Изабель никогда не хотела себе каких бы то ни было придворных обязанностей. Когда-то давно, пока она ещё не уехала из дома, иногда слышала вздохи Мэри – мол, вот бы в столицу да ко двору. Но ко двору Эдварда, а значит, и её тоже никто не звал, все остались в замке, и к чему это привело, тоже понятно.

И поэтому Изабель оказалась совершенно не готова к приглашению Жозефины Бонапарт.

Тогда она только-только вернулась домой от родственников и приводила в порядок и свой дом, и свою жизнь. Анатоль бывал в Зелёном замке наездами, потому что занимался устройством факультета некромантии в возрождающейся Академии, это-то и позволило пережить первые самые острые три недели и не привлечь внимания к своему не самому спокойному состоянию.

Изабель повторяла себе, что она сама вышла замуж, её никто не заставлял и не тащил, это было её собственное решение и только её, ничьё больше. И выполнять его тоже только ей, более никому. Брак – это договор, свою часть договора маркиз выполняет полностью, и она будет делать то же самое.

Пример Мэри оказался весьма своевременным и напомнил – вот так выглядит и супружеская измена, и вообще мечтания о чём-то там, когда у тебя муж, дети, дом и множество забот. Мечтать некогда, надо жить.

И она жила. Занималась делами замка, наставляла оставшихся немногочисленных некромантов, читала, проводила время с детьми. Рауль понемногу рос, Мадди тоже. Анатоль сразу же сказал, что её необходимо официально удочерить, потому что раз никакого имущества родителей ей не светит, то пускай она будет де Риньи. Её стали звать Мадлен де Риньи, ну да ей, кажется, всё равно, главное, чтобы с ней играли и её любили. А девочку с таким редким даром любили в Зелёном замке решительно все.

И вот в разгар идиллии Анатоль и сообщил магической связью, что с ней очень хочет встретиться Жозефина. И нет никакого повода отказать ей. И вообще, не перебраться ли Изабель в столицу? А то они скоро тут совсем одичают вдвоём с Антуаном.

Впрочем, Антуан далеко не всегда оказывался в столице – потому что генерал франкийской армии. И уж наверное Анатолю скучно одному – после населённого Зелёного замка.

Но она не думала, что придётся перебраться насовсем. Сначала решила просто побывать в столице и узнать, что за дело у Жозефины, а потом уже решать.

В столичном доме поджидал Анатоль, и он определённо соскучился. Впрочем, рядом с ним не оставалось места каким-то мечтаниям, потому что он был реален до невозможности, он был здесь и сейчас, и он был самым что ни на есть некромантом, а это безусловное достоинство. Поэтому просто живём дальше, да и всё.

- И что хочет от меня супруга первого консула?

- Не знаю, но она очень просила встречи с вами, Изабель. Сказала, что есть какое-то дело, которое она готова обсуждать только с вами.

- Хорошо, пускай обсуждает.

Но Изабель и не подозревала, о чём пойдёт речь, пока не расположилась в гостиной Жозефины с чашечкой арро.

- Госпожа маркиза, умоляю, выслушайте меня, только с вами я и могу говорить о таких вещах, более ни с кем, - Жозефина была многословна и экспрессивна.

- Конечно, госпожа Бонапарт, я слушаю вас, - кивнула Изабель.

- Я боюсь. Понимаете, мой муж… он слишком заметная персона, и хочет быть ещё заметнее. У него много врагов, кто-то из них может оказаться и моим врагами. Мне нужен надёжный человек рядом, с которым не страшно. И это вы, вы бесстрашны и суровы, вы не боитесь ни живого, ни мёртвого, вы справитесь с любой угрозой.

Вот так заявление! Изабель оказалась совершенно не готова к такому предложению.

- И… как вы это себе представляете?

- Могу я обращаться к вам в том случае, если потребуется моё или же моей дочери Гортензии участие в какой-нибудь церемонии? На них бывает столько людей, что за всеми не уследишь, а вы – маг!

- Возможности магов преувеличены, уверяю вас. Маги такие же люди, как и все прочие. Мага можно убить обычной пулей, даже не нужен сплав господина Руссо.

- Ой, нет, я думаю, что у магов есть чутьё. Маги всегда ощущают, если кто-то хочет их убить, - с горячностью говорила Жозефина.

Она рассказала десяток каких-то историй – когда на неё кто-то нехорошо смотрел, кто-то угрожал ей и дочери, кто-то шуршал за портьерами, а кто-то кричал гадости, когда она проезжала по городу вот только вчера. На взгляд Изабель, всё это выглядело каким-то совсем обычным делом, не требующим специального отдельного человека, тем более, мага-некроманта, тем более – не требующим её, Изабель, времени и сил.

