Я всё же решила осмотреться и понять, где нахожусь.

Стоило выйти за дверь, как я сразу оказалась в небольшом саду. Диком, но ухоженном: камни, поросшие мхом, низкорослые сосны, цепляющиеся корнями за склон. Воздух был разреженным, горным, с чистым привкусом хвои и холодного камня. Дом стоял высоко в горах — маленький, почти незаметный среди скал, идеальное укрытие.

— Очнулась.

Голос прозвучал так близко, что я вздрогнула. Обернувшись, я увидела Цзи Си. Он сидел на низкой каменной ограде, локти упирались в колени, а под глазами залегли глубокие тени, словно он не спал несколько ночей подряд. От его обычной лёгкости и почти мальчишеской улыбки не осталось и следа. Передо мной сидел уставший взрослый человек, несущий на плечах тяжёлую ношу.

— Где я? — спросила я.

— В доме моей бабушки, недалеко от секты, — ответил он, поднимаясь. — Хорошо, что ты очнулась. Надо собирать вещи. Чем быстрее, тем лучше.

Он говорил ровно, без паники, но что-то в его голосе заставило меня напрячься. Слишком сухо и торопливо.

— Почему? Что вообще произошло? — я посмотрела на свои руки, поворачивая их ладонями вверх. Пальцы гнулись, кожа ощущала холод горного воздуха. — Я думала, меня лишат силы, но она на месте. И всё… всё ощущается каким-то странным. Будто мир стал…

Он виновато опустил голову, прикрыв глаза. В этом жесте было столько тяжести, что у меня внутри что-то сжалось, предчувствуя беду.

— Прости, — сказал он тихо. — Хотел бы я сказать, что у меня не было выбора. Но он был. Я просто… мог помочь тебе сбежать. Мог попытаться…

Я ничего не понимала. И только сейчас заметила в его руке свиток — плотный, перевязанный тёмным шнуром с печатью секты. Печать была сломана. Значит, он уже прочёл.

— Что ты сделал? — спросила я тихо, и собственный голос показался мне чужим.

— Я мучился чувством вины почти всю свою жизнь, — тихо начал Цзи Си. — И после того, как дал тебе то зелье, знаю, что вина теперь будет идти со мной рука об руку до конца дней.

— Что ты сделал? — мой голос прозвучал хрипло.

Он горько улыбнулся и покачал головой, глядя куда-то в сторону.

— Я попал в секту совсем маленьким, мне было девять. Отец рано умер, и матери пришлось вернуться к бабушке. Однажды на прогулке я набрёл на секту… — он замолчал на мгновение. — Тогда я и подумать не мог, чем всё обернётся. Моя мать недолюбливала секту и не хотела, чтобы я там учился. Я не понимал почему. Лишь когда она умерла, я начал догадываться.

Он прикрыл глаза, словно воспоминание причиняло физическую боль.

— Мне было четырнадцать, когда жрец сказал, что видел пророчество. Что моя мать опасна и нужно предотвратить катастрофу — якобы однажды она спасёт «зло во плоти», которое поглотит наш мир. Что я мог сделать? Я был ребёнком.

— Он провёл обряд. Мать прожила после этого ещё месяц… а потом угасла. Только через несколько лет я узнал правду.

— Какую правду? — тихо спросила я.

— Он собирает силу и души в артефакт секты. А потом использует их по своему усмотрению.

Я почувствовала, как внутри всё сжимается.

— Но моя сила…

Цзи Си посмотрел на меня — виновато, тяжело, почти сломленно.

— Я долго составлял это зелье. Несколько лет. В прошлом году нашёл нужный рецепт в древнем свитке. Сначала думал, что нужно просто сделать носителей сильнее, чтобы артефакт не смог забрать силу. Но ничего не работало. Тогда я понял: можно обойти систему. Не усилить тебя… а поменять вас местами. Сделать тебя хранилищем.

Я начала понимать, к чему он ведёт, и воздуха в лёгких вдруг стало катастрофически мало.

— Хочешь сказать… все эти души… теперь во мне?

Цзи Си опустил голову.

— Прости.

— Как это исправить? — голос мой прозвучал хрипло, почти сорванно.

Цзи Си опустил голову, глядя куда-то в землю между нами, словно там можно было найти ответ.

— Я не знаю, — тихо ответил он. — Возможно, ответ найдётся в другой секте… где-то за пределами наших гор.

— Прости, — повторил он в который раз. Слово уже звучало пусто, как молитва, которую слишком часто повторяют. — Я не мог позволить ему и дальше убивать. А потом появилась ты. Носительница крови Феникса. Когда, если не сейчас? Я знал, что ты сильная. Что выдержишь. Я просто… не мог противостоять ему в одиночку. Он сильнее меня.

От одной мысли, что где-то внутри меня теперь находятся чужие, невинные души, меня охватывал тихий, ледяной ужас. Я чувствовала себя осквернённой. Хотелось сорвать с себя кожу, принять самую горячую ванну, но я знала — это не поможет.

— Ты сказал, твоя мать знала, — произнесла я глухо. — Но откуда?

— Я не уверен на все сто. Но кажется… он делает это уже не один десяток лет.

— Что? — я резко вскинула голову. — Так долго? И никто ничего не предпринял? Что за законы у вас в этой проклятой секте?

Цзи Си промолчал. А я в этот момент думала только об одном — сколько душ сейчас во мне.

— Надо торопиться, — сказал он, оглядываясь по сторонам. — Он может в любой момент проверить артефакт и понять, что тот пуст.

Я посмотрела на него долго, тяжело.

— Ты пойдёшь со мной?

