Когда в следующий раз дверь в бункер распахнулась — на пороге появилась уже знакомая седовласая Инга, в компании с двумя вооружёнными латиносами.

— Зодчий, пошли, — приказала мне мятежница. — И будь паинькой. Попробуешь прибегнуть к дару — застрелим этого вот.

Она кивком указала на барона. Кожин с возмущением заметил:

— Это есть дискриминайшен! Если я не знать этот янг мэн⁈ Если мы есть врагс? Он убить вас и потом вы убить меня. Это не есть честно, ю ноу?

— Перестань издеваться над русским языком, западник! — поморщилась Инга. Я тем временем поднялся, и получилось это легко и непринуждённо, несмотря на скованные руки.

— О май гад! — закатил глаза Кожин. — Я рюсский! Мой фазер был…

Щёлкнул затвор, и Олег шутливо добавил:

— Аргумент!

— Зодчий, если создашь проблемы, отправишься за сородичами, — сообщила мне Инга. — Учти, бежать отсюда некуда. Это Свободный Сахалин. Если повезёт уйти из поселения, то зима и зверьё тебя точно угробят.

— Хм… — многозначительно ответил я, всем видом выражая сомнения в последнем.

— Говорят, ты тёртый калач, но Сахалин ломал и не таких, — некрасиво усмехнулась коренастая.

— Михаил Иванович… — окликнула меня Лаура, когда я оказался на пороге камеры. — Помните о чести.

— Заткнись, шлюха, — немедленно окрысилась Инга, а один из латиносов резко подошёл к сидящей Челидзе и занёс оружие.

— Если хотя бы один волос упадёт с их голов, никакого сотрудничества не выйдет, — тихо произнёс я. Несмотря на негромкую речь — латинос её уловил и замер, покосился на начальницу. — Вам ведь не просто так нужен Зодчий, верно? Лучше, когда тот сотрудничает, поверьте.

Инга стиснула челюсти, секунду размышляла, а потом процедила.

— Оставь её, Луис.

После чего больно толкнула меня меж лопаток:

— Двигайся, герой!

Я и бровью не повёл, сохранив максимальное достоинство.

Во внешних коридорах бункера было прохладно и сыро. Чем ближе мы были к выходу, тем больше на полу находилось мокрых следов, плавно переходящих в тающую снежную слякоть.

Бетонные стены освещались массивными фонарями, затянутыми в бронированные плафоны. У самых дверей на улицу нашлась стрелковая ячейка с пулемётом, глядящим мне в голову. Дуло торчало из смотровой щели, скрывая солдата. Но он был там.

— Открывай! — приказала шагающая позади Инга. С гулом массивная дверь слева двинулась, пропуская внутрь холод и снежинки. Снаружи царила ночь. Два прожектора ползали по укрытой снегом площадке между бункером и сетчатым забором.

Я почувствовал неподалёку броневик с вооружённым патрулём, несколько вездеходов и даже один танк. Небо было затянуто облаками, и сверху почти вертикально плавно опускался снег. Вдали что-то очень сильно и неприятно гудело.

На выходе с территории нас поджидала машина цвета хаки. Широкие крылья, двойные фары и начинающаяся коррозия. Название было на английском, разобрать его я не сумел толком. Отметил лишь, что левый габарит не работает, двигатель троит, а топливная система переживает не самые лучшие свои времена.

— «Волжанок» у нас нет, а эта штука даже ездит, — грубо сообщила Инга. — Прошу в карету.

Внутри было не теплее. Воздух из решётки вентиляции почти не шёл. Я устроился на неудобном диване и подул себе на ладони.

— Постарайся быть лапочкой, Зодчий.

Инга села рядом.

Автомобиль с хрустом двинулся с места. В салоне запахло бензином. Кошмар какой-то, а не машина. Состояние было отвратительным. Я просканировал несчастный агрегат, тут даже чинить ничего не хотелось. Совершенно ушатаный механизм.

На Сахалине, да и на всём Дальнем Востоке, было популярно брать иномарки из Перуанского Протектората. Стоили они гораздо дешевле российских, но и качеством были сильно похуже. Многие гнали своим ходом из Мексики через Западную Америку до Аляски, а там по мосту Святого Александра, соединяющему два материка. Здесь доводили до ума и пользовались.

