Близнецы-оборотни тут же, не сговариваясь, выпрыгнули в разбитое окно и устремились в погоню по ночному лесу, надеясь схватить беглецов. Один из них заметно прихрамывал, слегка припадая на раненую лапу.

Гордей и оставшаяся в гостиной пантера уставились друг на друга. Вскоре зверь начал меняться, возвращая своему телу человеческую форму. Женя вновь услышала приглушенный треск костей и сухожилий, а тело пантеры медленно уменьшалось в размерах, принимая очертания человека. Шерсть втянулась под кожу, длинный хвост исчез.

Несколько секунд спустя абсолютно голый Никита Легостаев, торопливо повернувшись к потрясенной Жене спиной, потянулся за своей одеждой, разбросанной по дощатому полу.

– Что… это… было? – спросила Женя, только теперь разглядев крупную татуировку на спине Легостаева. Она и не подозревала, что он носит на себе подобное украшение.

– Точно не вурдалаки, – недовольно ответил Гордей, осматривая лезвие своего меча. – Кто-то другой. Я не ощущал того, что обычно чувствую, когда эти твари околачиваются поблизости.

– А что ты обычно ощущаешь? – не поняла девушка.

– Вонь вскрытой могилы. Лютую ярость, мощный прилив сил. Сердце начинает биться чаще, а зрение становится небывало острым. – Лестратов убрал меч под плащ, пристегнув рукоять к ременной перевязи. – Это довольно сложно объяснить.

– Еще у него чернеют глаза и отрастают клыки, – сообщил Никита, натягивая спортивные штаны. – Жуткое зрелище. А если его ранят… Не советую оказываться поблизости.

– Почему? – насторожилась Женя.

– Дхампиры очень быстро восстанавливаются после ранений, буквально в считаные секунды, но для этого им нужна чужая кровь, – неохотно пояснил Гордей. – Я в такие моменты себя не контролирую и могу впиться клыками в любого, кто окажется рядом.

– Господи… – только и смогла выдохнуть Женя. – Никита, он и тебя кусал?

Легостаев зашнуровывал кроссовки и не сразу понял, что вопрос адресовался ему.

– Пытался, – кивнул он, подумав. – Но у него ничего не вышло. Я очень быстро бегаю.

Гордей коротко хохотнул.

– Так ты, значит, оборотень, – констатировала Женя.

– Угу, – угрюмо кивнул Никита.

– Господи… А откуда вы друг друга знаете?

– Когда-то я преподавал историю в их классе, – ответил Гордей. – А с этим парнем всегда было что-то не то.

– Кто бы говорил, – ухмыльнулся Никита.

– Но как вы… – Женя смотрела то на Лестратова, то на Легостаева. – Как вы начали работать вместе? Охотиться… Не знаю, как это правильно назвать.

– Так вышло, – пожал плечами Никита. – Мы встретились вне школы, когда в городе впервые появились представители Черного Ковена. Сначала действовали поодиночке, но потом стали сотрудничать. И дружить.

– У меня были некоторые общие дела с Пардом пантер, – признался Гордей. – Но я общался преимущественно со старейшинами, поэтому близнецы меня не помнят. А вот я помню обоих. Впрочем, этих балбесов довольно сложно забыть.

– Балбесов, это верно, – вздохнул Никита. – Они старше меня, но почему-то именно меня просят их контролировать. Отчасти поэтому сегодня я здесь.

– И ты совмещаешь все это с учебой в школе? – недоверчиво прищурилась Женя.

– А ничего другого не остается, – пожал плечами Никита. – Я – оборотень. Мне очень сложно ночами усидеть дома. Тебе этого не понять. Кроме того, я, как и Гордей, ненавижу вурдалаков и поэтому стараюсь ему помогать, когда выдается время.

– И давно ты… оборотень?

– С рождения, – не слишком охотно сообщил Легостаев. – Но способности проснулись лишь недавно.

– Знатно по нему пубертат шарахнул! – тихо рассмеялся Гордей.

Никита закатил глаза. Женю разрывало от кучи вопросов, которые хотелось задать, но при этом она понимала, что сейчас есть темы поважнее.

– Что они украли из тайника? – спросила она.

– Кажется, это был обскурум, – убито сказал Никита.

– Обскурум?! Я понятия не имел, что один из них хранится у оборотней! – выдохнул Лестратов.

– Еще со времен прежнего вожака, – ответил Никита и взглянул на Женю. – Твой дедушка был оборотнем, одним из старейшин нашего Парда пантер. Он также считался Хранителем легенд и различных артефактов, которые попадали в стаю на протяжении веков. Много лет назад он устроил в этом доме тайник, где держал разные дорогие и важные для стаи вещи, в том числе и хрустальный куб, который только что похитили. Члены Парда иногда устраивали здесь свои сборища. Место уединенное, вокруг сплошной лес. Нет лишних глаз, которые могут увидеть то, что обычному человеку видеть не следует.

