В поездку до Оукхерста за руль сел уже я. Во-первых, честно, что мы разделяем обязанности… да ладно, мне просто понравилось кататься на бюджетном спорткаре. Тойота Селика Супра Марк 2 – классная машина. Салон у нее кожаный, кресла – приятные, анатомические. Линда, намаявшись за день, уснула на пассажирском сиденьи, пристегнутая ремнями безопасности. Ее даже вчерашний шторм не разбудил.

До темноты не уложились и где-то на половине пути до Фресно я с чувством детского щенячьего восторга поднял “слепые фары” машины. В своём детстве я мог только мечтать хотя бы полюбоваться на авто с выдвижными фарами – на ТВ-экранах они воспринимались, как верх крутизны.

Голову занял планами: слишком много их накопилось! В каком порядке что реализовывать... Хочется заняться всем и сразу.

Лучше день потерять, потом за пять минут долететь! То есть начать все же с разработки инструментов для своей будущей студии и подбора персонала, чем запираться в кабинете и лихорадочно кодить, не озаботившись минимальными удобствами.

Что мне потребуется, если брать по минимуму: текстовый редактор! Не обязательно даже с подсветкой кода, ставшей идеей фикс. Быстрая навигация по файлам проекта во всплывающем псевдоокошке. Автоматическая расстановка отступов – казалось бы, мелочь, а кучу времени сэкономит. Выполнение кода и компиляция по горячим клавишам… надо еще выбрать, по какому стандарту – F5 для сборки, как у мелкомягких или F9, по примеру Борланда. Но это уже мелкий вопрос, хоткеи обязаны переназначаться согласно пользовательскому конфигу. Быстрый переход на строку с ошибкой – вот мастхев! Я еще помню, как бедолага с птичьим прозвищем ту несчастную опечатку искал. Если в комплекте с компилятором идет отладчик, то еще и интеграция с ним.

Всякие мелкие свистоперделки вроде раскраски скобочек в разные цвета в зависимости от уровня вложенности блока уже необязательны, и не факт, что в первую или даже пятую версию пойдут – железо-то дохленькое, всех хотелок не потянет.

Второе, что нужно строго обязательно – попиксельный редактор спрайтов, чтобы моя спящая красавица больше не мучилась с миллиметровкой. И мышку бы еще к нему, но тут я сильно в сторону ухожу. Грызуна надо просто ждать или использовать графический планшет, как у Роберты.

И третье направление – музыка. Мне необходимо довести сырую программу-синтезатор до более релизного вида и найти нормального человека, разбирающегося во всех этих сольфеджио, октавах и диезах на уровне мистера Лоу. Но это уже отдельно и вообще, у меня на то арт-директор есть. Линда на курсы по прикладному искусству записалась, а где художники – там и музыканты.

За влажными мечтами и пролетела ночная дорога. Освещение трассы, идущей через сельскую местность, я бы плохим не назвал. Отсутствующее – вот правильный термин. О Макаронный Монстр и Ктулху, у нас в Воронежской области на шоссе от деревни к деревне в нищие девяностые и то фонари на столбах висели. А тут святая калифорнщина, мекка информационных технологий, но на электрическом освещении экономят. Не светит пендехостанцам в ночи огонёк демократии. Плевать капиталистам на то, что какой-нибудь бедолага вроде меня в аварию попасть рискует.

Но не попал. Слава светоотражающей разметке – вот на ней не экономили, нарисовали где можно и местами даже где нельзя, а также фарам других машин. Где-то в районе полуночи я уже парковал Тойоту рядом с лоурайдером.

У меня есть дом, в доме горит свет. И ждет дома обед, по заветам Виктора Робертовича. Да? Покормили нас на Ю-Эс фесте, как обычно, хорошо, но от одной лишь мысли о стряпне Елены рот слюной наполнился. А у Линды в животе заурчало.

В прихожей стояли сапоги – здоровенные щегольские ковбойские сапоги с металлическими набойками. Это что, нашего с Крисом брата обувка? Размер подходящий, но не припоминаю в его вещах ничего такого.

– Гав! Гав! – поздоровался с нами Дюке, привычно бросившись обниматься.

– Орале! Ну наконец-то! – выбежала к нам Елене. – Андале, за стол!

