Утро ворвалось в сознание воем магической сирены. Голос, усиленный магией, проникал даже под подушку.

— ПОДЪЕМ! ПЕРВЫЙ КУРС, ПОСТРОЕНИЕ ВО ВНУТРЕННЕМ ДВОРЕ ЧЕРЕЗ ДВАДЦАТЬ МИНУТ!

Мы подорвались как ошпаренные. Брэн в суматохе чуть не снес тумбочку своим огромным коленом. Седрик прыгал на одной ноге, пытаясь натянуть штаны и одновременно найти второй носок.

Я бросил быстрый взгляд в темный угол. Кровать Кая была пуста и заправлена так идеально, словно на ней никто и не спал. Ни складочки. Его самого в комнате уже не было. Видимо, он встал задолго до сирены.

Кое-как накинув одежду, мы вылетели в коридор, вливаясь в поток таких же сонных и взлохмаченных студентов.

Стоило нам выбежать во внутренний двор, как в лицо ударил теплый, почти летний воздух. Периметр Академии работал безупречно. Пока в городе царила промозглая осень, здесь, под невидимым куполом климат-контроля, было сухо, солнечно и комфортно.

Нас разделили на двенадцать классов, по сорок человек в каждом, выстроив в ровные «коробки».

Я оказался в седьмом квадрате — класс А-7. Рядом зевал Седрик. Брэн возвышался над строем как скала, заслоняя спиной половину обзора задним рядам. Чуть поодаль я заметил Майлин. Она выглядела безупречно, ни одной лишней складки, черная коса идеально заплетена.

Перед нами замерли четыре фигуры в плащах с нашивками старших курсов. Судя по их уверенным позам и тому, как они оценивающе поглядывали на нас через плечо, это и были наши непосредственные десятники. А перед ними, чуть выдвинувшись вперед, стоял высокий, широкоплечий парень, явно главный в этой иерархии.

На каменное возвышение перед строем поднялся мужчина.

Одет он был подчеркнуто просто — строгий серый костюм, идеально подогнанный по фигуре. Жесткое лицо, аккуратная стрижка, глаза цвета стали. Он меньше всего походил на мага, скорее на управляющего крупным банком или главу тайной канцелярии — человека, привыкшего оперировать цифрами и чужими судьбами.

Я прищурился, чувствуя, как холодок пробежал по спине. Эти глаза я уже видел. На инициации. Именно этот человек сверлил меня тяжелым, изучающим взглядом, когда стрелка измерительной арки ударилась в ограничитель. Он был единственным, кто мог заметить тот странный рывок механизма до того, как стрелка рухнула вниз к шестой отметке.

Мужчина коснулся своего горла, и его слова зазвучали четко и громко, отражаясь от каменных стен колодца двора.

— Я — Эстерн Дальт. Ректор этой Академии. Вы прошли отбор. И сейчас вы думаете, что вы — элита. Что вы — избранные, раз в вас проснулся дар.

Он сделал паузу, обводя нас тяжелым взглядом.

— Но сначала вам нужно доказать, что вы достойны этого дара.

Он указал на огромный кристалл-табло, висящий над входом в главный корпус. Сейчас он был темен.

— Это — рейтинговая таблица. Каждую неделю мы будем подводить итоги. В ней нет имен, только номера классов.

Он скупо, одними уголками губ, улыбнулся.

— Три лучших класса в конце недели получают разрешение провести выходные за стенами Академии, в городе, а также питание в столовой без необходимости стоять в очереди. Три худших… Три худших отправляются в Болотный Марш. Двадцать километров по пояс в грязи. Без магии. В любую погоду. А после марша моют котлы и чистят конюшни. Без права на отдых.

Все остальные классы получают только один выходной. Второй же придется провести здесь, наверстывая знания и навыки, которых вам не хватило, чтобы попасть в первую тройку.

По рядам прошел шепот. Перспектива месить грязь вместо отдыха никому не улыбалась.

— И последнее, — голос мужчины стал жестче. — Сразу после зимней сессии состоится «Ежегодный Рейтинговый Турнир». Впрочем, некоторым из вас нет смысла о нем беспокоиться. На арену выйдут только те, кто сумеет пережить экзамены и не вылетит из Академии с позором.

Толпа ахнула. Турнир — это главное событие года, о котором писали все имперские газеты.

