ГРЭМ

ОПЕРАЦИЯ КРАСНЫЙ ЗАЙЧИК — эти слова выделялись крупно и внушительно, когда я смотрел на схемы, созданные Кэлом, разбросанные по походному столу. Обычно я никогда не обращал внимания на названия операций, но когда Кэл спросил о предложениях, я автоматически произнес «Красный зайчик», и оно прижилось. Это название было значимым по многим причинам. Я в тысячный раз изучил карту, прежде чем мои мысли, как это теперь постоянно случалось, вернулись к Кэйлин.

Последние шесть месяцев были тяжелыми. Мои воспоминания о спасательном полете были в лучшем случае туманными, но Кэл заполнил пробелы. Он отвез меня в засекреченный госпиталь для спецопераций из-за моего щекотливого правового статуса, за что я был ему благодарен, потому что меньше всего мне хотелось снова очнуться в наручниках. Там врачи боролись за мою жизнь. Я получил серьезные внутренние повреждения, и потеря крови была ошеломляющей. Чтобы стабилизировать мое состояние, меня ввели в кому, и на четыре месяца я выпал из реальности.

Кэл убедился, что Кэйлин благополучно добралась до цивилизации, а затем вернулся и не отходил от меня, пока я не очнулся. Сказать, что он вернул мне должок, было бы преуменьшением — я чувствовал, что снова у него в долгу, но он отказывался смотреть на это так. Когда я очнулся, он посмотрел мне в глаза и сказал, что нам нужно кое-что спланировать.

Судя по всему, он навел справки о Купере и «Логове», пока я был в отключке, и ему не понравилось то, что он узнал. Он всегда был бóльшим борцом за справедливость, чем любой из нас, так что если я был готов уничтожить «Логово» ради Кэйлин, он был готов отомстить за всё человечество.

Следующие несколько месяцев состояли из болезненной и интенсивной реабилитации, чтобы встать на ноги и вернуть боевую форму. Я выкладывался по полной. Наверное, даже больше, чем следовало, но я ненавидел то, насколько слабым стало мое тело после четырех месяцев неподвижности. Даже сейчас плечо всё еще побаливало, и у меня осталась легкая хромота, которая никак не проходила, но в целом я чувствовал себя лучше.

«Красный зайчик» начинался как операция только для команды Кэла, но постепенно перерос в полномасштабную операцию с участием более пятидесяти сотрудников ЧВК. Всех предупредили, что это неофициально, но как только они узнали, в чем дело, им было всё равно. Кэл руководил операцией, и он был безжалостен в организации и планировании. Ни одна деталь не была упущена, а когда он не координировал детали операции, он изводил меня предложениями работать с ним, когда всё закончится.

Это было заманчиво. Возвращение к этим парням и планирование операций казалось мне естественным, но я не был уверен в своих юридических обязательствах, когда снова появлюсь на радарах, поэтому продолжал отмахиваться от него.

— Последняя команда прибывает через десять минут, — Кэл вошел в палатку. Наконец-то. С каждым днем я становился всё более нетерпеливым, а потом вчера Кэл сказал, что мы откладываем операцию еще на день, чтобы добавить команду в последнюю минуту. Если бы не тот факт, что в эту команду входил один из лучших специалистов по взрывчатке в индустрии, я бы возмущался громче.

Гэбриэл Гриффин, известный как «Детвинг» (Крыло Смерти), был своего рода знаменитостью в преступном мире спецопераций. Он старался не светиться, но каждый в нашем мире знал, кто он такой, и его имя вызывало здоровую долю уважения и страха.

Он не шел на компромиссы. Он не знал пощады.

О нем шептались, называя ангелом смерти.

Последние несколько лет я слышал его имя только в связи с ликвидацией сетей секс-торговли, поэтому не был сильно удивлен, узнав, что он к нам присоединится. Я был удивлен тем, что им вообще удалось с ним связаться, потому что даже Кэл не знал, как на него выйти, и обычно Детвинг сам приходил к вам, а не наоборот.

— Где, черт возьми, Найт? — спросил Кэл. Он был связующим звеном с этой командой.

— В последний раз видел его в палатке с оружием, — ответил я.

— Типично, — пробормотал Кэл. — Если этот гребаный Пиро сожжет хоть одно дерево, я его повешу.

