Индийский профессор Кади Блоншер, о котором говорил сенсей Канто, жил в старинном двухэтажном особняке на восточной окраине Санкт-Эринбурга. Канто позвонил Лестратову в десять утра и сообщил, что профессор готов его принять.

Гордей планировал съездить к Блоншеру в обеденный перерыв, но так и не смог вырваться. В Историческом музее готовили новую экспозицию, кроме того, надо было присматривать за толпой студентов-практикантов, которые регулярно трепали ему нервы и доставляли немало проблем. Отправиться к именитому профессору получилось только после окончания рабочего дня.

Лестратов оставил машину на большой огороженной стоянке через дорогу от особняка профессора, спрятал меч под плащ и только после этого поднялся на растрескавшееся крыльцо и нажал кнопку звонка. Ему открыл смуглый черноволосый мужчина с угольно-черными глазами. У него были высоко закатаны рукава, а руки и длинный кожаный фартук заляпаны свежей кровью. Вытирая руки грязным полотенцем, мужчина вопросительно уставился на Гордея.

– Господи… – от неожиданности не сдержался Лестратов. Железистый запах ударил в ноздри, и он чуть было не выхватил меч.

Человек смущенно улыбнулся.

– Простите, не ждали гостей, – проговорил он с легким акцентом. – Я разделываю баранью тушу на кухне, поэтому в таком виде. Что вам угодно?

– Добрый вечер, – немного успокоившись, произнес Гордей. – Профессор Блоншер?

Мужчина невозмутимо покачал головой.

– Му́кеш, его помощник, – представился он. – Господин Блоншер ждет вас?

– Моя фамилия Лестратов. Его предупреждали о моем визите. Я хочу получить консультацию по одному интересующему меня делу.

– О, мы ожидали вас сегодня утром.

– Простите, не смог прибыть вовремя, – ответил Гордей, разглядывая пятна на фартуке Мукеша. От запаха по спине побежали мурашки, а волосы на затылке начали вставать дыбом. К счастью, Мукеш этого не заметил.

– Вам повезло, что профессор никуда не ушел. Входите, я вас провожу.

Он направился к узкой лестнице, ведущей на второй этаж особняка. Гордею пришлось самому закрыть входную дверь.

Странно, но дом производил впечатление нежилого. Или же Мукеш совсем не утруждал себя уборкой. В просторной гостиной был полумрак из-за плотно задернутых штор, но Гордей все же разглядел толстый слой пыли, покрывающий все горизонтальные поверхности. С люстры клочьями свисала паутина. Но сенсей Канто предупреждал, что Кади Блоншер все время переезжает с места на место, скрываясь от кого-то. Возможно, поэтому здесь царил беспорядок. К чему убираться, если скоро все равно съезжать? Двери, ведущие на кухню, были распахнуты, и оттуда лился тусклый голубой свет. Ступени узкой деревянной лестницы покрывала потертая ковровая дорожка. Ее середина была тщательно подметена, но по краям лежали валики пыли.

Поднявшись на второй этаж, Мукеш, по-прежнему вытирая руки окровавленной тряпицей, повел Гордея по длинному мрачному коридору с облупившимися стенами. Здесь все выглядело не лучше, чем внизу. Наконец они остановились перед высокой дверью из темного дерева, и Мукеш громко постучал.

– Профессор, к вам господин Лестратов.

– Ну наконец-то, – недовольно донеслось изнутри. – А то я уже собирался уходить.

Мукеш толкнул дверь и посторонился, пропуская Гордея вперед.

– Я вас оставлю. Мне нужно готовить ужин, – сообщил он и направился обратно к лестнице.

А Лестратов вошел в комнату, искренне надеясь, что готовит Мукеш лучше, чем убирается.

Профессор Кади Блоншер оказался невысоким, коротконогим, пузатым стариком в домашнем халате из бордового бархата. Его смуглое лицо было испещрено следами оспы, в пышных усах, переходящих в бакенбарды, блестела седина.

– Чем могу служить, молодой человек? – спросил Блоншер, настороженно разглядывая Гордея маленькими черными глазками.

