Ветер исчез мгновенно. Словно его отрезало ножом.

Я оглянулся. За воротами деревья гнулись под порывами, у прохожих разлетались полы плащей. А здесь, на территории парка перед главным корпусом, царил полный штиль и приятная прохлада.

Климат-контроль периметра. Держат купол, который фильтрует погоду. Энергозатраты должны быть колоссальными. Интересно, откуда они запитаны?

Сама Академия напоминала громадный механизм. Пять башен, уходящих в небо на добрую сотню метров, были соединены переходами. В центре стоял главный корпус.

Очередь на подачу документов была небольшой — человек сорок. Я встал в конец, с интересом разглядывая все вокруг. Нас запустили в огромный холл. Потолки были такой высоты, что там могли бы летать птицы. Светильники, работающие на кристаллах идеальной огранки, заливали пространство ровным светом.

В центре зала стояла массивная каменная арка. Внутри нее ничего не было — только пустота. Перед аркой, за длинным столом, сидела приемная комиссия. Несколько пожилых магов в строгих мантиях и один человек в сером камзоле, сидевший чуть поодаль в глубоком кресле.

— Валериан фон Райт! — объявил распорядитель.

Вперед вышел тот самый парень, чья мантия меняла цвет. Сейчас она была торжественно-белой. Он шел так, будто делал одолжение этому заведению своим присутствием.

Валериан встал под свод арки. Камень мгновенно среагировал. Вспышка! Столб чистого, яркого золотого света ударил вверх, освещая зал.

Маги за столом оживились.

— Изумительная проводимость! — прошептал кто-то из комиссии.

— Потенциал — восемь искр, — сухо объявил старик в центре стола, глядя на шкалу, высеченную на боку арки.

Валериан самодовольно улыбнулся и отошел в сторону, где собирались те, кто уже прошел проверку.

— Арден Милтон!

Выдохнув, я шагнул вперед. Сердце билось ровно, никакого волнения — только холодное любопытство. На инициации в Крамме мне не дали точных цифр, ограничившись расплывчатым «выше среднего», так что сейчас хотелось ясности.

Место под сводом арки встретило прохладой.

Сначала ничего не происходило. Секунда тишины.

А потом я почувствовал вибрацию. Артефакт сканировал меня, пропуская через тело плотную волну маны. Это было похоже на то, как если бы меня просвечивали рентгеном, только вместо лучей была чистая энергия.

Я увидел, как потоки внутри камня метнулись к шкале-индикатору.

Стрелка, вырезанная из темного кристалла, рванула вверх. Она пролетела отметку «5», «8», «10»… ударилась в самый верхний ограничитель, там, где была черная зона архимагов, и арка издала низкий, натужный гул, похожий на стон перегруженного металла. Камень под моими ногами завибрировал.

Но это длилось лишь секунду. После чего стрелка дрогнула и камнем рухнула вниз, замерев где-то на середине шкалы. Арка налилась плотным, густым янтарным светом.

— Уровень шесть, — бесстрастно объявил старик, поправляя очки. — Плотность высокая, цвет… янтарный. Неплохо. Потенциал крепкого мастера.

Он сделал пометку в свитке.

— Следующий!

Я вышел из арки, чувствуя легкое головокружение. Что это сейчас было? Сбой прибора? Или…

Уже спускаясь по ступеням подиума, почувствовал на себе взгляд. Внимательный, изучающий. Я слегка повернул голову. Человек в сером камзоле. Он не смотрел в бумаги. Он смотрел мне в спину. Его карандаш застыл над листом, так и не поставив галочку. Его лицо было непроницаемым, но в глазах читался острый, хищный интерес.

Он тоже видел скачок стрелки? Надо будет разузнать про этот механизм измерения побольше, чтобы понять, что это было только что. Я спустился в зал.

Устроившись в тени колонны, я скрестил руки на груди и стал наблюдать за следующими претендентами. Мне нужно было понять уровень тех, с кем мне придется учиться.

* * *

Следом к арке подошла та самая девушка с идеальной фарфоровой кожей. Она держалась уверенно, словно это был очередной светский раут, но я заметил, как она на мгновение замерла, прежде чем шагнуть под свод.

Арка отозвалась не сразу. А когда среагировала, свет был светло-фиолетовым.

— Уровень три, — скучающе бросил старик. — Плотность низкая. Вам придется стараться в учебе. Следующий.

