— ЧТО⁈ — вдруг поперхнулся я, вскакивая на ноги. — ДЭЙМОН ХАЗЗАК⁈ ВАШ ИЗБРАННИК — МОЙ НАСТАВНИК⁈..

— Значит, ты не был в курсе, — слабо усмехнулась Морриган, опуская глаза в пол. — Впрочем, оно и немудрено, ведь об этом знали всего несколько человек. Да и те поклялись хранить молчание.

Ирззу распутницу мне в жены! На Данакта мне было плевать с момента нашей первой встречи со всех колоколен Мергары. Рано или поздно, кара с расплатой настигает всех. Но то, что связывает Морриган с наставником не укладывается в голове.

— Получается вы оба пошли на попятную? — хмуро вопросил я.

— Ты можешь нас презирать, но да, мы отказались бороться. Точнее сочли это ненужным, — с унылым видом кивнула женщина. — С тех пор как я стала обращаться в это, а Данакт осквернил меня, наши с Дэймоном жизни превратились в настоящее безумие. Моя сила буйствовала, Дэймон не находил себе места и желал крови Данакта. Во избежание еще большей разрухи, и чтобы Аххеский пантеон не ослаб, Ксант поддержали три других великих дома. Само собой, война между Танебрисом и четырьмя великими домами, не была равной, но если бы мои сёстры пошли до конца они нанесли бы ощутимый урон аххесам, однако и сами пали бы. Ни я, ни он не желали идти на такое, но и быть вместе из-за моего состояния мы отныне тоже не могли. Он стал героем войны с демонами, а я стала той, кто уберегла Ксант от уничтожения. Мы оба сломали себя и приняли свои судьбы.

Вот как получается…

— Вы сильно любили друг друга? — задумчиво вопросил я, присаживаясь обратно на край кровати и впадая в задумчивость.

— Мы любили друг друга до беспамятства, — с тёплой улыбкой отозвалась моя собеседница, словно впала в ностальгию. — Он не раз защищал меня, и в конце концов я ответила ему тем же.

Сломали себя и приняли, значит. А сломал ли я себя, когда шел спасать Фьётру? Да, сломал. Принял ли я лжегибель Фи? В итоге принял. Люблю ли я свою вану? Люблю ли я Искриду? Разумеется, люблю. Получается, я ничем не отличаюсь от них. Ради тех, кого я уважаю, ценю и люблю, я тоже пошел бы на всё, что угодно. Прямо как пошла на крайность и Морриган. И прямо так, как и ей, мне мешает жить моя собственная сила. Вот только мне вряд ли кто-то сумет помочь, но лично я способен помочь как ей, так и наставнику. Хотя бы в последний раз.

«Мой разоритель, я знаю, о чем ты думаешь, но это огромный риск, — встревоженно пробормотала Руна, прочитав мои мысли. — Ты уже очень давно ходишь по грани».

— А что насчёт вашей дочери? — тихо осведомился я, игнорируя посыл Альяны. — Кайса знает?

— О том, что она дитя насилия моя шипучка узнала еще в детстве, — с явной печалью в тоне ответила горгона. — Потому она и стала той, кем является всю осознанную жизнь. Иначе девочка просто не выжила бы.

Но смогу ли я? Надеюсь, получится.

— Скажите, Морриган, а если бы у вас появился шанс вновь воссоединиться со своей давней любовью? Если бы у вас появился шанс снова стать прежней? — спокойно спросил я, поднимая глаза на заметно изумлённую дочь Медузы. — Что бы вы сделали?

«Ранкар, ты рискуешь…»

Горгона смотрела на меня так, будто впервые видела. Однако, чем дольше продолжалась наша игра в гляделки, тем печальнее она становилась.

— Столько лет миновало, — с горечью прошептала та. — Мы стали абсолютно разными людьми. У него есть семья. Есть жены. Есть дети. А я же…

— Морриган, ответьте честно, — мягко перебил я женщину. — Вы бы отважились?

«Мой разоритель, подумай хорошенько…»

На краткое мгновение образовалась пауза, но в том и дело, что мгновение оказалось кратким.

— Да, — выдохнула взволновано горгона с мечтательной улыбкой на губах. — Если бы такое чудо случилось, то я хотя бы постаралась.

