В пятницу вечером Даня загрустил. Хулиганить ему уже надоело, энциклопедий дома у Серёги не было, не говоря уже о приключенческих книгах. Только совсем детские, Машины. За пару недель он все их прочитал. И Даня предложил тёте Свете съездить в зоопарк.

Маша звонко захлопала в ладоши, и Серёгина мама была вынуждена согласиться, хотя ей пришлось отложить просмотр субботних телевизионных передач.

На улице ярко светило майское солнце. Даня был без шапки, а Маша в джинсовой панамке с вышитыми одуванчиками и в новых жёлтых кроссовках. В метро Маша возбуждённо возилась на сиденье и болтала ногами, а Данька, как вежливый и взрослый, стоял рядом и держался за металлический поручень. Он был счастлив. Наконец-то они куда-то едут, что-то посмотрят, а то всё дома да дома.

У входа в зоопарк тянулась очередь в пол-Москвы. Жаль, что не купили заранее электронные билеты.

Они отстояли очередь, и Данька предложил войти через специальный отдельный вход на территорию Детского зоопарка, чтобы Маша посмотрела на кроликов, уток и поросят. А дальше находился террариум. Конечно, Ужиков потащил всех туда. Тётя Света брезгливо содрогнулась, а у Маши загорелись глаза. По дороге к террариуму Даня перечислял, кого они там увидят: пауков, ящериц, а главное – змей! Но… по техническим причинам террариум сегодня не работал.

– Какое счастье! – выдохнула тётя Света.

Тогда они направились смотреть животных Африки. За огороженной территорией щипали молодую травку чёрно-белые разлинованные зебры, вытягивали шеи пятнистые жирафы, а в тени, сливаясь с землёй, прятались от солнца страусы.

– Рисунок полос у каждой зебры разный и не повторяется, как отпечатки пальцев у людей, – сообщил Данька.

– Откуда ты знаешь? – удивилась тётя Света.

– В энциклопедии написано.

– Где ты её взял?

– Друг в школу приносил, – ответил он.

Маша вытянулась на цыпочках и стала считать полоски у зебры, которая кормилась недалеко от них. После десяти сбилась и начала заново.

Потом они смотрели на остров животных. Он был огорожен не только высоким забором, но и глубоким рвом.

– Ров нужен, чтобы хищники не перепрыгнули его и не загрызли посетителей! – пояснил Даня.

Вдруг сразу после его слов зарычал медведь и затявкали шакалы. Маша спряталась за Данькину спину и с опаской разглядывала жителей острова. Тут раздался жуткий смех:

– У-ха-ха-ха, у-хо-хо-хо.

– Это полосатая гиена, – сказал Даня. – Она питается падалью.

– Чем? – переспросила Маша.

– Объедками, – пояснила тётя Света. – Пойдёмте лучше смотреть на козлов.

И они пошли смотреть на козлов, которые ухитрялись балансировать на небольших каменных выступах. Один из них был с длинной шерстью и огромными рогами, которые будто ввинчивались в небо. Потом наблюдали за обезьянами, слонами и под конец пингвинами. Когда устали, купили мороженое, сели на скамейку и молча, переваривая сливочный пломбир и заодно впечатления, отдыхали.

Вдруг тётя Света взяла Данину руку и сжала её. Даня поднял взгляд. Она смотрела прямо. У киоска с мороженым стояли мужчина в солнечных очках и женщина с короткой стрижкой. Мужчина обернулся и, заметив Козыревых, что-то сказал женщине. Тётя Света встала:

– Пора домой.

Данька тоже встал. Но мужчина быстро подошёл к ним, кивнул Серёгиной маме и присел на корточки перед детьми.

– Папа! – вскрикнула Маша и спрыгнула со скамейки. Мужчина обнял её и посмотрел на Даню.

Глаза у него были прям как у Козыря, коричневые. Только взгляд какой-то неуверенный. И футболка на нём была необычная. Такую носят спортсмены, в синюю и белую широкую полоску. Наверное, и номер на спине есть.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался Даня.

Тётя Света быстро взглянула на него.

– Привет! – улыбнулся мужчина и осторожно потрепал Даньку по плечу. – Как у тебя дела?

– Хорошо, – ответил Даня. – Вот гуляем.

– Как в школе?

– Нормально. Скоро каникулы.

Они ещё немного поговорили про зоопарк и зверей, которых успели посмотреть.

Потом Серёжин папа обнял Даню с Машей и сказал, что они скоро увидятся.

Когда он ушёл, тётя Света вопросительно посмотрела на Даньку. Он тоже на неё посмотрел.

– Ты решил начать общаться с отцом?

Ужиков догадался: о чём-то Серёга его не предупредил.

– Ну да-а, – неуверенно протянул он. – Не надо было?

Теперь и тётя Света присела на корточки перед Данькой:

– Думаю, было бы неплохо иногда с ним встречаться. Я рада, что вы наконец-то поговорили.

И она дотронулась пальцем до кончика Даниного носа: «пип». Рука её пахла шоколадным мороженым. И тут Данька понял, что сделал что-то хорошее, и Серёге надо об этом обязательно не забыть сообщить. «Он, наверное, будет злиться, но потом поймёт. С моим папой он же разговаривает!»

На обратном пути Маша никак не могла успокоиться. В метро каждый раз, когда объявляли станцию, она торжественно поднимала вверх указательный палец и громко повторяла название. За две остановки до выхода Маша вдруг заснула, и её вынесли на руках.

Из-за зоопарка тётя Света не успела приготовить на ужин ничего нормального, поэтому сварила пельмени. Даня обильно полил их кетчупом и даже немного почавкал. Вот как он был доволен!

Маша нацепляла пельмешку на вилку и называла животное, а потом съедала его и сообщала, какое оно на вкус. Волк был горьким, фламинго – сладким, жираф – мармеладным, а скунс – кислым.

Тётя Света ела молча, хотя обычно она что-нибудь комментирует или ворчит. А потом вдруг сказала:

– Давайте каждый месяц куда-нибудь ходить.

– Можно в музей военной техники, – предложил Даня. – Или в цирк.

– В цирк, в цирк! – заверещала Маша.

В тот вечер они долго не могли заснуть. Включили ночник, запускающий в потолок мерцающие светлосерые звёзды.

Маша с тётей Светой уселись по-турецки на Серёгиной кровати, а Даня рассказывал им всё, что знал о животных. Всё, что вспомнил из своей энциклопедии.

Что бегемоты на самом деле могут очень быстро бегать. Что самый крупный хищник в мире – это белый медведь. Что медузы состоят почти из одной воды и поэтому испаряются на солнце. Что свиньи – очень умные животные и поддаются дрессировке. Тут ему пришлось ненадолго прерваться, так как тётя Света объясняла Маше, почему они не могут завести дома свинью.

Засыпая, Данька немного помечтал: «Пусть через месяц Серёга пойдёт в цирк, а я поеду к своей бабушке. Как же я соскучился по своей семье!»

И тихонько заплакал в подушку.