– Карналь! – прорычал Гектор. – Что ты сотворил с моей хайной, что она, как бешеная, заставляет всех снимать обувь?

Это он не всерьез сердится. Но то, что тёть Лена перешла на светлую сторону и не только сама грязь в дом не тащит, но и мужа наставляет, мне лично очень приятно. А уж какой запах с кухни идет! Чилакилес, я их уже носом распознаю! И… да ладно… борщ! Панамская версия, с бананами, но она тоже ничего так.

Окажись с нами за столом Рокки, он бы назвал угощения потрясающими и невероятными. За едой я коротко рассказал о фестивале, не зная, как именно лучше общаться с Гектором. Он от меня наверняка ждет поведения подростка, а все остальные уже привыкли, что я взрослый.

– Завтра собираемся и едем в Эль-Серрито, – закончил я рассказ, – и так уже почти опоздали. А у вас как дела? Кен насчет работы не обманул?

– Я буду не совсем рейнджером, карналь, – кажется, я впервые с момента нашего знакомства увидел на лице обычно уверенного в себе Гектора смущение. – Рейнджеры – федеральные служащие, даже с грин-картой устроиться к ним нелегко. Мне дали работу вранглера в частной компании, водящей туристов. Компренде?

От использованного слова пошли ассоциации с Врангелем. Который “черный барон” и “снова готовит нам царский трон”. Но нет, это слово для обозначения кого-то вроде наездника, может быть, объездчика. Мужика, имеющего дело с конями, в общем. Конюха? Ковбоя? Погонщика? Еще есть Джип Вранглер.

– Будешь заниматься лошадьми? – спросил я.

– Симон! Два дня на стажировку ходил. В первый я чистил стойла. Ай, карамба, ну и миерда в них, не за столом обсуждать! А сегодня самих коней обхаживал. Работенка адская, но мне понравилось. Дюке чуть не лягнули и он обиделся! Ха-ха-ха!

Питбуль недовольно заворчал.

– Так что как приедете из своего Беркли, отвезу вас на экскурсию, на конях покататься. Вредные твари, но умные. У меня получается с ними обращаться. Карлос, мой хефе с работы, сказал, что у твоего карналя талант ладить с живностью. Он обещал всему научить. Это реально интересно!

Не припомню, чтобы Гектор хоть про какое-нибудь своё занятие говорил с тем же увлечением. Да он вообще не особенно склонность поболтать проявлял. Обычно сурово бухал пивчанское и много курил, а также бокс или рестлинг по ящику смотрел. Но тут настоящая гордость за своё дело в словах заметна, да еще и заулыбался открыто, по-доброму. Главное, чтобы не разочаровался и не бросил.

– Да вы на шляпу его посмотрите! Орале! Настоящий ковбой! – Елена опрометью сбегала в гостиную и вернулась с головным убором, как у Индианы Джонса.

– Круче любого чоло с района, – признал я, когда шляпа заняла место на голове вранглера. Не хватает пояса с револьверами и патронташем – выйдет подходящий персонаж для нежно любимой мной РДР2, величайшего игрового вестерна из созданных.

– Симон! – согласилась Елена.

– Да, вам очень идет, – Линда продолжала смущаться, но нашла в себе сил на комплимент.

– Гав! – подтвердил Дюке. Вот с ним сильнее всего расставаться не хочется. Гектора я почти не знаю. К тёть Лене искренне привязался, но пёс – самый надежный, верный и безусловный друг. Мы даже дом с вольером выбирали специально из расчета на его присутствие.

– Карналь, пойдем перекурим. В доме Елена запрещает. Моя руха реальная лока насчет чистоты стала!

Ясно-понятно, что Гектор меня не дымить позвал, а на разговор. Быть может, непростой. На крылечке дома латинос тяжело вздохнул и нервно раскурил сигарету.

– Послушай, Кристобаль, я не знаю, что за миерда с тобой приключилась. Ты стал другим человеком, я же не слепой, компренде?

Ну вот и раскрыли меня. Спалился по полной и не раз. Но брат Криса продолжал говорить, кажется, он давно подбирал слова, быть может, на протяжении всего полугодового тюремного срока только о них и думал.

