Берег Владычицы Леса был очень похож на тот, что я видела в разуме Кошмара: бездушное бесконечное пространство. Только этот пляж был бледным. Небо, катившиеся волны, мелкий песок – все было тусклым, мертвенно-серым.

Рэйвин сидел на песке, сжимая Джеспир в объятиях. Он не мог достучаться до нее ни своей Картой Кошмара, ни голосом. Как бы он ни тряс ее, как бы ни звал по имени – она не пробуждалась.

Я не знаю, сколько мы просидели на том берегу, ожидая, когда явится Владычица Леса. Кошмар грыз ноготь, краем глаза наблюдая за братом и сестрой Ю.

– Сколько нам ждать? – голос Рэйвина, разбивший окутавшую нас тишину, был хриплым.

– Время Владычицы течет иначе.

На усталом лице Рэйвина алели десятки порезов от ветвей и шипов. Когда он прижал мозолистый палец к шее сестры, с его губ сорвался болезненный звук.

– Ее пульс слабеет. Лихорадка убивает ее.

«Сделай что-нибудь, – взмолилась я, заточенная в темноте. – Не дай ему потерять надежду».

– Твой род пропитан магией, – ответил Кошмар резче, чем следовало. – Она выживет.

Рэйвин зажмурился и промолчал. Кошмар раздраженно вздохнул:

– Ты проделал весь этот путь не для того, чтобы поддаться отчаянию.

Рэйвин не ответил. Но другой голос ответил вместо него.

Он донесся со стороны моря – глубокий и неизмеримый. Он наполнил мою темную обитель, отозвался и близко, и далеко.

– Король Бландера, – провозгласил он, – явился, чтобы поторговаться вновь.

Вода расступилась, и из нее на берег ступило существо с когтями, заостренными ушами и серебряными глазами. И какая-то неуловимая частица меня, живущая в глубине чернильной тьмы, что текла по моим венам, поняла, кто стоит перед нами.

Владычица Леса.

– Добро пожаловать обратно, Король-пастух. Добро пожаловать, Рэйвин и Джеспир Ю. – Ее неземные глаза взглянули в мое окно. Она улыбнулась. – Добро пожаловать, Элспет Спиндл.