Словами было не описать, как я скучала по Араю, и чем ближе мы с Бару подъезжали к лагерю, тем сильнее билось мое сердце. Мы с ним ехали впереди, а его люди – неподалеку следом. В голове я уже миллион раз повторила те слова, которые скажу Араю при встрече. Всю дорогу мы молчали: говорить мне совсем не хотелось.

– Мира, тебе надо отдохнуть! Мы уже много времени в дороге.

– Я не устала. Едем.

Солнце палило безжалостно. Наконец, перед нами открылся лагерь с поднимающимися над ним столбами дыма. Я посмотрела на Бару:

– Что это может быть?

Я погнала лошадь галопом, не видя ничего вокруг. Почти влетела в поселение, попыталась успокоить лошадь, но она закружилась на месте. Я спрыгнула на землю и оторопела: некоторые шатры сгорели дотла.

– Что произошло? – кричала я и металась между людьми.

Шестеро всадников двигались мне навстречу. Их вороные лошади были в защите с шипами. Ехавший впереди всадник показался мне знакомым. Я присмотрелась – это был Исар.

– Что вы здесь делаете? – удивленно спросила я.

– Мы следили за отрядами Теней. Когда они напали на лагерь, мы оказались неподалеку.

Подошла Набия:

– Добро пожаловать, царица.

– Набия, что тут случилось, скажи!

Девушка стояла с опущенной головой, на ее глаза навернулись слезы.

– Арай… – выдавила она.

Я понеслась к нему в шатер. Влетела внутрь вихрем – и все вокруг потеряло смысл. Я увидела лежащего на постели Арая: на нем не было живого места. Две женщины-лекаря хлопотали рядом. Одна готовила какие-то снадобья, другая обрабатывала раны. Возле кровати сидела и плакала Алара. Стало тяжело дышать. Я отвернулась, чтобы вытереть слезы, и сделала глубокий вдох.

– Где ты была? Где шлялась, когда мы так нуждались в тебе? – накинулась на меня Алара.

– Тише, пожалуйста! Ему требуется покой, – сказала лекарь, а я оттолкнула Алару с пути.

Тело Арая было в ссадинах, на груди лежала повязка, мокрая от крови. Женщина убрала ее, и я увидела огромную рваную рану. Губы стали фиолетово-розового оттенка.

– Арай, открой, пожалуйста, глаза. Я прошу тебя. – Я посмотрела на лекаря. – Он же поправится?

– Мы сделали все, что в наших силах.

– Он должен жить! – закричала я. У меня началась истерика. – Арай, пожалуйста, очнись!

В шатер зашел Бару:

– Мира, пойдем, ты в таком состоянии ему не поможешь.

– Идите, царица, мы не оставим его, – поддержали мужчину целители.

– Иди-иди. Все самое худшее ты уже сделала, – бросила мне Алара. Я хотела, чтобы она замолчала, и кинулась к ней. Алара испугалась и отскочила. Бару ухватил меня за локоть и держал крепко. – Мой дедушка тоже погиб из-за тебя. Если и с Араем такое случится – его кровь будет на твоих руках.

– Что? Старейшина?!

Внутри все оборвалось, ноги подкосились. Бару подхватил меня и попытался поднять. Но сил стоять самостоятельно не было, поэтому он взял меня на руки и понес в мой шатер, где положил на кровать.

Вбежала Набия, принесла воды, и я сделала пару глотков.

– Госпожа, Руда отчаянно сражалась, но Теней было слишком много, и… и они ее убили.

Боль разрывала меня на части. Не в силах сдержаться, я рухнула на подушку и зарыдала.

* * *

Я проснулась глубокой ночью, Бару спал, сидя возле моей кровати, поэтому я тихо встала на цыпочки и вышла из шатра. Не теряя ни секунды, побежала к Араю, ругая себя за долгий сон. В шатре раненого горел масляный фонарь, его пламя было неровным и прерывистым, как мое дыхание. Одна лекарь все еще находилась там. Вздохи Арая были еле слышны, и в мою голову начали приходить мысли одна страшнее другой.