- Могу я подумать, госпожа Бонапарт? Потому что у меня дом и дети, - отказывать в лоб нехорошо, но может быть, маркиз придумает какие-нибудь убедительные аргументы?

- Конечно, госпожа маркиза, я понимаю, - кивала Жозефина. – Буду ждать вашего ответа, мы с Гортензией будем ждать вашего ответа.

Дома Изабель рассказала маркизу всю эту невероятную историю, он внимательно выслушал… и спросил:

- Что именно останавливает вас, Изабель? Что вам не нравится?

- Наверное, обязательства, - ответила она, подумав.

- Маги всегда исполняют обязательства, - пожал он плечами. – Когда вы присматривали за простецами в хижине лесника и уничтожали нежить в соседних поселениях, вам тоже не хотелось это делать?

- Да я не видела другой возможности, - честно ответила она. – А сейчас вижу.

- Воспринимайте это, как обязанности мага. И вы всегда будете на острие событий и новостей, вы будете знать всё обо всём. Госпожа Бонапарт – супруга первого консула, но кто знает, кем окажется её муж через год или через два? Тем более, проект закона об обязательной службе на благо республики для всех магов вот-вот будет принят.

- Вы тоже уговариваете меня? – рассмеялась она.

- Видимо, да, - он тоже рассмеялся. – У меня есть обязанности, а у вас нет, непорядок, - он погладил её по щеке. – Если вам окажется совсем невмоготу, подумаем, что сделать и кого рекомендовать на это место. Подумайте, хорошо?

Изабель думала всю ночь и всё утро… и согласилась.

На самом деле служба оказалась не такой и обременительной, настоящих угроз и покушений не случалось, скорее – её присутствие позволяло Жозефине не беспокоиться. Но если вдруг во время церемонии или шествия или прогулки кто-то говорил гадости о Жозефине, то Изабель стоило только посмотреть – и больше гадостей не говорили. Она ловила обрывки слухов о том, что Жозефину охраняет невероятно мощный и опасный маг, но кто именно этот маг – слухи молчали. И хорошо.

Уж конечно, она знать не знала, что будет дальше. Что Бонапарт довольно скоро станет пожизненным первым консулом, а Жозефина – первой дамой двора. Гортензия выйдет замуж за Луи Бонапарта – младшего брата своего приёмного отца, с неохотой, но выйдет. А ещё два года спустя Бонапарт объявит себя императором, Жозефину императрицей, а всем своим родичам раздаст разнообразные титулы и земли. И вопросы безопасности госпожи Бонапарт неожиданно окажутся вопросами безопасности императрицы франкийцев.

Под началом у Изабель оказалось четыре придворные дамы, все маги. Дамы дежурили по очереди, а во время важных событий – по двое или по трое, плюс ещё и обычная охрана, такая же, как у императора. Обычная охрана – видимая, а Изабель и её отряд – невидимый рубеж.

И этот невидимый рубеж окружал Жозефину всегда и везде. На приёмах, церемониях, да и на балах тоже.

Балы Изабель не радовали – потому что суета и толчея. И в той суете и толчее к Жозефине можно подобраться незамеченным даже простецу, что говорить о магах. Поэтому она даже если и танцевала, то всё одно поглядывала по сторонам – где там её подопечная и что поделывает.

Бал в Опере был как раз из таких – суета, толчея, много пафоса, все танцы расписаны заранее. Говорят, до революции не было никаких записей на танцы, все так обходились, и как-то справлялись, не страдали. И даже на придворных невероятно торжественных балах тоже как-то так справлялись. Теперь же накануне бала распорядитель доставлял всем участникам листы с программой, где было указано – кто, что и с кем танцует.

Изабель совершенно не могла привыкнуть, что она теперь называется «маркиза де Сен-Мартен». Император отличался изобретательностью в придумывании новых должностей, титулов и прочего, и очень желал отметить маркиза де Риньи с супругой. Маркиз сказал, что ему достаточно того, чем он уже владеет, а поощрить можно, например, его сыновей – один маршал, второй профессор Академии. Третий, то есть самый старший, присылал приветы с другой стороны мира, а четвёртый ещё мал, но двоих поименованных как раз можно радовать наградами и титулами. На что император возразил, что младшие де Риньи – отдельный разговор, а он желает отметить господина маркиза, и точка. И отписал некие земельные владения, оставшиеся в революцию без хозяина, располагавшиеся неподалёку от Зелёного замка, и вместе с ними – новый титул.