Хотя, по-моему, лучше было бы накопить на новый автомобиль, чем так заморачиваться со старыми.

— Куда мы едем? — поинтересовался я.

— Это так важно? — скривилась Инга. — Сиди и жди. Твоё время придёт.

— Вы катастрофически нелюбезны, Инга, — посетовал я. — Чем же я вас так обидел?

— Рот закрой. Мне сказали тебя доставить, но не просили сделать это без повреждений, — пообещала женщина.

— Желание дамы для меня закон, — пожал плечами я. Поймал удивлённый взгляд юного водителя.

Телефон у Инги был в левом кармане армейских штанов, я мысленно вскрыл его, изучая переписку. Едва не хмыкнул вслух. Моя провожатая была довольно важной шишкой. Возглавляла одно из крыльев силовиков и сейчас везла меня в штаб по приказу некоего компадре Сигма-1.

Судя по всему, местные мятежники избегали имён. Только один человек упоминался под своей фамилией. Граф Артемий Волосов, губернатор Сахалина, поддержавший мятеж против Империи. К нему меня и ведут, да?

Мимо нас проплывали угрюмые заснеженные дома с редким освещением. Несколько раз попадались стащенные на обочину мёртвые автомобили со следами пуль в кузове. Внешний вид революции мне совсем не нравился. Иномарка промчалась по пустым улицам, после чего свернула на площадь. Посреди неё расположилась освещённая трибуна, на которой хрипло орал в микрофон затянутый в меха мужчина с зелёной повязкой на руке. Толпа поглощала его слова с жадностью, охотно повторяя кричалки. Кто-то прыгал, кто-то танцевал под громкую музыку из больших колонок.

Иномарка резко затормозила перед двумя вооружёнными мужчинами. Чуть позади них держался мощный одарённый. Я почувствовал касание его таланта. Свет фонаря ударил в лицо водителю, потом выдернул из тьмы холодный профиль Инги.

— Компадре Сигма-3! — ахнул человек снаружи и немедленно погасил слепящий луч. Одарённый тоже убрался. Я пошевелился на сидении, глядя на площадь.

— Мы покажем им! — Донеслось с трибуны. — Покажем им всем. Мир справедливости. Мир, где вы будете решать, а не они. Ваши таланты, а не право их крови!

— Да-а-а-а! — залилась восторгом толпа. Над головами с визгом взорвались фейерверки.

— Нам нужна свобода! Нам нужна дружба с соседями, а не война. И друзья всегда придут на помощь!

— ДА-А-А-А!

— Давайте все вместе, братья и сёстры. Все вместе! ДА!

— ДАААААААА! — взвыла толпа.

— Мы выстоим, даже когда русские спустят на нас всех псов. Наши друзья придут! Главное — устоять! Слишком долго они угнетали нас! Слишком долго! Но мы сбросили цепи. Сбросят цепи и другие! Камчатка! Владивосток! Свободный Сахалин! Свободный Са-ха-лин, — оратор метался по сцене, как баптистский проповедник во время активной службы. Не хватало хора на заднем фоне, поддерживающего каждое его слово.

— СА-ХА-ЛИН!

Иномарка покатилась дальше, вдоль площади шёл целый торговый ряд, где миловидные девушки раздавали тёплое питьё и еду. Бесплатно. Всё было наполнено атмосферой всеобщего единения. Однако справа, в тёмном переулке, под защитой двоих молчаливых мужчин, лежала груда тел. Вповалку, словно мешки с мусором.

В ту сторону никто из ликующих на площади не смотрел.

— Сворачивай на Розембаума, а то мы тут вечность проторчим, — приказала Инга.

Мы выехали с площади, миновав недавно сгоревший дом. Вдали показался проблесковый маячок, и вскоре нас обогнала машина скорой помощи. Значит, службы ещё пытаются работать.

Наша иномарка резко вильнула, уходя от столкновения с другой машиной. Оттуда в небо несколько раз выстрелили.

— У людей странное понимание свободы, — заметил я.

— Это эйфория победы. Несколько дней и мы наведём здесь порядок. Люди много пережили и имеют право на отдых, — буркнула Инга.

