Ночь и утро прошли как в тумане. В голове то и дело всплывал разговор с мамой. После каждого прокручивания ее слова становились все более ядовитыми. Этот яд просачивался в каждый уголок души, заставляя корчиться от боли. Но сильнее боли была злость. Возмущение и обида росли внутри как снежный ком. Мама позвонила еще раз, а потом телефон смолк. Опыт подсказывал, что это плохой знак, но было плевать. Желания разговаривать с ней не было, ведь какой смысл пытаться достучаться до того, кто не хочет тебя слышать?

В университет я собиралась на автомате. Что-то сделала с лицом, чтобы следы вечерних рыданий не были заметны. Натянула первый свитер, попавшийся под руку. Побросав вещи в сумку, я вышла из дома. В дверях меня остановило сообщение:

Денис:

Славик взломал облачное хранилище Карпова. Все фотки Лизы удалены с его телефона. Слава говорит, что Никита, скорее всего, настолько тупой, что не сделал копии. У него пароль – HotKarpov69. Представляешь?

Текст заканчивался смайликом, закатывающим глаза, и я прыснула от смеха. Вполне в духе Карпова. Тиски, сдавливающие грудь, немного ослабли.

Радостная новость разогнала мрачные тучи, сгустившиеся надо мной этим утром. Поблагодарив Дениса, я переслала сообщение Лизе. Это точно должно было поднять настроение и ей. Без фотографий у Карпова не было над Лизой никакой власти, и я надеялась, что это придаст ей сил продолжить бороться за себя. А еще пережить этот день, ведь ей предстояло впервые встретиться с одногруппниками после публикации своего поста.

Перед входом в аудиторию меня ждала Лиза. Она стояла около окна и качала головой в такт музыке, звучавшей в наушниках. Лиза заметила меня еще до того, как я подошла. В глазах отражалось волнение, которое, я была уверена, не давало ей нормально спать всю ночь. Я ободряюще улыбнулась подруге, постаравшись засунуть собственные переживания подальше. В тот момент ей нужна была поддержка, а не еще одна плохая новость в довесок. Да и что я могла ей сказать? «Доброе утро, моя мама сказала, что ты потаскушка»? Исключено. Я справлюсь с этим в одиночку.

– Привет, одна тут отдыхаешь? – игриво произнесла я, изображая из себя мачо.

Лиза хмыкнула на мою попытку пошутить и махнула головой в сторону класса:

– Как думаешь, что сейчас будет? – В голосе звучала тревога, хоть подруга и старалась это скрыть.

– Не знаю, – честно призналась я и взяла Лизу за руку. – Но это неважно, потому что их мнение ничего не значит. Ты сделала все правильно. Покажи, что ты не отступишься. Пойдем?

После ее робкого кивка я потянула подругу в аудиторию. Удивительно, но к первой лекции пришла почти вся группа. Взгляды ожидаемо сразу же устремились на нас, а точнее, на Лизу. Но атмосфера неуловимо изменилась. Кто-то неловко улыбнулся, кто-то опустил глаза. Я почувствовала, как подруга рядом напряглась, будто ожидая новой катастрофы, и ободряюще сжала ее ладонь. Карпова с его компашкой не было.

– Стася, Лиза! Сядете со мной? Я вам место заняла. – Маша помахала рукой и открыто улыбнулась.

Эта простая реплика словно сняла оцепенение с остальных. Ребята зашевелились, зашелестели тихие разговоры. Лиза немного расслабилась и вернула Маше улыбку. Мы вместе направились к ней. Лиза шла, высоко подняв голову, как настоящая победительница. Сложно было даже представить, какой груз упал с ее плеч.

До пары оставалось немного времени. Маша рассказывала о новой романтической комедии, на которую ходила в кино на выходных. Мы с Лизой активно участвовали в обсуждении. Но я видела, как подруга то и дело нервно посматривала на дверь, проверяя, не появился ли Карпов. Он не заставил себя долго ждать.