И вот теперь сначала они с Анатолем прошлись в открывающем бал церемониальном шествии, а потом время от времени танцевали с кем предписано. Маркизу предписали и Жозефину, и Гортензию, и сестёр императора Полину и Элизу. Изабель достался Эжен Богарне, брат императора Жозеф, маршал Бернадотт и маршал Мюрат, точнее, кадриль с Мюратом ещё только ожидалась, и он изволил куда-то запропаститься. Распорядитель господин Жослен нервничал, а потом пошёл куда-то – очевидно, искать, может быть даже – замену. И кажется, нашёл кого-то, Изабель сначала разглядела только синий расшитый золотом мундир, ну да маршалов много. Но когда круглый толстенький Жослен откатился вбок, а одетый в мундир человек выпрямился, Изабель увидела Дени Саважа – радостно изумлённого.

- Маркиза, рад видеть вас снова.

- Взаимно, герцог, - кивнула она.

В прошлый раз они не рискнули даже за руки подержаться, сейчас всё вышло проще – он осторожно взял её за кончики пальцев и повёл на место в кадрили. На них не глазели, нет, но если она вдруг станет смотреть исключительно себе под ноги, это как раз будет неправильно и нехорошо – потому что обычно она держится вовсе не так. Поэтому она бегло улыбнулась Дени, быстро осмотрела зал, убедилась, что Жозефина в пределах видимости и Гортензия тоже, и выдохнула.

- Изабель, я, признаться, не лучший танцор, и вечно путаю фигуры кадрили, - со смехом сказал Дени.

- Я тоже не уверена, что хорошо знаю их все, - пожала она плечами. – Но что поделать, это теперь тоже разновидность церемонии.

- Вы кого-то искали в зале?

- Императрицу. Я… отвечаю за её безопасность. Там где-то рядом сейчас Жермена де Вьевилль, она присмотрит, конечно, но я обычно всё равно поглядываю.

- Я слышал от Вьевиллей о вашем изумительном бастионе, - кивнул он совершенно серьёзно. – Вам тоже нужно дать какое-нибудь звание, нужно намекнуть императору.

- О нет, не следует. Кажется, наша очередь идти вперёд.

- Идём.

К счастью, подручный господина Жослена объявлял фигуры чётко и громко, и – какая пара сейчас вступает, и что паре следует делать. Если прислушиваться, то можно исполнить всё, как положено. Они довольно много прислушивались и мало разговаривали – потому что велик риск пропустить что-то и сломать весь рисунок танца.

- Вам не выдали новых титулов и обязанностей? – спросила она, это лучше, чем неотрывно смотреть на вышивку его перчатки.

- Мне пока хватает тех, что есть. Император планирует новую кампанию, и магический корпус тоже непременно примет в ней участие. И к тому же, я всё ещё губернатор Фаро, Талейран вот только что мне об этом напомнил, - усмехнулся он.

- Но вы там хотя бы успеваете бывать? – улыбнулась она.

- Там учится мой приёмный сын, мы навещаем его и заодно его милость герцога Филиппо. А на рождественские каникулы заберём его в Саваж. У них там это называется иначе, всё, не как у людей, и не рождественские праздники, а перелом года, но каникулы студентам тоже положены, - он смеялся.

- Там учат лучше, чем здесь у нас?

- Ему потом там править, поэтому в его случае – определённо лучше.

- Да, я не сообразила.

В финальной фигуре разговаривать некогда – часть движений должны исполнять абсолютно все. Поэтому оба они сосредоточились на ногах и траекториях… и выдохнули только после финального поклона.

- Благодарю, Изабель, - он улыбался.

- Благодарю, Дени, - она тоже решилась посмотреть ему в глаза.

И неожиданная мысль закралась – хорошо, что он есть, просто есть в этом мире.

- Куда проводить вас?

- К маркизу, - кивнула она.

Дени взял её за руку, чтобы не потерять в толчее, высмотрел возле колонны маркиза и двинулся в ту сторону.

- Господин маркиз, возвращаю вашу прекрасную супругу, - поклонился он.

Анатоль острым взглядом осмотрел их обоих – и тоже поклонился.

- Рад вас видеть, Дени. Изабель, о вас спрашивала принцесса Гортензия.

- Сейчас я найду её, - кивнула она.

Следующий танец ещё нескоро, она как раз успеет узнать, что стряслось, если вообще стряслось.

Отошла, бросила взгляд назад – мужчины о чём-то говорили. Наверное, не о ней, хватит же им и без неё, о чём говорить, правда же?