— Нет, — ответил Цзи Си без колебаний. — Мои друзья здесь. Я не могу их бросить.

Я видела, что он понимает цену этого решения. Если догадаются, что именно он помог мне, его смерть будет долгой и поучительной. Но в его глазах уже не было страха — только усталое, обречённое спокойствие человека, который давно выбрал свою судьбу.

— Я видела Ваньхуаньван… или мне показалось? — спросила я тихо.

— Нет, он действительно недалеко. И сейчас в тебе достаточно силы, чтобы активировать его в одиночку.

Я всё ещё сомневалась. Даже сейчас. Ведь для активации этого портала обычно требовалось как минимум десять сильных магов, работающих в унисон. А я была одна.

Мы шли к порталу в тяжёлой, гнетущей тишине. Каждый шаг отдавался внутри меня, словно удар молота. Мне ужасно не хотелось оставлять его здесь — в этом логове змей и лжецов. Но я уже знала: его решение не изменить. Такие, как Цзи Си, умирают за свои принципы, а не бегут от них.

Через некоторое время мы остановились у небольшого холма, поросшего высокой травой и дикими цветами. Портал выглядел заброшенным — древние камни потрескались, плющ оплёл резные руны, а воздух вокруг него был тяжёлым и неподвижным, словно им не пользовались уже многие десятилетия.

— Надеюсь, мы ещё встретимся, — улыбнулся Цзи Си. Улыбка вышла натянутой, как слишком туго натянутая тетива.

— Я тоже, Цзи Си, — тихо кивнула я. — Выживи. Не сдавайся только потому, что отомстил за мать.

— Ещё нет, принцесса, — ответил он хрипло. — Ещё нет.

Он протянул мне свиток, который всё это время сжимал в руках.

— Спрячьте. Прочтёте позже.

— Что там? — нахмурилась я.

— Вы поймёте, как только откроете.

Я быстро спрятала свиток под одежду, в потайной карман рукава. Потом повернулась к порталу, не имея ни малейшего представления, как именно его активировать. Но выбора не было. Буду действовать, как всегда — доверившись нитям. Они подскажут. Должны подсказать.

— Что ж… — начала я, оборачиваясь к нему.

Но Цзи Си вдруг замер. На его лице появилось странное, почти удивлённое выражение боли.

— Цзи Си?

Он резко выгнулся и выплюнул кровь мне прямо в лицо. Горячие капли брызнули на щёки и губы. Я зажмурилась.

Но он уже начал оседать, словно тряпичная кукла.

— Цзи Си! — я подхватила его под руки.

Глаза его закатывались, дыхание превратилось в хриплый, мокрый хрип.

— Нет! Нет! Открой глаза!

Только сейчас я увидела чёрное оперение стрелы, глубоко засевшей у него в спине. Проследив взглядом, я заметила фигуры в одеждах секты «Тяньму», быстро спускавшиеся по склону холма. Они узнали слишком рано.

— Цзи Си, пожалуйста… не умирай, — прошептала я, и впервые за очень долгое время по моей щеке скатилась горячая слеза. Я уже почти забыла, каково это — плакать. Слёзы жгли кожу, словно раскалённое железо.

Он попытался что-то сказать, но изо рта вырвался лишь новый сгусток крови. Его пальцы слабо сжали мою руку — последний, отчаянный жест.

А за спиной уже слышался топот ног и крики. Они приближались.

Портал стоял за мной — холодный, безмолвный, равнодушный ко всей этой крови и боли. А передо мной умирал человек, который предал свою секту ради того, чтобы я могла жить.

— Беги… — выдохнул Цзи Си.

Это было последнее слово, которое он произнёс. Глаза его закрылись навсегда, и тело обмякло в моих руках, став вдруг пугающе лёгким.

Я отпустила его и медленно поднялась на ноги. Времени почти не осталось. Топот ног и крики уже приближались по склону холма, становясь всё громче.

Я посмотрела на Цзи Си. Он лежал спокойно, почти умиротворённо, будто наконец обрёл то, что искал всю жизнь. Кровь медленно впитывалась в траву вокруг него, окрашивая зелень в тёмно-алый.

— Прости, что бросаю тебя здесь, — прошептала я, и голос предательски дрогнул.

Я побежала вверх по холму, тяжело дыша. Каждый шаг отдавался болью в груди. Подъём отнял драгоценные секунды, но я добралась.

Ваньхуаньван стоял передо мной — древний, покрытый мхом и трещинами, но всё ещё пульсирующий слабым, зловещим светом, который мог увидеть только тот, кто обладает силой плетения.

Активировать его, имея уже накопленную силу, оказалось не так сложно. Сложно было удержать портал открытым. Мои руки дрожали от чудовищного количества магии, проходящей сквозь меня. Такое я делала впервые в жизни. Нити плясали, вырывались из-под контроля, жгли вены жидким огнём. Я была слишком медленной. И эта ошибка стала почти роковой.

Я не успела даже обернуться, когда очередная стрела вонзилась мне в плечо.

Боль взорвалась ослепительной вспышкой. Портал на долю секунды моргнул, почти погаснув. Я зарычала сквозь зубы, выдернула стрелу и почувствовала, как горячая кровь хлынула по руке, пропитывая рукав.

Последний раз я взглянула вниз, на подножие холма, где неподвижно лежал Цзи Си. Маленькая, одинокая фигура среди зелени и цветов.

А потом я шагнула в портал.

Мир разорвался на части — боль, свет, кровь, крики преследователей — всё смешалось в один оглушительный вихрь. На мгновение мне показалось, что я умираю.