«Ранкар, прекрати! Я запрещаю тебе! — встревожено выкрикнула Руна. — Ты едва держишься! Твоя жизнь и так утекает со скоростью молнии! Ну зачем⁈ — с болью в сердце завыла она. — ЗАЧЕМ тебе это⁈ Почему ты стал таким⁈ Почему ты хочешь им помочь⁈ Ты же зарекся делать добрые дела! Ты обещал! Зачем ты стал помогать другим, но при этом жертвуешь собой⁈»

Мне всё равно осталось недолго, — с улыбкой в голосе произнес я. — И что-то мне подсказывает, что я поступаю правильно. Прости, малышка. Если хочешь, то можешь считать, что перед смертью я таким образом пытаюсь смыть грехи, либо отдаю долги.

«А обо мне ты подумал⁈ — вышла из себя Альяна, жалобно шмыгнув носом. — Как я буду без тебя⁈ Что прикажешь делать мне в таком случае⁈ Я пытаюсь тебя защитить и помочь, а ты…»

Прости меня, Истра, — виновато прошептал я. — Тебе достался дрянной носитель.

— Знали ли вы, Морриган, что порой чудеса случаются? — тихо поинтересовался я, собираясь с силами и медленно поднявшись на ноги, шагнул в сторону горгоны.

— О чем ты, Ранкар? — растеряно пробормотала женщина, невольно расширив глаза.

— Вы больны, а если быть точнее, то прокляли сами себя. Ваша собственная сила исказила вас, а тело подстроилось под эту силу. Данная проблема не так смертельна, как вы считаете. Правда, боюсь, в нынешних реалиях только я способен исправить это. Могу пообещать, что ваша сила больше не причинит никому вреда.

Изумрудно-ядовитые глаза дочери Медузы после моих слов расширились до возможного предела. На миг вообще почудилось, что та отшатнется прочь в страхе, но, увы, я оказался чуть расторопнее. На практике данную способность я еще не применял, но всеми силами надеялся, что именно этот новообретенный навык поможет протянуть мне как раз до отведенного срока.

Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора. Печать Подавления…

Ладонь мягко легла на чешуйчатую руку женщины и практически сразу я ощутил, как внутри её тела буйствует свирепый ураган, который требовал выплеска. Одному лишь Сущему известно, как долго сдерживала себя Морриган и как долго копилась эта энергия. Наверное, любого другого человека такая мощь разорвала бы на мелкие ошметки, но тварь подобная мне и колонна Тёмной Жизни сделали своё дело. Я стал собственными способностями подавлять чудовищные силы горгоны.

Вдох за вдохом. Секунда за секундой. Миг за мигом. Я не знаю точно сколько времени миновало, но в какой-то момент энергия Морриган стала иссякать. Именно тут и начиналась та самая хрупкая грань. Если я подавлю слишком сильно, то она погибнет, если слишком слабо, то через некоторое время всё вернется назад. Необходимо было забрать и подавить лишь нужное количество, чтобы тело женщины при помощи Лозунга возвратилось в идеальную кондицию. И я забрал. Забрал и подавил необходимый объём.

Прямо сейчас часть проклятой жизни матери Кайсы сжалась до размера золотого аура. Невиданная концентрированная мощь. Поглощать такое количество после того, как я отказался от пожирания, было смерти подобно. Особенно для меня в столь обветшалом виде. Изначально мой план состоял в том, чтобы при помощи печати провести всю эту мощь через себя и распылить в пространстве, но, увы, случилось то, что разрушило на корню мои грёзы.

Ха-ха-ха… Ты… не… так… уж… и… бесполезен… Благодарю… за… угощение…

ПРОЧЬ, ТВАРЬ! НЕ СМЕЙ!

«РАНКАР, НЕТ…»

На секунду. Всего на предательскую долю секунды мир обагрился алым и серым. Материя Бедствия и Пустота внутри моего тела вышли из-под контроля, а правая рука очутилась во власти тёмной твари. Опустошитель как кровожадное животное вцепился в сгусток энергии, отчего сразу же сработало пожирание.

Прими… уже… свою… суть… тряпка… Хе-хе-хе…

НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ И ПРОКЛИНАЮ…

Вот только ненавидеть и проклинать стало поздно. Энергия Морриган оказалась пожрана за частицу вдоха. Тело содрогнулось будто пораженное молнией, а сам я рухнул на колени перед шокированной женщиной и словно дикий монстр вцепился руками и выступившими когтями в цельные плиты риарита, которые рушились от любого прикосновения.