— В нем, как всегда, примут участие все потоки. Победители каждого потока получат прямую рекомендацию в Императорскую Гвардию.

По рядам пробежал возбужденный шепот. Я увидел, как выпрямился Валериан, как жадно загорелись глаза у его свиты. Я не знал всех привилегий гвардейцев, но реакция аристократов говорила сама за себя. Это был приз, за который они готовы перегрызть глотку любому. Товар высшей категории.

— А также, — продолжил ректор, — победители получат допуск в закрытую секцию библиотеки Академии.

У меня перехватило дыхание. Закрытая секция. Схемы запрещенных артефактов, редкие плетения, чертежи, изъятые из оборота… Для меня, как артефактора, это было дороже любого золота.

— И, наконец, главный приз.

Ректор сделал легкий пас рукой. Воздух рядом с ним подернулся рябью, и из пустоты выплыл небольшой бархатный ларец, зависший перед строем. Крышка откинулась.

Внутри, на черной подложке, сияло кольцо. Оно было сделано из идеально отполированного, почти зеркального металла, похожего на застывшую ртуть. В его поверхности отражалось небо, стены замка и наши искаженные жадностью лица.

— Каждый член победившей команды получит такое. Это «Зеркальный Щит». Уникальная разработка наших мастеров в форме кольца. Артефакт не требует маны носителя. Один раз в сутки он активируется мысленной командой и создает зеркальную стену. Любое вражеское заклинание — будь то огненный шар, ледяное копье или ментальный удар — не просто блокируется…

Ректор хищно улыбнулся.

— … оно отправляется обратно в отправителя. С той же скоростью и мощностью.

Толпа ахнула. У меня по спине пробежал холодок возбуждения. Валериан смотрел на кольцо как завороженный.

Ради такого стоило не просто поучаствовать, а выложиться на все сто!

— А теперь я передаю слово вашим командирам, — ректор кивнул стоящим перед строем старшекурсникам. — С этого момента они — ваша власть, ваш закон и ваш суд.

Эстерн Дальт резко развернулся и ушел, оставив нас наедине с нашими надзирателями.

Перед строем, чеканя шаг, вышел высокий, широкоплечий парень в форме факультета Боевой Магии.

Он окинул нас тяжелым, давящим взглядом, словно опытный боец оценивает новобранцев перед первой схваткой.

— Класс А-7, — произнес он голосом, похожим на скрежет камней. — Добро пожаловать в ад. Меня зовут Сотник Кастин Ворн. Мне плевать на ваши имена, титулы и кошельки ваших папочек. Мне важен только рейтинг моего класса.

Он достал свиток, развернул его резким движением.

— Я изучил ваши досье. Сорок человек. Потенциал по искрам — двое с шестым уровнем, один с восьмым. Остальные — серая масса от двух до четырех искр. Общий суммарный потенциал класса — сто тридцать четыре искры.

Он свернул свиток.

— Это средний показатель. У класса А-1 — сто сорок две. У класса А-3 — сто тридцать ровно. Мы стартуем с середины. И это значит, что вам придется пахать вдвое больше, чтобы вырвать победу.

Ворн прошелся вдоль строя, заглядывая в лица.

— В моем классе действует принцип коллективной ответственности. Опоздал один — бежит весь класс. Провалил экзамен один — выходного лишаются все. Вы либо научитесь тащить друг друга, либо сожрете слабых сами. Оба варианта меня устроят.

Вдруг он остановился. Его взгляд уперся в группу аристократов, стоявших особняком.

— Валериан фон Райт! — рявкнул Сотник.

Из строя лениво, с чувством собственного достоинства вышел высокий блондин. Тот самый, чей результат на инициации заставил экзаменаторов ахнуть.

— Здесь, — бросил он, даже не пытаясь изобразить стойку смирно.

— Восемь искр, — усмехнулся Ворн. — Золотой мальчик. Надежда потока. Скажи мне, фон Райт, каков твой реальный уровень владения даром на данный момент? Не потенциал, а факт.

Валериан гордо расправил плечи, окинув строй пренебрежительным взглядом.

— Первая ступень Ученика, мастер Ворн. Все десять базовых навыков освоены и стабильны. От циркуляции до очищения.

По рядам прошел шепот восхищения. Первая ступень к поступлению — это круто. Обычно сюда приходят просто «инициированными», не умея ровным счетом ничего.

— Неплохо, — скупо кивнул Сотник. — Встать в строй.