– Успокойтесь, царица. Он спит.

– Приходил в себя?

– Нет.

– Это все из-за меня! – Я сжала кулаки. – Если бы я уехала сразу, ничего бы этого не было.

– Не вините себя, царица. Где есть жизнь, всегда будет и смерть.

Я смотрела на Арая и так хотела забрать его боль себе.

– Идите, я с ним побуду. – Женщина показала мне нужную мазь и пошла отдыхать.

Я дрожала от слез, как от холода. Аккуратно легла рядом и прижалась к Араю. Его тело было чуть теплым.

– Прости меня, пожалуйста, прости, – шептала я в надежде, что он услышит. Помочь ему никак не могла, но на это была способна богиня. Я мысленно позвала ее. Во мне жила вера, и я желала этого всем сердцем. – Пожалуйста, пожалуйста, – молила я.

Мое тело вдруг загорелось огнем, кости стало выкручивать. Я слышала их треск. От дикой боли закричала, но быстро зажала рот руками, чтобы никто не услышал. Нащупала какое-то полотенце и зажала его зубами. Из носа потекла кровь, голову сдавливало словно тисками, белая пелена заслонила все. Стон вырвался из моей груди, затем все утихло. Я больше не чувствовала никакой боли. В этот момент я поняла, что богиня вернулась.

– Помоги ему!

– На что ты готова ради него? – Все было как во сне, я слышала одновременно и свой голос, и голос богини.

– На все! Я не смогу без него жить.

– Я разделяю твою боль.

– О чем ты?

– Я сделала то, что было недопустимо для нас, богов. Полюбила смертного, а он – меня. Мы скрывались ото всех. Как от верхнего, так и от среднего мира. Но люди восстали, и мой отец, верховный бог Амон-Ра, послал к ним Сета. Но у того были другие планы! Он предложил мне объединиться с ним, стать его навеки и подчиниться. Сет был мной одержим, но я отказала ему. Он узнал, что я полюбила смертного, и перед тем, как его убить, рассказал все моему отцу. Я не могла сдержать свою боль и гнев. И точно так, как и ты, не могла без него.

– Что же было дальше? – Мой голос дрожал.

– Отец, ослепленный моим предательством, пронзил меня Копьем Небес и забрал мою душу.

– Почему ты не помогла своему возлюбленному?

– Амон-Ра лишил меня всех сверхспособностей, а душу моего любимого отправил на вечные страдания в царство Анубиса. Сета же заточил в пещеру.

– Помоги Араю, пожалуйста, раз тебе ведомы мои чувства, – вновь попросила я.

– Ты не сможешь быть с ним вечно: ты бессмертна, а он – нет. И я не могу долго находиться в твоем слабом теле. Даже моих сил не хватит, чтобы всех спасти.

– Спаси только его!

Я уже не управляла своим телом. Склонившись над губами Арая, выдохнула в них маленькую светящуюся горошину.

– Теперь с ним все будет хорошо, – сказала богиня. – Но ты еще слишком слаба. Береги свое оружие, о нем никто не должен узнать. – И в этот момент я почувствовала резкое жжение: мое тело вновь заполыхало огнем. Снова безумная боль пронзила каждую клетку. Терпеть это я не могла и в очередной раз закричала. Меня бросало то в холод, то в жар, и когда все закончилось, я, как и в прошлый раз, оказалась на полу безо всякой одежды. Встать сил уже не было, поэтому я просто свернулась калачиком и уснула.

* * *

– Госпожа, вставайте, замерзли же совсем! – услышала я женский голос и открыла глаза – это была лекарь. Она подала мне покрывало. Я с большим усилием села, укутавшись в теплую ткань. Голова кружилась. Женщина подошла к Араю, и ее лицо изменилось, когда она убрала повязку с его груди.

– Рана затянулась! Как это вообще возможно? – спросила она. Осмотрев его, повернулась ко мне. – Он идет на поправку, все повреждения зажили.