В груди полыхало пламя, разум разрывался на куски, а пульсирующие писания Опустошения болезненно впивались в кожу будто пиявки. Однако всё это меркло и бледнело пред тем, что случилось дальше — металлический хруст цепей и волна ужасного треска гулким эхом прокатилась по разуму как вездесущая лавина, знаменуя о том, что пробудился очередной источник.

Во внутреннем мире разверзся источник потока Гравитации.

Пятая колонна из четырнадцати.

Двенадцатый резерв по счёту.

И три шага до полного краха, потому как запечатанных источников осталось всего три.

Стоило лишь подумать об этом и огромное давление обрушилось, как на разум, так на организм, а затем моё собственное тело будто пушечное ядро отлетело в стену рядом с кроватью. Под чудовищным напряжением сейчас находился не только я, но и ошарашенная Морриган.

'Держись, мой разоритель! Держись! Я знаю, что ты сможешь! ДЕРЖИСЬ!!!

Завидев нарастающий страх и боль в глазах у матери Кайсы внутри что-то сломалось, а от накатившей агонии, что разрывала разум и тело я завыл будто раненый в кровопролитном сражении зверь, ведь хватка Опустошителя на моей глотке крепчала:

— ХВАТИТ! Я СКАЗАЛ ХВАТИТ! ПОДЧИНИСЬ!!! Я СКАЗАЛ… ПОДЧИНИСЬ! Я. ТВОЙ. ХОЗЯИН. Я И ТОЛЬКО Я! ПРОЧЬ ИЗ МОЕГО ТЕЛА! ПРОЧЬ!

Видит Сущее в следующее несколько секунд я не знал, что со мной происходит, потому как багрово-серая пелена вновь охватила окружающий мир и мы снова вступили в ожесточенной бой с хохочущим Опустошителем.

Хе-хе-хе… Считай… что… тебе… страшно… повезло… сегодня… Удача… на… твоей… стороне…

В себя я пришел на руинах разрушенной риаритовой комнаты, а сквозь пелену тумана удалось рассмотреть смутно знакомое лицо с ярко-зелеными глазами. Лишь через несколько секунд я осознал, что лежу на коленях у переменившейся до неузнаваемости Морриган. Да, теперь она была не тем чудовищем, что я видел ранее, а до безумия прекрасной женщиной. Морриган мило мне улыбалась и была страшно похожа на Кайсу. Причем от необычайно длинного змеиного хвоста у дочери Медузы осталась только необычайно длинные тёмные локоны.

— Ты страдаешь, да? — с горечью прошептала Морриган, запуская свои пальцы в мои слипшиеся волосы. — И как часто?

— Почти… постоянно, — честно прошептал я, ужасно осипшим тоном. — Простите, что навредил. Зачастую я… Зачастую я не властен над собой.

— Мне так жаль, мой дорогой. Знал бы ты, сколько благодарности я сейчас испытываю к тебе. Может… я как-то могу помочь тебе? — с болью в глазах вопросила она. — Как я могу отплатить за твою доброту?

— Никак, — шепнул я, пытаясь взять под контроль содрогающееся тело, а после под действием эмоций тихо заключил: — Мне всё равно недолго осталось. А на тот свет я с собой ничего забрать не успею. В лучшем случае остался год. Я лишь хочу протянуть до битвы с оберегами, а там будь, что будет.

Ужас пробудился в глубине глаз у Морриган, и та едва слышно пробормотала:

— Неужели ты умираешь? Кайса знает? А твои близкие? У тебя же есть семья на Земле и…

Но в ответ я лишь отрицательно качнул головой.

— Не говорите никому. А моя семья, скорее всего, уже в курсе.

— Неужели ничем нельзя помочь? — с надеждой вопросила горгона.

— К сожалению, меня вряд ли кто-то может спасти, но зато я всё еще способен помогать, — просипел едва уловимо я, медленно принимая сидячее положение и оглядывая руины комнаты.

— Так ты поэтому помог мне?

— Я помог вам, потому как считаю вас хорошим человеком, Морриган, — прохрипел я, упираясь рукой в стену и пытаясь всеми силами поднять свою тушу над разрушенным полом. — Вы хорошая мать и под вашим надзором Кайса расцветет. К тому же я уверен, что наставник будет рад вашему возвращению.

