— Мне казалось, что мы договаривались только на потрогать… — смущенно выглядывая из-под одеяла, тихо произнесла Славик.

— Так я тебя и потрогал.

— Это… Мягко говоря, чуть больше, чем «потрогал»…

— Вообще-то, мы с тобой не условились, чем именно я буду тебя трогать. К тому же, неужели ты недовольна?

— Почему? Довольна! Просто… Я представляла себе это совсем иначе.

— В плане?

— Ну… Что это будет особенный день. И особенное место… — Славик застенчиво отвела взгляд и накрылась одеялом.

— Отборочный тур. Бронзовая ночь. Отель Господина Симонова! Разве же всё это — не особенное?

— Так-то ты прав… У меня даже аргументов нет.

— Вот видишь? — я засунул руку под одеяло: — Давай, вылезай! Мне нравится на тебя смотреть.

— Нет! Я без одежды… К тому же, ты наделал мне делов на лицо! И даже несмотря на салфетку, я всё равно чувствую себя… Ну, ты понимаешь…

— Даже с «делами» на лице — ты прекрасна.

— Смущаешь…

— Как бы… Немножко поздно смущаться.

— Ещё больше смущаешь!

— Ой, да ладно тебе. — я стащил со Славика одеяло: — Давай представим, что мы в…

— Слава! — электронный замок на двери зажужжал, а ручка начала неистово дёргаться. Ох, как повезло, что я в момент страсти сообразил, что надо закрыться на защёлку: — Слава! С тобой всё хорошо⁈ Слава!!!

— Чёрт… Это Тома… — испуганно пискнула Славик, вскочив на пол, и завернувшись в одеяло: — Моя соседка и помощница! Если она узнает… Мне кранты!!!

— Почему? — удивился я.

— Она охраняет меня, потому что я запугала её сливом компромата… Тома ни за что не остановится, чтобы в отместку испортить мне жизнь!

— Так… Я тебя понял. Сейчас, что-нибудь придумаем! — я быстро огляделся по сторонам и заметил дверку на балкон: — Идея!

— СЛАВА!!! ТЫ ЖИВАЯ⁇!!?! СЛАВА!!! Я СЕЙЧАС ВЫБЬЮ ДВЕРЬ!!! СЛАВОЧКА!!!

— Твою ж… — я быстро схватил одежду и тапочки, а затем шмыгнул на балкон.

— Да иду я… — Славик сделала максимально сонный голос и пошла открывать.

— СЛАВА!!! — в комнату ураганом залетела девчонка с ярко-синими волосами: — Слава, что с тобой⁈ Он тебя изнасиловал, да⁈

— Кто?

— Царь! Кто же ещё? Вы оба внезапно пропали с вечеринки… А Клара сказала, что когда бежала в туалет, Царь трогал тебя за попу!

— Да… Он немного некрасиво себя повёл. Я дала ему… пощечину. И он отвалил. А я так устала… Эта беготня в горах меня вымотала.

— Ты уверена? — Тома внимательно осмотрела шею и руки Славика. Очень повезло, что я не оставляю укусов и засосов.

— Уверена в чём? Том… Ты думаешь, я бы позволила какому-то там… простолюдину… себя трогать? — на слове «простолюдин» Славик явно запнулась.

— Ну-у-у… Он бы не спросил. Знаешь, какие слухи ходят про Царя?

— Какие же?

— Жуткие! Говорят — девчонкам с ним надо держать ухо востро! А ещё, что он владеет техникой сексуального гипноза.

— Так когда перед тобой обнажается молодой юноша, это всегда приятно. Какой же это гипноз?

— Что⁈

— Что?..

— Слава… Я волнуюсь. Если он начнёт распускать свои руки — тут же зови меня! Я ему так дам!

— Я уже дала.

— Я понимаю! Но тем не менее… Нахальных парней надо учить уму разуму! Трогать можно только по любви. И только тех, кто разрешает это делать! Как представлю, что эти здоровенные жилистые лапищи Искандера хватают тебя за горло, а потом за грудь… Так кровь в жилах стынет! Он чудовище! Монстр…

— Да-а… Согласна. — Славик покраснела и начала дрожать.