– Господин Блоншер, моя фамилия Лестратов. Меня к вам направил Канто.

– О, да-да! Канто! – закивал индиец. – Он действительно звонил мне.

В помещении стоял полумрак, пахло пылью и плесенью. Освещение давали лишь несколько настенных светильников да тлеющие угли в камине. Все пространство кабинета было заставлено каменными статуэтками индуистских богов и завалено толстыми старинными книгами. Они лежали стопками на полках стеллажей, на полу, на стульях.

– Так что вас интересует? – спросил Блоншер.

– Мне сказали, вы обладаете обширными познаниями в области черной и белой магии.

– Допустим, – уклончиво ответил старик.

– Меня интересуют колдуны, способные сильно ускорить процесс обращения человека в вурдалака. А также те, кто может умерщвлять людей на расстоянии.

Профессор Блоншер переменился в лице:

– И что, тот, кого вы ищете, может сочетать все эти качества? Тогда он действительно силен. Но как именно на расстоянии? Мне нужны подробности.

– Человек погиб, а затем на его лбу проступило клеймо.

– О, – кивнул Блоншер, опершись на край рабочего стола. – Об этом вам мог бы рассказать любой сведущий человек. Похоже, речь о практиках вуду и некоторых других темных искусств. Опытный черный маг, чтобы добиться покорности, берет у человека волосы, обрезки ногтей, кровь и создает тотем. Чаще всего это тряпичная или восковая кукла, в которую вшиты все эти частицы. С этого момента человек становится рабом колдуна. Если куклу уничтожить, раб умрет. Но давненько я не слышал ни о чем подобном. Всегда считал, что эти приемы остались в прошлом.

– Кто-то использует их до сих пор. Я видел нечто подобное буквально этой ночью, – ответил Лестратов.

– Как необычно…

– Вы знаете таких специалистов в нашем городе? – спросил Гордей. – Канто говорил, что у вас очень обширный круг знакомств. Может быть, назовете мне парочку имен?

– Ну что ж, давайте посмотрим…

Профессор Блоншер вразвалочку подошел к ближайшему книжному шкафу, открыл стеклянную дверцу и достал с нижней полки потрепанный толстый блокнот в черном кожаном переплете. Затем начал медленно перелистывать его страницы, тихо бормоча себе под нос что-то неразборчивое.

Гордей тем временем разглядывал кабинет профессора.

Книги, в беспорядке разложенные по кабинету, в основном были посвящены оккультизму. Со своего места Лестратов смог разглядеть несколько древних справочников по каббалистическим символам, пару-тройку довольно редких брошюр про амулеты и обереги. На каминной полке стояли потемневшие от времени книги, названия которых говорили сами за себя: «Ритуалы очищения», «Вуду как оно есть», «Поднятие мертвых: дар или проклятие». Гордей неплохо разбирался в подобной литературе и понимал, что некоторые из этих книг чрезвычайно редкие и дорогие. Такое богатое собрание он видел только в доме Александра Васильевича Тихомирова, хотя тот и не был колдуном.

Разглядывая старинный камин, Гордей посмотрел на тлеющие в полумраке угли. И обмер. Рядом с чугунной каминной решеткой в горстке золы лежала практически расплавившаяся восковая фигурка. Уцелела лишь ее головка и часть руки. Несколько таких же фигурок валялись у дальней стенки камина, за тлеющими углями. Их очертания расплылись, человеческие волосы, прилепленные к головкам, сгорели дотла, но все еще можно было догадаться, что это такое.

Гордей медленно перевел взгляд на пожилого профессора, который листал блокнот; взглянул на его руки и увидел массивный золотой перстень, поблескивающий на пухлом безымянном пальце. Перстень был с печаткой в виде венка из переплетенных змей. Точно такой же знак появился минувшей ночью на лбу умирающего следователя Марданова.

Рука Гордея сама потянулась за отворот плаща, пальцы сжались на рукояти меча. Он бесшумно извлек клинок и направил его острие на Блоншера. В этот момент профессор вскинул голову, увидел меч и резко отпрянул назад, прижавшись спиной к кирпичной стене. Его взгляд метнулся к очагу камина, толстые губы изогнулись в злобной усмешке. Кади Блоншер медленно завел руку за спину.