Вперед вышла высокая девушка. Холодная, безупречная блондинка с ледяными голубыми глазами. Она двигалась с грацией хищника, полностью игнорируя взгляды окружающих.

Стоило ей поравняться со мной, как воздух между нами словно наэлектризовался.

Меня толкнуло изнутри. Резко, без предупреждения. Сердце сбилось с ритма и забилось гулко, отдаваясь тяжелыми ударами в груди. Возникло странное, необъяснимое желание сделать шаг к ней. Сократить дистанцию.

Айлетт вдруг замедлилась. Буквально на мгновение.

Она резко повернула голову.

Ее взгляд уперся в меня. В нем не было ни смущения, ни испуга. Только холодное, высокомерное недоумение. Она смотрела на меня так, будто увидела что-то странное, чему здесь не место.

Я заметил, как расширились ее зрачки, почти полностью поглотив голубую радужку. Она медленно скользнула взглядом по моему лицу, задержалась на губах, потом опустилась ниже, к шее.

Ее ноздри хищно раздулись, втягивая воздух, но лицо осталось совершенно непроницаемым.

Айлетт моргнула и отвернулась от меня так же резко, как и посмотрела.

— Первая ступень Ученика, мастер Ворн.

Ее голос прозвучал ровно и сухо.

— Отлично, — кивнул Могильщик. — Два подготовленных бойца. Это дает нам шанс не упасть на дно в первую же неделю.

Он двинулся дальше вдоль шеренги и вдруг замер напротив меня.

— Арден Милтон?

— Я, — ответил я, глядя ему прямо в переносицу.

— Шесть искр, — прочитал он в списке. — Безродный. Из Крамма.

Он поднял глаза на меня. В них читался холодный интерес.

— Твой уровень?

— Вторая ступень Ученика, мастер Ворн.

Тишина, повисшая над строем А-7, была звенящей. Казалось, даже ветер перестал дуть во дворе.

Глаза Валериана расширились. Он дернулся, словно получил пощечину. Безродный лавочник, у которого потенциал ниже, уже обошел его в реальной силе? Это был удар по самолюбию, который такие люди не прощают.

Леди Айлетт чуть приподняла бровь — единственная эмоция, которую она себе позволила. Но в ее взгляде мелькнул интерес. Холодный, расчетливый интерес.

Сотник Ворн медленно улыбнулся. Улыбка у него была жуткая, не предвещающая ничего хорошего.

— Вторая ступень… Любопытно. Значит, ты тот самый парень, который вчера сломал ногу моему Десятнику на дуэли?

Он кивнул в сторону стоящего рядом старшекурсника — того самого мажора, Люциана Грея. Тот стоял с каменным лицом, глядя сквозь меня, но желваки на его скулах ходили ходуном.

— Было дело, — спокойно ответил я. Отрицать очевидное было глупо.

— Что ж, — Ворн хмыкнул. — Сила есть. Посмотрим, есть ли мозги. Встать в строй.

Он вернулся в центр.

— А теперь деление на десятки. Слушать внимательно. Я ужесточаю правила ректора. Борьба будет идти не только между классами, но и внутри вашего класса. Каждую неделю мы будем определять худший десяток.

Он сделал паузу.

— И этот десяток будет обслуживать остальные три. Чистить их обувь, стирать форму и убирать их комнаты. Исключение только одно — если наш класс войдет в тройку лидеров по еженедельному рейтингу Академии. Тогда наказание отменяется.

Седрик рядом со мной тихо простонал. Перспектива стирать носки Валериану его явно не вдохновляла.

— Первый десяток! — гаркнул Ворн. — Десятник — Мара Вейл.

Сонная девушка шагнула вперед. Она даже не моргнула, когда назвали ее имя.

Ворн начал зачитывать список.

— Арден Милтон. Майлин Белес. Томас Рид…

— … Кай.

При звуке этого имени из толпы бесшумно выскользнул наш четвертый сосед. Он двигался плавно, как тень, и встал в строй первого десятка, сохраняя абсолютное равнодушие к происходящему.

Я выдохнул. Седрик не ошибся с информацией, мы с Майлин действительно попали вместе. И мы у Мары. Это был лучший расклад из возможных — меньше лишнего внимания, меньше муштры, больше возможностей для моих дел.

Мы вышли из строя и встали за спиной нашего десятника. Мара даже не обернулась.

