Жадность

Мы, простые обыватели, как наивные идиоты полагали, что после такого «посыла» на Тургояке гонка замрёт. Остановятся. Осознают, что делят. Хоть на минуту подумают о вечном. О смысле. И о том, какой наш «шарик» в общем-то маленький. Или хотя бы представят, как может отреагировать оскорбленный в своих посылах космический «гость».

Ага, как же!

Жадность, она не вчера на Землю пришла! Она давно тут поселилась. Причем отнюдь не на поверхности нашего каменного шарика. В сердцах угнездилась…

Вместо хоть какого-то мира началась самая бешеная, самая подлая и самая циничная грызня за место у новой, поражающей своими потенциальными возможностями «кормушки». Всё как всегда. Обычная крысиная возня. Просто масштаб теперь был не планетарный. Галактический!

Гипотетически возможные технологии странника рушили устоявшуюся пирамиду взаимодействий. И ясность понимания, что же ждать от завтра!

Все понимали — опередивший, дорвавшийся первым мог стать новым мировым гегемоном! Даже какой-нибудь местечковый князёк из условного Сомали.

Старый гегемон, подмяв ЕС и НАТО, уступать свои позиции ожидаемо не пожелал. И договариваться тоже совсем не хотел. Хотел, как и раньше доминировать. И, понимая, что власть ускользает, но сила пока ещё за ним, шел на самое жесткое обострение.

В Пентагоне, да и на Капитолийском холме всерьёз обсуждали сценарии «ограниченной конфронтации». Ограниченного удара. С целью предотвращения «технологического прорыва» конкурентов. Несмотря ни на что. Страх проиграть гонку тогда оказался куда сильнее страха большой войны.

Вот Россия и Китай да, нашли общий язык с космической скоростью — за неполных два часа!

Этого хватило, чтобы осознать главное. Портал на нашем общем континенте. И это не только подарок судьбы, не столько фантастические возможности в будущем. Это ещё и гигантская головная боль уже прямо сейчас. И огромная реальная угроза.

В Пекине тогда, по слухам, Политбюро собрали в три часа ночи. Да и в Москве многих из Совета безопасности вытащили уже из постелей. Оба управленческих аппарата работали в режиме «час икс». Сомнений не было — в сложившихся раскладах Запад пойдёт до упора. Вариантов нет.

Мы с Галиной Сергеевной у телека в ту ночь провели. Новости гуглили. Думали куда вывозить детей. Когда начнется. Куда бежать из Москвы. Если успеем…

Не знаю, как наши с китайцами всё смогли провернуть, каких усилий это им стоило, но через безумно быстро пролетевшие два часа министры иностранных дел уже делали первое своё заявление! Совместное. В нём открытым текстом озвучили, что любые попытки иностранных операций в радиусе тысячи километров от мегалитов будут рассматривать как угрозу стратегической стабильности континента. Фактически две ведущих армии мира ставили остальному шарику ультиматум.

А пока Запад лихорадочно соображал, что делать с «неправильным» русским чудом, Российская Федерация припомнила всё. И сожжённые спутники, и пакет из пакетов санкций, и гибридную войну оранжевых революций, и даже ползучее наступление NATO! В праведном порыве едва до требований репараций за Ледовое побоище не дошла…

Ну и счёт, само собой, выставила. Для торга.

Верховный в экстренном обращении объявил о вынужденном полном закрытии границ. Для нежелательных элементов. Всех элементов.

Воздушное пространство перевели в режим военного времени. Заявили, что любое несанкционированное проникновение будут считать актом агрессии. И отвечать. С применением всего арсенала доступных средств.

А Китай тут же поддержал. И Индия…

На следующий день индусы сделали ход конём — отдельно объявили, что «не допустят милитаризации исследования внеземных объектов». Была ли это лазейка для Штатов или хитрая уловка, но, притворяясь миротворцами, индусы наглухо закрывали и третий возможный коридор.

Только вот против жадности, подкреплённой столетиями ощущения собственной исключительности, даже железный занавес — отнюдь не преграда. И две трети землян — совсем не аргумент!

Пока политики в Москве, Пекине и Дели, путаясь в переводах, согласовывали свой континентальный договор, а военные ощетинившись сотнями гиперзвуковых ракет, крепили внешние рубежи, «американский нос» уже торчал на берегу Тургояка.

В Пентагоне работал «план B» — вариант, прописанный ещё во времена программы X-37B — в случае нахождения внеземных технологий «допуск несанкционированного доступа недопустим». По сути — право на упреждающее вмешательство. Или на превентивный удар. Само собой, ядерный.

Но произошло всё прям как в старом анекдоте:

Хочешь невозможного — зови русских!

Хочешь быстро и дёшево — обратись к китайцам.

Хочешь надёжно — приглашай немцев…

А американцев?

А американцев звать не нужно — ты и моргнуть не успеешь, как они сами придут!

