Эмилия не сразу поняла, о ком он говорит. А когда поняла, то не поверила.

Мистер Гризли нависал над ней и Джин как огромная глыба, которой не хватает крошечного толчка, чтобы сорваться вниз и начать крушить всё вокруг. Эмилия не сомневалась, что этот страшный человек не остановится ни перед чем. Он не был джентльменом, он вообще не был кем-то, для кого мораль имела значение. Но у них с Джин не было другого оружия, кроме вежливости, чтобы попытаться его успокоить, и правды, которая до известной степени могла их защитить. Они действительно понятия не имели, где скрывается его жена.

— Сэр, — Джин дрожала и цеплялась за руку Эмилии, но очень старалась говорить твёрдо и спокойно, — здесь нет вашей жены.

— Врёте! Тогда где же она⁈

— Мы не знаем. Клянёмся, что не знаем!

Мистер Гризли, судя по его лицу, опять собирался заорать на них, но внезапно в его крошечных глазках мелькнула какая-то мысль. Может быть, он понял, что молодые дамы, которых он и так почти довёл до потери чувств, не лгут ему — или во всяком случае думают, что не лгут.

— Но она была здесь! — громоподобный голос мистера Гризли стал чуть более дружелюбным. — Ведь она была здесь?

Эмилия и Джин переглянулись, не в силах поверить догадке, которая озарила их обеих. Этого просто не могло быть! Или могло?

— Мы не знаем, кто ваша супруга, — тихо сказала Эмилия и вся сжалась, ожидая, что огромный кулак обрушится ей на голову.

Вместо этого мистер Гризли почти нежно взял её за плечи обеими ручищами и слегка тряхнул.

— Мою супругу зовут Анна, — задушевно поведал он, продолжая скалиться, — как она вам представилась?

— Анна… Анна Незер… Наверное, это какая-то ошибка…

— Незер! — вскричал мистер Гризли. — Девичья фамилия её матери! Ах она паршивка! Ну, пусть пеняет на себя, когда я её поймаю…

Итак, выяснилось, что мышеподобная Анна Незер — на самом деле Анна Гризли, жена одного из богатейших людей страны. К сожалению, эта новость взволновала Эмилию значительно меньше, чем могла бы: в данный момент она думала только о своих плечах, трескающихся в медвежьей хватке мистера Гризли.

— Сэр, немедленно отпустите мисс Лестер! — закричала Джин. Когда ответа не последовало, она попыталась своими пальцами разжать когти вцепившегося в подругу грубияна, но эта смелая попытка была обречена на неудачу.

— Мистер Гризли, я не знаю, где ваша жена! — Эмилия поморщилась от боли. — И Джин… мисс Кэллаган тоже не знает. Мы не видели её уже две недели, даже больше. Это правда. Пожалуйста, отпустите меня.

— Отпущу, — пообещал мистер Гризли, — когда вы скажете мне, где она. Куда она могла пойти. С кем могла встретиться. Вы расскажете мне всё, что знаете, до последнего слова. И тогда я подумаю, что с вами делать.

— Но мы правда ничего не знаем! — чуть не плача взмолилась Джин. — Мы сами пытались её искать, но не нашли!

— Я бы вам поверил, маленькие мисс, но я слишком хорошо знаю, какие вы все дряннушки и лгуньи. Анна тоже хотела, чтобы я ей верил, но оказалась неблагодарной тварью, — мистер Гризли ещё раз встряхнул Эмилию. — Нет, я больше не верю женщинам, все вы одним миром мазаны. А уж вы-то, племянница этой старой гадины Саммерфорд, наверняка дадите фору всем остальным. Вас я ещё поспрашиваю, хорошенько поспрашиваю. И я узнаю всю правду до донышка…

Неизвестно, чем бы закончилась эта монструозная сцена, если б не вмешательство Провидения. К счастью для обеих девушек, мистер Гризли так спешил поквитаться с обитателями Земляничных Колокольчиков за их воображаемое преступление, что совсем забыл запереть за собой дверь.

Да, в обычной ситуации это не помогло бы нашим героиням пережить штурм дома, ведь от дороги их отделял большой сад, довольно сильно загораживающий обзор на крыльцо и находящуюся за ним прихожую. Но именно сегодня Эмилия ожидала гостя — и этот гость появился в самое подходящее время, чтобы спасти её и Джин от расправы.