— Второй десяток! — продолжил Сотник. — Десятник — Люциан Грей.

Люциан вышел вперед, излучая высокомерие.

— Валериан фон Райт. Айлетт Ланн…

Список «золотой молодежи» продолжался. Всех аристократов Ворн сгреб в одну кучу и отдал Грею. Политический ход. Пусть сами варятся в своем котле.

Валериан, проходя мимо меня к своему десятку, специально задел меня плечом и тихо, чтобы слышал только я, прошипел:

— Ты труп, Милтон. Вторая ступень тебе не поможет.

— Третий десяток! — голос Ворна перекрыл шум. — Десятник — Грок Баст.

Огромный парень, похожий на медведя, довольно хрустнул пальцами.

— Брэн. Свен. Горт…

В этот десяток попали все, чьи плечи были шире дверного проема. «Мясники», как их назвал Седрик. Брэн подмигнул мне, становясь в строй к своим новым товарищам.

— Свои люди! — шепнул он мне. — Хоть поговорить будет с кем о нормальной еде.

— Четвертый десяток! — объявил Сотник. — Десятник — Лекса Стерн.

Нервная девица с тугим пучком на голове тут же достала блокнот, готовая записывать нарушения.

— Седрик Арн. Питер Вуд…

Седрик побрел к своему десятку как на эшафот. «Дохляки». Туда определили всех, кто не блещет ни силой, ни здоровьем. Мне было искренне жаль друга — Лекса выглядела так, будто готова удавить за пятно на манжете.

Когда распределение закончилось, Ворн снова окинул нас взглядом.

— Расписание уже на ваших браслетах. Первая пара — Основы магии и потока. Центральная башня, аудитория 402. У вас пять минут. Время пошло.

— Напра-во! — скомандовал он. — Бегом марш!

— За мной, — шелестящий голос Мары заставил нас вздрогнуть. Она не кричала, но ее услышали все десять человек. — И без глупостей. Я не люблю краснеть за подчиненных.

Мы рванули к центральной башне.

— Видел лицо Валериана, когда ты сказал про вторую ступень? — Майлин поравнялась со мной. На ее губах играла едва заметная усмешка. — Он чуть не лопнул от злости.

— Пусть привыкает, — ответил я, ускоряя шаг. — Это только начало.

Мы вошли в центральный холл главного корпуса. И тут я замер.

В центре огромного колодца, пронизывающего здание насквозь, не было лестниц. Вместо них вверх уходили исполинские вертикальные столбы, сотканные из пульсирующего голубоватого света.

Внутри этих сияющих труб плавно, игнорируя гравитацию, поднимались и опускались десятки студентов. Никаких механизмов, никаких кабин или тросов. Люди просто парили в потоке, словно пушинки в восходящем потоке воздуха.

— Впечатляет, — прошептала Майлин, задрав голову.

— Хватит глазеть, — тихий голос Мары вывел нас из оцепенения. Она стояла у края светового круга, зевая в кулак. — Выглядите как деревенщины на ярмарке.

Она указала ленивым жестом на сияющий столб.

— Это Потоки Вознесения. Основной транспорт башни. Работают на кинетической магии и ментальном отклике.

Она подошла к границе света.

— Инструкция для идиотов, — пробормотала она, не оборачиваясь. — Шагаете внутрь. Расслабляетесь. Четко представляете цифру нужного этажа. Нам нужен четвертый. Просто держите образ четверки в голове.

Она сделала шаг назад, пропуская нас вперед.

— И главное — не паниковать и не махать руками. Поток стабилизирует тело, но, если начнете дергаться, контур сочтет это за попытку экстренного выхода и вышвырнет вас наружу. Будет больно.

Мара посмотрела на нас своими сонными, но цепкими глазами.

— Ну? Мне вас за ручку вести? Вперед.

Я переглянулся с Майлин.

— Дамы вперед? — усмехнулся я.

Она фыркнула, но шагнула в свет первой. Пройдя мимо, она вдруг остановилась на мгновение, оказавшись слишком близко. Я уловил легкий запах жасмина, который странным образом пробивался даже сквозь запах озона и камня.

— Смотри не потеряй сознание от перегрузки, герой, — шепнула она, глядя мне прямо в глаза с лукавым прищуром. — Я ловить не буду.

Поток тут же мягко подхватил ее, окутал сиянием, и она плавно устремилась вверх.