Все успели. Точно по анекдоту. Одни немцы как Фонерье над Парижем опять пролетели. Карма, видимо, у них такая. Испорченная. А вот американцы те да, пришли первыми — и ведь как красиво тогда всё провернули!

Прям такое фантастическое «совпадение»! Незапланированный мощный сеанс Deep Space Network, синхронная работа скандинавских ионосферных нагревателей EISCAT совместно со старым «другом», абсолютно гражданским комплексом HAARP, и шумы международной сети SuperDARN создали невозможное, уникальное окно!

Одновременная работа нагревателей вывела F2-слой в режим множественных переотражений. Превратила зону над Южным Уралом в сплошной «игольчатый лес» резких градиентов…

Невиданное северное сияние принудительно ионизированной мезосферы накрыло треть Евразии…

Российские загоризонтные РЛС получили картину вроде и естественных, но мощнейших возмущений ионосферного слоя. На этом фоне слабосигнатурная, давно не экспериментальная «Aurora», выскочив из Турции в «дыру» Средней Азии, прошла через зону ПВО Урала. Невидимкой. Не выделенной на фоне хаотичного спектра.

Разведчик SR-91A «Aurora» прикрылся природной уральской Авророй как плащом-невидимкой. Элегантно, как и подобает «богине».

SR-91 Aurora.

Зенитчики, ожидаемо, прозевали.

Потом, конечно оправдывались. Что система ПВО на Урале была в режиме модернизации. Да еще часть РЛС перевели на сопровождение аномалий мегалитов. Да и командные каналы забили дипломатической связью с китайцами…

Только факт остался фактом. Опять прозевали. Как Руста…

А, прыгнувшая на гиперзвуке в нижние слои мезосферы, сверхсекретная «богиня» из прошлого века ещё как-то умудрилась вывалить свой груз. В тормозном контейнере HERCULES Pod. Живым, что главное!

Скинула группу глубокой разведки.

Прыжок из стратосферы в защитном скафандре.

Нет, десантировался на Южный Урал не пресловутый отряд Delta. И даже не SEAL TEAM Six. Очередь умирать чистокровным американцам пришла чуть позже.

Тогда, спешащие натовцы, швырнули «винегрет» из того, что оказалось ближе, что было под рукой на европейском театре — совместную группу израильского Sayeret Matcal и европейской DOSE Action Division. Из почти фантастического состава EU Crisis Response Unit.

Сюрпрайз!

По факту эти шустрые ребята в почти космических скафандрах оказались не столько бравыми солдатиками Швейками. Больше уж инженерами апокалипсиса. Специалистами по «действиям в средах с аномальными свойствами». Как много позже всплыло в узких кругах — их готовили на сценариях, скопированных с немецких «Колоколов». И наших же отчётов по «Перми-36».

Идея была до гениальности проста — портал и есть та самая аномальная из аномальных зон. Значит, пока русские со своими союзниками телятся, туда нужно заслать не супернавороченных головорезов-десантников, а сталкеров с докторскими степенями. Пусть найдут как рулить.

И тогда, захватив управление, подчинив аномалию, снова играть с неудачниками-аборигенами от позиции самого сильного.

Никто кроме них, короче…

Только, вот, утром интернациональную «братию» засекли. Нет, не развёрнутые по военному времени ПВО, не военные спутники и даже не погранцы. Обычная полупьяная компашка миассцев. Выбравшаяся на выходные потусить на Тургояк. В шальном, пьяном угаре прозевавшая все горячие новости мира.

Мужики с опохмела проснулись от рёва воткнувшегося в атмосферу тормозного контейнера. Думали очередной метеорит рухнул.

Тоже бабло глаза застлало. Первыми урвать себе кусок небесного камня захотели. Чтоб не делить и не делиться…

Вот и наткнулись искатели космической халявы на выколупывающихся из ядовито-лимонных стратосферных скафандров нежданных пришельцев.

Дальше играли инстинкты. И уставы экспедиционных миссий.

«Гости», не желающие оставлять свидетелей, сразу же, не мучаясь муками совести, положили вышедших к ним ошалевших «аборигенов».

Но не учли, что на четыре хорошо поддатых мужика может оказаться ещё и пять девиц. Не сошлась математика…

Палатку с четырьмя неудачливыми голыми жрицами издырявили выметнувшиеся на поляну тени. Салон крузака мельком проверили. А вот багажник…

Торопились. Понимали, что много им хозяйничать не дадут. Знали куда и на что шли. А может и отвлёк кто. Кто теперь знает…

Пятую прозевали.

Девица эта, мышью затаилась в багажнике среди упаковок холодного пива, чем и обвела, обманула датчики, да умные тепловизоры визитёров. А потом и шум подняла. Позвонила «крышевавшему» бордель сотруднику.

Тот уже по личным каналам на дежурного войск РХБЗ по Уральскому округу вышел…

А потом пацаны с авиабазы Упрун, что под Троицком, две обычных роты зелёных «духов» и редкими «дедами» местного БАО, ещё пять часов пытались «продавить» цепляющиеся за каждый клочок земли элитный спецназ!