— Да, понимаю, маленькие человеческие радости, — без улыбки ответил я. Седовласая прищурилась, пытаясь понять, с иронией ли были произнесены эти слова. Помогать ей я не собирался.

Мы проехали под фонарём, на котором висел замёрзший труп в прежде шикарном костюме. Рядом были видны следы магического боя.

— Будешь плохо себя вести, повиснешь также, — пообещала моя спутница.

— Слишком варварски, Инга. Слишком много смертей.

— Власть без боя не отдают. А во время драки всегда льётся кровь, — холодно сообщила та. — Нашей вины в этом нет. Вини тех, кто выстроил управление таким образом, что честным людям пришлось взять оружие.

— А что насчёт русских? — бесхитростно поинтересовался я. — О которых говорил тот заводила на сцене. Русские-то чем не угодили? Вы ведь тоже…

— Компадре Дельта-2 немного перегибает палку, — ожгла меня взглядом Инга. — Мы можем закрыть на это глаза, пока наши интересы совпадают.

— Не держите закрытыми их слишком долго, — покачал я головой.

— Не твоё дело, Зодчий.

Машина остановилась возле белокаменного дворца с огромной мраморной лестницей. Массивные ступени были завалены снегом, и только посередине кто-то расчистил небольшой проход.

Ну, скорее протоптал.

— Прошу.

На здании обвисли зелёные знамёна с красным кругом по центру. Имперские штандарты сняли в первую очередь. Я вышел на улицу. Вдалеке послышался выстрел, затем ещё один и лихое улюлюканье.

Латиносы охраны, профессионально держа оружие, разошлись в стороны, контролируя подходы. А Инга указала на лестницу:

— Поживее, Зодчий.

Внутри дворец блистал богатством. И здесь было чисто. На входе стоял разномастный патруль, явно из местных. Двое одарённых в ранге мастера. У одного из них на лбу был вытатуирован глаз каторжанина. При виде Инги охрана расступилась, с волчьим интересом провожая меня взглядами.

Поднявшись по устланной коврами лестнице, мы оказались в просторном зале. Вдоль стен тянулись к высоким сводам аккуратно постриженные могучие деревья. Прямо в центре огромного помещения находилось похожее на святилище строение.

Только сейчас я понял, что меня привели к Конструкту. Силу Колодца, конечно, ощущал и раньше, но близость к механизму Империи ощутил только сейчас.

У входа в святилище стояли четыре человека. Короткостриженый мужчина в простых одеждах, с заложенными за спину руками. Лет шестьдесят, может, чуть меньше. Рядом с ним, с огромным двуручным мечом на плече стоял заросший боец. Густая борода переходила в пышные бакенбарды и усы. Маленькие глаза терялись в растительности.

Ещё двое были в костюмах. Один блондин, второй брюнет, и на этом различия между ними заканчивались, настолько невзрачные они оказались.

Надо отметить, что все четверо — одарённые.

— Компадре Сигма-1, — хлопнула себя по левому плечу Инга. Мужчина в простых одеждах машинально ответил на этот жест, вцепившись в меня взглядом. — Зодчий доставлен.

— Открывайте, — повернулся Сигма-1 к спутникам в костюмах. Косматый меченосец смачно втянул в себя содержимое носоглотки, не отрывая от меня недоброго взора. Зазвенела связка ключей, волнующийся блондин склонился возле замка, подбирая нужный.

— Здравствуйте, меня зовут…

— Заткнись, — поморщился Сигма-1. — Сейчас ты настроишь нам питание. Ресурсы должны быть, если нужно ещё — скажешь. Твоя задача — удержать стены и фермы. Понял меня? Учти, всю связь с внешним миром мы оборвали, так что не пытайся связаться хоть с кем-то. Выполняй приказы, и всё будет хорошо.

Я поднял бровь и не удержался от усмешки:

— Кажется, это не похоже на диалог.

— Хочу, чтобы ты знал. Предыдущих твоих коллег убил вот этот джентльмен, — Сигма-1 указал на бородатого. — Джек, подтверди.

— Рашенс говорят — бог нравится три, — прогудел тот с намёком.

— Всё ещё не похоже на диалог, — спокойно ответил я.