Я могла представить многое, но уж точно не то, что Карпов ввалится в аудиторию походкой короля. Нахальная улыбка и эго, идущее впереди него. Он моментально нашел Лизу в аудитории. Маша замолчала на середине фразы, когда Карпов навис над нашей партой.

– Что, Лизок, нашла новую подружку? Наконец-то кто-то, кроме Стаси, будет тебя слушать и верить всем твоим сказкам. Но помни, что твои фото с голыми сиськами набирают больше лайков, чем слезливые посты, – насмешливо выплюнул Никита и оглянулся по сторонам, ожидая услышать привычные смешки.

Вот только аудитория молчала. Конечно, не все были готовы открыто высказаться, но пост никого не обошел стороной. Это чувствовалось в напряжении, висевшем в воздухе. Я затаила дыхание. Карпов застыл, ошарашенно бегая глазами по лицам одногруппников. Почти никто на него не обращал внимания. Откуда-то сзади послышался твердый голос:

– Хватит уже, Никит.

Это был наш одногруппник Леша. Мы никогда не общались близко, но в ту минуту мнение о нем резко поменялось в лучшую сторону. «Сто очков Гриффиндору!» На секунду на лице Никиты отразилась целая палитра эмоций: недоумение – как кому-то вообще пришло в голову говорить такое; злость – он не привык получать отпор; страх – сила, которая всегда у него была, утекала сквозь пальцы. Но Никита быстро вернул надменную маску.

– Слушайте, как интересно. Еще вчера все орали в голос и ржали, как мерзкие гиены, а теперь вдруг моральные принципы проснулись. Что-то случилось, а я не в курсе? – Его вере в свое величие позавидовал бы и Наполеон.

Я обернулась и увидела, как одногруппники неловко ерзали на стульях. Правила игры резко изменились, и люди не понимали, как себя вести. Один из прихвостней Карпова едва заметно кивнул на задние парты, показывая, что надо сваливать. Никита же не собирался уходить, ведь это означало признать поражение. Он тяжело дышал, все сильнее распаляясь.

– Как мало надо, чтобы все переобулись и засунули язык в задницу! – Его слова так и сочились гневом. Карпов выбрал единственную знакомую ему стратегию – нападение.

– А может, тебе пора перестать притворяться, что это была просто шутка. Может, пора взять ответственность за свои поступки и попросить прощения? – спросила Маша. Впервые я видела в ней такую решительность. Она храбро смотрела на Карпова, вытянувшись на стуле как струна.

– Я должен извиниться? – Никита перешел на крик, его лицо побагровело.

– Карпов, почему я каждый раз захожу в класс и вижу ваши выступления? Сядьте уже на место, лучше бы на парах так активно отвечали, – сердито бросила Анна Андреевна Никите, появившись в дверях.

«Сколько она успела услышать?» – мелькнула мысль в голове.

– Я буду делать… – Карпов не сбавил обороты, и брови преподавательницы сошлись на переносице.

– Молодой человек, или вы закроете рот и сядете на место, или выметайтесь из аудитории. – Анна Андреевна не терпела хамства, и Никите ничего не оставалось, кроме как пробормотать извинения и уйти в конец аудитории, поджав хвост.

Сзади донесся грохот брошенного на пол рюкзака и приглушенный мат. Выдержав театральную паузу, преподавательница начала пару.

Как реагировать на такие резкие перемены в настроении группы, было непонятно. С одной стороны, я радовалась, что одногруппники открыли глаза и включили мозги. А с другой – было очевидно: Карпов не отступится так просто. Он не привык получать отпор.

К сожалению, я оказалась права. После пары Никита дожидался Лизу в коридоре. Искаженное злостью лицо не обещало ничего хорошего.

– Кольцова! – окликнул Карпов подругу, которая старательно делала вид, что не замечает его.

Лиза остановилась, не оборачиваясь. Пальцами крепче сжала лямку рюкзака. Я резко развернулась к Никите. Настроение и так было хуже некуда, а он идеально подходил, чтобы спустить на него всех собак.