Эти слова придали мне сил. Я встала и, шатаясь, медленно побрела к себе. Лекарь намеревалась помочь, но я остановила ее. Хоть и чувствовала безумную слабость, в глазах потемнело, я плотнее завернулась в покрывало. Но земля начала уходить из-под ног, и я потеряла равновесие.

– Мира… – Я не могла разобрать голос, только поняла, что он принадлежит мужчине. Голова кружилась, я попыталась открыть глаза, но стало только хуже. Кто-то дотронулся ладонью до моего лба. – У тебя жар, давай я тебя отнесу в шатер.

Я с трудом разлепила веки. Исар…

– Потерпи. – Исар поднял меня, отнес в шатер и аккуратно положил на кровать.

Ночью я просыпалась несколько раз, видела у своей постели Бару. Он пробыл со мной до рассвета.

Набия разбудила меня ближе к обеду. Слабость разлилась по всему телу, и девушка помогла мне встать. В этот раз приходить в себя после перевоплощения было намного тяжелее. С болью давался каждый шаг, и мне пришлось опираться на руку помощницы.

– Набия, ты не видела, когда ушел Исар?

– Исар, странник? Разве он был в вашем шатре?

– Да, мне вчера стало плохо, я упала в обморок. Он принес меня сюда.

– Госпожа, может, вам это приснилось? Я его не видела уже пару дней и думала, что он покинул наше поселение.

«Не может быть! – промелькнуло у меня в голове. – Я же все четко помню».

– Мира, как ты? – ко мне шел взволнованный Бару.

– Скажи, Бару, ты сегодня ночью видел Исара? Когда мне стало плохо, он принес меня в шатер.

– Мира, я выходил к своим людям. Когда вернулся, ты уже лежала в постели. Посмотрел и понял, что у тебя жар. В шатре никого больше не было.

– Ничего не понимаю.

Я все-таки навестила Арая. Он пришел в себя, я села рядом.

– Зачем ты это сделала? – буркнул он.

– Что я сделала?

– Не надо было так утруждаться из-за меня.

Он отвернулся к стенке, и я поняла, что Арай не хочет меня видеть и даже разговаривать со мной. Но ведь я ни в чем перед ним не виновата! В дверях появилась Алара.

– Я буду сама за ним ухаживать, – заявила она.

Я поспешила уйти, чтобы опять не сцепиться с этой лицемеркой.

Для нас наступили тяжелые времена. Вечером мы попрощались с погибшими по традициям тех племен, в которых родились воины. Траур продлился три дня. Место старейшины теперь должен был занять Арай – так решил совет, на котором он сам не присутствовал: был еще очень слаб. И впервые за несколько десятков лет манжарам предложили место в совете. Бару неохотно согласился: ранее ему не доводилось принимать участие в советах. Теперь там присутствовали все вожди могущественных племен. На собраниях Арай, поправившись окончательно и придя туда, даже не смотрел в мою сторону. Мы вместе думали, что делать дальше, и готовились к войне: армия Теней разгромила поселение на западе. Тени сжигали дотла жилища, женщин и мужчин убивали, а детей забирали в плен.

Но юг и север еще держали оборону. Все, кто выживал в сражениях, присоединялись к нам. Мы готовили отряды им на помощь, но рано утром прибыл гонец. Север был взят врагом – мы опоздали. Если Тени нападут на юг, который уже почти из последних сил держал оборону, то мы окажемся в кольце. Мы были на Востоке, и у нас оставалось не так много времени.

С Араем мы по-прежнему не разговаривали, только иногда переглядывались. Я видела, что его что-то терзает. Однажды Набия вошла в мой шатер, явно потрясенная чем-то.

– Что случилось? На тебе лица нет.

– Не знаю, как сказать вам, госпожа.

– Не тяни.

– Арай объявил о своем обручении с Аларой.

– Что?! – крикнула я. В этот момент мне будто вырвали сердце. Как он мог так со мной поступить?