— Не бойся, дорогая! — Тома обняла бедную «жертву Царя»: — Я не дам тебя в обиду! Ой… А чем от тебя пахнет?

— Это… Я так устала, что забыла принять душ… Кто ж знал, что ты начнешь долбиться в дверь?

— Вообще-то, ты закрыла её на щеколду. — защитница с подозрением сузила глаза: — Странно всё это… Подозрение, етить, чувствую…

— Фу! Не говори, как необразованная бестолочь!

— Просто… Ты вся красная. Трясёшься. Опускаешь глаза… В тебе, как будто, что-то поменялось. Только вот, я не могу понять, что… Ещё и этот странный запах. — Тома хищно прыгнула в сторону кровати: — Всё сырое! Ужасно… Просто, ужасно! Слава… Я не думала, что ты будешь врать своей лучшей подруге…

— Это не то, что ты думаешь! Просто…

— Просто взять и скрыть от меня простуду. Это… подло! Ты хоть что-нибудь выпила от жара? — Тома потрогала лоб и щёки Славика. Ох… я бы на её месте так не делал…

— Слушай… всё хорошо! Давай, я просто лягу спать?

— Нет. Погоди! — защитница встала на носочки и прикоснулась к лбу Славика губами.

ТВОЮ Ж МАТЬ!!! Я даже не знаю, как это назвать… Непрямой камшот?

— Тома… Тома, правда! Со мной всё хорошо! — блондиночка оттолкнула от себя жертву непрямого разврата и юркнула обратно под одеяло: — Ты слишком переживаешь!

— Слав… Если ты не встанешь завтра из-за болезни — арбитры не будут делать поблажек! Студент обязан прибыть к месту прохождения всех заданий отборочного тура.

— Да не болею я… Просто переутомилась.

— Сейчас же иди в душ! Только не холодный. Сделай воду комнатной температуры. Хотя… Чего я объясняю? Пойдём! Я всё сделаю сама.

— Я не инвалид!

— Ты болеешь. Слава… Отборочный тур — не шутки! Ты же так любишь готовку. Такая творческая личность! Я не прощу, если ты вылетишь и испортишь себе жизнь из-за какой-то там простуды.

— Ладно…

— Ты пока иди. Я открою балкон, чтобы хоть немножко проветрить. А-то запах пота пропитал всё вокруг…

— Не стоит! Давай потом проветрим?

— Господи, Слав! Да, что с тобой сегодня? Ты после проигрыша — сама не своя! Вот, как знала, что надо было сразу за тобой пойти. Я понимаю, что Цареградцев потоптался на твоём самомнении…

И не только самомнении, между прочим!

— … но стоит понимать, что проигрыш — это всего лишь опыт. Ты станешь лучше! Поверь мне на слово. К тому же, стоит уметь с достоинством проигрывать.

— Я проиграла с достоинством! Я полностью отдалась этому проигрышу… Просто… Я не хочу свежий воздух. Холодно мне…

— Ладно! Идём в душ. Но потом — всё равно придётся проветрить.

— Угу…

Как только девчонки ушли, я тут же поднялся и принялся быстро одеваться. Правда, как только напялил штаны и футболку, то заметил на себе пристальный взгляд. С соседнего балкона на меня смотрела Зиночка с раскрытым ртом. Казалось, будто она в трансе.

— Чего? — тихо спросил я.

— Нет… Ничего. Я просто… Я… — бедная маленькая бухгалтерша тут же посмотрела на звездное небо: — Любовалась звёздами. Они такие… Ну… Такие большие и яркие… Ой, в смысле… Я хотела сказать… В общем… Ну…

— Зин. Всё хорошо? Мы по-прежнему друзья?

— Д… Да!

— Никому не говори.

— Никому не скажу. Это будет наша длин… Кхм… маленькая тайна…

Ну, вот. Нанёс психологическую травму совершеннолетнему ребёнку. Аж на душе, как-то гадко стало…

Схватившись за ручку балконной двери, я в очередной раз понял, что беда никогда не приходит одна. Дверь открывалась исключительно из номера. Прекрасно!

— Слушай, Зин…

— Ась? — девушка подскочила и испуганно посмотрела на меня.