– Это многое объясняет, – сказал Гордей. – Защита от ведьм по периметру дома.

– Оборотни всегда ненавидели ведьм, потому что опасались их козней, – подтвердил Никита. – Мне об этом старики рассказывали. Этот дом – убежище оборотней, а также хранилище книг и артефактов, поэтому здесь выстроена такая мощная магическая защита.

– Но Арлекина и Коломбину она не смогла остановить.

– Они не колдуны, – ответил Никита. – Кто-то совсем иного толка.

У Жени подкосились колени. Она медленно съехала по стене на пол и обхватила голову руками.

– Да-а, дедушка хранил много секретов, – прошептала она.

– Странно, что ты ничего об этом не знала, – добавил Никита. – У вас в семье что, больше нет оборотней?

– Представь себе, нет!

– Но как же так? Обычно это передается по наследству.

– О… – вскинула голову Женя. – Мама и ее сестра – не родные дети дедушки. Он их удочерил, когда они были еще совсем маленькими. В нашей семье об этом не говорят, но и большого секрета никогда не делали.

– Это многое объясняет, – заметил Гордей. – Но все же довольно странно. Почему он не посвятил вас в свои дела?

– Может, хотел, чтобы мы жили нормальной жизнью без всего этого? – Женя устало помассировала виски. – Дед изредка уезжал сюда, но обычно говорил, что хочет немного отвлечься от рутины и городской суеты.

– Дай угадаю, – улыбнулся Никита, плюхнувшись на пол рядом с ней. – Обычно он делал это раз в месяц, примерно в полнолуние?

– Откуда мне знать? Я фазы Луны не отслеживаю.

– А оборотням приходится, особенно новичкам. Более опытные способны контролировать процесс превращения, но молодые и незрелые могут перекинуться просто от попадания на кожу лунного света. В такие периоды старики собирают молодежь в подобных убежищах, чтобы учить их, ну и чтобы те не натворили каких-нибудь бед. Этот дом долгое время был местом сбора и одним из убежищ нашей стаи. Твой дед часто приглашал сюда тех, кому нужна подобная помощь. В сарае позади дома даже есть клетки для юных оборотней, которые еще не научились контролировать себя в зверином облике. А те, кто уже научился владеть собой, чувствуют себя свободно в этой чаще. Можно носиться ночью по лесу, охотиться на разных диких животных… Но теперь все должно измениться. Я даже не знаю, кому Александр Васильевич оставил дом.

– Он отдал ключи мне. Может, и правда хотел, чтобы я узнала правду, хотя бы после его смерти?

– Возможно. Мне жаль твоего деда, хороший был человек. А мы той ночью не успели его защитить. Я в стае не так давно, но он был одним из тех, кто сразу меня принял.

– И сколько же вас в этой стае? – тихо спросила Женя.

– Сейчас около двух сотен, но это только те, кто постоянно живет в Санкт-Эринбурге и его окрестностях. На самом деле нас гораздо больше.

– Это вас я видела на похоронах дедушки, – догадалась Женя. – Тебя и еще несколько человек… Теперь мне все понятно.

– Да, мы действительно приходили на кладбище. Старейшины и молодежь Парда… Нам хотелось проститься с Хранителем.

– Но как ты сегодня здесь оказался? – поинтересовался Гордей.

– Вожак отправил меня и близнецов охранять дом этой ночью. Особняк всегда под охраной членов Парда. Кто-то живет здесь неделями, кто-то приходит на одну ночь, как я сегодня. Завтра же в школу! Поэтому надолго остаться не смогу.

Женя не сдержалась и прыснула. После всего услышанного упоминание о школе из уст юного оборотня прозвучало удивительно смешно.

– А вы почему оказались здесь вместе? – в свою очередь спросил Никита.

– На нее теперь тоже охотятся вурдалаки, – ответил Гордей. – И командует ими Гектор Сэнтери. Сначала им понадобился дед, а теперь и внучка.

– Вот гады! – зло сощурился Никита. – Но что им нужно?

– Хотели бы мы это знать, – ответил Гордей. – Приехали сюда в надежде, что здесь можно переждать опасность, но не тут-то было. Сначала выясняется, что дом облюбовали оборотни, а потом заявляются эти двое и крадут обскурум.

– Да что это за обскурум такой? – недоуменно спросила Женя.

– Сильный магический артефакт, который, как оказалось, хранился у твоего дедушки, – пояснил Лестратов. – С его помощью можно творить всякие темные ритуалы. И теперь у меня возник вопрос. Александра Васильевича убили из-за его политической карьеры или из-за этого самого обскурума? Возможно, он не хотел отдавать его добровольно, поэтому… все и произошло.

– Но почему это случилось именно сейчас? – нахмурил брови Никита. – А не сразу после его смерти?

– Ключ от дома, – напомнил ему Гордей. – Что, если это и правда ключ к охранным заклятиям? Оборотни ведь в дом нечасто проникают?