Израильский спецназ

Sayeret Matcal в бою.

Продавили. Выбили. Шансов не было.

Обычная едва окончившая школу пацанва. Харкая, истекая кровью, потеряв в бою две трети состава, но превозмогла. Мертвой хваткой вцепилась. Не дала свободы маневра. И времени не дала. Не отошла. Дожала. Положила элитных!

Это потом уже нагнали специально обученных «зелёных человечков». Автоматических контуров понатыкали.

А тогда выгребал простой пехотный Ваня…

Против одних из самых лучших универсальных солдат. Обычной пехотной ручной стрелковкой. Потому что командование, до которого наконец-то дошёл весь кошмар сложившихся раскладов, больше боялось за объект. Поэтому и прислало жёсточайший приказ: в радиусе пяти километров от портала — ни-ни, ни чего там тяжёлого!

Да и в бою идиотов не оказалось. Допёрло до всех. И до наших, и до «гостей», когда мегалиты объекта среагировали на попытку высокоэнергетического воздействия.

Нет, «крокодил», с примчавшимся на помощь погибающим пацанам челябинским СОБРом, завалили «гости».

Объект испарил две шедшие следом за МИ-24 ударных вертушки. Да непонятно с чего сунувшийся в район самолёт ДРЛО. Засветил, называется А-50, на свою беду. И рассыпался разлетающимися свободными протонами…

Останки поврежденного и рухнувшего «крокодила».

Ми-24 (по кодификации НАТО — Hind).

Ну и натовского зенитчика с отстрелянным стингером в прибрежный песок вплавил. Живым. Перемешав живое тело с пустым тубусом комплекса. На глазах у всех.

И оставил там умирать. Истошно орущим. Долго потом орущим.

Я, когда нас туда перекинули, записи боди-камер европейцев анализировал. Логику защиты портала понять пытался. И спать потом от кошмаров долго не мог…

Миасские гражданские патанатомы, что первыми погибших резали, говорят с ума посходили.

Может врут…

Раздавили, короче, «духи» элитных «гостей». Но и натовская сводная группа успела задачу выполнить — стачиваясь, умирая, вгрызались, цепляясь за каждый камень, но всё же обеспечила трем своим яйцеголовым какое-то время.

Их прожаренные останки меж навороченной аппаратуры наши потом нашли. У первого охранного контура мегалитов…

И, что удивительно, заныкавшаяся в крузаке, девчонка всё это время вела свой стим! Вещала на планету. Кусками. Рваными рилсами. Потому что заткнуть на совсем ни у наших, ни у «гостей», сцепившихся в обоюдном смертельном танце руки не доходили. Не до неё оказалось. Вот и поимела девочка свой звёздный час…

Мы, узнав о бойне на Тургояке, из Москвы с Галей пытались тогда вырваться. Детей вывезти. Как, впрочем, тогда многие. Из зоны потенциального первого удара. Рвались в попытке пробиться на Ярославль. Нет, не к родным. Просто там были леса. И меньше военных объектов.

М8 стояла. Впрочем, как и второстепенные трассы.

Я тогда поймал себя на странной мысли: больше всего хотелось, чтобы это всё оказалось дурным сном. Чтобы просто проснуться, открыть глаза — и никаких космических странников, Тургояк снова простое озеро далёко глубинки, а не пульсирующая багровым точка на военных картах…

Не знаю. Может в Вашингтоне заранее и просчитали нюансы. Если десант провалится. Например, могли ответственность свалить на своеволие «европейских партнёров». Ну и не беспочвенно были уверены, что Россия не рискнёт объявлять войну блоку NATO. Но всё равно на тоненького сыграли.

Трясло нас, простых обывателей, тогда.

Но то Вашингтон. За эти пять часов, пока шел бой, в Женеве сорвались все кулуарные переговоры. Договорённости рухнули. Представители ЕС требовали от США признать операцию ошибкой. И разделить угрозу.

Белый дом, попавший в ловушку загнанных к Китаю собственных флотов давил, чтобы Европа выруливала сама. Недосуг Вашингтону. Не до сук…

Россия… Россия ночью перекрыла все трубопроводы. И опять проснулась и начала своё вещание УВБ-76. «Жужжалка». Радиостанция судного дня…

А в это время в кабинетах политики, побрякивая ядерными дубинами, обрывали телефоны, пытались найти хоть какой компромисс.

Его, конечно, нашли. Куда б все делись. Только и перед этим успело свершиться всё. Всё, на что хватало запасов тестостерона у загнанных в угол мировых игроков.

Поляков, этих вечных «ударных хомячков» британцев, к закату бросили разменной монетой на Украину. Входили пшеки спешно. Плохо организованными колоннами. Спешили сильно. Гнали их союзники. Хоть «мясом», но надавить на наших, принудить оттягивать силы, создавать второй фронт. Польша тогда оказалась между молотом и наковальней: Вашингтон требовал наступать, Берлин просил «не доводить до Третьей мировой», а политики в Варшаве мечтали стать новым «щитом Запада», ну и, естесственно, повторить коррупционные схемы украинского сценария.