— Можно выйти через тебя?

— Думаю, что можно… Только, здесь высоко… Ты уверен, что не сорвёшься?

— Поверь, я сегодня уже сорвался.

— Хе…

Немного разогнавшись, я перескочил через перила и приземлился в аккурат на балкончик Зиночки.

— Фух! Спасибо тебе большое. И… спокойной ночи!

— Ага… — кивнула миниатюрная бухгалтерша: — Спокойной ночи…

Как только я открыл дверь, то тут же столкнулся лицом к лицу с Томой.

— Господин Цареградцев…

— Госпожа… Как вас именовать?

— Сычёва.

— Очень приятно познакомиться.

— А вы… какими судьбами здесь?

— Был у своей подруги.

— Подруги? В такой час? — Тома с подозрением сузила глаза, а затем подошла ближе и тихо прошептала: — На вкус и цвет, конечно, все фломастеры разные… Но младшая Звонарёва… Я бы порекомендовала вам сходить к специалисту.

— А я бы порекомендовал вам не совать свой нос не в своё дело…

— Пока что-нибудь не всунули в вас! — огрызнулась Зиночка, которая всё это время стояла рядом, а затем громко хлопнула дверью.

— Ох, как неловко получилось… — тяжко вздохнула Тома: — Кажется, мне действительно пора идти.

— А ещё пора прекратить перемывать косточки людям за их спиной. Чисто для своей же личной безопасности.

— Вы мне угрожаете, Господин Цареградцев? — защитница вплотную подошла ко мне.

— Скорее — предупреждаю. Кто знает, что с вами могут сделать друзья людей, которых вы оскорбляете. — злорадно усмехнулся я.

Тома поёжилась от страха, а затем обиженно хмыкнула и быстро потопала в сторону лифта.

Что-то сильно сомневаюсь, что эта синеволосая бестия дружит со Славиком только из-за компромата. Увы, подобное зачастую тянется к подобному. Но ничего страшного… Будет хулиганить — я и её вызову на кулинарную дуэль. С продолжением…

Уж больно часто местные задиристые аристократочки нарываются, чтобы после «разговора с пристрастием» стать белыми и пушистыми.

* * *

Утро началось… жёстко. Я вернулся в номер ближе к трём часам ночи. Колян уже во всю дрых. А в шесть утра нас разбудила тревога по внутренней системе уведомления.

— ВНИМАНИЕ!!! В здании пожар! — произнёс прохладный женский голос на фоне орущих сирен: — Всем немедленно покинуть отель и собраться во дворе!

Мы с Коляном переглянулись, захватили паспорта, коннекторы и бумажники, после чего быстро побежали к лестнице. Лифты во время пожарной тревоги всегда отключаются.

— Ты видишь задымление? — поинтересовался я во время шустрого спуска по лестнице.

— Нет. — ответил Колян, заглянув между пролётами.

— Понятно… — обречённо вздохнул я.

Никакая это не пожарная тревога. И даже не учебная.

Во дворе гостиничного комплекса нас поджидал Симонов. Довольный, как чёрт! Даже улыбался, видя наши бледные и крайне болезненные физиономии.

— Дорогие студенты Харитоновки! Я счастлив, что вы как следует выспались и отдохнули. — вот тролль: — Потому что сегодня вас ожидает крайне сложное задание, которое требует максимальной отдачи и концентрации. — радостно произнёс Симонов: — Каждый шеф — это лидер, который должен грамотно обучать персонал. Любой новичок вынужден проходить практику, чтобы доказать свою компетентность и показать умения! Но у большинства ресторанов высокой кухни — индивидуальное меню. Блюда, которые разработал местный бренд-шеф. Поэтому сегодня вы получите ученика, которого будете обучать готовить. Я учитываю то, что вы ещё на первом курсе! Поэтому сделал небольшую скидку. Никаких индивидуальных блюд от других шефов или арбитров отборочного тура! Мы просто назовём вам блюдо, а вы приготовите его по своему рецепту. Так же мы заметили, что японская кухня стала серьёзным испытанием для многих. Поэтому сегодня вы будете готовить исключительно современную национальную кухню!

