Пока разворачивается драма с контрабандой оружия в Ларне, Берти заканчивает лекции в Гарварде и отправляется на Средний Запад. В Чикаго он наносит визит доктору Э. Кларку Дадли, его дочь Хелен – начинающая поэтесса. Рассел познакомился с ней несколько лет назад, когда она изучала греческий в Оксфорде. Зная, что Рассел прибывает на восточное побережье с лекциями, Хелен написала ему в Бостон, пригласив остановиться у них, если он доберется до Чикаго. Приедет ли он?

Еще бы!

С характерной скоростью и страстью Рассел врывается в ее жизнь – и сам оказывается унесен чувствами. Кажется, он влюбляется в Хелен окончательно и бесповоротно и вскоре добивается взаимности. Они вступают в бурную физическую связь, с головой ныряют в роман и, похоже, готовы к серьезным шагам. Они спят вместе, и, пока сестры Хелен стоят на страже в коридоре, они с Расселом нежатся в постели. Рассел начинает строить с Хелен планы на будущее. Вернется ли она в Англию? Обязательно! Что она думает о браке – если он сможет развестись с Элис? Да с радостью!

Покидая Чикаго, он пишет письмо Оттолайн, сообщая, что должен сказать ей кое-что важное. В то же самое время она пишет ему, что впредь хочет видеть их дружбу исключительно платонической. Их письма пересеклись, и, когда она прочла его слова о Хелен, реакция Оттолайн была суровой. Она пожелала им счастья, но заявила, что хочет разорвать дружбу с Берти. Она холодна. «Если вы очень сильно желаете видеть меня, – пишет она в июне 1914 года, – я соглашусь». Но добавляет: для них же обоих будет лучше, если встречи не будет.

Это пугает Рассела. Позже в автобиографии он напишет, что даже тогда, находясь во власти чар Хелен, он видел в Оттолайн свою истинную возлюбленную – женщину настолько восхитительную, что оставить ее было невозможно. Это создает весьма странный любовный треугольник по его возвращении, поскольку у Оттолайн тоже сохранились чувства к Берти. Разумеется, она соглашается встретиться с ним, и, разумеется, они снова падают в объятия друг друга – с такой страстью и физическим влечением, каких не было раньше. Они вступают в новую фазу – фазу «ослепительной страсти, которая стерла образ Хелен Дадли», как пишет один из биографов Оттолайн.

* * *

Бедная, бедная Хелен! Как и Элис до нее, она узнала: если интерес Берти угас, то это навсегда. Хелен имела несчастье путешествовать отдельно, так что Берти вернулся в Британию на несколько недель раньше нее. Но к тому времени тем летом он уже с головой ушел в возобновившийся пылкий роман с Оттолайн, упав в ее полные вожделения объятия. Из-за этого Рассел полностью потерял интерес к Хелен. Человечнее всего было бы отправить ей телеграмму в Америку, сказав, чтобы она забыла обо всем. Не приезжала. Но было уже поздно. Корабль Хелен уплыл – в буквальном смысле. Она уже направляется в Лондон вместе с отцом, полная радости и надежд.

Пока Хелен плывет, Оттолайн тает. Она пишет в дневнике: «Я чувствую себя потрясающе живой и очень счастливой». Берти вторит этому чувству в письме к ней несколько дней спустя: «Я не могу передать тебе, насколько я полон счастья и какая это совершенная радость теперь, когда мы вместе. Все кажется таким легким и естественным… нет ни следа той натянутости, которая выросла между нами».

Позиция Берти к этому моменту примерна такая: «Хелен? Какая еще Хелен?»