Девушки были слишком ошеломлены, чтобы заметить движение в проёме входной двери, но Уильям Рэтч ещё на подходе к дому догадался, что внутри происходит что-то не то. Его внимание привлекла не только распахнутая дверь, но и видневшаяся за ней широкая спина в пиджаке — спина, не принадлежавшая никому из знакомых мисс Лестер. Когда Уильям подошёл ближе, он услышал крики и ругательства и понял, что хозяйку дома необходимо спасать.

— Сэр, извольте объясниться, что это вы делаете!

Грозный окрик заставил мистера Гризли выпустить плечи Эмилии и обернуться. Позади него стоял молодой мужчина, одетый просто, но опрятно, с гневно сверкающими глазами. К несчастью, мистер Гризли знал этого парня, как знал и его отца, а поэтому он не мог без объяснений спустить Уильям с крыльца и ещё поддать ногой, как бы ему этого ни хотелось.

— Уильям! — воскликнула Джин.

Когда Уильям понял, что в беду попала не только Эмилия, его лицо исказилось от изумления и ярости.

— Убирайтесь отсюда! — прорычал мистер Гризли. — Это не ваше дело, сэр. Я сам разберусь с этими барышнями.

— Нет, вы не будете «разбираться» с этими барышнями, одна из которых моя невеста, — голос Уильяма был ледяным, но в глазах бушевало пламя. — Я требую, чтобы вы ушли.

— Требовать будете у себя дома, а здесь вы никто! — заявил Гризли, но обе девушки почувствовали, что его уверенность в своей правоте несколько покачнулась.

— В отличие от вас, меня пригласили.

Мистер Гризли сжал кулаки. Нет, он не боялся Рэтча-младшего, хоть тот был здоров и крепок, но не настолько огромен, как он сам. Но раздавить этого щенка — значило испортить отношения с его родителем, Рэтчем-старшим, а это был прямой удар по деловой репутации и серьёзный вред бизнесу. Одно дело — угрожать дрожащим девицам, и совсем иное — вступать в конфронтацию с другим мужчиной. При всей своей звериной натуре и грубом характере, дураком мистер Гризли не был и в драку с сыном своего партнёра лезть не собирался.

Мистер Гризли решил, что позже у него ещё будет шанс выщипать перья у этих двух куриц. Даже если они действительно не знают, где прячется его стерва-жёнушка, они могут дать подсказку, где её искать.

— Ну что ж, — багровое лицо мистера Гризли расплылось в улыбке, которую при других обстоятельствах можно было бы назвать любезной, хотя ровно столько же она была похожа и на оскал загнанного в угол зверя, — прошу прощения за несогласованный визит, леди. Позже у нас ещё будет возможность поговорить.

— Убирайтесь! — велел Уильям.

Мистер Гризли ещё раз ухмыльнулся и ушёл. Уильям проследил взглядом, как он спускается по дорожке вниз, к дожидающейся его невдалеке пролётке. Затем он повернулся к дамам и увидел, что у обеих текут слёзы.

Эмилия и Джин стояли обнявшись и всхлипывали.

— Боже, мистер Рэтч, вы нас спасли! — прошептала Эмилия между двумя судорожными вздохами.

Но Уильям смотрел не на неё.

— Джин? Джинни, он тебя ударил? Клянусь, если он хоть пальцем тебя тронул…

— Нет-нет, — Джин затрясла головой, отчего её тёмные локоны заметались из стороны в сторону, — он ничего мне не сделал. Но этот… человек очень грубо обошёлся с мисс Лестер. Да, Эми?

— Ничего страшного, — Эмилия повела плечами и вскрикнула от боли, — синяки останутся, а так — ничего…

— Я убью его, — мрачно пообещал Уильям, — убью этого мерзавца.

— Спасибо, что ты пришёл, — Джин выпустила Эмилию из своих объятий и протянула ему руку. Уильям схватил её и в неожиданном порыве прижал к своим губам.

Джин замерла, Эмилия тоже. Секунда растянулась на целую вечность, прежде чем Уильям медленно отпустил руку девушки и со страхом посмотрел ей в лицо. Джин в ответ смотрела на него с таким же страхом.