– Да, в поселении все с утра судачат о том, что в новом месяце они обручатся.

Я не смогла усидеть на месте: хотела, чтобы он сам мне это сказал, хотела услышать, что между нами все кончено и он любит Алару, а наши чувства были ошибкой. Я выбежала на улицу и чуть не сбила с ног Бару, но это меня не остановило. Я ворвалась в шатер Арая – он сидел за столом и что-то читал.

– Это правда? – нависла я над ним, как хищная птица. – Скажи мне, правда?

– Прекрати вбегать сюда как к себе домой: я могу быть не один, – бросил Арай, даже не посмотрев на меня.

– Значит, правда. – От обиды слезы сами потекли по щекам.

– Ну а что ты хочешь услышать? – Арай вскочил со стула.

– Что между нами все кончено, – задыхаясь, шептала я. – Что все прошлое было ошибкой. – Он молчал и не смотрел мне в глаза. – Ты правда любишь ее?

– Да, люблю. Люблю! И вообще, это неважно! – Его слова эхом отдавались у меня в голове.

– Ненавижу тебя! – завопила я и выбежала из шатра.

Не верится, что это все со мной происходит. Я не ела несколько дней, лишь пила воду. Бару пытался со мной поговорить, но я не выходила из шатра и только плакала.

– Мира, тебе надо поесть и поспать, ты себя совсем измучила.

– Бару, зачем Арай так со мной? – Я смотрела на него зареванными глазами. Мне так захотелось, чтобы он меня обнял, и я бросилась к нему на шею. Мужчина не ожидал этого, но крепко прижал к себе, уткнулся в мои волосы носом и гладил их. Я рыдала во весь голос.

У меня начались головные боли и резь в животе, они становились все сильнее и не проходили. Я теряла вес на глазах. Сил не было даже встать. Собственное отражение в зеркале пугало, лекари осмотрели меня, но ничего внятного не сказали. Готовили отвары, которые я не могла пить. Со мной все время была Набия. Я постоянно спрашивала, не приходил ли Арай, но та лишь мотала головой. Я то проваливалась в сон, то приходила в себя. Как-то, услышав чей-то разговор, открыла глаза и увидела Бару. Он сидел напротив меня и что-то спрашивал у Набии, принесшей мне обед. Бару собрал всех лекарей, но я плохо видела, что он делает. Потом чем-то посы́пал мою еду, внимательно ее рассмотрел, после взял стакан с какой-то зеленой жидкостью и протянул мне.

– Давай, Мира, выпей это, и сразу станет легче. – Я противилась. – Прошу тебя! – Но я была слишком слаба. Он приподнял мою голову. Я прислонилась к нему. Рядом с Бару я сразу согрелась. Он держал стакан, а я делала небольшие глотки и морщилась от горечи, пока не одолела все. – Поспи теперь.

Сон мой был глубоким. Когда я проснулась, Бару спал, сидя рядом. Я приподнялась, чтобы осмотреться. Лунный свет слегка освещал его лицо, длинные ресницы подрагивали. Мое тело уже не ломило, но сохранялась слабость. Я попыталась подняться, но ничего не получалось: ни ноги, ни руки не слушались меня.

– Мира, тебе нельзя вставать, – раздался сонный голос Бару.

– Больше не могу лежать. Что со мной?

– В твою еду кто-то подсыпал яд.

– Яд? И кто это мог быть?

– Я не знаю, но обязательно найду его.

– Но как ты узнал об отраве?

– Моя мать из древнейшего рода, была жрицей богини Мирты и родом из Древней Персии. Жрицы изучали травы, зелья, снадобья и яды. Когда я был маленьким, мама научила кое-чему и оставила мне свои рецепты и книги. Я сделал порошок, который выявит любой яд. – Бару показал мне красивый холщовый мешочек. – Пусть он всегда будет у тебя. Прежде чем пробовать еду, проверяй ее с помощью этого порошка. Насыпь немного, и если еда поменяет свой цвет, значит, она отравлена.

– Хорошо, как скажешь.

