Конечно, я знал Фионовара Красного, хотя тогда он был уже древним; мы познакомились лет за сто до его путешествия к Костопаду, когда я был еще мальчишкой. Этого грифона отличала свирепость, мудрость и неистовая радость жизни, хотя медленное таяние его народа причиняло ему сильную боль. Когда-то грифоны, самые многочисленные из титанов, встречались на Эноне повсюду, но недоверие к людям заставило их уйти с открытых земель и поселиться в холодных северных районах этого острова. Только там они смогли обрести покой.

– Зря ты пошла со мной. Ты не обязана…

– Еще раз так скажешь, сестренка, и я выпущу тебе кишки и выброшу их на снег.

Инис кивнула – мол, поняла.

Они находились в пути уже несколько дней. Центральная Эльвиния осталась далеко позади. Снова пошел снег, с каждой минутой становилось все темнее, и они решили заночевать под защитой раскидистых крон больших деревьев.

Инис достала из сумки инструменты для разведения огня и принялась за работу, сначала набрав побольше сухих веток и листьев, – под деревьями почти не было снега.

– Я бы и то быстрее справилась, – буркнула Т’руук, глядя, как Инис возится с кремнем.

– Здесь нет таких камней, которые ты можешь поцарапать, – сказала Инис. – Ну вот, все в порядке.

Инис знала и умела многое из того, что считалось человеческими занятиями, – их отцы всегда настаивали, чтобы она овладела этими навыками. Инис научилась мыться, шить одежду, чтобы не замерзнуть, лепить глиняные чашки, чтобы хранить в них ягоды или воду, – в общем, всему, что могли делать ее маленькие руки и чего не могли когтистые грифоньи лапы. Теперь Инис спрашивала себя, не потому ли они так настаивали на этом, что знали – настанет день, когда ее прогонят из Эльвинии и ей придется вернуться в мир людей.

Наконец среди сухой листвы и веток родился крошечный огонек. Инис еще немного посидела рядом с ним, скармливая ему листья и прутики и заслоняя от резких порывов ветра. Но вот костерок разгорелся, и долгожданное тепло коснулось ее лица. Она протянула руки к огню и сильно прикусила губу: хотелось плакать. В последнее время это желание накатывало на нее волнами, и это унижало ее. Глупая человеческая слабость. Грифоны не плачут.

Т’руук подошла к костру и свернулась калачиком рядом с ним, аккуратно сложив за спиной крылья.

– Как ты думаешь, нам долго еще лететь? – спросила она непривычно тихо.

– Думаю, что нет. Мы уже и так далеко забрались. – Инис торопливо скользнула рукой по лицу, стирая слезы и надеясь, что сестра их не заметила. – Пора уже выбирать место, где мы будем жить.

– Там, где водятся кролики, – заявила Т’руук, большая любительница поохотиться на длинноухих зверьков. – Жирненькие.

– Ага, – согласилась Инис, подошла к сестре и села, прижавшись к ее боку. Тепло и перья успокаивали. – Где-нибудь мы устроим свое гнездо. Такое, как нам захочется. И никто не будет указывать нам, что делать.

Сестры примолкли. Время от времени Инис слышала странный тихий шорох – это снег соскальзывал с веток вокруг. Расставание с домом вышло тяжелым. Королева запретила Флейну и Т’вору провожать дочерей на новое место, заявив, что грифонов и так осталось мало, поэтому племя не может позволить себе потерять двух взрослых, которые, скорее всего, ослушаются запрета и останутся со своими детьми. У Флейна случилась истерика, а Т’вор едва не кинулся в драку, так что им все же разрешили проводить дочерей до края долины.

– Мы найдем тебя, – сказал на прощание Т’вор. – Твой запах я знаю не хуже, чем свой собственный, моя йенлин.

Добрые слова Т’вора так растрогали Инис, что, улетая, она спрятала лицо в перьях на шее Т’руук, надеясь, что ветер высушит ее слезы.

«Все потому, что я такая, какая есть, – с горечью думала она. – Я человек и не умею летать».

Весь следующий день они летали вокруг родной долины, высматривая подходящее место для дома, но за лесом земля показалась им совсем пустынной. Они не видали ни кроликов, ни других животных и в первую ночь, разведя костер, легли спать голодными. На второй день они полетели дальше и увидели вдалеке незнакомые горы. Днем вершины тонули в фиолетовой дымке, а ночью превращались в темную массу на горизонте.

– Что это? – спросила Т’руук.

– Не знаю. Наверное, те самые северные горы, которые находятся на краю света, – предположила Инис.

При виде этой горной гряды ей почему-то стало не по себе, а когда Т’руук снова заговорила, она вспомнила почему.