«Нашли время!» — хотелось крикнуть Эмилии. Она была в шоке, в раздрае чувств, в смятении мыслей. На неё впервые в жизни напали, ворвались в её дом, её схватили и чуть не задушили, — а блёклая унылая девушка, которая посещала её гостиную каждый понедельник и что-то бормотала себе под нос, оказалась женой богача Гризли. Все эти новости были одна хуже — и страннее — другой. Не исключено, что жизнь Анны Незер, а теперь и жизнь самой Эмилии, находится в опасности, ведь мистер Гризли не остановится ни перед чем. А эти двое стоят и пялятся друг на друга!

— Джин, я… — Уильям качнулся вперёд, задев плечом вешалку, с которой немедленно упала шляпа.

— Я хотела… — Джин тоже качнулась вперёд.

В следующее мгновение они слились в поцелуе, а Эмилия упала в обморок.

* * *

— Боюсь, это всё произошло из-за меня, — сокрушённо поведал мистер Рэтч.

Эмилия, едва приведённая в чувство, полулежала на диване. Джин и Уильям сидели на стульях возле обеденного стола. Их разделяло значительное расстояние и они избегали смотреть друг на друга.

— О чём это вы? — слабым голосом спросила Эмилия.

Уильям вздохнул.

— Помните, я обещал написать мистеру Аберкромби, деловому партнёру отца, и спросить, что он знает про вашу знакомую — мисс Незер? Я так и сделал, послал ему письмо сверхскорой почтой. Видимо, мистер Аберкромби уже успел забыть, что одна из женщин на вечеринке показалась ему знакомой, а я напомнил ему об этом и он просто сложил два и два. Мне он ничего не ответил, а вот мистера Гризли предупредил. Если бы я знал, что так получится…

— Ну, такого никто не мог предполагать, — покачала головой Джин, и Эмилия была вынуждена с ней согласиться. Кто ж мог догадаться, что скромная простушка Анна Незер окажется Анной Гризли, женой табачного магната! Причём женой, находящейся в бегах…

— Что мы будем делать, если он вернётся? — Эмилии было неловко лежать перед джентльменом, и она села. Но Уильям и не думал на неё смотреть.

— Может быть, нужно сообщить в полицию? — неуверенно спросила Джин.

Джин и сама прекрасно понимала, что это бесполезно. Не будет скромный констебль Вайтберри, расследующий кражи куриц у соседей, замахиваться на персону такого масштаба. Мистер Гризли был практически неуязвим.

— Об этом не беспокойтесь, — хмуро сказал Уильям, — я с ним разберусь. Он не посмеет к вам приблизиться. Тем более вы, как я понял, действительно не знаете, где скрывается его жена. Пусть они разбираются сами, без вас.

— Анна Незер — наша подруга, — возразила Эмилия.

— Но она вас обманывала!

— Значит, у неё были на то причины.

Уильям хотел что-то ещё сказать, но замолчал, решив не спорить с женщиной, которая минуту назад восстала из обморока. Эмилия тоже замолчала, поймав себя на мысли, что кое в чём Уильям совершенно прав: в глубине души Эмилия и сама была рада, что не знает, где находится Анна Незер, и это незнание в определённой мере защищало её от ужасного мистера Гризли.

— Надеюсь, что с Анной всё хорошо, — Джин попыталась улыбнуться, хотя её лицо всё ещё оставалось мертвенно бледным после пережитого потрясения. — Жаль, что мы ничем не можем ей помочь.

— А я надеюсь, что она смогла уехать так далеко, что никакой мистер Гризли до неё не дотянется, — упрямо проговорила Эмилия, — представляю, каково ей жилось с таким-то мужем!

— Он страшно богат, — напомнил Уильям.

— Да при чём тут это! — возмутилась Джин.

Мистер Рэтч-младший пожал плечами.

— Разумеется ни при чём.

Джин растерянно уставилась на него, а Эмилия опять подавила приступ злости. Может, их страстный поцелуй ей просто примерещился?.. В любом случае, находиться в компании двух людей, которые испытывают друг к другу настолько сильные чувства, было неприятно и неловко. Эмилия ощущала себя третьей лишней в своей же собственной гостиной.