Мало им всё казалось.

Потом и немцы, под жёстким давлением, забыв свои пацифистские закидоны, за ночь почти до Калининграда успели перекинуть два бронетанковых кулака. 1-ю и 10-ю Panzer Division.

Леопарды на автобанах Германии,

2025 год.

Автобаны в хлам. Но к утру на границе уже группировались стальные «кошки». Для прорыва.

Под прицелами развернутых «Искандеров». Со специальными боевыми частями…

В Берлине тогда этот демарш называли гордо и звучно. Демонстрацией решимости. Но их собственный генштаб тёк, тёк и затравленно шептал множеству разномастных журналистов: «если русские жахнут — за двенадцать минут Германии не станет». Расчёты подлёта ракет были самым популярным запросом. Висели на всех рабочих столах. Как, впрочем, и зоны первого удара уже по Европе…

Развернутый в 2025 году у польской границы ОТРК «Искандер-М».

Под бешенным давлением даже прибалты «проснулись» — тоже чем-то там угрожающе брякали…

Только и наши упёрлись. И Китай гнал военные транспорты один за другим…

А Миасс «кипел» в те дни таким количеством вояк всех мастей, что грибникам в кусты отлить отойти страшно было. Того и гляди кого не того «оросишь». Даже за периметром 50 километровой закрытой запретной зоны.

Прободались два дня. Померялись причиндалами. Но продавить до конца не решились. Ни те, ни другие. Уж слишком у многих пальцы на кнопках тогда затекали…

А раз так, то пришлось уступать, компромиссы искать, торговаться. Но и угроза Третьей мировой чуток тогда всё ж отступила.

Мы же семьёй торчали всего лишь под Посадом. Сергиевым Посадом. Не смогли дальше проскочить. Не пробились. В пробке застряли. Гигантской многокилометровой пробке бегущих москвичей.

А потом позвонил замдиректора. Орал. Кретином меня обозвал. И Галину Сергеевну, кстати тоже. Истеричной дурой. Потом устало затребовал возвращаться. В Москву.

ATLAS же просто летел. И как сенсационно сообщила Лаборатория реактивного движения NASA — неожиданно для человечества стал ускоряться!

Мда…

Обломал все хотелки.

СВО тогда завершили в неделю. Спешно. «Украина? Це шо?». Амеры ещё и Польшу в подарок кинули — только быстрей, только не тяните! Корпорации сходили с ума, разные лобби «президента мира» рвали как оголтелые. «Улетает же!»…

Пшеки капитально так впухли. Охренели. Россию делить пошли — а тут у самих гости…

В поднявшемся тотальном дележе мира, развернувшаяся 10th Panzer Division и партизаны Батьки междуобойчик нежданчиком для всех устроили. Для пшеков. По привычке бывшую Курляндию делить принялись! Войско-то Польское тю-тю, земли окраины топчет. Так почему б не помочь соседу…

А потом Батька еще один финт отмочил. Стремительно оценив риски и так же быстро использовав шансы, срочно провёл референдум. О вхождении в Россию. Естественно, с отгрызенным куском Польши. И застрявшей в горле польской шляхты Западной Украиной…

Пока у нас в Думе думку озадаченно чесали, в Беларусь попросились ещё и ошарашенные прибалты. Чтоб им Сувальский коридор по самый Хельсинки не отрезали…

Вот и получилось, что Россия тогда пятый раз Польшу поделила. Ну или шестой, если присоединение Великого герцогства Варшавского в 1815-м за очередной раздел посчитать.

Кстати, разделила опять совместно с немцами.

Дипломаты тихо отпаивались валидолом. Замахивая неразбавленным виски. Мы, обыватели, не успевали понимать, где кончается политика и начинается география…

И что срочно скупать в магазинах. Соль. Или спички.

Ага, раньше смеялись, только права оказалась всё равно Псаки. Джейн, которая. По самое не балуйся заинтересованный во влиянии на Россию, а поэтому готовый на любой каприз, Конгресс спешно гнал Шестой флот США к берегам Белоруссии. Новой, существенно раздавшийся в размерах Белоруссии. Охранять. Пытаясь унять, успокоить уже Европу. Тушить свой же пожар военной истерии. Гнал обледенелыми глыбами вслед за российскими ледоколами. Прямо через Ледовитый океан!

Китаю… Китаю тогда добровольно, даже можно сказать принудительно всучили Тайвань. Чтоб только не возмущался. Считали, всё равно с появлением инопланетных технологий эта спорная территория будет никому не нужна. Ну, и чтобы китайцы не требовали репараций с Японии. За геноцид.