За ней пошел высокий, сутулый парень в простой одежде. Он встал под камень уверенно, по-хозяйски. Вспышка была резкой, холодной, цвета серебра.

— Уровень пять! — голос старика стал чуть уважительнее. — Хорошая, плотная структура. Добро пожаловать.

Парень молча кивнул и спустился в зал.

Третьим был парень, увешанный защитными амулетами так, что они звенели при ходьбе. Он долго переминался с ноги на ногу, а когда встал под арку, камень выдал голубой свет.

— Уровень два. Пороговое значение, — безжалостно констатировал экзаменатор. — Условно зачислен. Но предупреждаю сразу, если отстанете по программе и не сдадите зимний экзамен — отчислим.

Я наблюдал за процессом еще какое-то время, чтобы составить полную картину. Расклад вырисовывался интересный. Из оставшихся тридцати с лишним человек только двое показали серебряную «пятерку».

Основная масса состояла из «троек» и «четверок», светящиеся светло или темно-фиолетовым. «Золотой» восьмой уровень Валериана был исключением, редкостью. А мой «янтарный» шестой уровень ставил меня в идеальную позицию.

Я оказывался ровно посередине между одиночками-гениями и общей массой. Достаточно высоко, чтобы преподаватели воспринимали всерьез, но недостаточно ярко, чтобы такие, как Валериан, видели во мне конкурента и пытались подставить подножку в первый же день. Лучшего места для спокойной учебы и не придумаешь.

Удовлетворенный увиденным, я поправил сумку и направился к выходу из зала.

* * *

Внутренний двор Академии бурлил. Здесь не было единой униформы, поэтому двор пестрел всеми цветами радуги. Наследники родов щеголяли в камзолах с гербовой вышивкой, меняющей цвет от освещения, провинциалы жались по краям в простых дорожных куртках.

Пока я рассматривал других поступающих, кто-то врезался мне в спину.

— Ой, прости! — парень, врезавшийся в меня, отскочил, едва не выронив сумку. Он поднял голову, и его лицо расплылось в улыбке. — Арден? Ты!

Это был Седрик Арн, тот самый парень, с которым мы перекинулись парой слов в очереди на инициацию еще в Крамме.

— Привет, Седрик, — я пожал его протянутую руку. Ладонь у него была сухая и крепкая, вся в мелких ожогах — явно пытался практиковать огненные фокусы дома.

— Ты приехал? — его глаза горели. — Я знал! А я, представляешь, чуть не спалил приемную комиссию от волнения. Искры посыпались из рук, когда под арку шел. Но взяли! Уровень ядра — четыре искры, «Темно-Фиолетовый». А у тебя что?

— Шесть искр. Янтарный.

Седрик присвистнул, понизив голос.

— Ого! Это серьезно. Это уровень крепкого Мастера. С таким можно и к «Красным» пробовать, на Боевой, если физуху потянешь. Или к «Зеленым» — там целители такие деньги загребают, что нам и не снилось…

Он болтал без умолку, и это странным образом успокаивало. Как будто ничего необычного вокруг не происходит.

— Кстати, ты видел того пижона, фон Райта? — не унимался Седрик. — Говорят, у него…

Договорить он не успел.

Чье-то плечо грубо, намеренно врезалось в него, отшвырнув в сторону. Седрик пошатнулся, едва устояв на ногах.

— Под ногами не путайся, деревенщина, — раздался ленивый, тягучий голос.

Я медленно повернул голову.

Трое.

Я узнал их сразу. Та самая троица мажоров, которая пыталась пролезть без очереди в Крамме. Только теперь они были одеты еще богаче. В центре стоял высокий брюнет с идеально уложенными волосами и неприятной, словно приклеенной ухмылкой.

Он скользнул по мне скучающим взглядом, хотел было отвернуться, но вдруг замер. В его глазах мелькнуло узнавание.

— О, глядите-ка, — протянул он, обращаясь к своей свите. — Краммская грязь все-таки просочилась через фильтр. Удивительно. Я думал, ты до сих пор зализываешь раны в какой-нибудь канаве, после урока, что мои люди тебе преподали.

У меня внутри словно щелкнул предохранитель. Картинка сложилась мгновенно. Ночная улица Крамма. Трое наемников. «Не суйся туда, куда тебя не звали, и, может быть, останешься цел».