— Ладно, Сигма-12, взять его, — устало бросил Сигма-1. — Сломай ему пару рёбер, а то слишком много болтает.

Брюнет в костюме двинулся ко мне, на ходу выпуская из рук каменные дубинки.

— Мне нужно, чтобы ты сделал работу, Зодчий. Работаешь ты руками, так что ноги тебе не пригодятся. Можешь поступить мудро и подчиниться, можешь выпендриваться дальше, — Сигма-1 посмотрел на часы. — Поторопись.

— Из вас очень плохой переговорщик.

— Господи, да заткни его, Сигма-12! — закатил глаза Сигма-1.

Брюнет бросился в атаку. Инга ловко отскочила в сторону, давая возможность соратнику работать без помех. На лице седовласой появилась радостная улыбка. Я зачерпнул силу и в момент удара по себе, напитал тело аспектом земли. Дубины «двенадцатого» с треском рассыпались, и в следующий миг я шагнул вперёд, выбрасывая скованные руки. Зацепил шею парня и рывком потянул на себя, а затем, схватившись за затылок, толкнул голову противника вниз. Приложив силу земли.

С хрустом лицо брюнета врезалось в каменные плиты пола. Бой закончился. Сигма-1 побледнел. Блондин, всё ещё возящийся с ключами, распрямился. Глаза его выпучились от изумления.

— Ауч, — передёрнулся с усмешкой владелец двуручного меча, легко перехватил зазубренное оружие и поставил лезвием на пол, взявшись обеими руками.

— Я пришёл сюда разговаривать, — спокойно сказал я. Увернулся от удара одного из латиносов сопровождения, перехватил за руку и отправил в полёт. Потеряв оружие, тот грохнулся на пол метрах в десяти от нас. Защёлкал испорченный пистолет Инги и карабин второго охранника. Поток воздуха оттолкнул последнего на несколько метров, прямиком к колонне, о которую неодарённый наёмник приложился головой.

— Не стрелять! Живым! Сигма-13, взять его! — рявкнул Сигма-1. — Джек, ты тоже! Ломайте, но не убивайте!

Бородатый, дождавшись короткой команды, стремительно ушёл в сторону, пытаясь выйти за пределы моего зрения, а блондин окутался пламенем и с криком бросился на меня. Краем глаза я уловил движение слева, и тут же рядом оказалась Инга, атакуя врукопашную. Я парировал удары седовласой, двигающейся так быстро и умело, словно она всю жизнь провела в поединках.

Вот только дара у неё не было, поэтому в дело шли кулаки и ноги. Меня обдало жаром от атаки блондина. Гудящие кулаки «тринадцатого» столкнулись с земельной защитой. Раз-два, нападающий вскрикнул и тут же получил удар ногой в грудь. Отъехал на несколько шагов, хрипя. Пламя вокруг его тела стало гаснуть, а на меня снова набросилась Инга. Ярость мятежницы поражала. Пока я только защищался.

Джек поднял двуручный меч так, словно он ничего не весил, держа его перед лицом, в занесённом положении, американец грациозно смещался в сторону, заставляя меня кружиться.

В руке Сигма-3 вдруг сверкнул нож. Ладно, хватит. Пришлось выдернуть у неё из груди воздух, отступая. Инга захрипела, выпучила глаза и схватилась за горло. Вернулся блондин. Огневик в прыжке попытался навалиться на меня сверху и опрокинуть на пол.

Я ловко ушёл с траектории атаки, придав блондину ускорение пинком и не теряя из вида американца Джека.

— Три часть или два? — хрипло спросил бородатый. Его меч засиял зелёным. Ах он ещё и с кристаллом! Тогда земляную броню лучше не давать, пробьёт как нож бумагу.

— Воздержусь от выбора, — вежливо улыбнулся ему я, прикидывая дальнейшие действия.

Инга царапала пальцами горло, катаясь по полу. Лицо её синело.

— Отставить! — послышался громкий женский голос. — Немедленно прекратить! Сигма-1!

— Назад! — тут же приказал лидер мятежников с некоторым облегчением.

— Михаил Иванович, прошу вас, остановитесь! — обратилась ко мне незнакомка. — Они всего лишь выполняли глупый приказ.