– Карпов, может, уже… – начала я, но Лиза тронула меня за руку.

Подруга медленно развернулась, встречаясь с обидчиком лицом к лицу. Между ними висело напряжение, и, казалось, пауза длилась слишком долго. Карпов возвышался над Лизой, но она все равно смотрела на него свысока. Произошедшее перед лекцией придало ей уверенности. Я замерла за спиной Лизы, готовая поддержать в любой момент.

– Чего тебе?

Одногруппники шли мимо, заинтересованно вытягивая шеи и перешептываясь. Но никто не подходил слишком близко. Никита понизил голос, наклоняясь ближе к Лизе. От дерзких ухмылок и насмешек не осталось и следа. Карпов был в ярости.

– Еще не наигралась в мученицу? Удали пост, пока не поздно. Просто удали, и покончим с этим.

Лиза не ответила, продолжая сверлить его взглядом. Любому было ясно, что так просто Карпов эту ситуацию не отпустит. Отсутствие реакции разозлило Никиту еще сильнее. Он достал из кармана телефон и потряс им у Лизы перед носом.

– Мы же оба знаем, что у меня есть еще фотки. И даже откровеннее тех, что я выложил. Может, хочешь, чтобы их тоже все увидели? Посмотрим, что скажут наши ангелочки, когда поймут, что ты – не жертва, а просто потаскуха, жаждущая внимания, – выплюнул Карпов в лицо Лизе, уверенный в козырях в рукаве.

Я перестала дышать, наблюдая за этой сценой. Нет, мне не было жалко Карпова после всего, что он сделал. Но попытки Никиты цепляться за крохи влияния, которые, как он думал, все еще у него остались, были просто жалкими. Сердце замирало от предвкушения момента, когда карточный домик его реальности рухнет. Лиза внезапно усмехнулась, и уверенность на лице Карпова дала трещину.

– Выкладывай. – Подруга сложила руки на груди и дернула подбородком, словно давая Никите разрешение.

– Думаешь, я блефую? Смотри. – Карпов полез в галерею.

Я никогда не забуду его лицо, когда Никита понял, что проиграл. С него сначала сошли все краски, потом он крепко сжал зубы, постепенно краснея. Глаза безумно забегали, а руки сжались в кулаки.

– Ты… Я тебя уничтожу! – Карпов резко схватил Лизу за горло и прижал к стене.

Я даже не успела дернуться. Два рюкзака рухнули на пол. Лиза схватилась за руку Никиты, пытаясь оторвать ее от себя. Дальше все происходило слишком быстро, будто кто-то ускорил события в два раза. Гул студентов вокруг. Редкие вскрики. Я бросилась к Карпову, который яростно вжимал Лизу в стену. Она царапала его и била, но от этого не было никакого толка.

Внезапно кто-то влетел в Карпова сбоку. От неожиданности Никита отпустил Лизу, которая закашляла и начала хватать ртом воздух, пытаясь отдышаться. В высокой фигуре и копне кудрей я узнала Колю. Он встал между Лизой и Карповым. Не дожидаясь, пока Никита придет в себя, Коля замахнулся, целясь в лицо противнику. Кто-то из девчонок закричал. Карпов отклонился, наверняка спасая нос, и удар пришелся по скуле. Ответ последовал мгновенно. Парни повалились на пол, яростно дубася друг друга.

– Коля! – испуганно закричала Лиза, но ее крик потонул в общем хаосе.

Никита оказался сверху и яростно бил Колю. Прикрыв лицо ладонью, Коля пытался отвечать. Я подскочила к Лизе и обняла ее, удерживая на месте. Ей нельзя было лезть в эту драку, сделала бы только хуже. Все в коридоре стояли в ступоре, не решаясь что-либо делать.

Вдруг раздался громогласный голос:

– Что здесь происходит? Пропустите!

Двое преподавателей бросились в гущу событий. Никита безумно махал кулаками, и мужчинам пришлось вместе его оттаскивать. Карпов тяжело дышал и ненавидяще смотрел на Колю, лежащего на полу. Его лицо было залито кровью, и он обессиленно раскинул руки. Лиза всхлипнула и, вырвавшись, кинулась к Коле.