Значит, это не от разбойников был «привет», и никак не связано с событиями, случившимися до выжженного круга. Это была просто мелкая, грязная месть уязвленного самолюбия.

— Так это твои наемники были, — сказал я.

Брюнет хохотнул. Он чувствовал себя здесь хозяином жизни — вокруг были такие же, как он, или те, кто боялся таких, как он.

— Наемники? — он картинно изогнул бровь. — Громко сказано. Я просто заплатил паре бродяг, чтобы они научили тебя манерам. Но, видимо, мало заплатил, раз ты стоишь здесь и открываешь рот.

Он шагнул ко мне вплотную. От него пахло дорогим, резким парфюмом.

— Ты здесь никто. Безродный выскочка. Мой отец уже оплатил строительство нового крыла библиотеки, так что советую тебе ходить и оглядываться. Лестницы в Академии крутые, можно случайно упасть…

Он ухмыльнулся и, проходя мимо, демонстративно задел плечом Седрика еще раз.

— Пшел с дороги.

Седрик сжал кулаки, лицо его пошло красными пятнами, но он промолчал, понимая, что связываться с таким — себе дороже.

Зато не промолчал я.

— Стоять!

Мой голос прозвучал достаточно грубо, в нем лязгнул металл. Несколько студентов рядом обернулись. Брюнет остановился и медленно, с ленцой развернулся.

— Ты что-то пропищал?

— Я сказал «извинись», — я смотрел ему прямо в переносицу. — Ты толкнул моего друга. И ты публично признался в организации нападения.

— И что ты мне сделаешь? — усмехнулся он. — Побежишь жаловаться ректору?

— Нет, — я положил ладонь на рукоять своего меча. — Я вызываю тебя на дуэль. Или ты смелый только когда за спиной наемники?

Тишина упала на двор мгновенно. Студенты замерли. Вызов в первый же день?

Брюнет на секунду растерялся, но быстро взял себя в руки. Публичный отказ для него был хуже поражения.

— Ты хочешь дуэли? — он презрительно скривил губы, оглядывая мою простую куртку. — Со мной? Дереком ван Холтом? Ты хоть знаешь, с какой стороны за меч браться, деревенщина?

— Узнаешь на Арене, — отрезал я. — Оружие — клинки. До первой крови или сдачи.

— Принимаю, — бросил Дерек. — Эй, кто-нибудь! Свободна малая Арена? Я сейчас покажу этому мусору его место.

Малая Арена представляла собой круглый полигон, окруженный полупрозрачным мерцающим барьером. Зрители, а их набежало уже человек пятьдесят, толпились за периметром.

Мы вошли внутрь. Барьер за спиной замкнулся с тихим гудением, отсекая лишний шум.

Я снял плащ, бросив его Седрику, и остался в рубахе и жилете. Вытянул из ножен свой меч — простой, надежный клинок из хорошей стали, который я купил еще в Крамме.

Дерек напротив меня красовался. Он скинул камзол, оставшись в белоснежной рубашке с кружевами. Его меч выглядел как произведение искусства — гарда с позолотой, рукоять обтянута белой кожей.

— Готовься глотать пыль! — выкрикнул он, делая пару эффектных взмахов.

Красиво. Технично. Школа фехтования у него была, этого не отнять. Но я смотрел не на его движения. Мое магическое зрение сканировало его экипировку. Дорогая одежда фонила защитными чарами. А вот меч… Я прищурился. В гарде его клинка, прямо в основании лезвия, пульсировал сгусток магического потока. Едва заметное голубоватое свечение.

Активный артефакт. Встроенный «Шокер» или «Вспышка».

Формально «личное снаряжение» разрешено. Но в честном поединке на мечах использовать скрытый боевой заряд — это подлость. Он планирует активировать его при скрещивании клинков, чтобы выбить у меня оружие или ослепить.

— Бой! — крикнул кто-то из старшекурсников, взявший на себя роль судьи.

Дерек бросился в атаку мгновенно. Он был быстр. Хорошая школа, дорогие учителя.

Первый удар — колющий, в плечо. Я ушел перекатом, пропуская лезвие мимо.

Дерек тут же развернулся и нанес рубящий удар сбоку. Я принял его на жесткий блок. Сталь звякнула о сталь. Руку дернуло отдачей — физически он был развит неплохо.

