Данька и не подозревал, что хулиганить так сложно. Федька с Пашкой опрокидывали мусорные урны, раскачавшись на качелях, радостно спрыгивали прямо в весеннюю грязь, гоняли голубей, которые кучковались сбоку от детской площадки. А Даня всё время боялся, что не успеет выучить уроки, и очень радовался, когда тётя Света, забрав из сада Машу, звала его домой.

Даня всё чаще слышал от Серёгиных друзей, что он стал душный. Это было немного обидно. Он же не виноват, что хорошо учится. Как-то они не звали его гулять два вечера подряд, и Серёга заволновался.

– Это плохой знак! Что они обо мне подумают? Вдруг догадаются? А ну иди гуляй с ними!

– Не пойду! – возмутился Данька. – Мне неинтересно вот это всё: ломать, пачкаться, выслушивать от мамы, что я как поросёнок.

– Когда это моя мама говорила, что я поросёнок?! – Серёга сжал кулаки.

Это заставило Даньку сосредоточиться и немного подумать. А ведь и правда. Он пару раз приходил грязный благодаря ненормальным играм Пашки и Федьки, но тётя Света ни разу его не отругала. Она говорила: «Вижу, что отлично погуляли». И просто закидывала грязную одежду в стирку.

– Всё равно не пойду! – Ужиков стоял на своём. – Ну вот что ты мне сделаешь, что сделаешь?

Он, как и Козырь, тоже сжал кулаки и выставил одну ногу вперёд. И, наверное, он точно бы врезал Серёге разочек, но тот вдруг прошептал:

– Не будешь гулять с моими друзьями, я не буду учить уроки. Все про нас догадаются, и начнётся эта твоя паника в мире. И вдруг ты навсегда останешься мной?

Вот это «навсегда», сказанное Серёгой как-то растянуто и зловеще, заставило Даньку сдать позиции.

– Ладно, – прошептал он в ответ. – Я что-нибудь придумаю.

Конечно, Козырев был прав. Он общался с Лизой на переменах, иногда они ходили в гости друг к другу. Она учила его рисовать бабочек. Серёга поддерживал с ней дружбу вместо Дани, как мог. А Даня отсиживался дома, пока Федька с Пашкой гуляли без Серёгиного присмотра. Андрей Андреич сказал бы, что «игра в одни ворота» ни к чему не приведёт.

В ночь на воскресенье была гроза. Данькин папа в такую погоду всегда цитировал Тютчева: «Люблю грозу в начале мая», а затем делал многозначительную паузу и ждал маминой реакции. Мама закатывала глаза и подхватывала: «Как шибанёт, и нет сарая».

Так вот, ночью была гроза и выл ветер. Даня с Машей представляли, что это волки, и немного визжали, а потом смеялись. Утром он выглянул в окно и увидел, что весь двор усыпан поломанными ветками. Они лежали на газонах, на скамейках, даже на клумбе. Вот так удача! Данька придумал, как поиграть с Серёгиными друзьями. Главное, успеть до того, пока дворники ветки не убрали.

Ужиков быстро позавтракал, оделся и побежал звать Федьку и Пашку.

– Здравствуйте! Федя дома? Он выйдет гулять? Это Серёжа! – Он, видимо, так истошно кричал в домофон, что Федина мама моментально отпустила сына, и Федька был внизу уже через десять минут.

– Скорее! – Данька схватил Федьку за плечи. – Побежали за Пашкой!

Тот тоже спустился быстро.

– Давайте строить шалаш! – размахивал Данька руками, показывая на лежащие повсюду ветки.

Пашка нахмурился:

– Давайте лучше что-нибудь сломаем.

У Дани аж дыхание перехватило, но тут вмешался Федька:

– А давайте сначала построим, а потом сломаем.

Так и решили.

Веток они набрали много, разных размеров. Самые длинные и толстые воткнули в землю, наклонив друг к другу. Теперь их нужно было связать, а затем накинуть поверх этих веток те, что поменьше. И тоже связать. А вот чем связать, Данька заранее и не подумал.