Трента Найта метко прозвали «Пиро» за его склонность к игре с огнем, и я не винил Кэла — мы не могли рисковать пустить дымовой сигнал и выдать Куперу нашу позицию. Мы специально разбили базу по другую сторону хребта, чтобы избежать обнаружения. Кэл повернулся к выходу из палатки, и мы оба услышали слабый звук лопастей, рассекающих воздух.

Команда из шести человек, одетых в полностью черную тактическую экипировку, с новейшим оружием и техникой, спустилась по тросам с вертолета, прежде чем тот скрылся. Лидером был мужчина постарше, с седыми волосами и аккуратной короткой бородой в тон, а за его плечом стоял Детвинг.

Найт подошел к нему, когда тот приблизился.

— Норт, рад тебя видеть, мужик. Детвинг... — Они пожали друг другу руки, а затем Найт повернулся к нам с Кэлом. Норт поправил свои «авиаторы» и окинул нас холодным, оценивающим взглядом.

— Это Кэл — командир операции, и Вульф, — представил нас Найт. Норт с уважительным кивком пожал Кэлу руку и повернулся ко мне, сделав то же самое.

— Норт, — сказал он, обращаясь к нам обоим. — Моя команда в вашем распоряжении.

— Рады, что вы с нами — давайте проведем брифинг, чтобы можно было начинать, — сказал Кэл. Норт обернулся и махнул рукой своей команде, которая разошлась готовить снаряжение, затем он и Детвинг последовали за нами в палатку связи. Мы собрались вокруг стола со схемами «Логова», и Кэл изложил общий план.

— Мы войдем с трех точек, — сказал он, указывая на входы на карте. — Моя команда займется эвакуацией гражданских через этот южный вход, отводя их к группе в этой зоне сбора. Вульф, Норт — вы поведете две команды для зачистки противника. Состав — бывшие военные и бывшие полицейские. Численность от 150 до 200 вооруженных человек. Тяжелый арсенал оружия, охранники вооружены штурмовыми винтовками и 9-мм пистолетами. Детвинг заминирует это место, чтобы оно обрушилось, взорвалось — в общем, любой хаос, который вы захотите устроить, на ваше усмотрение. Мне нужны ваши планы через... — Детвинг достал из жилета рулон бумаги и развернул его на столе.

— Я заминирую его так, чтобы оно схлопнулось внутрь, установив взрывчатку здесь, здесь... — он указал на несколько дополнительных точек на карте. — Первая фаза — пустить горючий газ через вентиляционную систему, чтобы ослабить подземные конструкции. На заполнение пространства уйдет около пятнадцати минут. Когда я получу сигнал, что все вышли, я подожгу его... — Я увидел, как глаза Найта загорелись энтузиазмом при упоминании об этом. Я знал, что он будет стоять прямо за плечом у Детвинга. — Это быстрая вспышка, две минуты — затем я подорву заряды, и всё, что должно остаться — это кратер. Радиус зоны поражения — около восьмиста метров с востока на запад, почти километр с севера на юг. Возможно, вам стоит расширить зону сбора на километр. Мне понадобится полдня, чтобы заложить заряды, и доступ к вашим компьютерным технологиям для управления вентиляцией. — Он замолчал и выпрямился.

— Сделано, — раздался голос позади нас. — Дайте знать, когда будете готовы выступать. — Я обернулся и увидел Райана МакКинни, или «Госта» — нашего технического гения. Он сидел перед рядом мониторов в другом конце палатки. — Кажется, кто-то уже побывал в их системе. Они там серьезно всё напортачили. Настоящий бардак.

Усмешка тронула мои губы. Это был фирменный почерк Кэйлин.

— Гост настроит тебе связь, Детвинг, и после инструктажа мы отправим тебя туда. Он также позаботится о том, чтобы их командный центр не мешал нам во время операции. Он будет следить за всем и станет главным связным команды по любым вопросам, касающимся наблюдения, доступа и систем. Он будет у нас в наушниках, чтобы держать все команды в курсе, и даст окончательный сигнал на подрыв.

Детвинг коротко кивнул на это, казалось, удовлетворенный планом операции. Кэл сделал паузу и многозначительно посмотрел на каждого из нас, сидящих за столом.

