— Фотограф?

Я хватаюсь за мощные плечи Артема, пытаясь отдышаться, когда он меня наконец отпускает.

— Или это такой способ закончить не понравившийся тебе разговор?

— Все вместе.

Артем усмехается и снова переплетает наши пальцы.

Черт.

Неужели он совсем непробиваемый?

Я, например, только и могу хватать распахнутым ртом воздух после такого дикого поцелуя, а ему хоть бы что!

Признаться ему, что в следующий раз ему придется меня волочить после такого, потому что у меня подгибаются коленки?

Ну нет. Не дождется Артем Громов такой чести!

Мы неторопливо подходим к ожидающей нас машине.

Украдкой посматриваю на Артема, замечая, что он щурится на солнце, как довольный сытый кот.

И это проклятая улыбка на его сочных губах! Нет. Однозначно. Мужчинам нужно запретить быть такими… С ума сводящими! Да он опасен для общества! Особенно, для женского.

— Нам долго ехать?

— Несколько часов. Предпочитаешь прогуляться?

— Пожалуй, в другой раз.

Я отворачиваюсь, делая вид, что рассматриваю виды.

Слышу, как Артем тихонько посмеивается.

Надо бы спросить его о том, где же этот его таинственный фотограф.

Но чувствую, что не смогу. Потому что губы до сих пор дрожат. И, стоит мне их раскрыть, как наверняка я ляпну какую-нибудь колкость. Про Карину. И про то, где он проводит ночи нашего медового месяца.

— Артем! Здесь и правда нереально красиво!

Я забываю обо всем, когда мы оказываемся на месте.

Озеро, будто спрятанное среди густых деревьев. Мне даже кажется, будто оно светится. А невдалеке настоящий водопад.

— Купаться уже слишком поздно. Но у нас есть лодка. Я был уверен, что тебе понравится.

— Да. Это то, что нужно. Побыть на природе и в тишине.

Без людей, которых постоянно приходится обманывать. И без Карины, так приветливо приоткрывающей дверь своего номера для Артема.

Понимаю, что мне просто хочется побыть в тишине. Снять наконец маску. Сбросить притворство.

В идеале, конечно же, чтобы здесь не было совсем никого. И Артема в первую очередь.

— Пойдем?

Он протягивает мне руку, и я следую за ним.

Чем ближе мы подходим к озеру, тем больше я понимаю, что здесь еще красивее, чем было моим первым впечатлением.

Теплая осень. И сумасшедшие разноцветные краски, которые будто ковром покрыли всю гладь воды.

— У нас есть продукты. И пледы.

Артем кивает в сторону качающейся на воде лодки.

— Мы здесь надолго?

— Думаю, к вечеру вернемся.

— Артем.

Я послушно вкладываю свою руку в его. Позволяю себя вести.

— Зачем все это? Здесь же нет никаких фотографов. Разве нам стоило сюда ехать?

— Мы же хотим, чтобы все было правдоподобно?

Я только киваю, а Артем хмурится в ответ.

Но даже такой он ослепительно красивый. Самый красивый из всех мужчин, которых я когда-то видела в своей жизни!

Ничего удивительного, что он когда-то с первого взгляда свел меня с ума!

— Встань у лодки. Отправим Лиле с Маратом фотоотчет.

А ведь такое место тоже было частью той старой мечты, — вспоминаю, останавливаясь у самой воды.

Мы тогда хотели и успеть все увидеть и на пару дней сбежать от всего мира.

Интересно, Артем так поступает потому что помнит об этом? Или для того, чтобы сбежать подальше от Карины? Может, он не способен находиться с другой, когда она рядом?

— Тааак, повернись… Еще немного… Еще… Оксана. Ты можешь сделать счастливый вид? А то у меня ощущение, что я силой заставил тебя выйти замуж и пытаю!

Мы входим во вкус.

Я сама не замечаю, как начинаю оттаивать.

Забываю обо всем на свете.