Тут Федька хихикнул и сказал:

– Вчера сосед коробку со старыми ботинками выкинул. Можно шнурки из ботинок вынуть и использовать вместо верёвки.

– Надо тогда быстрее их достать, скоро мусоровоз приедет, – почесал нос Пашка. – Бегите, я посторожу.

И Даня с Федькой помчались к мусорному баку.

– Не сломает? – спросил Даня на бегу у Федьки.

– Не сломает, – ответил Федька.

Бак был высокий, выше Серёгиного роста.

– А ну подсади, – скомандовал Федька и уцепился руками за край мусорного бака.

Даня подхватил Федьку за ноги и приподнял. Тот подтянулся и повис животом на краю бака.

– Нашёл! – крикнул он.

Они вынули из коробки ботинки, а из ботинок шнурки. И побежали обратно. Успели! Сзади просигналил приближающийся мусоровоз.

Одним шнурком ребята связали ветки сверху, затем по бокам накидали ещё веток и вторым шнурком закрепили.

Шалаш получился небольшой, внутри мог поместиться только один мальчишка, да и то второклассник, не старше. Какая удача, что они как раз второклассники! Данька, Федька и Пашка по очереди залезали в шалаш и сидели там. Странно, но им не было скучно, даже интересно. Внутри будто тучи набежали, а сквозь них выглядывало солнце. Свет сквозь ветки пробивался в шалаш и делил его на несколько тёмных частей. Если вытянуть руку вперёд, она становилась полосатой: тень, свет, тень, свет.

Новая конструкция заинтересовала весь двор. Особенно мальчишек. Все норовили подойти и потрогать, а некоторые просились внутрь. Пашка рьяно защищал шалаш. Никого не впускал.

На следующее утро Федька пришёл в школу угрюмый, а Пашка вообще со свежим синяком. Василиса Никитична засуетилась и повела его в школьный медпункт. Оказалось, что один из ребят, которого Пашка вчера не впустил в шалаш, решил отомстить и разгромил шалаш. Прямо на глазах у Пашки! И Пашка подрался за то, что строил. Данька сразу зауважал его.

Ребята снова стали гулять вместе. Иногда что-то придумывал Ужиков, иногда Федька. У Пашки фантазия была так себе, поэтому он просто во всём участвовал и периодически дрался за Даньку и Федьку. Дане даже захотелось, чтобы и за него, за настоящего Даню Ужикова, кто-нибудь когда-нибудь подрался. Хулиганы, как оказалось, тоже умеют дружить. И с ними бывает интересно.

Вот, к примеру, один раз Федька предложил пойти «получить леща» от охранника заброшки. Данька смело согласился на авантюру. Рыбу он любил, но леща никогда не ел. К тому же выражение «получить леща» было как будто смутно знакомым.

Заброшка находилась недалеко, через дом. Данины родители называли её «проклятой стройкой». Здание начали возводить десять лет назад. По плану это должна быть детская поликлиника. Потом её забросили, пока не нашёлся новый владелец. Поставили новые стёкла взамен разбитых, отмыли граффити, которые целый год по вечерам выводили подростки. Объявили, что будут сдавать под магазины. Снова забросили. И вот в прошлом году огородили и заново начали отмывать.

Ребята протиснулись в щель в заборе, а потом поднялись по лестнице на второй этаж. От холодных бетонных стен несло сыростью. Мальчишки ступали тихо, чтобы шаги не отдавались эхом. Выглянули в незастеклённое окно. Внизу на раскладном стуле, подставив лицо майскому солнцу, с присвистом дремал охранник. Федька ухмыльнулся, достал из кармана заранее припасённые мелкие камешки и протянул Даньке с Пашкой.

Ох, как страшно было целиться, а ещё страшнее кидать, но страшнее всего бежать по лестнице вниз, чтобы успеть пролезть обратно в щель в заборе и оказаться подальше от взбешённого охранника. Как потом хохотали, даже Ужиков.

Никакой рыбы они, правда, не дождались, зато Данька узнал много новых нехороших выражений, которые детям его возраста лучше вслух не произносить.