Самые шустрые спешили делить Марс. И Венеру. И спутники Юпитера…

А когда сводная группа экспертов добралась до мегалитов на Вере, то вылез ещё один сюрпраиз…

Облом с технологиями!

Помимо первого, теплового контура защиты, древний комплекс оказался накрыт полем Каплана! Абсолютным защитным пузырём. Без затей мгновенно диссоциирующий на ионы любые пытающееся проникнуть вовнутрь тела…

А я… А мне снова звонила Айка!

* * *

Хакеры от науки

Поле Каплана. Абсолютный диссоциативный барьер. Это был вызов — вызов человечеству. Вызов, брошенный земной науке с высоты космического превосходства!

Да, много в чем «кожаных» с Земли можно обвинить, но только не в отсутствии упёртости.

Сюрпрайз? Вызов?

Ха! Человечество охнуло в изумлении. Корпорации ахнули от порядков озвученных финансовых потерь. Политики скрипнули пошатнувшимися под задницами креслами и, утирая испарину, спешно напрягли братию от науки.

Ну и военных до кучи…

Упереться. Работать.

Только не все страны тогда это восприняли одинаково. Заняты слишком были. Бюджеты новые пилили, в согласованиях деталей старательно пытались погрязнуть. Чтоб концы потом спрятать.

Бюрократы…

Вот кто-кто, а китайцы на новый сюрпрайз странника отреагировали мгновенно! Может из-за их патологической тяги к системности, а может и благодаря государственному планированию.

Всё же отсутствие рыночного хаоса в управлении — это великая вещь!

Особенно в условиях войны. Или, когда необходима срочность, когда не мямлить нужно, а проблему быстро решать…

Уже к вечеру на Тургояк перебросили выездную группу из Китайской академии наук.

Челябинский аэропорт имени Курчатова, оккупированный нашими МОшниками, гудел от десятков экстренных рейсов. Военные тоже спешили — то технику с юнитами перебрасывали, то оборудование и спецов, то опять разномастных «коллег» из дружественных государств…

За ревущими нашими ИЛами вторыми на взлётку тогда чуть не рухнули тяжёлые Y-20.

Тяжёлый военно-транспортный самолёт Y-20 НОАК заходит на посадку

Военная полиция, осатаневшая от нескончаемых нарядов, ещё отвалившиеся челюсти, с бетона взлётной полосы подымала, а специалисты SKL по физике экстремальных условий и инженеры из Цзюцюаньского центра космических технологий уже тащили баулы, корфы, цилиндры Дюара с охлаждёнными в азоте датчиками. Пёрли как трудолюбивые мураши длинные тубусы с оптоволоконными зондами…

Спешили те самые, сверхзасекреченные спецы, кто работал с мощными плазменными экранами высокоэнергетических генераторов. Кто, утерев нос японцам с их горделивыми 11 секундами, в ловушках EAST держал искусственное солнце термоядерных реакций фантастически долгие 1000 секунд. Наверное, единственные кто хоть что-либо понимал в этом чёртовом поле Каплана…

Журналисты, ранее мечтавшие хоть одно такое лицо поймать в объектив за всю свою карьеру, тогда выпадали в осадок. Не веря, что просто не задумываясь «льют» в эфир суровые челябинские коллеги. И рвали волосы, пытаясь попасть на Южный Урал.

Спецслужбам было пофиг. Спецслужбы погребли под гигантским валом фантастически срочных проблем. Повылазило разного — успевай только разгребать! Какие тут, к черту, сверхсекретные китайские ученые? Тут измученные силовики неделями о элементарном ду́ше мечтали!

А теоретики с инженерами уже рвались на Тургояк. Их задача была понять, оценить — можно ли это поле Каплана, хотя бы на миг, но стабилизировать. Поймать в ловушки. Заморозить.

В Шанхае, в кампусе Национальной лаборатории интенсивных световых полей, под мобильную группу выделили удалённую команду теоретиков. Которые следили за спектром аномалии и сверяли с моделями высокодобротных резонаторов.

Наши, российские, добрались вторыми. Несмотря на кажущееся географическое преимущество.

Нет, фактически на место первыми примчалась не китайцы. Само-собой наши. Бой ещё только затихал, когда на убитых газельках прилетела инициативная группа из Троицкого института инновационных и термоядерных исследований.

Но вояки не пропустили — куда? Там бой! Стреляют! Да и «чё с них взять? Свои, местные! Не богатенькие иностранцы же, „крыши“ не имеют, так чё кипиш гнать? Подождут!»…

Стояли, одни время теряли, другие — ждали приказа. Облажались, короче. Вот…

Потом, за китайцами, экстренно переброшенными из Москвы, прибыли геофизики Института Земного магнетизма РАН. И две полевые команды «Курчатова». Те, которые привыкли работать рядом с непредсказуемым морем энергий.