– Твоя жизнь очень ценна, если тебя не станет, все было напрасно. – Возразить мне оказалось нечего. – Пожалуйста, не думай сейчас об этом, просто поспи.

* * *

Я проснулась на рассвете и сразу услышала голоса. Говорили шепотом, но слова можно было разобрать. По голосам я поняла, что это Бару и Арай.

– Я думал, ты не задержишься у нас. Вы со своими людьми должны уйти. Мы справимся с Тенями сами, – сказал Арай.

– Я здесь не из-за тебя, и ты это знаешь. Если она меня попросит, то я уйду.

– Мира все равно с тобой не будет.

– Ты, наверное, шел к своей невесте и ошибся шатром?!

Я услышала, как Арай вышел. Бару же приблизился ко мне.

– Доброе утро. Ты проснулась? – Я пыталась скрыть эмоции и улыбнулась ему. – Давай попробуем встать.

Опираясь на его руки, я медленно поднялась с кровати. Меня уже не так качало, но слабость чувствовалась во всем теле. Сделала несколько шагов. Мне безумно хотелось выбраться на улицу, на свежий воздух.

– Молодец, – похвалил Бару.

* * *

Я быстро шла на поправку. Мы проводили много времени с Бару. Теперь я и тренировалась с ним, а с Араем старалась не встречаться.

– Мира, тебе надо показаться на совете. Среди воинов может быть много слухов о том, что богиня их оставила.

Я посмотрела на Бару и отправилась к себе, не отвечая. Его предложение надо было обдумать. Вошла в шатер и остановилась, увидев там Арая.

– Что ты здесь делаешь? – Он повернулся, и я заметила в его руках мой дневник. – Арай, ты что, читал мои записи?

– Мира, я не хотел, но он был раскрыт. Только не говори, что все написанное – правда и ты все это не придумала. – Его голос дрожал.

– Отдай мне дневник! – В глазах Арая читалось разочарование. Я шла на него, а он пятился, не выпуская дневник из рук. – Отдай! – повторила я.

– Мира, ну как же так? – Арай продолжал отступать, и мы оказались на улице.

– Арай, верни мне дневник! – Я начала злиться. Этой ситуации я боялась больше всего.

– Мира, скажи, что все это неправда! – Слезы навернулись на его глаза, и они стали похожи на озера с прозрачной синей водой. – Скажи, что это не богиня, а Сет лишил нас всего! Мы так верили в тебя.

Вокруг нас начали собираться люди. Я увидела Бару. Он с сожалением растерянно смотрел на меня. Заметила и торжествующую Алару.

– Да, я разрушила ваш город. Оставила вас без дома. Но я не помню ничего. Не помню и очень боюсь, что это может повториться. Но вот этого ты не прочитал, потому что тебе на меня плевать, ты не понимаешь, что у меня внутри! И не знаешь, какое пламя меня сжигает!

– Расходитесь все, займитесь своей работой! – услышала я голос Бару.

Люди стали перешептываться и недобро смотреть на меня.

– Мира, я не хотел. Прости меня. Ты просто ничего не рассказывала…

– А ты не спрашивал. Тебя вообще ничто не беспокоило. Ты обезумел от своей ревности. Ах да, вот теперь, значит, забеспокоило: ты же скоро обручишься и займешь место старейшины!

Алара просто сжигала меня взглядом.

– Мира, это не так.

Слезы, которые видела только я, сорвались с его глаз. Я почувствовала страшное опустошение, захотелось просто исчезнуть. Я посмотрела Араю прямо в глаза. Моя душа болела, каждый вдох давался с большим усилием. Я подошла к Араю вплотную.

– А знаешь, что ты сейчас сделал? Ты обнажил меня и кинул нагой на площадь всем на потеху, – прохрипела я.

– Мира… – прошептал он.

Я повернулась и направилась к Бару. Арай схватил меня за локоть. Бару сорвался с места, но я остановила его жестом.

– Идешь к нему, а что он сделал?