— Купер творит здесь темные дела. Он думает, что делает это ради всеобщего блага: создание технологии, гарантирующей, что солдаты не сломаются под давлением — это благая цель, но он ставит эксперименты на людях и управляет сетью секс-торговли для финансирования своего научного проекта. Мне даже не нужно говорить о том, насколько отвратительна эта часть — мы все в этом солидарны — и хотя, уверен, мы все согласны, что сломаться под давлением — это то, чего все мы хотели бы избежать, Купер не имеет права играть в бога для достижения этой цели. Каждый человек здесь был отобран вручную за свою железную силу воли перед лицом трудностей. Давайте не будем забывать, что мы ломаемся только один раз — всё, что происходит после, лишь делает нас сильнее.

После брифинга у нас состоялось общее собрание, на котором мы изложили план всем участникам. Должен признать, у нас собралась отличная команда. Единственными, о ком я ничего не знал, были Норт и его отряд. Кроме Детвинга, я ни о ком из них не слышал, но его команда работала слаженно, и каждый раз, когда я смотрел на них, их движения были скоординированными, плавными и точными. Даже Детвинг принимал приказы от Норта и, казалось, подчинялся ему с уважением и исполнительностью. Мы с Нортом собрали наши команды, чтобы сказать пару слов.

— Стрелять на поражение, — прямо сказал я. — Всех гражданских отправляйте по пути отхода. Ученые внутри — действуйте по своему усмотрению. С их моралью мы всегда успеем разобраться позже, если только они не представляют угрозы для операции — тогда ликвидируйте. Купер умен и опытен — некоторые из вас знают его по работе в поле — мы не просто так называли его Джокером, не недооценивайте его. Как только он поймет, что его атакуют, он догадается, что это я, так что, скорее всего, будет искать меня, но если у вас будет возможность — не сомневайтесь и убирайте его.

Норт всё это время молча стоял рядом со мной, небрежно жуя зубочистку, снова надев «авиаторы». Он заговорил только в самом конце.

— Вы все знаете свои задачи. Выполняйте их четко.

Когда все разошлись, он повернулся ко мне.

— Я так понимаю, ты хочешь убить его сам, — сказал он.

Я понял, о чем он спрашивает.

Хотел ли я быть тем, кто убьет Купера?

Я много об этом думал. Вспоминал нашу историю, всё, что мы вместе вынесли и через что прошли. До всего этого я бы не смог этого сделать. Он так долго был моим братом по оружию, мы вместе проливали кровь, и наша связь была слишком глубокой. Но сейчас, после всего, что произошло с Кэйлин, я хотел, чтобы его не стало. Мои причины для этого были эгоистичными. Я хотел, чтобы Кэйлин была в безопасности, и я знал, что Купер не остановится. Уничтожение секс-синдиката и экспериментов над людьми было лишь вишенкой на торте.

— Да, — ответил я.

Он кивнул и выплюнул зубочистку.

— Тогда увидимся внутри, — сказал он.

На следующее утро энергия в воздухе была наэлектризована: все сновали туда-сюда, уточняя последние детали, проверяя оружие и выполняя свои предбоевые ритуалы. Кэл подошел ко мне, и блеск в его глазах напомнил мне, почему мы называли его «Хаосом». От него исходила дикая, непредсказуемая энергия. Ему не только нравилось организовывать хаос, он им питался.

— Ты готов, мужик? — спросил он, и я ухмыльнулся, когда мы обхватили друг друга за предплечья, как делали это всегда.

— Приятно вернуться в строй.

— Вот поэтому тебе и нужно идти работать ко мне, — с ухмылкой сказал Кэл. — Твоей девушке тоже, если подумать. Ты видел некоторые вещи, к которым она приложила руку? Половина техники здесь — любезно предоставлена «Phox». К тому же, она настаивала на том, что у нее передо мной должок за спасение ваших задниц, так что я вполне могу попросить ее одолжить тебя мне на какое-то время.

Я знал, что насчет последней части он шутил. Быть в долгу у Кэла означало играть в долгую. Он бы воспользовался одолжением только в самых крайних обстоятельствах, и я очень уважал его за это. Я усмехнулся и добавил еще немного патронов на свой пояс.