Студенты очень попытались выдохнуть с облегчением, но у них не особо получилось. А Серёжа так и вовсе — едва не рухнул без сознания.

— Ваши сопровождающие будут ждать в холле отеля через пятнадцать минут. Всем удачи! — с этими словами Господин Симонов благополучно удалился в сторону парковки.

— Через пятнадцать минут⁈ — с ужасом выдохнул Валентин.

И вот тут началась паника. Опять студентишки потеряли самообладание и засуетились, пытаясь перегнать друг друга на пути к лифтам.

— Опять… — обречённо вздохнул Колян: — Всё никак не научатся…

— Ну, а ты что хотел? Они слишком умны, чтобы понять всю элегантность и комфорт лестницы. А ещё, что лифтов на всех не хватят. И я умолчу про то, что лестница лишена уникальной способности внезапно застревать.

— Будем им говорить?

— Думаю, что не стоит. Большинство людей не умеет учиться на своих ошибках.

Кстати, подъем по лестнице, сборы и спуск в холл заняли у нас всего девять минут. Естественно — мы были первыми. Следующими выбежали Серёжа, Валёк и Зиночка.

— Вы зачем дёрнули со всеми? — поинтересовался я.

— Как зачем⁈ Пятнадцать минут на сборы! — возмутился Валёк: — А если бы мы опоздали⁈

— Мы с Коляном использовали лестницу и пришли вперёд вас. И это с учётом того, что мы все живём на одном этаже.

— Ну-у…

— Я к тому, что учитесь не поддаваться панике. Симонов этого от вас и добивается. А вы ведётесь. Нельзя так. Представь, что с тобой будет во время запары в ресторане? Это же всё… Конец.

— Ладно. Я понял.

— И зарубите себе на носу, что в первую очередь проигрывает разум. — я ткнул Валька в лоб: — И только потом тело.

— Говоришь, как бизнес-коуч.

— Говорю, как человек, который приличное количество времени отдал общепиту.

— Ребята! — к нам вышла Марика. Выглядела она тоже слегка уставшей: — У нас переформирование групп, потому что многие отсеялись. Теперь Искандер, Серёжа, Валентин, Амелия, Мила и Коля — в одной группе. Зина, ты у нас остаешься с девочками, как и вчера.

— Хорошо. — кивнула миниатюрная бухгалтерша, а затем взглянула на меня и тут же смутилась. Надо потом ей конфет купить в качестве благодарности за спасение.

Спустя несколько минут холл заполонили сонные студенты с явными признаками похмелья. Бледные, недовольные, уставшие и слегка напуганные.

— Группа А! — Марика указала на нас: — За мной! Вы поедете отдельно.

Ну, конечно. Местная Королева явно ещё отходит от вчерашней «дегустации». И папулик не позволит, чтобы любимая дочка проиграла из-за такой глупой случайности.

Марика отвела нас к небольшому автобусу с очень высокими спинками кресел.

— Не переживайте! — тихо произнесла она: — Ехать до места выполнения задания около полутора часов. Так что, вы успеете немного вздремнуть.

— Потрясающая новость. — я тут же откинулся на спинку кресла и хотел было закрыть глаза, как к нам с Коляном подошла Мила.

— Здравствуйте, мальчики! — дружелюбно улыбнувшись, произнесла она: — Николай… Прости, что отвлекаю. Но не мог бы ты помочь мне с коммуникатором? Я знаю, что ты в них хорошо разбираешься.

— Не вопрос! — кивнул мой проводник и ушёл вместе с Госпожой Секретарочкой дальше по салону. Хм-м… Подозрительно всё это.

— Значит, так… — кресло Коляна тут же заняла Амелия и закрыла мне рот рукой. Её глаза горели от ярости и волнения. Она оглянулась по сторонам, и дождавшись, пока водитель запустит двигатель, придвинулась в плотную ко мне: — Слушай меня внимательно, Дерек. Я с тобой в игры играть не собираюсь. Ты и так позволил себе слишком много в мой адрес вчера. Поэтому будь добр и расскажи всё в подробностях, что вчера случилось?

— Неужели ты не помнишь? — убрав руку Амелии ото рта, спросил я.