– Обычно нет. Как правило, мы дежурим в пристройке с задней стороны особняка, – кивнул Никита.

– А тут явились мы, отомкнули замки, распахнули дверь… Пусть временно, но лишили дом магической защиты. И вскоре появляются Арлекин и Коломбина, будто только этого и ждали. Это лишь моя теория, но что, если все действительно так?

– Кто же они и как связаны с вурдалаками? – спросила Женя.

– Этого я не знаю, – признался Лестратов.

– А почему ты так их называешь?

– Просто назвал первыми именами, которые всплыли в памяти. Согласитесь, они были очень похожи на персонажей комедии дель арте.

– Понятия не имею, о чем ты, – честно признался Никита. – Что такое дель арте?

– Все время забываю, сколько тебе лет, – вздохнул Гордей.

– Ну не двести, как некоторым, – хмыкнул юный оборотень.

Женя вытаращила глаза:

– Тебе двести лет?!

– На самом деле чуть меньше, – недовольно ответил Гордей. – Я же говорил тебе, что старею гораздо медленнее обычных людей.

– Господи… Столько странных новостей за одну ночь. Еще немного, и вам придется везти меня в психушку… Дед был оборотнем и членом стаи пантер. И вы называли его Хранителем. А эти парни, Клык и Коготь? – Женя кивнула в сторону разбитого окна.

– Те еще раздолбаи, – отмахнулся Никита. – Но Богдан, конечно, чуть посерьезнее брата. У Севки-то ветер в голове свищет.

– А тебя в стае как называют?

– Альфа, – коротко ответил Легостаев. – Потому что я кровный потомок основателя стаи. Первого альфа-самца Парда пантер.

– Так твои родители тоже оборотни?

– Все немного сложнее, – замялся Легостаев. – У меня способности пробудились иначе… Спустя несколько поколений.

– Ужас, – выдохнула Женя. – Так, дайте сообразить. Эти двое «дель арте» пришли сюда за неким артефактом. Но на меня они даже внимания не обратили. А ведь вурдалаки хотели меня прикончить. Значит, они не могут быть с ними заодно. Иначе тоже постарались бы меня убить, верно?

– Верно, – согласился Гордей. – Либо у них вдруг изменились планы на твой счет.

В это время в дом вернулись обескураженные близнецы. Через порог они переступили уже в человеческом облике – босые, грязные, с всклокоченными волосами и горящими глазами. Один из них потирал правую руку, на которой багровел длинный порез, но крови уже не было видно. Увидев, что Клык и Коготь голые, Женя торопливо отвернулась, а парни, спохватившись, начали поспешно собирать с пола одежду и одеваться.

– Богдан, ну какого фига? – укоризненно протянул Никита. – У нас же гости.

– Простите, – буркнул парень с порезом на руке. Видимо, это был Богдан. – Мы не привыкли, что тут есть кто-то незнакомый с… некоторыми нашими особенностями.

– Да, впредь, пожалуйста, не разгуливайте передо мной без трусов, – попросила Женя.

– Впредь? – удивился Богдан. – А мы что, снова увидимся?

– Конечно, – осклабился Сева. – Прибежит как миленькая. Где она еще увидит таких красавчиков?

– Какая самоуверенность, – закатила глаза Женя, хотя понимала, что в чем-то он прав.

– Дашь номер телефона, так мы еще и в городе встретимся, – заявил Сева, подпрыгивая в полуспущенных спортивных штанах.

– Она еще школу не окончила, – предупредил его Никита.

– Тьфу, – расстроился Сева. – Малолетка. Ну ничего страшного. Значит, встретимся, когда немного подрастешь.

– Вам не удалось их догнать? – спросил Гордей.

– Нет, они ушли, – нахмурился Богдан. – Мы чуяли их следы еще какое-то время, но потом они просто испарились… Кто они?

Гордей лишь молча покачал головой.

– Кстати, насчет особняка… Думаю, это точно не последняя наша встреча, – сказал Никита девушке. – Если дом теперь принадлежит кому-то из твоей семьи, придется решить разные вопросы. Либо стая будет арендовать у вас дом, либо придется вывозить из тайника все наши оставшиеся артефакты.

– Завещание еще не оглашали, – сообщила Женя. – Но если дедушка и правда оставил этот дом мне, то для вас ничего не изменится, обещаю. Думаю, все это было для него очень важным, и я не хочу ничего менять.

– Было бы славно! – радостно сверкнул глазами Богдан. – И нам хлопот меньше!

Женя устало поднялась с пола и направилась к вскрытому тайнику. Никита и близнецы тут же дернулись за ней, будто опасались, что она там прихватит что-нибудь.

– И как много всего тут хранится? – спросила Женя, заглянув в темную комнату.

– Кое-что есть, – сдержанно ответил Сева. – То, что мы должны охранять. Особенно теперь, после смерти основного Хранителя.