— Ну, всё хорошо, что хорошо кончается, — не слишком ловко заключила она. — Этот грубиян убрался восвояси, и я надеюсь, что мы больше его не увидим. Желательно никогда… Мистер Рэтч, я ведь просила вас встретиться со мной по другому поводу.

— Да, — Уильям встрепенулся, будто ему тоже хотелось сменить тему, — я понимаю. Вы хотели поговорить о моей сестре…

— Нет, — Эмилия встала, чуть покачнувшись, — я хотела вернуть долг.

— Долг?..

— Долг вашему отцу, мистеру Рэтчу. Он выручил меня в неприятной ситуации, и я не хочу оставаться должной.

— Подождите, — Уильям нахмурился, — речь идёт о деньгах?

— Да. Я должна вашему отцу пятьсот фунтов, — с достоинством сообщила Эмилия.

— Пятьсот фунтов⁈ Но он не говорил ничего подобного!

— Конечно, он же джентльмен, — тут Эмилии пришлось слегка покривить душой. — Тем не менее, долг есть и я обязана его вернуть. Мне хотелось бы передать деньги через вас.

— Через меня? — Уильям поёжился. — Мисс Лестер, вы ставите меня в неловкое положение. Вы хотите, чтобы я взял у вас пятьсот фунтов и передал их моему отцу? Да вы хоть представляете, что он со мной сделает⁈

— Ммм… Нет. Не представляю. Долги нужно возвращать, не так ли?..

— Так ли. Но не так! — Уильям вцепился пальцами в волосы. — Вы меня сейчас просто огорошили, мисс Лестер. Я думал, вы хотите обсудить поведение Джессики, а не ваши денежные дела с моим отцом, о которых я не имею ни малейшего представления!

— Мне нечего обсуждать в поведении вашей сестры, — Эмилия и сама чувствовала себя не в своей тарелке, но эту затянувшуюся историю с долгом необходимо было довести до конца. — Пожалуйста, мистер Рэтч, выручите меня. Я не могу сама заявиться в гости к вашему отцу с пачкой банкнот. Это будет выглядеть… вы сами понимаете, как именно.

Уильям закрыл лицо руками.

— С ума сойти, — простонал он, — но это же совершенно невообразимо. Мисс Лестер, я понятия не имею, как и при каких обстоятельствах вы ухитрились задолжать моему отцу, но я уверен, что с его стороны это была лишь услуга, оказанная даме, и он не ждёт от вас никакого… возмещения. Мой отец, возможно, не имеет таких благородных кровей, как Саммерфорды, но у него есть понятия о чести, поверьте мне!

Эмилия покраснела.

— Тут нет никакого секрета. Я всего лишь слегка… недооценила свои возможности в магазине одежды, и мистер Рэтч меня выручил, выписав чек. Ничего особенного тут нет, обычное долговое обязательство.

Тут Джин заёрзала на своём месте, и Эмилия поняла, что скрыть детали «сделки» с мистером Рэтчем ей не удастся: Уильям не дурак и поймёт, что его водят за нос. Поэтому Эмилия, засунув в карман гордость, решила рассказать всё до конца:

— Дело в том, что за свою помощь мистер Рэтч попросил меня об ответной услуге: принять Джессику, то есть мисс Рэтч, в Клуб Прогрессивных Женщин. Я вынуждена была согласиться, потому что на тот момент у меня не было иного выхода. Вы понимаете, в каком положении я оказалась… И если бы не эти проклятые пятьсот фунтов, я бы никогда не позволила Джессике даже войти в мой дом, не то что стать участницей моего клуба. Мы с ней… не ладим.

Ну вот, она всё сказала. Уильям выслушал её серьёзно и хмуро, как слушают неприятные новости. Его тёмные брови почти сошлись к переносице, когда она договорила.

— Поразительно, какую власть над людьми имеют деньги, — ядовито и грустно усмехнулся он.

Джин снова поёжилась. Уильям сложил руки на коленях и несколько раз сжал и разжал их, собираясь с мыслями.

— Мисс Лестер, — тихо сказал он после короткого раздумья, — могу ли я поговорить с вами… наедине? Прости, Джин.

Джин дёрнулась, как будто её ударили. В её красивых глазах мелькнула настоящая боль.