— Кстати, она просто огонь... Я знаю, что уже говорил тебе, но Найт и Гост видели, как она прострелила какому-то мужику яйца, а потом добила. — Он рассмеялся. — Джокер, должно быть, хорошенько над ней поработал, раз она стала так сопротивляться.

— Когда я нашел ее, всё было... было плохо, — признался я.

— Тогда давай сравняем эту суку с землей, — мрачно сказал он.

— Три... два... один... пошли, — раздался голос Госта в моем наушнике, когда главные ворота «Логова» разъехались в стороны под его управлением. Мы уже сняли охрану. Снайпер Норта был смертоносен. Мы проскользнули в ворота, как дым; Норт шел на шаг позади, за моим плечом, пока я вел наши команды к металлическим дверям, ведущим внутрь.

— Разблокирую, — сказал Гост. Я потянул одну из створок, и Норт бесшумно снял охранников внутри, прежде чем мы вошли и двинулись по коридору. — Коридор разветвляется через 30 метров. Сходится обратно в лаборатории.

Я посмотрел на Норта, и он кивнул, ведя свою команду по правому туннелю, а моя свернула налево. Мы продвигались по коридорам, проверяя каждую комнату на пути.

— Они знают, что мы здесь. Купер координирует действия из командного центра. Я отключил им доступ к камерам и подключился к их связи, — сказал Гост.

Мы продолжали наступать, и перед лабораторией наткнулись на баррикаду из столов и стульев, сваленных у двери. Сама дверь была бесполезна, так как Гост ее заблокировал. Купер действовал по старинке. По нам открыли огонь, и мы отступили к ближайшим дверным проемам. Они бросили несколько гранат, но мы продвинулись вперед и разрушили баррикаду.

Охранники отступили за угол, и пока моя команда удерживала коридор, я толкнул другую дверь и оказался в комнате, которая сошла бы за БДСМ-подземелье, если бы я не знал правду о пытках, которые здесь совершались. К счастью, она была пуста, но у меня кровь застыла в жилах, когда я увидел всё, что могло быть использовано для причинения боли, и отнюдь не по обоюдному согласию. Я буду рад, когда Детвинг взорвет это место. Мы продолжили наступление, сопротивление медленно ослабевало.

— Купер засел в лаборатории с оставшимися силами, — сообщил Гост. — Он заклинил дверь. Вам придется ее выламывать.

Впереди я увидел двери лаборатории. Они были полностью стеклянными, так что я мог видеть всё, что происходит внутри. Стекло было пуленепробиваемым, я заметил, что его уже пытались прострелить, а с другой стороны я увидел Норта и его команду, пытающихся вскрыть дверь вручную.

Моя команда принялась за дело, а затем обеспечила прикрытие, пока мы врывались внутрь. Команда Норта присоединилась к ним, и мы быстро убрали нескольких охранников, прежде чем двинуться дальше. Купер и оставшиеся силы соорудили баррикады глубже в лаборатории и вели огонь из-за них. Команда Норта была подобна наковальне: когда они подбирались слишком близко для огнестрельного оружия, они расправлялись с врагами врукопашную.

Где-то в этой суматохе и хаосе я заметил Купера и направился к нему. Он встретился со мной взглядом и многозначительно усмехнулся. Этот ублюдок попытался в меня выстрелить, но через секунду я уже был на нем и отбросил его пистолет в другой конец комнаты. Я нанес два быстрых удара, прежде чем он швырнул меня в стену и ударил коленом в живот. Я извернулся, схватил его за руку и рванулся вперед.

Мы рухнули на лабораторный стол, вдребезги разбивая стекло, когда перекатились через него и упали на пол с другой стороны. Он приземлился на меня и ударил прямо в челюсть, прежде чем я перебросил его через себя; мы разлетелись в стороны, тяжело дыша, и начали кружить, высматривая слабое место противника.

— Ты просто никак не сдохнешь, да, Вульф? — задыхаясь, произнес он.

— Кому, как не тебе, это знать, Куп, — прорычал я.

Он снова бросился на меня, и мы врезались в стеклянный шкаф, полный пробирок с кровью. Я едва почувствовал, как осколки впились в меня, прежде чем мой кулак встретился с его лицом, и он отлетел в другой конец комнаты. Он приземлился к ногам Норта и посмотрел на него снизу вверх. И улыбнулся окровавленной улыбкой.