— Что, только бегать умеешь? — прошипел он, наседая.

Он теснил меня к краю барьера.

Я ждал. Я видел, как разгорается энергия в его гарде. Он готовил активацию.

Дерек сделал широкий замах, намеренно открываясь. Ловушка. Он ждет, что я пойду в контратаку, наши мечи скрестятся у гарды, и он нажмет на спуск.

Магический поток в его оружии достиг пика.

Сейчас.

Я шагнул навстречу, но не в блок. С разворота, вкладывая инерцию всего тела, ударил своим клинком. Плашмя. Прямо по его гарде. Туда, где скопилась энергия.

БАМ!

Звук был такой, словно раздавили толстое стекло.

Мой удар дестабилизировал готовую структуру заклинания внутри его меча. Магия, не найдя выхода, рванула внутри металла. Изящный клинок Дерека просто взорвался у основания. Осколки брызнули в стороны.

Дерек взвыл, отшвыривая бесполезную рукоять. Его ладонь была черной от копоти, манжет дымился. Он ошарашенно смотрел на свою пустую руку.

Я не дал ему опомниться. Подшаг. Подножка.

Дерек рухнул на спину, выбивая пыль из покрытия арены. В следующую секунду острие моего меча замерло у ямки на его шее.

— Дернешься, и я открою тебе второе дыхание. Прямо через горло, — усмехнулся я.

Дерек замер. В его глазах плескался животный ужас. Вся спесь слетела с него мгновенно. Я чуть надавил кончиком клинка на кожу. Выступила крошечная алая капля.

— Первая кровь, — громко объявил я, поднимая взгляд на зрителей. — Бой окончен.

Барьер спал.

Толпа молчала. Никто не ожидал, что «безродный» раскатает аристократа меньше чем за минуту.

Я убрал меч в ножны и протянул руку Седрику, забирая плащ.

— В следующий раз, Дерек, — бросил я поверженному противнику, который баюкал обожженную руку, — нанимай профессионалов. Ты ни на что не годишься сам.

Кто-то в толпе начал хлопать. Сначала неуверенно, потом громче. Седрик сиял, как начищенный медный таз.

Я обвел взглядом притихшую толпу. В первом ряду, среди первокурсников, я заметил знакомую фигуру. Девушка с черной косой. Майлин Белес.

Она стояла, скрестив руки на груди. На ее лице не было улыбки, но в разноцветных глазах — сером и зеленом — читалось одобрение. Она видела все.

Толпа вдруг расступилась, пропуская кого-то.

— Любопытно, — раздался холодный, властный голос. — Очень любопытно.

На арену вышел высокий парень. На вид — старшекурсник. Идеальная осанка, хищные черты лица. Мой взгляд упал на его грудь. На форме была пришита красная нашивка — знак факультета Боевой Магии. А под ней приколот бронзовый значок десятника.

Парень даже не посмотрел на Дерека, который униженно пытался подняться с земли. Он смотрел только на меня.

— Ты обидел моего подопечного, первокурсник, — произнес он спокойно. — И поэтому я, Люциан Грей, десятник боевого факультета, мастер первой ступени, вызываю тебя, Арден Милтон. Здесь и сейчас.

Толпа выдохнула. Вызов от старшекурсника, да еще и Десятника — это был приговор.

В глазах Грея я видел предвкушение. Он ждал страха. Ждал, что я начну лепетать про неравные силы или искать защиты у администрации. Но он меня не знал. Я медленно, демонстративно стряхнул невидимую пыль с рукава.

— Вызов принят, — мой голос прозвучал ровно, разрезая тишину.

Никаких оправданий. Никаких просьб о пощаде.

Люциан слегка прищурился. Мое спокойствие ему не понравилось. Оно ломало его сценарий публичной порки.

— Ты или смелый, или идиот, — процедил он. — Я сотру тебя в порошок.

— Меньше слов, Грей, — я встал в стойку.

Я знал, что шансов почти нет. Он старше, опытнее, еще и десятник. Но я также знал другое, если я сейчас отступлю, меня сожрут. В этом мире уважают только тех, кто готов скалить зубы даже перед волчьей стаей.

— Начали! — рявкнул кто-то из толпы.

В моих глазах не было страха. Только холодный расчет и злая решимость продать свою жизнь по максимальному курсу.

Я замахнулся. Этот бой только начинался.