– Ты прости, карналь, нельзя так о семье, но ты был полным хуэвоном! Не слушал ни меня, ни Елену, вообще никого. Только чингасос от моих компадре тебе голову на место и поставили. Не буду извиняться, что попросил их тебя поучить. Я кому в тот день велел дома сидеть, бабосо тарадо?! Остался бы в трейлере и был бы цел. Симон?

Не хочу забивать голову тем, что произошло бы, останься оригинальный Крис дома. Скорее всего, ничего хорошего ни для него, ни для меня.

– Сейчас ты прямо хефе. По-другому говоришь, срубаешь кучу бабла на компьютерной миерде. Ты меня из-за решетки вытащил. Не абогадо, а ты! Ты его нашел. Я не забуду, Кристобаль. Клянусь, больше никакой миерды. Только честная жизнь.

В кино и играх подобные заявления обычно заканчиваются тем, что преступник вынужден взяться за старое. По той или иной причине, в зависимости от того, насколько положительным он прописан. А у нас?

– Береги Елену, – пожал я его руку.

– Клянусь, карналь. Она для меня теперь всё, – Гектор сжал мою руку так крепко, что, казалось, кости затрещат. Он это на эмоциях, а не самоутверждается. – И не забудь забрать свою Эль Камино, абогадо оформил документы, ты в страховку вписан. Я всё сказал – твоя тачка, мне тут такая красотка не нужна, а матадито из универа пусть завидуют. Тойоту своей хайне оставь, будет чикита с комфортом ездить.

Наверное, правильная идея. У нас с Линдой не все курсы совпадают. И в школу ей не пешком же ходить. Тут, в Пендехостане, на своих двоих только полные левасы передвигаются. Буду понтовым вато. И все вещи в одну ходку увезем, а то я сомневался, что в Селику хотя бы все компы поместятся. А Эль-Серрито место достаточно спокойное и безопасное, чтобы лоурайдер у меня не отобрали. Не бандитский Лос-Анджелес.

Ну что, поели, теперь можно и поспать? Казалось бы, на фестивале я только общался, играл в игры и слушал музыку, а состояние – как у выжатого лимона, даже “закон нарушать” тянет не очень сильно… хотя нет, все же тянет. Хотя мы уже и выяснили, что чисты перед уголовным кодексом.

Проснулся в четыре утра и понял, что абсолютно выспался, а дел невпроворот. Выскользнул из теплой и уютной кроватки и на цыпочках, чтобы никого не разбудить, пробрался в компьютерную. Думаю, что далее она у Гектора и Елены детской станет. Они работают над вопросом, совершенно уверен. Нет, не подслушивал, но наверняка.

Все компы, что мы брали на выставку, так и остались в багажнике Тойоты. Мне осталось сложить и упаковать остальные – моего старичка-инвалида Эппл 2 в корпусе из-под телека и главную надежду на светлое будущее – IBM 5150. Еще и жесткий диск Корвус. И пару качественных мониторов. Я про них у Кена узнавал – назвал подарком. Что я, пендехо, чтобы отказываться? Настоящая услада для глаз.

Провозился целый час до того момента, как молча пришла Линда и начала помогать. Очень своевременно. Такому хромоножке, как я, в одно лицо мониторы таскать не с руки. С ними Гектора бы позвать помочь, он хоть и подусох, все равно здоровенный накачанный лоб, но наглеть не стал. В четыре руки мы всю технику аккуратно упаковали по коробкам и в семь утра вместе с Дюке ушли на пробежку. Возможно, последнюю совместную с моим лучшим другом. Аж слезы навернулись. Но это от ветра, по иным причинам мужикам они не положены.

К моему возвращению на кухне уже шкворчала яичница с беконом и пахло свежесваренным кофе. Знает девушка, чем меня порадовать. Затем и Гектор с Еленой к завтраку вышли. Им на работу – арбайтен, и нас ждет дорога дальняя.

Карналь Криса в очередной раз показал себя нормальным мужиком – помог загрузить наши вещи по машинам. На Тойоте мы бы всего не увезли! В белый спорткар отправилось самое ценное – компы, остальное в лоурайдер под тент.

Напротив дома притормозил белый мерседес и вокруг Линды закружилось два энергичных волчка – Крис и Ди-Джей Уильямсы. Тут же к ним с тявканьем и мелкий песик Аркейд присоединился.