— Четвертый, — мысленно повторил я, подходя к краю.

Желудок приятно екнул, вес исчез. Неведомая мягкая сила обхватила меня со всех сторон, отрывая от пола. Ощущение было странным, но приятным — словно погружаешься в теплую воду, которая сама несет тебя вверх.

Мимо проплыл второй этаж с его галереями, третий… Скорость замедлилась.

— Работает, — выдохнул я, глядя, как приближается площадка четвертого уровня.

Первый урок магии начался еще до входа в аудиторию.

* * *

Аудитория 402 встретила нас прохладой и едва уловимым запахом воска. Помещение, похожее на высокий лекционный зал с рядами, уходящими вверх, заканчивалось кафедрой, за которой уже стояла женщина.

Одета она была строго, темно-синий костюм, волосы убраны в тугой узел. Никаких украшений, кроме простого серебряного кольца.

Она не стала тратить время на долгие вступления. Едва последний студент занял место, она коснулась рукой черной плиты на стене.

— Меня зовут Элара Вэнс, — произнесла она. Голос был сухим и четким, как щелчок затвора. — Я преподаю Основы магии и контроля потока.

Она обвела аудиторию цепким взглядом.

— Магия — это не чудо. Это ресурс. И как любой ресурс, он имеет свойство заканчиваться в самый неподходящий момент…

Я слушал внимательно. Салвер часто говорил похожие вещи, но мне было интересно, как это преподают в Академии.

— Ваше ядро — это сосуд, — продолжала Вэнс, расхаживая перед кафедрой. — Искры это объем сосуда. Но объем не спасет, если каналы узкие и не держат поток. Предел наступает не тогда, когда резерв пуст, а когда проводимость не выдерживает нагрузки. Цена перенапряжения фатальна, вы можете выгореть и навсегда потерять магию, или вовсе умереть. Также вы всегда должны помнить про пополнение резерва.

Она резко развернулась к аудитории.

— Запишите. Сон. Восемь часов здорового сна восстанавливают примерно семьдесят процентов вашего запаса. Если вы спите меньше, значит начинаете день с неполным резервом. А в бою это может стоить вам жизни. Кроме сна, очень важна пища. Магия сжигает силы тела с чудовищной скоростью. Хотите магичить эффективно — ешьте мясо, яйца, бобовые. Голодный маг — слабый маг.

Лекция шла своим чередом. Вэнс объясняла прописные истины о концентрации, о том, что заклинания нужны лишь для начинающих или слабых магов, и что сильные маги управляют магией одной лишь силой мысли.

Я делал пометки, но чувствовал, что все это я уже прошел на практике, работая с Салвером и экспериментируя с артефактами. Программа была рассчитана на тех, кто только вчера узнал о своем даре. Это было логично для первого курса, но мне нужно было двигаться быстрее. Враги не будут ждать, пока я закончу Академию.

Вторая половина занятия была практической. Нас заставили гонять простейшие потоки — от солнечного сплетения к кончикам пальцев.

Для меня это было привычным делом. Я закрыл глаза, чувствуя, как тепло разливается по каналам, и выпустил на кончике пальца крошечный, стабильный огонек.

Но не у всех шло так гладко.

Я скосил глаза направо. Там сидел парень из моего десятка — Томас Рид. Бледный, с бисеринками пота на лбу. Он вытянул руку, пытаясь зажечь «светляк», но его пальцы мелко дрожали.

Магическим зрением я видел, как мана в его каналах двигалась рывками, срывалась и гасла, не доходя до выхода. Он явно боялся выпустить силу, словно она могла его укусить.

— Рид! — голос Вэнс заставил его вздрогнуть.

Она подошла к нему, глядя на погасший огонек. Она не видела потоков, как я, но видела результат или, правильнее сказать, его отсутствие.

— Ваши руки дрожат, кадет, — заметила она холодно. — Если вы не можете удержать концентрацию на простейшем упражнении, как вы собираетесь удерживать боевой щит? Соберитесь.

Томас опустил голову, его лицо пошло красными пятнами.

— Простите… — прошептал он.

Я вернулся к своему упражнению. Парню будет тяжело. Страх — худший враг для любого начинающего мага.

Когда занятие закончилось, и студенты потянулись к выходу, я задержался. В моей голове возник неожиданный и очень амбициозный план. Дождавшись, пока у кафедры станет пусто, я подошел к преподавателю полный решимости…