считать Ищеек.

– Она и есть Ищейка.

– Серьезно?

– Кто же еще?

– Она… это создание совершенно не похоже на Ищейку. Если бы Ищейка знала, где нас искать, то привела бы целое войско.

– Ничего бы они не нашли. А ей удалось пробраться внутрь.

– По пути она чуть не погибла.

– И все-таки дышит.

Они надолго замолчали. Хотелось вытянуться и лечь, но я боялась шуметь. Скорей бы Иэн ушел, я бы поспала. Вместе с остатками адреналина меня покинули последние силы.

– Надо рассказать Джебу, – наконец прошептал Иэн.

– Ага, отличная идея, – саркастически отозвался Джаред.

– Помнишь первую ночь, когда она встала между тобой и Кайлом? Странно это.

– Тварь просто пыталась выжить, сбежать…

– Предоставив Кайлу возможность ее прикончить? Так себе план.

– Сработало же.

– Сработало ружье Джеба. Откуда она знала, что он придет?

– Ты слишком много о ней думаешь. Ей только того и надо.

– Сомневаюсь. Не знаю почему… мне кажется, она хочет, чтобы ее просто оставили в покое. – Иэн встал. – Знаешь, что самое непонятное?

– Что?

– Когда я увидел, как она от нас шарахается, мне стало совестно. Ужасно совестно. Да еще эти синяки на шее.

– Нечего за нее переживать. – Джареда будто бы задели слова Иэна. – Не забывай, она не человек.

– Раз не человек, думаешь, ей не больно? Девушку же избили! А кто? Мы с тобой!

– Уймись, – прошипел Джаред.

– Ну ладно, еще увидимся.

Иэн ушел, а Джаред долго не мог успокоиться: все бродил туда-сюда, потом уселся на матрас и что-то неразборчиво забормотал себе под нос. Я устала ждать, когда он уснет, и с трудом растянулась на вогнутом полу. Услышав шум, Джаред вздрогнул.

– Совестно ему, – язвительно произнес он. – Повелся у нее на поводу. И Джеб с Джейми туда же. Так не может продолжаться. Глупо оставлять ее в живых.

По коже пробежали мурашки. Если впадать в панику всякий раз, как ему придет в голову меня прикончить, я и секунды не смогу провести в покое. Я перевернулась на живот, чтобы немного размять спину. Джаред снова дернулся и погрузился в раздумья. В конце концов я уснула.

Когда я проснулась, Джаред по-прежнему сидел, подперев голову кулаком.

Я проспала не больше двух часов, однако тело так затекло, что было уже не до сна. К тому же меня тревожил визит Иэна. Боюсь, из-за его странной реакции Джаред решит усилить мою изоляцию. Совестно ему, видите ли. Мог бы и промолчать. Раз такой совестливый, зачем пытался задушить совершенно незнакомого человека? Мелани тоже злилась на Иэна и волновалась, понимая последствия его несвоевременных душевных терзаний.

Вскоре послышался шум, прервавший наши переживания.

– Это я, – раздался голос Джеба. – Полегче, парень.

Джаред взвел курок.

– Ну, давай, пристрели меня. Дерзай. – С каждым словом голос старика становился все ближе.

Джаред вздохнул и опустил ружье.

– Пожалуйста, уходи.

– Надо поговорить. – Джеб уселся напротив входа. – Эй, привет! – обратился он ко мне.

– Знаешь ведь, я этого терпеть не могу, – проворчал Джаред.

– Угу.

– Иэн рассказал про Ищеек.

– Знаю. Только что с ним говорил.

– Прекрасно. И чего ты хочешь?

– Дело не в том, чего я хочу, а в том, что нужно всем. У нас заканчиваются припасы. Требуется полноценная вылазка.

– Ясно, – пробормотал Джаред. Похоже, он ожидал услышать нечто другое. – Отправь Кайла.

– Ладно, – легко согласился Джеб.

Джаред вздохнул. Он явно предлагал не всерьез, а когда его подловили на слове, сразу сдулся.

– Нет, только не Кайл.

Джеб хмыкнул:

– Да уж, он заставил нас поволноваться, когда в прошлый раз свалил один. Иногда вообще не думает. Может, Иэн?

– Этот, наоборот, думает слишком много.

– Брандт?

– Для долгих рейдов не годится. Через пару недель начнет паниковать, наделает ошибок.

– Тогда предложи свой вариант.

Шли секунды. Джаред повздыхал, но так ничего и не сказал.

– Может, отправить Иэна и Кайла вдвоем? – спросил Джеб. – Они друг друга уравновесят.

Джаред застонал:

– Как в прошлый раз? Ладно, понял. Кроме меня ехать некому.

– Ты лучший, – подтвердил Джеб. – С твоим появлением наша жизнь изменилась.

Мы с Мелани удовлетворенно кивнули.

Джаред – волшебник. Мы с Джейми чувствовали себя в полной безопасности. С ним нас ни разу не застукали. Если бы в Чикаго отправился он, а не я, у него бы все получилось.

Джаред дернул плечом в мою сторону.

– А как же?..

– Я буду за ней присматривать по мере возможности. Кстати, возьми-ка с собой Кайла. Так будет проще.

– Кайл уедет, ты присмотришь по мере возможности… но этого недостаточно. Тварь… долго не протянет.

Старик пожал плечами:

– Я сделаю все, что в моих силах. Больше ничего не обещаю.

Джаред медленно покачал головой.

– Сколько ты собираешься здесь сидеть? – спросил Джеб.

– Не знаю, – прошептал Джаред.

Последовало долгое молчание. Джеб принялся насвистывать. Наконец Джаред шумно выдохнул:

– Я уеду сегодня ночью. – В его голосе звучало смирение и в то же время облегчение. Вернувшись к прежним обязанностям, которые исполнял до моего появления, он будто снял с плеч тяжкую ношу и возложил другую, более приятную.

Джаред отказался от попыток сохранить мне жизнь, позволив природе – точнее, правосудию толпы – сделать свое дело. Меня убьют, но он не станет горевать и не будет никого винить. Все это я услышала в четырех словах.

Есть человеческое выражение, обозначающее сильное горе: «разбитое сердце». Мелани и сама когда-то его употребляла. Я считала его художественным преувеличением, не относящимся к реальности, как «золотые руки», а потому не ожидала резкого укола в груди. Тошнота, затрудненное дыхание, наворачивающиеся слезы – да, возможно. Но мучительная боль, раздирающая грудную клетку?..

Внутри что-то сжималось, рвалось, тянулось в разные стороны. Сердце Мелани тоже разбилось, и это было отдельное ощущение, будто мы вырастили второй орган, дабы компенсировать раздвоенность сознания. Два разума, два сердца. Двойная боль.

Он уходит,– прорыдала Мелани.– Мы больше никогда его не увидим. Ее не смущало, что мы погибнем. Мне хотелось заплакать вместе с ней, но кому-то же нужно сохранять ясность рассудка. Я закусила губу, сдерживая стон.

– Возможно, так будет лучше, – сказал Джеб.

– Нужно подготовиться к отъезду. – Мыслями Джаред был уже далеко, вдали от тесного подземелья.

– Я тебя здесь подменю. Желаю удачи.

– Увидимся, если повезет.

– Угу.

Джаред передал ружье Джебу, рассеянно отряхнулся и ушел знакомым быстрым шагом, не бросив на меня ни единого взгляда, потеряв всякий интерес к моей судьбе.

Наконец его шаги затихли. Забыв о существовании Джеба, я закрыла лицо руками и разрыдалась.