– Значит, впереди Костопад, – сказала она. – Хватит уже искать да выбирать, а то придется жить на кладбище.

Когда костер разгорелся и они перекусили, Т’руук спрятала голову под крыло и сразу заснула. Устала, наверное. И было отчего – куда бы они ни направились, сестра-грифон все время несла на себе Инис, и, хотя Т’руук выросла, ей все равно было трудно, ведь вокруг все время царил холод, а они часто оставались голодными. Инис старалась обеспечить сестре возможность больше отдыхать, а сама сторожила, пока та спала, и не будила ее до последнего. Вот и теперь, чтобы не заснуть, она пожевала маленький кусочек сушеного мяса из своей сумки и достала нож. Она очень любила этот ножик с коротким лезвием, который нашла в старом человеческом лагере на самом краю Эльвинии. Люди когда-то зашли слишком далеко на земли грифонов, но это произошло так давно, что даже их черепа с тех пор рассыпались и кучками желтых костей валялись в пыли у подножия гор. Да, те люди были глупы, но работать по металлу умели: Инис восхищалась этим ножом, который по остроте и прочности почти не уступал грифоньему когтю.

Видно, тепло костра и относительная сытость разморили Инис, так что она все же задремала. А проснулась глубокой ночью. Нож лежал на земле у ее ног – наверное, уронила его, когда спала. Она помнила, что слышала сквозь сон какой-то шум, который и разбудил ее. Но вот откуда он доносился и что могло стать его источником, понять было трудно. Т’руук крепко спала. Красновато-желтый свет догорающего костра сделал их стоянку под заснеженными деревьями похожей на маленький янтарный грот. Инис схватила нож и поднялась на ноги.

– Кто здесь?

Ночь была неспокойной. В кронах деревьев шумел ветер, и отовсюду слышались какие-то шорохи и царапанье – это мелкие зверушки прятались в листве. Снегопад прошел, и с деревьев то и дело срывались капли – таял белый покров. Инис отошла от костра и приблизилась к тем деревьям, до которых не доставали его отсветы. Она преисполнилась уверенности, что шум, который ее разбудил, раздался оттуда.

– Если ты тут, отзовись, – сказала она чуть громче. – И учти, у меня есть коготь.

Темная масса ветвей и листьев дрогнула и закачалась. Сначала Инис подумала, что это из-за ветра, но вот ветви как-то судорожно раздвинулись, и сквозь листву показалась мертвая морда грифона с пустыми глазницами.

Инис отпрыгнула, занеся над головой нож. Дух мертвеца!

Он показался из-за ветвей целиком. Свет костра упал на него, и Инис вздрогнула, увидев сине-черные кости. Клюв мертвеца раскрылся с сухим треском.

– Что в этом священном месте делает человек? – с этими словами мертвый грифон спрыгнул с ветки на землю, так тяжко ударившись об нее лапами, что Инис ногами почувствовала толчок.

За ее спиной испуганно вскрикнула Т’руук – она проснулась от шума.

– Мы просто остановились переночевать здесь, вот и все. – Инис подняла нож выше, жалея, что он такой маленький. – Оставь нас. Мы не причиним тебе никакого вреда.

Мертвый грифон расхохотался:

– Не причините мне вреда? Хотела бы я посмотреть, как вы это сделаете!

– Это дух Костопада, – зашипела Т’руук. – Летим отсюда. Сейчас! Прыгай ко мне на плечи, сестра.

– Дух Костопада, говоришь? Что ж, ты почти угадала. – Существо сделало к ним шаг.

Оранжевый свет догорающего костра как будто придал плотности фигуре мертвеца. Инис увидела лапы, покрытые густой шерстью, и длинные маховые перья с маслянистым отливом. С запозданием она поняла, что череп мертвого грифона скрывает морду другого грифона, вполне живого, а чужие кости накинуты на его плечи и крылья, как жуткий плащ.

Что же касается сухих щелчков, которые она слышала, они происходили из-за того, что чужие позвонки, лежавшие на спине грифона, словно разорванное ожерелье, стукались друг о друга.

– Ты не мертвая, – произнесла Инис, чувствуя, что заливается краской стыда: как же она сразу не смогла понять истину? – На тебе просто чужие кости.

– Какая ты наблюдательная. И она называет тебя сестрой? Странные сестры: одна – из клана орла, другая – из клана человека.

Инис медленно опустила нож. Она впервые слышала, чтобы о ней говорили как о существе из клана человека. Грифоны Эльвинии обычно звали ее «хищным животным» или «голым земляным йенлином». Приглядевшись к странному грифону, она поняла, что это грифониха, и увидела черные с красным перья на ее гриве и черный мех на мускулистых лапах. Значит, она из львиного клана, как Флейн.