— Надо же, падшие ангелы Кэйлин явились отомстить за нее, — он выдавил из себя смешок и попытался встать на ноги, но Норт схватил его за жилет и нанес несколько ударов в лицо. Купер врезался плечом в Норта, и они рухнули на другой шкаф. Норт ударил Купера и повалил его на пол. Тот попытался отползти, но Норт двинулся за ним, выглядя как настоящий хищник, хладнокровно преследующий свою добычу. Он снова схватил Купера и вздернул его на ноги, почти не сбив дыхание, и впечатал его в стол.

— Он знает? — прохрипел Купер, задыхаясь от руки Норта на своем горле. — Он знает, сколько ты за нее заплатил?

Я уже был на ногах и теперь с поднятыми бровями смотрел на Норта.

— Ты — Крэйвен? — Норт кивнул мне, и я недоверчиво покачал головой. — Она рассказывала мне о тебе... сказала не убивать тебя, если мы когда-нибудь встретимся.

Это вызвало у него смешок. — Рад это слышать. Кстати, она получила твое письмо — просила передать привет.

— А, так вот как ты меня нашел, — задумчиво произнес я. Теперь всё встало на свои места.

— Подумал, присоединюсь к веселью, чтобы лично убедиться, что проблема решена, — сказал он, снова поворачиваясь к Куперу и усиливая хватку. — А ты знал, что этот твой приятель пытался похитить ее пару недель назад?

— Да неужели? — сказал я; гнев быстро и жарко вспыхнул во мне, когда я снова перевел всё внимание на Купера.

— Это был ты? — прохрипел Купер, глядя на Норта. Тот наблюдал за нашим разговором с недоверием и раздражением, но теперь в его глазах вспыхнула темная ярость.

— Уебок... — пробормотал он. — Она была бы моей, если бы ты не явился ее спасать.

Кулак Норта в гневе обрушился на его голову, и Норт позволил ему упасть. Купер сполз вниз и попытался отстраниться, спотыкаясь о разбитое стекло и лабораторные инструменты.

— Я когда-нибудь рассказывал тебе, как хорошо она ощущалась, когда я использовал на ней ошейник, пока тра... — На этот раз я добрался до него первым и пнул в живот, отбросив его на пару метров. Он схватился за край стола, подтянулся и, встав на ноги, поставил стол между нами; его рот искривился в кровавой, безумной улыбке.

— Она всегда плакала и умоляла меня остановиться... — Я перепрыгнул через стол и обрушился на него, повалив нас обоих на пол. Кровь стучала в ушах, когда ярость взяла верх. Мы сцепились на полу, пока Купер не швырнул в меня стул, и я не упал. Поднявшись на ноги, я увидел, как Норт молниеносно приближается, но Купер был готов и полоснул его куском стекла. Он задел Норта по лицу, распоров кожу от виска до челюсти, едва не задев глаз, и затем они рухнули на пол. Я обежал стол, но Норт уже взял Купера под контроль и раз за разом вбивал кулак ему в лицо, пока Купер не швырнул в него осколки стекла, и Норт, пошатнувшись, не слез с него.

Купер попятился назад, смеясь — истеричным звуком человека, близкого к безумию. С каждым вдохом в его груди раздавалось хриплое клокотание.

— Обожаю тот факт, что вы оба здесь потому, что какая-то шлюха намочила вам члены, а не из-за моего маленького научного проекта.

Норт выглядел абсолютно первобытным, с залитым кровью лицом и смертоносным взглядом, когда он, поднявшись на ноги, снова двинулся на Купера.

Я добрался до него первым и вздернул на колени, схватив за грудки.

— Убьешь меня, Вульфман? — прошипел он с вызовом в глазах. — После всего, через что мы прошли? После всего, что я для тебя сделал?! — под конец его голос сорвался на крик.

— Теперь мы в расчете, Куп, помнишь? — процедил я. Я не хотел думать о прошлом, но это было всё, что я видел, когда смотрел на него.

Норт подошел и вложил мне в руку пистолет.

— Последние слова будут? — спросил я. Оттолкнул его и приставил ствол к его голове.