– Эль-Кей, ты же еще вернешься? – спросил младший.

– Да, чтобы мы снова построили базу Звездного Флота из подушек! – примкнул старший.

– Мы ведь друзья, мы еще много раз увидимся, – подтвердила Линда.

От Мерседеса к нам подошла Роберта и заключила девушку в объятия. Со мной миссис Уильямс поздоровалась более сдержанно, по-деловому, за руку.

– Кен очень хочет вас лично проводить, но не смог, у него отчетная встреча с инвесторами, – сказала женщина. – Если в Беркли ваши дела не заладятся, знайте – тут всегда найдется местечко.

Настоящее прощание устроили, как будто мы далеко уезжаем, а не за жалкие две сотни километров. Соосновательница Сьерры даже всплакнула немного.

Ну а когда пришло время садиться за руль и отчаливать, я обнаружил на пассажирском месте растянувшегося на мягком вельветовом диване Дюке.

– Что, друг, хочешь с нами? – спросил питбуля.

– Гав! – подтвердил тот и облизал мне руку. Короткий хвост заходил туда-сюда.

И как быть? Отбирать у Гектора его собаку – неправильно. И расставаться с лучшим из друзей не хочется.

– Бери Дюке с собой, если желаешь, карналь. Я пойму, с тобой ему будет лучше, – подошел Гектор. Голос его слегка дрогнул. И я не стал отказывать парню в его широком жесте. В конце концов, у них с Еленой ребенок планируется, а крупные собаки и маленькие дети – плохое сочетание. Даже такие умные, как наш питбуль.

Находиться за рулем Эль-Камино оказалось на удивление приятно. Казалось бы, пикап, а не спорткар, а все одно едет хорошо. И диванчик удобный, как в гостиной. Всю поездку до пригорода Беркли я болтал, не затыкаясь, рассказывая собаке свои планы по разработке софта.

– Писать, дружок, будем только на IBM. Там нормальная клавиатура и будущий Каналья Эдитор, возможность сохранять исходники на Корвус и 16-битный процессор. Потребуется только кросс-ассемблер. Если готового пока нет, то наверняка не так сложно собрать из аналогичного для Вик-20. Но я надеюсь поискать как следует на местных BBS. Сеть – величайшее изобретение человечества, возможно, даже более важное, чем огонь и колеса.

– Гав!

– Что, говоришь, надо сразу задуматься о юридических вопросах? GNU GPL, дружище. Нет, это не название африканской антилопы. Это лицензия на открытый исходный код. Когда мы заезжали к Лео и Глории после фестиваля, я в числе прочего попросил его разработать лицензионное соглашение. Знаешь, что он мне сказал?

– Гав!

– Да-да. Примерно так, – я постарался изобразить выговор юриста, – “Пацан, ты хочешь создать документ, согласно которому ты отдаешь свой труд бесплатно всем желающим? Ты что, коммунист?”

– Гав!

– Столлмана тоже постоянно в симпатии коммунизму обвиняют. Ну, то есть будут. Понятия не имею, где он сейчас, скорее всего, где-то на восточном побережье, в районе Массачусетского Технологического. Спрашиваешь, кто это такой? Парень, активно продвигающий идеологию открытого программного обеспечения. Он – икона и если вдруг получится с ним подружиться и вместе развивать свободное ПО, мы изменим мир к лучшему. И нет, открытое – не обязательно значит бесплатное, если ты про это подумал.

За оставшиеся четыре часа в пути я большую просветительскую работу провел. Уверен, теперь, если мой питбуль напишет свою программу, то выпустит ее под лицензией. GNU GPL, разрешающей копировать его наработки при условии, что все модификации будут также опубликованы открыто, “бери кому надо”.

Отличным Дюке слушателем оказался. Рассказывая ему обо всём на свете и ни о чем конкретном, перескакивая с темы на тему, я здорово мозги проветрил и навел подобие порядка в своих планах. У нас в айти это называют “метод утенка” – представить, что объясняешь сложную проблему маленькой резиновой уточке. Обязательно себе такую заведу, тем более, что утки с некоторых пор маскот нашей компании.

Долго или коротко, далеко или близко, но мы доехали. И даже без приключений.