– Что вы устроили?! – закричал один из преподавателей и бросил собравшимся вокруг: – Разошлись! Тут не на что смотреть.

Только тогда я увидела Анну Андреевну, которая стояла, прикрыв рот ладонью. На всегда спокойном лице преподавательницы отражался шок. Похоже, это она позвала коллег. Она подошла к Лизе, которая сидела на полу около Коли, вцепившись в его руку и рыдая навзрыд.

– Лиза, Лизочка, – ласково звала Анна Андреевна, но подруга никак не реагировала. Преподавательница наклонилась и что-то сказала Лизе.

– В чем дело? – допытывался преподаватель, строго глядя на Никиту. – Кто все это начал?

Анна Андреевна посмотрела сначала на Карпова, а потом на меня. Видимо, что-то поняв по моему ошарашенному виду, она подошла к нам. На лице отражалась решимость.

– Карпов – к декану. Я больше не собираюсь это терпеть. На ваше поведение все слишком долго закрывали глаза. Хватит. Я пойду с вами. Юрий Викторович, помогите мне проводить студента, пожалуйста. – Анна Андреевна собралась и вернула свой строгий, расчетливый образ. – Стася, проводи, пожалуйста, Лизу и молодого человека в медпункт. Я позвоню вам, чтобы вы пообщались с деканом позже.

Я кивнула и шагнула ближе к друзьям. Коля уже сидел на полу, прижимая к себе Лизу и успокаивающе растирая ее плечи. Подруга цеплялась за его голубую рубашку и плакала. Я не могла ее винить. Внутри скопилось столько эмоций после произошедшего, что скрывать их было невозможно.

– Я в порядке, ты в порядке, все в порядке, – шептал Коля, оставляя поцелуи на ее щеках, волосах, руках. А у самого из носа текла кровь, а под глазом расплывался синяк.

Преподаватели сосредоточились на Никите, который выглядел потухшим. В этот раз ему не удастся выйти сухим из воды, и он это прекрасно понимал. Анна Андреевна раздала инструкции и повела его в сторону деканата. Толпа вокруг постепенно разошлась, а Лиза с Колей так и сидели на полу, обнимая друг друга, будто мир рухнет, если они оторвутся хоть на миг. Я неловко топталась рядом, не решаясь их отвлечь.

– Я так испугалась за тебя, было так страшно, – бормотала Лиза.

– Я знаю, – спокойно отозвался Коля, гладя ее по спине. Он шмыгнул носом и рукавом утер кровь.

– Я во всем виновата. Я сама отправила этому придурку эти дурацкие фотки, если бы…

Коля оборвал Лизу на полуслове, взяв ее лицо в ладони.

– Не смей так говорить, – твердо сказал он. – То, что ты написала в посте, – абсолютная правда. Единственный, кто виноват, – этот придурок. Ты ничего плохого не сделала. Ты самая потрясающая девушка, которую я когда-либо встречал.

– Но ведь я…

– Что бы ты ни сделала, я всегда буду на твоей стороне. Слышишь? – Голос Коли словно забирался под кожу – столько в нем было чувств и искренности. Лиза завороженно смотрела ему в глаза и даже перестала плакать.

– Но… почему? – Тихий вопрос, в котором было все.

Коля не сомневался ни секунды:

– Потому что я люблю тебя.

Лиза ахнула, словно не могла поверить в эти слова. Словно они были единственным, что по-настоящему имело значение. Долгий взгляд, мимолетная улыбка и нежный поцелуй.

Чувствуя себя лишней, я отошла к окну, чтобы дать им личное пространство. Улыбку сдержать не получилось. Может, было и непросто, но эту битву мы выиграли. Тихий смех за спиной и наверняка ласковые слова, которые я не разбирала со своего места, обещали, что теперь у ребят все будет в порядке. Все будет так, как надо.