И просто смеюсь, пока Артем заставляет меня вертеться во все стороны и принимать разные позы.

Мы хохочем, и сейчас я снова забываю, что мне вовсе не восемнадцать лет.

Чувствую себя, как будто только что с ним встретилась и пошла на первое свидание!

— Ну нет. Так не пойдет. Где твоя улыбка?

Артем подкрадывается сзади.

Обхватывает меня за талию.

— Ты должна выглядеть естественно. В таких позах нам никто не поверит.

Его голос обжигает кожу на моей шее.

— Ах, так? Я не умею, значит, позировать?

— Расслабься. Ты выглядишь так, как будто бы я тебя не кормил три дня. И заставляю улыбаться силой.

— Ай!

Я покачиваюсь, но Артем очень уверенно ловит меня.

Отбрасывает в сторону свою фотокамеру.

— Кстати, о камере. Если бы был настоящий фотограф, то она была бы у него. А у тебя просто телефон. Разве не так?

— Оксана. Ты улыбалась вчера так, как будто тебе дробят зубы. Или челюсть судорогой свело. Мы делаем фото для Марата, не забывай, пожалуйста. И для его жены. Мой отец разбирается в людях с одного взгляда. Он способен прочитать по глазам всю твою историю и весь характер. Ну, а Алмаз, как бывшая модель, прекрасно способна отличить настоящее от наигранного.

— Значит, я плохая модель. Ну конечно. Вот зачем ты меня сюда привез. Потому что есть намного более талантливые!

— Черт. Оксана. Ну зачем?

Моя нога подворачивается.

Мы кубарем слетаем вниз по склону, усыпанному разноцветными листьями.

Я хохочу, а Артем прикрывает меня руками.

— Ох. Теперь не подняться наверх. У тебя случайно нет вертолета?

Мы летим все дольше и дольше. Когда наконец останавливаемся, я задираю голову вверх.

Оказывается, это озеро находится на возвышении.

И наверх нам придется подниматься очень долго.

— Если бы знал, то обязательно приказал бы лететь за нами.

— Ничего. Я прекрасно поднимусь и сама.

На самом деле я, конечно, вру.

Слишком высокий подъем и слишком долго подниматься.

Но из принципа я это сделаю.

Пусть Артем не думает, что ему всегда приходится выручать меня из каких-нибудь неприятностей!

— Ты сумасшедшая, ты знаешь?

Он притягивает меня к себе еще сильнее.

Я чувствую, как напрягаются мощные мышцы его живота. Кубики, которые сталью перекатываются под моей кожей.

— Артем. Не надо.

Но меня никто не слушает.

Он легко, будто перышко, поднимает меня на вытянутых руках.

И смеется. Так… По-мальчишески задорно. Что я не могу сдержаться и хохочу в ответ.

— Отпусти!

Как раньше. Господи. Это все как когда-то…

— Ах, так? Уверена?

Артем резко переворачивает меня. На спину. Перекатывается, придавливая меня своим мощным телом. Подминает под себя…

И…

Мы замираем, глядя друг другу в глаза.

И в обоих горит самое запредельное пламя….

— Ты не поранилась? Дай я посмотрю.

Артем отмирает первым.

Поднимается, отряхивая с себя листья.

— Я в порядке, Артем. Правда.

— Не спорь. Я должен проверить. Так болит?

Он внимательно осматривает мои ноги. Накрывает их руками, начиная прощупывать с самых стоп. Поднимается пальцами выше.

— Оксана.

Я ничего не могу сказать. Только прикрываю глаза и легонько постанываю от удовольствия. Кажется, еще немного, и начну мурлыкать.

Но вовремя спохватываюсь. Быстро поднимаюсь на ноги.

— Ты научился делать шикарный массаж.

Цежу, сжимая губы в тонкую нитку. До боли.

Надо не забывать. Артем чужой жених. Ну, зачем он так себя ведет, что я снова и снова готова растаять?