Их мобильные лаборатории развернули прямо на северном берегу. И, как всегда, пока другие ещё обживались, наши, русские, уже разворачивали георадары с синтезированной апертурой. Раскидывали линии защищенных, экранированных кабелей. Долбили холёными ручками докторов наук мерзлый базальт, чтобы под контур защиты объекта воткнуть первые датчики. Спешили снять подповерхностную активность.

А в Москве, в Центре коллективного пользования «СКИФ», в аналитических секторах Курчатовского института, как в войну, сели на круглосуточные смены спектральщики с вычислителями…

США действовало более точечно. И более масштабно. На остров прибыло сразу за сотню специалистов DARPA. И физики из Ливерморской национальной лаборатории. ARGOSовцы…

Да, те самые, кто работает с моделями неевклидовых барьеров и детекторами необычных излучений.

К ним присоединилась полевая команда JPL, привезшая миниатюрные гравиметры нового поколения. А в удалённом режиме подключились группы из MIT Haystack Observatory и лаборатории Лос-Аламоса.

Последние разворачивали распределённый кластер анализа. В надежде поймать, вычислить стабильные окна в поведении непонятного поля барьера. Если такие хотя бы теоретически существовали.

Европейцы пошли самым академичным путем. На место прислали группы CERN и Немецкого института геофизики GFZ. Тех, которые работали с аномальными резонансами и тонкими возмущениями в структуре поля Земли. Отправили ловить пресловутый резонанс Шумана.

Спецбортом, посаженным почему-то на военный Шагол, а потом и армейскими МАЗами доставили мобильный спектрорадиометр. С кровью «выдранный» из проекта ELF-VLF.

Военный тягач МАЗ-537 с контейнером научного оборудования.

В гудящей как улей Женеве, на базе CERN, экстренно развернули удалённый центр анализа, подключив к задаче и теоретиков из Института Макса Планка.

Только почему-то у всех этих светил науки из-под белых халатов и полевых защитных комплектов торчали такие здоровенные «звёзды», что сборное разнонациональное боевое охранение, носящееся хвостиками за своими «опекаемыми», постоянно честь отдавало. На одних голых инстинктах… Всем. По въевшейся армейской мудрости — не сломается, не убудет. И от греха. Тоже без разбора на национальности.

К вечеру второго дня сформировалась странная интернациональная сеть, где полевые группы оккупировали большую часть ближайшего к острову побережья Тургояка, а удалённые кластеры суперкомпьютеров в Пекине, Москве, Калифорнии и Женеве жгли мегаватты, собирая в единую мозаику потоки данных о древнем защитном пузыре.

Я…

Я, разрываясь между новостями и компом с постоянно висящей на связи Айкой, осваивал нежданно свалившийся грант от японцев. Решал, глупец, казавшуюся такой интересной задачу — строил потенциально возможные поведенческие модели пришельца!

Забывался, называл её «Айайайкой» и не видел, как смурнела моя Галина Сергеевна…

Человечество же собралось. Человечество упёрлось — взялось за покинутую ATLASом задачу. Хакеры от науки ломали защитное поле земных мегалитов.

И ведь никому, даже самым башковитым из яйцеголовых, тогда в голову не стукнуло, не пришло, почему же всё человечество в едином порыве его, это долбаное поле, «защитным» звало! Интуиция землян криком орала, а мы…

Ученая братия увлеченно ломала как матрёшки, вложенные друг в друга, защитные контура и выносила барьеры. Один за другим!

Глоссарий второй главы:

Программа X-37B — секретная программа США по созданию многоразовых беспилотных космических аппаратов (космопланов) Boeing X-37B Orbital Test Vehicle (OTV), предназначенных для длительных орбитальных полетов (до 900+ дней), испытания новых технологий, проведения экспериментов и разведывательных задач. Построенные компанией Boeing аппараты функционируют на высотах 200–750 км, способны маневрировать, менять орбиты и возвращаться на Землю, приземляясь как самолеты

Deep Space Network — международная сеть гигантских радиоантенн NASA, обеспечивающая круглосуточную связь, навигацию и управление межпланетными космическими аппаратами. Она позволяет получать данные и снимки с аппаратов (например, Вояджер-1) на расстоянии миллиардов километров от Земли.

Ионосферные нагреватели EISCAT — мощный научно-исследовательский комплекс в Норвегии (Тромсё), использующий коротковолновые (КВ) радиоволны для искусственного воздействия на верхние слои атмосферы (ионосферу). Он позволяет ученым модифицировать F2-область, создавая неоднородности плазмы для изучения физических процессов, происходящих при нагреве.

HAARP (High Frequency Active Auroral Research Program) — американский научно-исследовательский проект, базирующийся на Аляске, целью которого является изучение свойств ионосферы Земли. С помощью мощных радиопередатчиков комплекс нагревает участки ионосферы, создавая контролируемые возмущения для изучения атмосферных процессов.

Сеть SuperDARN (Super Dual Auroral Radar Network) — международная сеть из более чем 35–40 наземных радаров высокой частоты (HF, 8–20 МГц), работающих в Арктике и Антарктике. Они непрерывно мониторят ионосферу и плазму в высокоширотных областях, изучая космическую погоду, магнитные бури, их влияние на спутники, радиосвязь и энергосети.