– Просто укрыл меня ото всех! – Я с силой вырвала руку.

Бару смотрел на нас с гордо поднятой головой и, пропустив меня вперед, пошел следом.

– Бару, пожалуйста, оставь меня одну. – Я держалась из последних сил.

– Я тебя никогда не оставлю!

– Бару, пожалуйста. – Перед ним я могла казаться слабой, поэтому остановилась, уткнулась в его грудь и зарыдала, как в детстве, не сдерживаясь.

Он обнял меня за плечи:

– Мира, бросим все. Я увезу тебя, нас никто никогда не найдет.

– Бару, ты не знаешь его.

– Если ты из-за него еще хоть одну слезинку проронишь, я сожгу дотла этот мир.

– Ты не такой!

– Ради тебя я стану таким!

– Ты самый лучший друг на свете!

От моих слов Бару только тяжело вздохнул.

– Поешь вместе с лучшим другом на свете? Ты совсем исхудала. – В шатре мы сели за стол. Он достал еще один мешочек и присыпал его содержимым нашу еду – она не поменяла свой цвет. – Можешь приступать.

– Бару, отравителя еще не нашли?

Он покачал головой:

– Но я его из-под земли достану, обещаю.

Я не хотела видеть Арая, а он ходил как побитый щенок и искал хоть одного моего взгляда. Напрямую мне никто не осмеливался ничего сказать насчет услышанного в тот день, но я замечала перешептывания и пересуды людей. Когда заходила в какой-нибудь шатер, люди сразу замолкали, увидев меня. Многие просто опускали глаза, и я чувствовала себя не в своей тарелке. Ощущала вину за то, чего я еще не сделала, но могла сделать, и это всех пугало.

Вдалеке показались всадники. От топота копыт в воздух поднималась пыль, но это не мешало разглядеть нам их отважный вид.

– Исар! – воскликнула я. Он спешился и склонил голову. – Жаль, что вы быстро уехали и я не смогла вас поблагодарить.

– За что, царица?

– За то, что вы отнесли в шатер, когда мне стало плохо.

– Но меня здесь не было много дней.

Я подумала, что схожу с ума.

– Что привело вас сюда? – спросил его Бару.

– Мы долго скрывались ото всех, как и манжары, но сейчас готовы к вам присоединиться.

– Исар, о ком вы говорите? – не смогла я удержать свой интерес.

– Мы – отряд ополчения. Многие годы мы сражались с тенями.

– Мы вам очень благодарны. Оставайтесь, нам нужен ваш опыт.

Исар хорошо знал пустыню и был непревзойденным воином. Он часто говорил об этом и делился воспоминаниями. Я была рада, что он с нами.

Прошло несколько дней, я все еще пыталась унять бурю своих эмоций и не думать об Арае.

Бару как-то заглянул ко мне в шатер и сообщил:

– Мира, много дел накопилось, тебе нужно прийти на совет!

– Хорошо, я буду.

Тут же я позвала помощницу:

– Набия, у меня к тебе просьба. Подготовь все к моей коронации. Мы не можем не следовать традиции.

Бару, пьющий в этот момент воду, от услышанного поперхнулся и стал бить себя кулаком в грудь, чтобы откашляться.

– Госпожа… – Глаза Набии засверкали, и она быстро выбежала из шатра.

Я не была уверена в своем решении и нервно перебирала пальцами. Несколько глубоких вдохов опустили меня на землю.

– Ты в порядке? – поинтересовалась я, посмотрев на Бару, и он кивнул.

– Мира, знай, я всегда на твоей стороне и поддержу тебя.

Мужчина подошел ко мне совсем близко. Я услышала глухой стук его сердца, затем ставший еще громче, зазвучав в унисон с моим. Бару наклонился ко мне. Я застыла.

– Встретимся в шатре советов, моя царица, – шепнул он мне на ухо, и я ощутила на коже его теплое дыхание. Сделав шаг назад, мужчина поклонился и вышел.

«Мира, приди в себя!»

Но я не слушала свой внутренний голос.