Купер покачнулся на коленях, и я увидел момент, когда жажда борьбы покинула его, и понял, что всё кончено. Он печально покачал головой.

— Ты ведь помнишь, каково это было, да? Они сломали нас там, Вульф... с изощренностью и точностью они сломали нас. — Его голос дрогнул, а в глазах вспыхнула ярость. — Как ты мог не захотеть создать нечто, что не позволило бы этому случиться вновь? Ты помнишь, как мы нашли Трэва...

— Не смей, блядь, произносить его имя, — прорычал я, делая к нему шаг.

— Он был и моим другом! — закричал Купер, а затем я услышал Кэла в наушнике.

— Кончайте там яйца чесать и убирайтесь оттуда, — сказал Кэл по связи. — Детвинг готов.

— Принял, — ответил Норт.

— Ты не можешь играть в бога, Куп, — бросил я.

— Кто-то должен, — прорычал он. — Потому что там не было никакого бога, чтобы спасти нас.

— Не думаю, что он спасет тебя и сейчас, — сухо сказал Норт.

Купер рассмеялся резким, уродливым звуком.

— Увидимся в аду.

Он снова посмотрел на меня, и я нажал на курок. Я не почувствовал никакого удовлетворения, глядя, как он падает. Когда-то он был мне дорог. Мы вместе прошли через глубокое, темное дерьмо. Но того человека, которого я знал, больше не было; его заменило нечто еще более злое и извращенное. Так было лучше.

Норт схватил пробирку — уверен, единственную неразбитую стекляшку в этой комнате — подошел к телу Купера, достал нож и провел им по его горлу, собрав немного крови в пробирку и запечатав ее. Он вытер нож о штаны, а затем бросил пробирку мне.

— Каждому охотнику нужен трофей. Отвези это нашей девочке.

— Нашей девочке?

Он выпрямился и смерил меня расчетливым взглядом.

— Ты ведь не думал, что я пришел сюда ради справедливости и блага человечества?

Я рассмеялся. — Справедливо.

Наши мотивы были одинаковыми. Это я мог уважать.

— Не говори Кэйлин, — сказал Норт. — Думаю, она ждет, что мы будем героями.

— Не думаю, что наша девочка питает иллюзии насчет того, что мы хорошие люди.

Мы посмотрели друг на друга. Я поймал себя на мысли, что не против делить ее с ним. Обычно мне такое не свойственно, но я не мог придумать никого другого, кому доверил бы ее жизнь больше — кроме себя, конечно. Да, то, что он сделал с ней в «Логове», было полным пиздецом, но он позаботился о ней там, так что если моя девочка хотела его пощадить, я его пощажу.

— Похоже, она питает слабость к злодеям, — сухо заметил Норт.

— Я предпочитаю называть это антигероем, — сказал я, направляясь к двери.

— Забавно, я всегда говорю то же самое.

— Чисто, — сказал я.

— Принял, — ответил Гост. — Подрыв через три... два... один...

Мы с Нортом бежали трусцой сквозь деревья за пределами радиуса поражения, когда земля под нами задрожала. Гул нарастал, и, обернувшись, я увидел, как лес погружается в хаос: земля вздымалась и оседала. Это было на удивление незрелищно, и хотя сам взрыв занял секунды, земля продолжала оседать и рокотать еще несколько минут, оставив после себя гигантскую воронку. Мы прибежали в зону сбора, где кипела активность: медики оказывали помощь как спасенным жертвам, так и нашим людям.

— Тебе бы показаться врачу, — сказал я Норту. Его лицо представляло собой кровавое месиво, но не похоже было, что повреждения серьезные.

— Надеюсь, это не испортит мою красоту, — сказал он, подмигнув мне, и неспешно удалился.

Я стоял посреди оживленной зоны сбора, и меня накрыло чувство облегчения. А вместе с ним пришла и ноющая боль от моих собственных ран. Ничего серьезного, просто несколько порезов и царапин. Завтра тело будет болеть везде, но этого следовало ожидать, и в этом не было ничего такого, чего бы я не смог вынести.

Всё закончилось.

«Логова» больше нет.

Купер мертв.

И всё, чего я хотел, — это увидеть Кэйлин.