К чему эта вся романтика? Забытые мечты? Давно припорошенные пылью. А он их вытаскивает. Превращает в реальность. Заставляет оживать то, что я так старательно пыталась забыть и вытравить из себя? Счастье. Наше с ним счастье.

Неужели не понимает, что делает мне больно?

И тут уж никакой бинт. Ни один массаж не поможет.

— Я многому научился. Я всегда учусь. Поднимемся наверх?

Артем тоже хмурит брови. Как будто очнулся.

— Давай прогуляемся. Только держись, пожалуйста, в нескольких шагах от меня. Раз уж нас здесь некому увидеть.

Он кивает, а я иду вперед.

Не разбирая дороги.

Если бы не Артем позади меня, точно бы заблудилась.

Мне хочется вернуться обратно.

Туда, где есть люди.

Где наша странная близость не станет давить на меня.

— Пора возвращаться.

Артем берет меня за руку, прожигая своим горячим прикосновением.

— Иначе темнота застанет нас здесь. И ты наверняка проголодалась, как и я.

— Боишься заночевать в лесу? Неужели есть такое, с чем Артем Громов не в состоянии справиться?

— Есть.

Артем хрипло выдыхает сквозь сжатые зубы, еще сильнее сжимая мою руку.

— Как оказалось. Хотя я думал, что такое исключено.

Мы возвращаемся к озеру молча.

Только замечаю, как на его лице играют желваки. А лицо становится все более и более хмурым.

Артем молча стелит плед прямо на траву.

Вытаскивает из лодки корзинку с едой.

— Я помогу.

Тоже берусь за дело. Намазываю на хрустящие ломтики хлеба ароматный паштет, пока он разливает в стаканчики горячий травяной чай из термоса.

Мы стараемся не смотреть друг на друга. Даже не прикасаться.

Но каждый раз, когда наши пальцы случайно касаются, обоих словно прошибает током.

— Прости, это по делу. Я должен ответить.

Телефон Артема настойчиво звонит, и он наконец отвечает на звонок, отходя подальше.

Я поднимаюсь. Подхожу к озеру, разглядывая идеально прозрачную гладь, разукрашенную пестрыми листьями.

Смотрю на свое отражение.

Волосы всколочены. Глаза просто дико светятся.

— Ай!

Не замечаю, как нога сползает вниз. И я со всего размаху лечу в ледяную воду, нелепо размахивая руками.

— Артеееееем!

Вода слишком холодная. По-настоящему ледяная.

Я захлебываюсь и бью руками по воде.

Но не могу выплыть. Ногу от холода сводит судорогой.

И я чувствую, как нелепо иду ко дну.

— Артееееем!

Мо крик получается очень слабым.

А в голове единственная мысль.

Насколько далеко он отошел?

— Я здесь. Тихо. Не бойся.

Меня крепко обхватывают горячие руки.

Он с силой прижимает меня к такой же горячей груди.

Черт.

Кажется, от жара его тела вода сейчас просто вскипит.

— Тебя ни на секунду нельзя оставить одну.

Хрипло бормочет Артем, вытаскивая меня на берег.

Он не успел сбросить одежду.

С нас обоих сейчас просто льет.

А я цепляюсь за его рубашку мертвой хваткой и стучу зубами от холода.

Руки закоченели так, что я просто не могу их разжать.

А еще мне до сих пор страшно, хоть Артем уже и вытащил меня на берег. Страшно до ужаса. Просто до одури.

— Я должен был помнить, что тебя нельзя и близко подпускать одну к воде.

Артем прижимает меня к себе так крепко, что мне даже становится трудно дышать.

Зарывается всей пятерней в мои мокрые волосы.

Прижимает голову к своему плечу.

— Тихо. Тихо, Оксана. Успокойся. Все хорошо. Ты в безопасности. Пойдем. Сейчас согреемся.

Он подхватывает меня на руки и уверенно куда-то шагает.

А я так и не могу расцепить руки. Только сильнее прижимаюсь к нему, все еще безумно дрожа.