— Но… но как же ты, Ранкар? — переполошилась горгона. — И что же будет с тобой?

— Ничего, — прокряхтел устало я, прикрывая веки и плечом упираясь в стену. — Как-нибудь… протяну. Уже… не впервой.

Видя мои жалкие потуги, Морриган вскочила на ноги, чтобы мне помочь, но тотчас рухнула на пол как подкошенная и с удивлением воззрилась на собственные конечности.

— Разучилась… — растеряно буркнула та. — Я разучилась нормально ходить.

Кое-как повернувшись к женщине, я протянул той руку и с виноватым видом она приняла её. Сделав усилие над собой, удалось поднять ту на ноги и до дверей мы не шли, а просто ковыляли, опираясь друг на дружку.

— Простите ещё раз за разрушения, — покаялся я, глядя на руины. — Но, боюсь, если бы не риарит, то я не отделался бы так легко. Вероятнее всего, он сыграл свою роль.

— Не извиняйся, мой милый, — заботливым тоном обронила Морриган. — Это место было моей тюрьмой долгие годы, и я рада, что оно смогло помочь еще кому-то.

Как ни странно, за дверями кто-либо отсутствовал, а сам холл пустовал. Впрочем, такое было неудивительным, ведь губительная сила матери Кайсы распространялась и за пределы риаритовой комнаты. Честно признаться путь до выхода показался вечностью, отчего я до жути устал и обессилел, но стоило нам добраться до конца и потянуть врата на себя, как слух моментально уловил голос Кристальной ведьмы:

— Зачем?..

* * *

В холле перед входом в крыло Морриган повисла напряжённая атмосфера. Вернувшаяся назад молодая горгона не проронила ни единого слова, отчего Сиана и Кайса теперь переглядывались между собой будто вели безмолвную беседу. Падший стоял в стороне и не сводил глаз с врат, ожидая возвращения Ранкара. Однако здесь имелись и те, кто вел себя в целом беззаботно:

— Зачем?.. Зачем такой бриллиант отказался от столь чудесного будущего? Ты трёхстихийник. Ты мог бы стать великим человеком. Мог стать кем угодно! Ты мог бы стать одним из отмеченных! Мог послужить правому делу!

— Именно потому я и отрекся, — резко отчеканил Эйсон, поднимая негодующий взор на Вивиан. — Я не хочу становиться таким, как вы! Я не хочу служить! Не хочу слепо подчиняться приказам тех, кто якобы выше. Я хочу проложить свой собственный путь. Я не хочу быть пешкой.

— Эх, Дубль, я уже начинаю завидовать, — радостно гоготнул Илай, сидя у стены на голом полу и тщательно разглядывая клинки Нанна. — Тебя вербует первая после Темиды. Необходимо гордиться и…

— Прекращай паясничать, дитя Хаймона! — грозно рыкнула та, перебивая теперь уже бывшего голубокровного. — Иначе…

— И что иначе?..

Приглушенный мужской голос заставил всех разом встрепенутся, отчего Сиана и Эйсон живо обернулись. Тэйн почти одновременно с Кайсой резко подались вперед, а Илай, между делом, с ленивой улыбкой воззрился на врата и вальяжно запрокинул ногу на ногу.

— А я уж думал, что ты…

Завидев не один силуэт, а два, бывший Аванон принял второго за Данакта, но когда вместо мужчины из-за врат появилась обворожительная женщина в тёмном плаще и с необычайно длинными волосами, улыбка его померкла, челюсть невольно отвисла, а сам он подорвался на ноги, как в задницу ужаленный.

Впрочем, изумлён таким исходом был не только он, но и все окружающие. Кайса стояла ни жива, ни мертва, Сиана и Эйсон хмурились, но самой ошарашенной оказалась Кристальная Ведьма. Она узнала спутницу Ранкара. Узнала ту, кому он помогал передвигаться.

— Н-немыслимо… — сглотнула пораженно Вивиан.