— Нет, конечно! Помню, как пришла, чтобы сообщить, что отец планирует ранний старт. Съела конфету. Она оказалась дико острой. Потом я выпила стакан, какой-то сладкой дряни и… всё, как в тумане. Утром проснулась… Во рту полный аврал! На лице аврал. Губы, как у утки! Я опухшая… Без нижнего белья! В одних трусах и колготках…

— Ну, вот видишь? А была бы без трусов…

— Идиот! Я серьёзно спрашиваю. Мила говорит, что всё хорошо… Но мне почему-то очень стыдно. Я не понимаю, почему!

— Слушай, мы ничего такого не делали.

— Ты уверен?

— Более, чем. Я-то был в сознании. К тому же, не в моих правилах пользоваться положением барышни во хмелю.

— Хм-м… Странно.

— Что именно?

— Мила сказала мне тоже самое. — Амелия задумчиво отодвинулась от меня: — Выходит, ты у нас джентльмен?

— А ты сомневалась?

— Учитывая, как смело ты ворвался в купель…

— Там были непредвиденные обстоятельства, которые от меня не зависели. Вернее — чрезвычайное происшествие, из-за которого всё пошло не по плану.

— Ну-ну… Выходит, что если бы на моём месте вчера оказалась Марика, то ты бы воспользовался шансом?

— Нет же! Почему ты видишь во мне настолько уродливого человека? У меня тоже есть свои принципы. К тому же, я уже неоднократно говорил, что не играю в плохого парня. Мужик должен оставаться мужиком в любом случае.

— Ладно. Допустим, убедил. — недовольно ответила Амелия и скрестила руки на груди: — Зачем вы, вообще, решили пить вчера? Это же… просто глупо!

— Потому что, вокруг тебя студенты. Молодые и неопытные. Это видно по их поведению. По тому, как легко их можно напугать. И самое главное, как легко можно сбить с толку и ввести в панику. Ты же была на собрании?

— Кхм… — Госпожа Симонова отвернулась от меня: — Я наблюдала из окна.

— Говоришь, не будешь пользоваться привилегиями? — усмехнулся я.

— Так. У меня тоже случилась непредвиденная ситуация! Уж извини… Ты сам всё видел.

— Просто шучу.

— Кстати. — Амелия вновь повернулась ко мне: — Птички нашептали, что кое-кто вчера устроил очередную уличную драку, но уже с коктейлями…

— Правда? Ничего об этом не слышал.

— Я ни в коем случае не хочу обвинять тебя или ругаться. Просто — на будущее… Обрати внимание на то, что сделал мой отец. Вызвал всех на крыльцо в шесть утра. Он прекрасно понимал, в каком вы все состоянии. Поэтому будь осторожен, ладно? Обидно, когда талант вылетает из Харитоновки из-за глупости.

— Полностью с тобой согласен. А драка с коктейлями запрещена уставом?

— На самом деле, любая подобная драка может возыметь… крайне негативные последствия. Тем более, если хочешь что-то скрыть от моего отца — тебе лучше держаться меня.

— Держаться? Это как?

— Быть рядом.

— Хорошо. Но буду откровенен — мне хватило вчерашней драки. Просто Славик вела себя крайне… вызывающе.

— Теньшина — опасный человек. Ей лучше не перебегать дорогу.

— О, поверь мне на слово — она пересмотрела свои взгляды.

— Что ты с ней сделал? — Амелия вновь сузила глаза.

— Показал глубину истинных чувств. Страсти, тепла и любви. Через коктейль, конечно же.

— Серьёзно? Алкоголь может вызывать такие чувства?

— Алкоголь и не такое может. Главное — не перебарщивать и не скатываться в «синюю яму». Мера определяет — быть веществу вредным или полезным.

— Хм… Ладно. Я это учту. — Госпожа Симонова замолчала и остаток дороги выглядела крайне задумчивой. Правда под конец её разморило, и она благополучно рухнула мне на плечо. Благо, что хоть слюней не напускала…

— Конечная! — сообщила Марика: — Выходим! Не задерживаемся.

— Ой… Извини. — Амелия тут же проснулась и быстро шмыгнула к выходу из автобуса.