– Похоже, тебя это не очень беспокоит.

Незнакомая грифониха склонила голову набок.

– Я – краеход. Я видела вещи и постраннее, дитя.

– Краеход? – Т’руук встряхнула перьями. – Это же легенда.

– Что? – Инис оглянулась на сестру, но та, к ее удивлению, отвела взгляд. – Какая легенда? Почему я никогда ее не слышала?

– Грифоны иногда говорят об этом. – Т’руук смущенно прижала клюв к груди. – Но не при тебе. При тебе об этом помалкивали.

Инис снова вспыхнула:

– И ты мне ничего не сказала?

– Зачем пересказывать всякие глупости? – возразила Т’руук. – Сказки для йенлинов.

– Приятно стоять здесь и наблюдать, как вы спорите о том, существую я или нет, – вмешалась в их разговор странная грифониха. – А вот что вы делаете здесь?

– Мы путешествуем, – ответила Инис. – Ищем новый дом.

– Так далеко от Эльвинии?

– Нам там не нравится, – сообщила Т’руук. – Поэтому мы решили поселиться в другом месте.

– Ты еще йенлин по сравнению со мной, – сказала грифониха беззлобно. – Думаешь, ты можешь меня обмануть? Говори краеходу правду.

– Это не твое дело! – горячо возразила Т’руук.

– Нас изгнали, – сказала Инис, игнорируя взгляд, брошенный на нее сестрой. Сама не зная почему, она чувствовала, что этому грифону, скрывающему свой облик за останками мертвого сородича, можно доверять. – Мы не могли остаться в Эльвинии.

Странная грифониха помолчала, потом кивнула, словно ожидала именно такого ответа.

– Понятно. Думаю, вам лучше пойти со мной. В этом лесу вам одним небезопасно.

– Мы никуда с тобой не пойдем. Ты же незнакомый грифон! – Т’руук вцепилась когтями в землю, словно ожидая, что краеход схватит ее и унесет. – Почему мы должны идти с тобой?

– Меня зовут Брокен. Так лучше? Теперь я – знакомый грифон. Лети за мной, и я покажу вам безопасное место.

– Брокен? – Инис убрала нож в сумку. – Странное имя для грифона.

– Краеходы вообще не похожи на остальных. У нас и имена не такие, как у всех.

– И что же такого плохого в этом месте? – спросила Т’руук. – Мы не вчера из яйца вылупились и можем постоять за себя!

Грифон по имени Брокен отвернулась и стала разглядывать деревья вокруг так, словно за ними таилась какая-то опасность.

– Я не могу ответить на твой вопрос, потому что сама точно не знаю, но земли вокруг Костопада стали небезопасными для грифонов в наши дни. Летим, пока я не передумала и не оставила вас тут умирать с голоду.

* * *

Два грифона взмыли над деревьями. Т’руук ворчала, что ей не дали поспать. Ночное небо жило своей жизнью: Инис видела в темноте полосы света – это падали или спешили куда-то звезды. Землю под ними покрывал густой лес, который становился все реже по мере того, как они подлетали к далеким горам, зиявшим на фоне ночного неба провалами темноты. Позже с востока потекла заря, открыв пейзаж из зубчатых скал и быстрых рек.

Брокен летела впереди, раскинув огромные черно-красные крылья. Чем ярче утренняя заря освещала ее, тем яснее Инис понимала, что за свою жизнь она видела совсем немного грифонов, которые могли бы сравниться с ней размерами и мощью. В лучах восходящего солнца перья краехода из красных стали темно-каштановыми и ярко выделялись на фоне белого льда и зеленых древесных крон внизу, а подушечки ее огромных лап были местами поцарапаны и покрыты шрамами. Ее костяные доспехи скреплялись длинными кусками темной бечевки, а кости, из которых они состояли, были темно-синими. Инис еще никогда не видела костей грифона.

– Кто такие краеходы? – спросила она, склонившись к мохнатому уху Т’руук.

– Я же говорю тебе, это глупая сказка для йенлинов, – ответила Т’руук.

Инис дернула сестру за перья на плечах, и та фыркнула:

– Ну ладно. Это такие грифоны, которые присматривают за Костопадом. И за мертвыми. А иногда даже…

– Что?

– Не важно, все равно это неправда. Ты же знаешь, что такое Костопад?

– Это место, куда мы уходим умирать. Или куда уносят наши тела, когда из них пропадает йост.

– Да. Краеходы живут там и присматривают за нашими предками. Но они… странные. Мы не любим говорить о них.