F2-слой — верхний, самый интенсивный ионизированный слой ионосферы (на высоте 200–400 км), играющий ключевую роль в отражении коротких радиоволн и обеспечении дальней радиосвязи.

Мезосфера — третий слой атмосферы Земли, расположенный над стратосферой на высотах от 50 до 80–90 км.

Загоризонтные РЛС — мощные радары, способные обнаруживать воздушные и надводные цели далеко за пределами прямой видимости (радиогоризонта). В отличие от обычных РЛС, они используют короткие (декаметровые) волны, которые отражаются от ионосферы или огибают Землю, что позволяет видеть объекты «за горизонтом».

Тормозной стратосферный контейнер HERCULES Pod (High-Energy Reentry Containment Unit for Limited Engagement Systems) - перспективный карбоново-керамический стратосферный контейнер сил NATO для группового десантирования.

Отряд Delta (Delta Force, официально — 1st SFOD-D) — это элитное, крайне засекреченное подразделение спецназа армии США, специализирующееся на контртеррористических операциях, освобождении заложников, тайных миссиях и устранении высокоценных целей. Подразделение работает в тесном взаимодействии с Командованием специальных операций США (USSOCOM).

SEAL TEAM Six — (официально — Группа развития специальных средств войны флота ВМС США, DEVGRU) — элитное, сверхсекретное подразделение специального назначения ВМС США, предназначенное для борьбы с терроризмом, освобождения заложников и выполнения высокорисковых операций.

Sayeret Matcal (ивр. סיירת מטכ"ל‎) — специальное формирование Управления разведки Генерального штаба Армии обороны Израиля, специализирующееся на специальном патрулировании и борьбе с терроризмом. Ранее было также известно под названиями подразделение 262 или подразделение 269.

DOSE Action Division — подразделение Главного управления внешней безопасности (DGSE) Франции, отвечающее за планирование и проведение тайных и секретных операций. В их задачи входят саботаж, уничтожение техники, ликвидация, похищения, освобождение заложников и проверка безопасности стратегических объектов. Деятельность включает работу подразделений CPES (агенты), CPIS (коммандос) и CPEOM (боевые пловцы).

EU Crisis Response Unit — (обычно упоминаемый как EEAS Crisis Response Centre или Центр кризисного реагирования Европейской службы внешних действий) — круглосуточная (24/7) структура, обеспечивающая скоординированный ответ на внешние кризисы, угрожающие безопасности персонала представительств ЕС или гражданам Евросоюза за рубежом EEAS.

Авиабаза Упрун — военный аэродром в Челябинской области, расположенный примерно в 100 км к югу от Челябинска и в 8–9 км от города Южноуральск. Здесь базируется 17-я гвардейская бригада армейской авиации Центрального военного округа. Сейчас Урпун — это главная база единственного в России подразделения, которое занимается поиском и эвакуацией космонавтов после приземления спускаемых аппаратов.

БАО — батальон аэродромного обслуживания.

СОБР - спецотряд быстрого реагирования.

Самолёт ДРЛО (Дальнего Радиолокационного Обнаружения) — воздушное судно, оснащенное мощным радаром для обнаружения целей (самолетов, ракет, кораблей) на больших расстояниях, а также системами управления и связи. Часто такие самолеты выполняют функции «летающего штаба» (ДРЛОиУ), координируя действия боевой авиации и ПВО. В отличие от наземных РЛС, самолет ДРЛО видит цели за горизонтом и на малых высотах. Примеры: А-50 и новейший А-100 в России, Boeing E-3 Sentry (AWACS) в США.

УВБ-76 — («Жужжалка» или «Радиостанция Судного дня») — это законспирированная коротковолновая радиостанция, работающая круглосуточно на частоте 4625 кГц с конца 1970-х годов. Большую часть времени она транслирует монотонный «жужжащий» звук, прерываясь для передачи закодированных голосовых сообщений (цифры, имена) на русском языке. Вероятно, принадлежит ВС РФ для связи с подразделениями. Популярная версия гласит, что станция связана с системой мертвой руки «Периметр» (автоматический ответный ядерный удар), и, если жужжание прекратится, это может означать гибель командования. Однако официального подтверждения этому нет, а эксперты считают её просто важным каналом военной связи.

Цзюцюаньский центр космических технологий — старейший и крупнейший космодром Китая, часто называемый «колыбелью китайской космонавтики».

Местоположение: Находится на северо-западе Китая на краю пустыни Бадын-Джаран (территория Внутренней Монголии, хотя назван в честь ближайшего города Цзюцюань в провинции Ганьсу).

Институт Земного магнетизма РАН (Институт земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн имени Н. В. Пушкова РАН (ИЗМИРАН) — ведущий научный центр в городе Троицк (Москва), занимающийся изучением магнитного поля Земли, ионосферы, космической погоды и распространения радиоволн.