— Нет, — твёрдо сказала Эмилия, — у меня нет секретов от мисс Кэллаган.

Уильям вдруг покраснел едва ли не сильнее самой Джин.

— У меня тоже, — извиняющимся тоном произнёс он, неловко махнув рукой в сторону Джин, как будто хотел её обнять и не решился, — поверь, пожалуйста! Но это не мой секрет. Я не могу… прости. Я вообще не должен никому это рассказывать.

— Тогда почему вы хотите открыть его мне? — изумилась Эмилия.

— Да потому что Джессика должна остаться в вашем клубе! — Уильям нервно улыбнулся. — Отец пытался вас подкупить — знаю, это отвратительно, но он думал, что действует в интересах Джессики. Он и сейчас так думает. Просто он деловой человек и привык решать проблемы деньгами. У него не было дурного умысла.

— Я ничего не понимаю, — созналась Эмилия. — Какой ещё подкуп?

— Ну пусть не подкуп, пусть плата за услугу… Чёрт, как же трудно подбирать слова…

— Я выйду, — глухо сказала Джин, — поговорите спокойно.

Она встала со стула и покинула гостиную с гордо поднятой головой. Уильям проводил её тоскливым взглядом.

— Итак? — нетерпеливо спросила Эмилия, у которой опять начиналась мигрень от всей этой несуразицы.

— Итак, — Уильям сел ровнее, собираясь с мыслями, — отец хотел любой ценой пристроить Джессику с ваш клуб, потому что считает его самым респектабельным сообществом в Вайтберри. Он не слишком вникал в детали, — тут Уильям позволил себе беглую улыбку, — по мнению отца всё, что благословила сама леди Саммерфорд, не может быть сомнительным. Отец — огромный поклонник лорда и леди Саммерфорд.

— И что же?

— А то, что мы уехали из Америки не просто так, — Уильям заглянул ей в глаза, ища понимания, — мы, по сути, сбежали. Да, как ваша знакомая Анна Незер от своего мужа. Сбежали, потому что Джессика устроила нечто… одним словом, она едва не погубила нашу семью. Мы уехали из-за неё, чтобы начать всё с начала здесь, в живописном захолустье, куда не доходят слухи… И всё равно: отец решил, что репутацию Джессики надо спасать.

— Таким способом? — Эмилия не верила своим ушам.

— Да, таким способом. Это всё, что он мог придумать, — Уильям развёл руками. — Джессика ничего не сказала отцу о своём исключении из клуба. Знаю только я, потому что слышал, как она плакала. Я спросил, она призналась…

— Джессика плакала⁈ — в это было невозможно поверить.

— Рыдала весь вечер, — кивнул Уильям. — Она была и в ярости, и в отчаянии. Вы думаете, что знаете мою сестру, мисс Лестер. Но она… она не такая уж плохая, просто избалованная и несчастная. И она страшно вам завидует.

— Мне⁈ — тут Эмилия пожалела, что приняла сидячую позу. От таких новостей впору опять лишиться чувств.

— И вам, и Джин, но особенно вам, конечно. Простите, что я не могу рассказать подробнее, ведь я дал слово, — Уильям наклонился вперёд, ещё понизив голос. — Я не смею просить вас принять Джессику обратно в клуб, но хотя бы подумайте об этом, мисс Лестер. И ещё… пусть всё сказанное останется между нами. Рассказывать Джин или нет — решайте сами, потом я всё равно расскажу ей правду. Но сейчас… Вы не любите Джессику, я понимаю, но если пойдут слухи…

— Я буду молчать, — сказала Эмилия, потому что ничего другого она сказать и не могла.

Уильям облегчённо улыбнулся.

— Спасибо!

— Но это не означает, что я готова принять Джессику обратно в клуб.

— Я знаю.

— А как же долг? Вы возьмёте деньги? — спохватилась Эмилия.

Уильям чуть замешкался, но потом решительно покачал головой.

— Мне жаль, мисс Лестер, но я не могу быть посредником между вами и моим отцом. Это неправильно. Вы должны поступить так, как велит вам совесть и здравый смысл, а я не хочу в это вмешиваться.

Что ж, разговор был окончен. Но происшествия этого странного дня ещё не закончились.