– Но почему?

– Просто не любим, и все.

Вдруг Брокен, которая летела впереди, протяжно вскрикнула. С земли ей ответили другие голоса, которые показались сестрам зловещими. Земля под ними постепенно поднималась, превращаясь в длинную зубчатую стену из камней и льда, на которой выделялись высокие веретенообразные башни, сделанные из ветвей и грифоньей слюны. Но Брокен свернула к тихому голубому озеру, и сестры полетели за ней.

Посреди озера золотилась на солнце огромная ледовая площадка. На ней Инис увидела стаю грифонов. Они все, как и Брокен, носили костяные доспехи. Многие подняли головы, следя за приземлением Брокен и Т’руук; некоторые, едва завидев Инис, которая соскользнула на лед со спины Т’руук, взлетели и растаяли в небе. Инис поджала губы и сделала вид, будто ничего не заметила.

– Что это, Брокен? – Им навстречу шагнул грифон с серыми перьями и черной гривой. – Гости?

– Зачем ты привела к нам ребенка с его добычей? – спросил другой.

– Они говорят, что они сестры, – ответила Брокен.

Другие грифоны спокойно приняли ее ответ и с нескрываемым интересом уставились на Инис и Т’руук. Один или два открыли клювы, изучая их запах.

– Я решила, что это интересно, и решила показать их тебе, Скри.

– Даже если так, – ответил серый грифон, – они не должны находиться в этом священном месте, Брокен.

Инис заметила, что костяная броня этого грифона была сложнее и больше, чем у других; длинные нити позвоночников свисали с черепа, который он носил как шлем. И череп, и кости на нем были украшены разноцветными перьями, вплетенными или приклеенными грифоньей слюной. Это придавало грифону устрашающий и важный вид.

– Подожди. Взгляни сначала на лапы человека. – Брокен наклонила голову к Инис. – Йенлин, покажи им свои лапы. Подними их.

Инис слегка попятилась, а Т’руук, наоборот, шагнула вперед, прикрывая сестру собой.

– Оставьте ее в покое. Мы прилетели сюда не для того, чтобы выслушивать насмешки. Мне все равно, кто вы такие!

Брокен щелкнула языком и подняла перья на шее – от этого она стала еще крупнее и внушительнее.

– Делай что говорят!

– Все в порядке, Т’руук. – Инис протянула руки вперед, стараясь, чтобы они не дрожали.

Холод от льдины, на которой она стояла, быстро проник сквозь кожу и мех ее сапог, так что ноги онемели. Она подняла руки и растопырила пальцы.

– Видите? – обратилась Брокен к сородичам. – У нее крошечные коготки. Я думаю, летний ветер послал ее нам.

– А она сможет? – вслух задался вопросом грифон по имени Скри. – Хищнику нельзя доверять.

– Что смогу? – Инис опустила руки. – Может, расскажете мне уже наконец, в чем дело? Я ведь стою тут, прямо перед вами.

Скри шагнул к ней, легко вонзая свои длинные когти в твердую, словно камень, льдину. Подойдя к сестрам, он склонился над ними. Другие грифоны сбились в кучу у него за спиной, сблизив головы так, словно они что-то обсуждали.

– Наша ведьма-провидица ранена, – начал Скри так медленно, словно сомневался, что эти двое понимают нормальную речь. – Рана небольшая, но в ней скопился яд, а наше лечение не помогает. Если ей не помочь, она умрет, и очень скоро.

– Смерть нам не страшна, ведь мы краеходы – всегда ходим по краю, – подхватила Брокен. – Но наша ведьма-провидица – самая мудрая из нас. Потерять ее для нас – то же самое, что потерять самих себя.

Скри бросил на нее острый взгляд, как будто она сказала лишнее, и продолжал, обращаясь к Инис:

– Ты должна вылечить ее своими маленькими коготками.

– Что? – Инис засунула руки под мышки. Ее трясло от холода. – О чем ты? Я же не целитель.

– У тебя маленькие коготки, – повторила Брокен слова Скри так, словно это была самая разумная вещь на свете. – Именно поэтому ты и послана нам.

Инис едва не расхохоталась. Дыхание белыми облачками вырывалось из ее рта. Она огляделась вокруг в надежде найти путь к спасению, но с востока и запада озеро обступали лишь горы с ледяными вершинами, а впереди маячила ледяная стена Костопада.

– Какая разница, маленькие у меня коготки или нет, если я даже не представляю, как это делается?

– Ты либо сделаешь это, – просто сказал Скри, – либо мы скормим тебя ей. Так или иначе, принесешь пользу.