– Смышленый гаденыш, – хрипло проговорил он. – И глазастый. Как ты умудрился их разглядеть? Знай я, о чем ты будешь спрашивать, постарался бы спрятать их получше.

– Держишь улики на самом виду? Ты не слишком осторожен, колдун.

– Тебя ждали в другое время, паршивец, – ответил Кади Блоншер.

– Подними руки так, чтобы я их видел, – приказал Гордей.

Но профессор Блоншер резко нажал на какой-то выступ в стене за своей спиной. Тяжелый книжный шкаф бесшумно отъехал в сторону, открывая темный проход. Старик быстро нырнул в открывшийся лаз, и шкаф тут же встал на свое место. Из-за стены послышался приглушенный торжествующий хохот.

Гордей бросился вперед и принялся лихорадочно ощупывать стену в поисках скрытой кнопки. Наконец один из кирпичей ушел внутрь, и шкаф вновь сдвинулся с места.

Лестратов ринулся в проход и оказался в узком темном коридоре, круто уходящем вниз. Здесь было нестерпимо жарко и влажно, с потолка капала вода. По стенам и балкам ползали какие-то насекомые. Гордей не видел их в кромешной тьме, но зато отчетливо слышал шелест и тихое поскрипывание.

Где-то далеко внизу брезжил тусклый свет, и Лестратов двинулся туда, осторожно ступая по скользким каменным ступеням. Стояла жуткая вонь, и чем ниже он спускался, тем сильнее становился запах, который ни с чем не спутаешь. Запах тлена и разложения. Странно, что он не почувствовал раньше. Хотя, что в этом странного, если все перебивал запах свежей крови на фартуке Мукеша? Только теперь Гордея одолели сомнения в том, что это и в самом деле была баранья кровь.

Коридор окончился тесной каморкой, тускло освещенной одной-единственной лампочкой, свисавшей с низкого облупившегося потолка. Из комнатки вело три двери. Гордей ударил ногой ближайшую из них и оказался в помещении, напоминающем давно заброшенную операционную. В центре помещения стоял длинный стол, покрытый засохшими темными пятнами.

– Помогите! – вдруг донеслось до Гордея.

Голос был очень знакомый. Он раздавался из-за двери в противоположной стене комнаты. Дверь была сколочена из толстых досок и закрыта массивным железным засовом, на ржавых петлях висел огромный замок.

Недолго думая, Лестратов подсунул под него меч и с силой надавил. Одна из петель с треском вылетела из пазов, и дверь распахнулась. Буквально ему на руки вывалилась худенькая девушка с безумным выражением на лице, грязная, заплаканная, с всклокоченными волосами. Это была Женя Тихомирова.

– Ты что здесь делаешь?! – потрясенно крикнул Гордей.

Она бросилась ему на шею и повисла на нем, трясясь от страха.

– Они схватили нас! Меня и Сашку… Но оказалось, что Сашка тоже вурдалак! Она с ними заодно!

– Черт! – не сдержался Гордей. – Твоя подружка? Так она тоже здесь?!

– Нет! – выдохнула Женя. – Больше я ее не видела…

– Я же просил тебя сегодня оставаться дома!

– Так получилось, – разрыдалась Женя. – Они притащили меня сюда. Забрали вещи и телефоны… Я такое здесь видела!

– Ладно, некогда болтать. Позже все объяснишь!

– Они оживляют здесь мертвых, – не могла успокоиться девушка. – Превращают людей в вурдалаков. Они проделали это со Стасом! Он тоже где-то здесь. Они обещали, что скормят меня им!

– Тише, тише. – Гордей погладил ее по голове, чтобы хоть немного успокоить. – Мы со всем разберемся… А пока давай выбираться отсюда.

Гордей попытался отцепить ее от себя. В этот момент Женя увидела что-то позади него и испуганно вскрикнула. За спиной Лестратова выросла чья-то тень.

В следующее мгновение мощный удар обрушился на голову Гордея.

В комнате стало совсем темно.