— МАМА⁈ МАМА, НЕУЖЕЛИ ЭТО ТЫ! МАМА! — кинулась навстречу Морриган молодая горгона, чуть ли не плача — Как… как ты… смогла?.. КАК⁈.. Почему ты здесь? Почему ты… не…

— Ну-ну, достаточно, шипучка. Не время рыдать, — заботливо пробормотала женщина, прижимая к себе дочь. — Я и сама не верила в чудеса до сегодняшнего дня…

— МАМА⁈ — в один голос вопрошающе выкрикнули Илай, Сиана и Эйсон, выпучив глаза на незнакомку.

— Вижу, время вас не коснулось, наследница Медузы, — с робкой улыбкой отозвался падший, но улыбка его резко померкла и тот живо ринулся на помощь другу. — РАНКАР! Ранкар, что с тобой⁈

Падающее тело черноволосого юноши успели подхватить Кайса с Морриган и весьма бережно усадили того на пол, обступая со всех сторон. Из-за вездесущего полумрака в коридоре никто не успел рассмотреть, что стало с парнем, но когда магия света падшего озарила пространство, Сиана и Кайса ужаснулись увиденному.

Ранкар и без того пугал всех неестественной бледностью, а сейчас цвету его лица могла бы позавидовать сама смерть. Тяжелое и сиплое дыхание походило на завывания вепря, которому пробили оба лёгких. Руки у того страшно дрожали, а телосложение стало более осунувшимся и сгорбившимся.

На миг Тэйну почудилось, что перед ним и не Ранкар вовсе, а какой-то неизвестный тип. Неизвестный тип, который на глазах у окружающих и невзирая на собственное плачевное состояние пытался подняться на ноги.

— Я помогу, — выпалил как на духу падший, бросившись к другу.

— Нет… не нужно, — хрипло отмахнулся он от помощи, цепляясь руками за стену и с жутким усилием поднимая тело над полом. — Я… я сам… Я… я в норме… Я… в порядке…

На секунду взоры присутствующих скрестились на Ранкаре Безродным, но в одно из таких мгновений Кристальная Ведьма увидела с какой болью смотрит на юношу могущественная дочь Медузы.

— Морриган, это действительно ты? — усомнилась на миг Вивиан, не веря в такому реальность. — Мои глаза не обманывают меня?

— Давно не виделись, Вивиан, — спокойно изрекла горгона, глядя на служительницу Темиды. — Как видишь чудеса случаются.

— И почему мне кажется, что с этим чудом связан всем известный мальчишка? — пошла на пролом отмеченная. — Что случилось за вратами? И где в конце концов Данакт? Почему он не вернулся с вами?

— Он вернется, — тихо и хрипло рассмеялся Последователь Проклятых себе под нос, неспешно ковыляя прочь, то и дело опираясь на стену руками. — Очень скоро он вернется. Думаю, в каком-нибудь саду рядом с другими изваяниями ему будет самое место.

Ответ Ранкара заставил многих нахмуриться, но смысл его слов все осознали практически сразу, отчего многие оказались в шоке. Лишь Вивиан нахмурилась пуще прежнего.

— Это ты⁈ Твоих рук дело⁈ Ты убил его⁈ Ты хоть понимаешь, что…

— Достаточно! Мальчик ни в чём не виноват! — рявкнула холодно мать Кайсы. — Его прикончила я! Ты довольна, Вивиан? А то, что случилось за вратами не касается отмеченных — это целиком и полностью дело великого дома Ксант и…

Вот только довести свою речь до конца Морриган не успела. В коридоре внезапно раздался дикий свист ветра и через пару мгновений перед Кайсой образовался один из глав службы безопасности, который резко припал на правое колено.

— Великая глава, на пиршество в вашу честь вторгся патриарх Семьи Сияющего Ветра. Он требует аудиенции с вами и вдобавок требует выдать им бежавшего преступника. Также позволю себе заметить, что ведёт он себя весьма вызывающе.

Стоило безопаснику договорить, как вновь раздался хриплый смех, и все разом взглянули на затылок Ранкара. Шаги юноши на глазах у окружающих начали становиться более твердыми и уверенными, а через пяток секунд он и вовсе смог идти ровно, не опираясь на стену. Правда, шагал он не так быстро.

— Вызывающе, значит, — тихо повторил он, посмеиваясь. — Вторгся, так еще и требует чего-то. Какой славный малый. Что ж, ладно, пойдемте, поговорим с ним, — махнул он всем призывающе рукой. — Как вижу, жизнь Роланда ничему не учит…