От всех этих разговоров и обрушившейся на меня Госпожи Симоновой я даже не заметил потрясающий пейзаж за окном. Настоящие зеленые горы! Несмотря на высоту и время года, здесь, каким-то чудом всё ещё стояла теплая погода.

«Пансионат „Времена года“» — прочитал я вывеску на входе в довольно старенькое пятиэтажное здание.

— Добро пожаловать! — на входе нас поджидал… Димон⁈ Интересно, что владелец элитной рюмочной забыл здесь?

— Дмитрий? — удивился я: — А что вы тут делаете?

— Господин Симонов пригласил меня поучаствовать в качестве помощника арбитра. Я не смог отказать. Так что, проходите, ребята! Сегодня будет весело.

Внутри пансионата пахло уютом с легкими нотками пыли и старины. Солнечный свет аккуратными лучами пробивался сквозь окна, подсвечивая валявшихся на ковриках котов. Мохначи лениво приоткрывали глаза, и убедившись, что это очередная порция безобидных пищащих от умиления малолеток, продолжали кайфырить.

— Это наши первые постояльцы. Пардонцы, негодяи, прохиндеи, лодыри, тунеядцы, но крайне милые создания. — пояснил Димон, пригладив элегантный ус: — Пардонцы настолько ленивы и неприхотливы, что вы можете их погладить. Они не укусят. Скорее всего, они даже не обратят на вас внимания.

Зиночка и Мила тут же полетели тискать кайфырей.

— Извините, а почему «пардонцы»? — поинтересовался Колян.

— «Пардон» — с французского обозначает извинение. Одиннадцать лет назад хозяин этого пансионата решил, что было бы здорово собрать тут всех беспризорных кошек с округи. Он начал подкармливать несколько штук, что жили на помойке. И те стали приходить каждый день. После еды они качали головами и жалостливо смотрели на местных хозяев и постояльцев. Как будто, извинялись, что потревожили. С тех пор их кличут «пардонцами». Со временем они привыкли и перестали извиняться. Теперь просто живут здесь. Балдеют.

— Интересная история. А как же санпины? — уточнила Амелия, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не затискать белого котика, который лениво повернул голову в её сторону.

— О! Это же Имперские юга. Здесь санпины у всех автоматом. — с усмешкой ответил Димон.

Как откровенно.

После знакомства с пардонцами, нас привели в огромный холл, в центре которого расположились здоровенные шахматы. Деревянные фигуры в половину человеческого роста! Выглядело очень красиво.

А на диванчиках сидели люди крайне уважаемого возраста.

— А вот и наши вторые постояльцы. Те, кто отказался от шумного города и решил встретить вторую часть жизни в прекрасных горах и уединении. Уважаемые люди. А также — ваши ученики на сегодня. — сообщил Димон.

— Товарищи пенсионеры мы! — со счастливой улыбкой к нам вышел старикан и тут же приобнял Коляна: — Ну, что, внучата? Погремим кастрюлями?

— Обязательно погремим! — уверенно ответил мой проводник.

Остальные дедули с бабулями тоже поднялись со скамеек и подошли к нам знакомиться. Давно не видел настолько доброжелательных людей!

— Искандер! — Димон подвел ко мне бодренькую бабушку: — Вот! Это Галина Кошкина! И она сегодня будет твоей прилежной ученицей.

— Приятно познакомиться. — пожал бабуле руку: — Можете называть меня Искандер или Дерек.

— И мне приятно. — расцвела Галина: — А меня просто — Галя. Не люблю фамильярность.

— Хорошо. Итак, что будем готовить? — я вопросительно посмотрел на Димона: — И главное — кто будет арбитром?

— Арбитры подойдут чуть позже. А готовить вы будете… — сомелье вытащил небольшой список: — Борщ! Проходите на кухню и начинайте. У вас пять часов на выполнение первого задания.

— Хорошо. Ну, что? Идём? — я пригласительно выставил локоть.

— Идём. — кивнула моя ученица, и мы вместе направились в сторону кухни.

Учить готовить борщ Галю, которая годилась моему здешнему телу в бабушки? А это интересный опыт… Такого у меня точно никогда не было.