«Курчатов» (Национальный исследовательский центр «Курчатовский институт») — ведущий научно-исследовательский институт России, основанный в 1943 году для создания ядерного оружия. В настоящее время это крупнейший междисциплинарный центр, занимающийся атомной энергетикой, ядерной физикой, материаловедением, нанотехнологиями и биологическими исследованиями.

Центр коллективного пользования «Сибирский кольцевой источник фотонов» (ЦКП «СКИФ») — строящаяся в Новосибирской области (наукоград Кольцово) передовая мегасайенс-установка, представляющая собой синхротрон поколения 4+. Это уникальный источник синхротронного излучения (мощнейшего рентгена), который позволит ученым изучать структуру вещества на атомарном уровне.

DARPA (Defense Advanced Research Projects Agency) — это агентство Министерства обороны США, которое занимается разработкой прорывных технологий для нужд вооруженных сил, финансируя передовые исследования в области обороны и создавая инновации, которые часто находят применение в гражданской сфере, включая Интернет, GPS, беспилотники и многое другое. Его основная задача — сохранение технологического превосходства США.

Ливерморская национальная лаборатория им. Э. Лоуренса (LLNL) — ведущий научно-исследовательский центр Министерства энергетики США в Калифорнии, основанный в 1952 году для обеспечения национальной безопасности. Основная деятельность включает разработку ядерного оружия, суперкомпьютерные вычисления, исследования в области энергетики, лазерных технологий и борьбу с кибер- и биологическими угрозами.

ARGOS - глобальная спутниковая система, используемая для сбора, обработки и распространения экологических данных (температура океана, миграция животных) с мобильных платформ, а также для определения их местоположения.

Гравиметр - высокоточный геофизический прибор, предназначенный для измерения ускорения силы тяжести или её изменений (вариаций) в конкретных точках земной поверхности, на дне водоемов или в движущихся аппаратах.

MIT Haystack Observatory — Обсерватория Хейстек Массачусетского технологического института) — это передовой научно-исследовательский центр радионауки, основанный в 1970 году и расположенный в Вестфорде, штат Массачусетс. Она специализируется на радиоастрономии, геодезии и изучении космической погоды, используя радиотелескопы (включая 37-метровую антенну) для изучения Вселенной и атмосферы Земли.

Национальная лаборатория Лос-Аламоса (LANL) — это один из крупнейших в мире научно-исследовательских центров, расположенный в Нью-Мексико, США. Основанная в 1943 году для разработки атомной бомбы в рамках Манхэттенского проекта, лаборатория специализируется на национальной безопасности, ядерной энергии, космических исследованиях, суперкомпьютерах и медицин

CERN - крупнейшая в мире лаборатория физики высоких энергий, расположенная на границе Швейцарии и Франции. Межгосударственная организация, занимающаяся фундаментальными исследованиями строения Вселенной, элементарных частиц и взаимодействий. Она известна Большим адронным коллайдером.

Немецкий институт геофизики GFZ (Немецкий Исследовательский Центр Геонаук (Gfz — Helmholtz Centre Potsdam — German Research Centre For Geosciences) — это главный национальный исследовательский институт Германии в области наук о Земле. Он входит в Ассоциацию Гельмгольца и занимается изучением строения, состава и процессов, происходящих в недрах Земли, включая исследования землетрясений, вулканической активности и природных ресурсов.

Резонанс Шумана — явление образования стоячих электромагнитных волн сверхнизких частот (обычно около 7,8 или 14,3 или 20,8 Гц и т.д.) в полости между поверхностью Земли и ионосферой, действующей как гигантский сферический резонатор. Волны возбуждаются разрядами молний, опоясывают планету и усиливают друг друга, создавая фоновый «пульс» Земли.

Военный аэродром Шагол — стратегический военный аэродром, расположенный в микрорайоне Шагол на северо-западе Челябинска. Он служит базой для воздушных сил РФ, включая бомбардировочную авиацию, и играет ключевую роль в обеспечении обороноспособности региона.

Спектрорадиометр - высокоточный измерительный прибор, предназначенный для количественной оценки абсолютной энергии излучения источников света в широком спектральном диапазоне (ультрафиолетовом, видимом и инфракрасном). Он позволяет не только определить цвет, но и измерить спектральную плотность мощности, яркость, освещенность и силу света. В отличие от спектрометра, спектрорадиометр обеспечивает «абсолютное» измерение.

ELF-VLF — ELF (Extremely Low Frequency — Сверхнизкие частоты, 3–300 Гц) и VLF (Very Low Frequency — Очень низкие частоты, 3–30 кГц) — это диапазоны радиоволн с чрезвычайно низкой частотой и огромной длиной волны (от 10 до 100 км). Они способны огибать земной шар, проникать в грунт и морскую воду, что делает их незаменимыми для связи с подводными лодками, навигации и геофизических исследований.